Глава 86 Род Шэнь
Раз Су Минъань пообещал всё уладить, значит, он непременно доведёт дело до конца.
После этого он вышел из тюрьмы Чжао. Не успела его карета проехать и двух улиц, как раздались встревоженные крики. Приподняв занавесь, Чжао Линьцюй увидел густые клубы дыма, поднимающиеся со стороны тюрьмы Чжао. Он сплюнул в ту сторону и медленно стёр кровь тыльной стороны ладони.
Тем временем огонь пожирал каждый уголок тюрьмы Чжао. Густой дым навис над головой, заслоняя единственное маленькое окошко в темнице.
Чу Се задыхался. Он вновь оказался заперт в удушающей тёмной комнате. Сердце его внезапно болезненно сжалось. Последние остатки сознания начали тонуть в нестерпимой боли.
Когда плеть почти лишила его чувств, он смутно услышал слова Чжао Линьцюя, в которых скрывалось нечто важное.
"Иначе ты бы умер двадцать три года назад..."
Что это могло значить?
"Если бы твоего младшего брата первым не забрал Сюй И..."
Сюй Чуньму, его младший брат.
"и не воспитал как члена семьи Сюй, его ждала бы та же судьба, что и тебя..."
Чу Се перевернулся на чёрной прожжённой земле, сплюнул сгусток крови и услышал совсем рядом треск пылающего пламени и торопливые шаги приближающихся людей.
Он упал, полностью погрузившись в темноту.
Это знакомое ощущение.
Это было сопереживание.
Чу Се ощущал, как огонь постепенно отдаляется. Но одновременно с этим ему казалось, будто он погружается в другое море пламени, ещё более жаркое и беспощадное.
Ребёнок отчаянно пытался выломать повреждённую часть чердачного окна. Его ладони были разодраны в кровь, но в конце концов он проломил отверстие не шире одного чи.
Позади рухнул деревянный шкаф, ударив его по спине и обжигая болью.
Мальчик, согнувшись, упёрся одной рукой в пол и не издал ни звука. Спустя долгое время он с трудом поднялся, дрожа всем телом, и изо всех сил просунул в оконный проём другого ребёнка, завёрнутого в мокрую ткань.
Снаружи лунный свет отражался в озере. Его серебристое сияние смешивалось с багровыми отблесками пожара, окрашивая всё ночное небо в кроваво-красный цвет.
"Хотя бы ты... выживи"
Плач младенца растворился в ветре.
Балка перекрытия с треском рухнула, и мальчика в один миг поглотило ревущее пламя.
Только снаружи ещё долго не смолкал крик грудного ребёнка.
В углу чердака, разрушенного огнём, обожжённый до неузнаваемости ребёнок упал в ледяное озеро. Пробирающий до костей холод проникал прямо в самый мозг.
"Он выжил, не умер даже в таком состоянии... Удивительная живучесть"
"Но с такими ранами... даже если останется жив, вряд ли проживёт долго"
Сквозь пелену он смутно видел, как кто-то поднимает его и укладывает в карету.
"Это последняя кровная линия Шэнь Цяньаня в этом мире" прозвучал глубокий и спокойный мужской голос.
"Если небеса хотят, чтобы он жил, пусть живёт."
Вдали, под сводами длинного коридора, он заметил фигуру в фиолетовом, вышедшую из тени бамбуковой рощи. Это был нынешний императорский наставник, Су Минъань.
"Ты спас меня?" спросил мальчик.
"Да"
Мужчина положил руку ему на плечо, тяжело вздохнув: "Из ста сорока семи человек выжил только ты один. Отныне жизнь для тебя всё равно что смерть"
Глаза мальчика постепенно расширились от недоумения. Вдруг слезы хлынули: "Я... единственный..."
Мама... и брат... тоже мертвы?..
"Да, единственный"
Мужчина мягко стёр его слёзы кончиками пальцев.
"Ты должен накрепко запомнить своих врагов. Всё, что произошло в столице, не забывай ни на миг."
"Как умерли твоя мать и брат, как умер твой отец. Теперь у тебя нет ни отца, ни матери, ни родных. Дитя, у тебя ничего не осталось... Почему же они продолжают жить?"
Кап-кап.
Капля слез упала на землю.
"Почему? Почему они живут..."
"Дитя, в будущем стань человеком без жалости. В столице выживают только безжалостные. Лишь решительные способны отомстить и развеять ненависть. Запомни это"
Картины одна за другой проносились перед глазами. Это были воспоминания изначального владельца тела.
Так и есть: Су Минъань действительно спас маленького Чу Се.
Он учил его вести переговоры, договариваться. Позволял тайно переправлять боевых коней через пограничные земли, охваченные смутой, а все вырученные деньги отправлять в столицу. Он учил его интригам, учил разгадывать чужие души. Поддерживал его, когда тот в столице, не обнажая меча, шагал по чужим костям, взбираясь вверх.
Су Минъань. Он был из клана Юэ.
Он спас ребёнка из семьи Шэнь лишь для того, чтобы подарить ему жизнь, подобную аду. Жизнь, полную метаний в ненависти и, в конце концов, жестокую, уничтожающую.
Чу Се, окутанный тьмой, смотрел воспоминания хозяина тела. Внезапно он услышал знакомый голос.
[Ты знаешь?]
Это был оригинальный Чу.
Знаю что?
[В чём истинная смертельная угроза для Сюй Чуньму.]
Слова Чжао Линьцюя снова прозвучали в ушах. Чу Се вдруг осенило:
[Потому что... он носит фамилию Шэнь. Он твой младший брат, он тоже потомок рода Шэнь!]
Голос в темноте, казалось, слегка дрогнул, затем произнес: [Да]
[Восстание Юнъань возникло после поражения Чанъе, а полководец Шэнь Цяньань, обвинённый в измене, стал величайшим злодеем в истории. Поместье генерала, некогда прославленное и почитаемое всеми, превратилось в дом презренных предателей. Все знатные семьи, чьё имя было хоть как-то связано с иероглифом «Шэнь», были поголовно сосланы... Людям, пережившим ужасы смуты Юнъань, нужно было на ком-то выместить свою боль. Император Сюаньхэ, хотя и знал правду, ради спокойствия в стране не стал реабилитировать род Шэнь, а, напротив, ужесточил наказания, чтобы утихомирить народный гнев...]
Голос в темноте звучал холодно и тихо.
[Та самая угроза, что нависла над Сюй Чуньму... Она порождена не его поступками, не внешними обстоятельствами, не борьбой за власть. Она в том, что он потомок Шэнь. Преступного рода Великой Вэй. Врагов клана Юэ. Людей, которые половину жизни охраняли границы, но в итоге были похоронены в жёлтых песках, обречённые на одинокую судьбу. Даже их потомки подвергались жестоким преследованиям и никогда не могли вновь подняться... Вот клеймо быть отпрыском рода Шэнь.]
Голос в темноте на мгновение замер, затем последовал несколько усталый вздох:
[Я прожил жизнь с этим клеймом. Поэтому знаю: жить в этом мире потомком семьи Шэнь это безнадёжный ад]
Лицо Чу Се становилось всё мрачнее.
Су Минъань уже знает, кто такой Сюй Чуньму. Даже если Чу Се отправит его из столицы, но сам сгорит в этом пожаре, ничто больше не помешает старому лису. Если тот прикажет перерыть землю на три чи, лишь бы найти Сюй Чуньму, сможет ли он выжить?
Всё кончено.
Сюй Чуньму потомок рода Шэнь. Его невозможно спасти.
[Ты носишь фамилию Шэнь, твоя жизнь ад. Но какое это имеет отношение ко мне?! Я не могу спасти этого человека! А теперь верни мне моё тело!] в голосе Чу Се прозвучала ярость.
Голос в темноте тихо отозвался:
[Третьего числа следующего месяца состоится финальная операция для Шэнь Инь]
Чу Се протянул руки и стал царапаться в темноте, словно пытаясь вырваться из невидимой темницы:
[Почему?! Почему я обязан спасать Сюй Чуньму?! Он Шэнь! Ты понимаешь, что это значит? Великая Вэй его не примет, пограничные племена будут его ненавидеть. Сюй И уже мёртв, я сам человек на пороге смерти. Кто ещё сможет защитить его от Су Минъаня?! Он обречён!]
В ушах раскатом грома грянул яростный ответ:
[Тогда придумай способ!]
[Нет способа!]
Чу Се отчаянно замотал головой, ему хотелось схватить того за горло, но во тьме оставалось только стиснуть зубы и выдавливать слова из горла.
[Действительно нет способа. Я перепробовал все возможные способы... Спаси Сяо Инь, пожалуйста. Она слишком много выстрадала в своей жизни. Она должна жить. Я могу не забирать себе то тело, я отдам тебе его, только спаси её! Пожалуйста, только...]
Последовало долгое молчание.
Голос во тьме оставался ледяным, пропитанным невыразимой, мрачной жестокостью.
[Если ты спасёшь Сюй Чуньму, я спасу твою сестру]
***
Как только Чу Се открыл глаза, его охватило невыносимое чувство боли, пронизывающее всё тело. Кто-то укладывал его на мягкую подушку, завертывая в тёплое одеяло.
"Цзян..."
Когда Чу Се произнёс это имя, его горло ощущалось так, словно его натёрли гравием.
"Дай воды..."
Человек рядом на мгновение замешкался, но вскоре к его губам поднесли чашу. Сделав несколько глотков, Чу Се почувствовал, как к нему понемногу возвращаются силы. Он открыл глаза и, встретившись с серьёзным и настороженным взглядом Ци Суя, на миг застыл, после чего молча вернул чашу.
"Ци Суй... кхе, кхе..."
"Не говори. Если бы я пришёл чуть позже, ты бы сгорел заживо"
Ци Суй с изумлением смотрел на его тело, покрытое кровавыми побоями. Кажется, он ещё никогда не видел Чу Се в таком жалком, разбитом состоянии.
Ци Суй и раньше знал, что Чу Се болезненно слаб, но теперь, видя его почти изломанным, невольно ощутил что-то вроде сочувствия.
Ведь именно он запер его внутри.
Кто бы мог подумать, что в тюрьме Чжао кто-то осмелится пытать заключённого и поджечь камеру?
Вспомнив слова, сказанные Чу Се ранее, Ци Суй невольно подумал, что тот, вероятно, с самого начала знал: кто-то хочет его убить.
"Кто это сделал с тобой?" спросил он с тревогой.
"Су Минъань... покинул столицу?"
"Только что уехал"
Едва слова сорвались с его губ, как на лице Чу Се появилось отчаянное, почти обезумевшее выражение: "Останови его!"
Ци Суй быстро схватил Чу Се за руку.
"Куда ты? Не бойся, я везу тебя обратно во дворец, к лекарю, я..."
"Мне нужно покинуть дворец"
Чу Се запахнул накидку, чтобы скрыть следы побоев. Су Минъань, должно быть, погнался за Сюй Чуньму. Он должен перехватить его, не дать вести слежку, сделать так, чтобы Сюй Чуньму стал совершенно неуловим.
"Ты хочешь уехать из города? Зачем?"
Ци Суй нахмурился, потом его мысли свернули куда-то не туда: "Неужели покушение во дворце императрицы действительно..."
"Он пошёл убивать Сюй Чуньму. Ци Суй, немедленно отправь меня за город, я должен их догнать!"
"Сюй Чуньму? Разве он не всё ещё заперт в Министерстве наказаний?"
"Быстро!" Теряя силы, Чу Се вцепился в ворот его одежды.
"Иначе будет поздно! Су Минъань хочет убить меня, а следующим будет Сюй Чуньму! Ци Суй, ты уже меня погубил, так теперь хочешь погубить ещё одного человека?!"
"Я не стану спрашивать с тебя за прошлые дела, но сегодня я должен..."
Над головой раздался пронзительный крик птицы.
Он приподнял полог, высунул худую руку наружу, и сокол опустился ему на запястье у основания большого пальца. Чу Се снял лоскут ткани, прочёл письмо. Его брови оставались нахмуренными на протяжении всего времени.
Изначально он собирался привести Дуань Сэ в столицу, успокоить Цзян Яньчи, а затем убедить его сохранить Сюй Чуньму жизнь.
Но планы не поспевают за переменами. Убить Сюй Чуньму теперь хочет Су Минъань.
Чу Се уже собрался отдать распоряжение временно устроить Дуань Сэ где-нибудь в надёжном месте, но вдруг его мысли устремились в одну точку, взгляд застыл. Он глубоко задумался.
"Ты..." Ци Суй посмотрел на его тёмные круги под глазами.
"Лучше возвращайся во дворец... Чжао..."
Чжао.
Сердце Чу Се резко дрогнуло. Подняв голову, он увидел в шумной толпе высокую фигуру. В тот же миг всё внутри у него похолодело.
"Что ты здесь делаешь?"
"А-Се... Похоже, Су Минъань заранее ожидал, что ты попытаешься вывезти Сюй Чуньму из столицы. С самого начала он внедрил людей в Министерство наказаний... Мы отъехали всего на двадцать ли от города, и он... он... " Выражение лица Чжао Сюаня было мучительно сложным, когда он подошёл к карете.
"Мне жаль, я..."
Чу Се чуть не выплюнул кровь. Перед глазами вдруг все потемнело, и, держась за карету, он спросил: "Сюй Чуньму мёртв?"
"Пока нет. Но его... схватил Чжао Линьцюй. Они обвинили его в тяжком преступлении: в связи с консортом. Они собираются..."