Нулевая гравитация |18+
Я свят грехом. Я смертью жив. В темнице
Свободен я. Бессилием - могуч.
Лишенный крыл, в паренье равен птице.
________________
Нулевая гравитация. Синдром падения, дающий ощущение ложной свободы и лёгкости... Людей, живущих при нулевой гравитации не счесть! И у каждого своё притяжение с неизбежным падением.
Искаженные отражения в зеркалах невесомости, где верх и низ теряют смысл, являют собой портреты душ, изъеденных соблазнами. Здесь, в пространстве, где привычные законы не действуют, каждый волен выбирать свой курс, свою орбиту. Но свобода эта обманчива, ибо истинное падение - не физическое, а моральное. Оно происходит тихо, незаметно, когда человек, поддавшись иллюзии вседозволенности, отталкивается от последних опорных точек своей совести.
В невесомости власти, где нет ни сопротивления, ни давления, легко опьянеть от собственной значимости. Амбиции, подобно раздувающимся парусам, несут своих обладателей в бездну, где каждый шаг становится риском потерять связь с реальностью. Искушения, словно космическая пыль, оседают на нестойких душах, застилая им внутренний свет.
В этом танце без кажущегося притяжения легко потерять ориентиры, предать идеалы, обменять их на призрачные обещания вечной молодости, безграничного богатства или абсолютной власти. Но рано или поздно гравитация проявится. Неизбежно наступит момент, когда иллюзия свободы развеется, обнажая горькую правду: свободное падение никогда не заканчивалось... никогда!
***
~флешбэк~
Пролив Ист-Ривер, заброшенный остров Норт-Бразер.
За несколько дней до того, как Намджун пришёл в себя после операции.
В самом сердце Нью-Йорка, где каждый квадратный метр земли стоит баснословных денег и не может быть заброшенных мест, притаился остров Норт-Бразер. Овеянный мрачными легендами, некогда он был пристанищем обреченных, чья болезнь становилась пожизненным приговором. Попав сюда, уже никто не мог покинуть этот остров. Никогда. Это был билет в один конец. Сейчас же всё было наоборот - невозможно было на этот остров попасть, так как он тщательно охранялся береговой охраной. Но вот вопрос: что вообще можно было охранять в месте, что хранит лишь заросшие руины?
~
Когда очередной альфа, в сопровождении нескольких мужчин, словно на зловещей экскурсии, приблизился к оплетенному плющом остову больницы, двери её распахнулись будто сами собой. Зрелище, способное повергнуть в трепет кого угодно - ведь кто может обитать на заброшенном острове? - но альфа не дрогнул. Лениво заложив руки за спину, он невозмутимо шагнул в зияющую темноту. Часть молчаливого эскорта последовала за господином, а остальные, развернувшись, направились к берегу, словно уверенные, что новая жертва не заставит себя долго ждать.
Однако правда заключалась в том, что проглоченый руинами больницы альфа не был никакой жертвой. Это был очередной представитель "Избранных", что прибыл на закрытую базу, сооруженную в период локдауна, по случаю срочного заседания закрытого клуба. Вот так, буквально под носом у ничего не подозревающей общественности, разворачивалась картина, достойная самых смелых теорий заговора.
Призрачная аура острова идеально гармонировала с атмосферой подземной штаб-квартиры, придавая ей оттенок таинственности и секретности. Почти как в лучших фильмах о Бонде. Обширная территория под землей была разделена на три сегмента. Заседание проходило в центральном. Сегодня, несмотря на спешность созыва, здесь было непривычно многолюдно. Могущественные финансисты, политики, обладающие властью не только на бумаге, владельцы транснациональных корпораций - вся мировая элита, для которой раса, вероисповедание или гражданство не имели значения. Единственный критерий - реальная власть, способность влиять на принятие мировых решений.
Окруженные свитой доверенных лиц и личных консультантов, члены этого избранного круга обладали весом и неоспоримым правом голоса. Однако их союз был далек от безобидного кружка по интересам или теплой семейной идиллии. Скорее, это напоминало стаю хищников, где каждый, в зависимости от ситуации, стремился вытянуть из общей игры козырную карту.
Объединенные общей целью, эти шакалы зорко посматривали друг на друга во время дележа каждой добычи, и проект "Длань" был самой лакомой из них. Он предполагал не банальный захват территорий, не создание привычной мировой гегемонии под эгидой Соединенных Штатов, но возведение их в роль плацдарма, наиболее подходящего для глобального доминирования. "Длань" являлась заключительным этапом реализации самого амбициозного замысла - формирования глобальной финансовой системы под управлением искусственного интеллекта "Соулмейт". Ставки были непомерно высоки, и любая помеха, любая угроза воспринималась с болезненной остротой.
Казалось бы, для этих вершителей судеб не существовало преград, а вопросы, обсуждаемые за закрытыми дверями, носили вселенский масштаб. Но на этот раз что-то пошло не по плану. Предметом ожесточенных споров оказался... какой-то корейский выскочка? Ким Намджун, чье имя внезапно стало костью в горле у тех, чьи пути, казалось, никогда не должны были пересечься. Ни случайно, ни намеренно. Масштаб не тот. И тем не менее, в отлаженный механизм теневого правления попал досадный камешек.
Каким бы ничтожным он ни казался, игнорировать дискомфорт, грозящий обернуться серьезной проблемой, было невозможно. И вот уже люди, чье положение казалось недосягаемым, метались в суете, исполняя невиданные ранее танцы, генерируя безумные предложения по устранению этого абсурдного препятствия.
~
- Сегодня собрание носит особый характер. - Председатель собрания, банкир и управляющий инвестиционными фондами, поднимается с кресла и проводит взглядом по лицам собравшихся. - Коллеги, мы находимся на пороге исторического момента! После десятилетий поисков и разочарований перед нами открылся новый горизонт власти. Это искусственный интеллект, созданный молодым гением, превосходит всё, что мы видели прежде. Это не просто технология - это квинтэссенция знаний, обличённых в очень удобную форму - приложение Соулмейт!
- Да. - Подрывается с места помощник председателя, чтобы дополнить речь альфы. - Наши специалисты его расширили, и теперь это не просто приложение по поиску вторых половинок, это глобальная инфо- и социо- платформа, которая, впрочем, будет иметь и скрытые резервы: сбор всей информации, о всех людях и объединение всех баз со всех стран, присоединившихся к нам!
Среди собравшихся слышится негромкое одобрительное гудение. Энтузиазм и азарт наполняют воздух зала. Никто не сомневается в огромных возможностях "Соулмейта". Именно поэтому все они здесь, готовые разделить добычу.
- Намджун продал нам эту жемчужину. - Продолжает председатель. - Но цена, которую мы платим, ничтожна по сравнению с той пользой, которую извлечём. Теперь мы можем воплотить нашу мечту: создание глобальной финансовой системы. Проект "Длань" позволит контролировать рынки, денежные потоки и даже правительства. А мы станем теми, кто держит штурвал этой общей лодки.
Смех одобрения проносится по залу. Все осознают, что это лишь первый шаг к великой цели. И пока все одобрительно перешёптываются, с места встаёт глава ОНБ Томас Харрисон:
- Но, насколько нам известно, есть и проблемы. - Мягко замечает он, чувствуя на себе тяжёлый взгляд того, с кем он прибыл на остров. - У "Соулмейта"... есть некий баг... связанный с персоной, создавшей её... Этот альтернативный интеллект, а наши специалисты так до конца и не смогли понять его сути... что если в решающий момент он не будет действовать без определённых манипуляций со стороны Ким Намджуна? Этот Соулмейт - это не то, что мы хорошо понимаем. В отличии от Ким Намджуна...
Обеспокоенное перешёптывание наполняет зал.
- Это только гипотеза, но если даже есть мизерный процент на неблагоприятный исход, мы должны его предусмотреть. Нам нужен Ким Намджун.
- И как его заполучить? Вы уже нашли рычаги давления?
- Он не так прост, а ещё альфа очень принципиален и умён... как вы сами можете догадаться. - Нервно усмехается Харрисон. - Его ахиллесова пята - его беременный супруг. Но ублюдок заранее подсуетился и спрятал его где-то. Поэтому теперь мы не знаем, где он...
- О чём вы говорите? - Вмешивается кто-то из противоположного угла зала. - По моим источникам, во всех завтрашних журналах будет официально анонсировано присутствие Ким Намджуна и его супруга Чимина на свадьбе корейского чеболя Чон Чонгука.
Харрисон, округлив глаза, оборачивается назад и сталкивается с недовольным лицом альфы.
- Как вообще можно вам что-то поручать с таким то уровнем информированности? - Удивляется чей-то голос и головы вокруг качаются в недоумении.
- Свадьба значит? Что ж, можно использовать эту замечательную возможность. На мероприятиях подобного уровня обязательно приглашают высокопоставленных персон. Поднимем наши агентурные сети и выловим этого неуловимого омегу.
- Всё это хорошо, но в любом случае - с супругом Намджуна или без него, у нас должна быть не одна точка влияния! Работа, репутация, родня... сгодится всё! Он должен быть или под нашим контролем, или мёртв!
- Ну-ну, погодите вы...
- А что если у него есть какой-то ключ, который может этот Соулмейт перенаправить или деактивировать? Как быть тогда? Тогда не лучше ли его просто устранить?
- Поскольку мы не можем быть уверены в этом до конца, то не получится ли так, что мы просто обрубим сук, на котором сидим? Мы не можем так рисковать! Не убивать, а склонять к сотрудничеству любым путём - вот наша задача!
- Мы слышали, что Намджун разрабатывает какие-то инновационные нанопротезы. - Вмешивается долговязый финансист. - Это отличный социальный проект, который в будущем поднимет этого альфу ещё выше в глазах общественности. - Альфа недовольно качает головой. - Не порядок!
- Так что же мы щёлкаем клювом? Надо обрубить ему крылья!
- Верно. Соглашается другой альфа, откашливаясь и разглаживая манжеты своей рубашки. - Мы должны нанести удар по репутации Намджуна. Это создаст у публики сомнения в его проектах.
- Мы согласны. Растоптать все его новые начинания - это хорошее решение. Когда он потеряет всё, то это заставит его обернуться к нам и принять нашу руку "помощи". Если он не идиот, конечно.
Все взгляды обращаются к коллеге Томаса Харрисона, представителю OHB и специалисту по информационной безопасности и маркетологу.
- Мы подготовим серию статей, которые начнут появляться в ближайшие дни. Как вам такое: "Нейропротезы NamTech: Опасность под маской инноваций" или "Нейропротезы от SimBionica: опасный эксперимент на людях?"
Присутствующие, ненадолго задумавшись, в итоге одобрительно кивают.
- Наши специалисты быстро разработают все необходимые материалы, подтверждающие сомнения в безопасности его разработок. Нужно показать, что Намджун уже продал своё лучшее творение - Соулмейт, и теперь производит низкопробные товары.
- Идея хорошая. Намджун слишком популярен. Его имя ассоциируется с прогрессом и патриотизмом. Если удастся дискредитировать его, это упростит над ним контроль.
- Согласен! - Произносит владелец нефтяного гиганта PsiMobil. - Нам нужно постараться, чтобы жители Южной Кореи перестали воспринимать Намджуна как героя. Покажите, что он предатель, желающий обогатиться за счёт соотечественников и дело в шляпе. Корейцы просто обожают хейтить и топить своих же!
- У нас есть надежные активы в Южной Корее. Через прессу мы сможем устроить травлю Намджуна, что ослабит его позиции и ускорит падение рынка.
Секретарь тут же записывает предложение в блокнот и уточняет:
- Какой объем финансирования потребуется для эффективного продвижения статей?
Альфа улыбается:
- Деньги не проблема. Главное - своевременность и точность. Подготовьте пакет предложений, и мы обсудим бюджет завтра.
Следующим пунктом повестки становится Сон Хван, президент Южной Кореи.
- Что делать с Хваном? - Спрашивает крупнейший торговец оружием в Европе. - Он представляет собой фактор риска, особенно после последнего визита Намджуна в Россию.
Помощник председателя заседания открывает ноутбук и зачитывает свежие доклады:
- Последние данные показывают, что Намджун был с секретным визитом в Сарове. Это закрытый город, где разрабатываются и производятся ядерные боеприпасы.
Зал затихает.
- И... как нам докладывают, в местном институте есть какая-то инновационная разработка... Мы не знаем наверняка, но, кажется, что-то связанное с квантовыми технологиями.
Зал взрывается. Все выкрикивают наперебой, всполошенные такими неприятными "совпадениями". Лёгкая паника читается на лицах присутствующих.
- Разве у нас тоже не изучают квантовые технологии?
- Это всего лишь теория!
- Мы бы знали, будь хоть где-то в мире что-то изобретено!
- А может это очередное тайное оружие русских?
- Мы не можем проиграть в битве технологий! У нас Соулмейт!
Лишь спустя некоторое время удаётся угомонить зал. Когда, наконец, воцаряется относительная тишина, помощник председателя продолжает:
- Хотя мы не смогли выявить точно, о чём были договорённости сторон и были ли они вообще... Россия пока не делала никаких официальных заявлений. Однако, даже если по итогу никаких контрактов заключено не было, это взаимодействие Намджуна с российским правительством всё равно является тревожным знаком. Мы не знаем, сколько он там пробыл, так как с самого начала не смогли проследить его перемещения... Намджун чертовски хитёр и мастерски запутывал следы, петляя по разным странам. Однако, если Россия изначально была его конечной точкой, значит договорённости были у обоих сторон заранее. Как мы знаем, встречи подобного уровня не могут проходить без согласования с вышестоящими органами! Значит Сон Хван предоставил Намджуну нужные подписи и инициировал эту поездку.
- Ха, а так ловко внушал нам о своей лояльности!
- Значит он изначально был не на нашей стороне! Двуличная тварь!
- Его нужно убрать. - Встав с места, заявляет Барни Робертс*, а рядом сидящий помощник Дюк - крепкий мужчина с лысой как коленка головой, с хрустом сломает карандаш. - Только так мы сможем обеспечить чистоту проекта "Длань".
Некоторые альфы энергично кивают, однако другие лишь в задумчивости хмурят брови.
- Поддерживаю. - Улыбается Картер Леви*. - Пусть этой проблемой займётся агентурная сеть ФБР. Нам нужно избавиться от Хвана и убрать его с дороги.
________________________
*Упоминание этих персонажей было в главе "Право на смерть"
Председатель задумчиво барабанит пальцами по столу:
- Смерть Хвана вызовет общественный резонанс. Такое откровенное привлечение внимания сейчас не в наших интересах.
- Тогда нужно сделать так, чтобы его убрали местные активисты. - Предлагает Дюк, скрепя зубами. - Организуем серию терактов и убийств. Пусть думают, что это внутренняя оппозиция. Это отвлечёт внимание от нас. Мы же не первый раз так делаем!
Участники совещания одобрительно кивают.
- Идея в принципе хорошая, но... - Председатель задумчиво поглаживает подбородок. - Однако, полагаю, стоит просчитать все риски. Игра с радикалами - это палка о двух концах. Ни одна нить не должна привести к нам...
- Бросьте. - Фыркнул Барни Робертс, а Дюк с хрустом сломал второй карандаш, бросая осколки на стол. - Кого это когда-нибудь останавливало? Хвана нужно убрать, и точка. Меньше знаешь - крепче спишь. И проблем не будет.
- Я склоняюсь к мнению Барни. - Поддержал Картер Леви, кивнув. - Чистота - залог успеха операции. Зачем нам ненадежный элемент?
В зале повисает напряженное молчание. Каждый взвешивает аргументы.
- А что если Южная Корея всё таки заключила с Россией какой-то тайный договор, который... в случае настолько откровенной провокации будет применён в силу?
- Ну что русские сделают? - Усмехается Дюк. - Ядерное оружие что ли применят? Из-за смерти какого-то недавно избранного президента какой-то маленькой страны?
- В самом деле... - С усмешкой шепчутся вокруг.
- И всё же, не будем торопиться. - Вкрадчиво замечает кто-то из задних рядов. - Поднять шум вокруг убийства президента - это привлечь ненужное внимание. Есть более изящные способы обезвредить Хвана. Заставить его самого уйти в отставку.
- Например? - Нетерпеливо спрашивает Барни Робертс.
- Компромат, дискредитация, общественное давление. Он станет токсичным, его сдадут собственные союзники.
- Звучит долго и муторно. - Ворчит Барни.
- А что с Намджуном? - Спрашивает Леви, переключая внимание на более важную цель. - Этот человек уже продемонстрировал, насколько он умён и хитер и, кажется, имеет какие-то свои планы. Что, будем уговаривать его дружить? - Хмыкает альфа.
- Намджун - головная боль. - Соглашается председатель, слегка изменившись в лице. - Но его знания, насколько мы поняли, незаменимы. Контроль над его разработками - ключ к будущему. В идеале...
- Идеально - это когда он не дышит. - Перебивает Барни Робертс. - Риски нужно минимизировать.
- Не будем рубить сук, на котором сидим. - Возражает кто-то. - Он нам нужен, хотя бы временно.
- Что ж. - Председатель снова берёт слово, окинув взглядом собравшихся. - Кажется, у нас нет единого мнения. Предлагаю действовать по двум направлениям. По Хвану - реализуем кампанию по лишению его реальной власти и экономического влияния. Параллельно - обрубаем руки Намджуну.
Барни дергается вперед, а у Дюка глаза вспыхивают нездоровым блеском.
- Симбионике пророчат блестящее будущее. Она должна перейти под наш контроль. Одних порочащих статей недостаточно. Нужно организовать судебные тяжбы и спровоцировать внутренние конфликты среди акционеров.
- Согласен. Нужно добиться, чтобы SimBionica либо объявила себя банкротом, либо была вынуждена продать контрольный пакет акций. И тогда мы, разумеется, выступим в роли спасителей, готовых вложить деньги и продолжить развитие перспективных технологий.
- Идеально! - Восклицает владелец нефтяного гиганта. - Параллельно с дискредитацией Намджуна в СМИ, подорвём финансовое положение SimBionica. Двойной удар обеспечит нам успех!
- Кроме того... - Добавляет глава OHB Томас Харрисон. - Важно переманить ключевых специалистов из SimBionica. Предложить им более выгодные условия, гарантии безопасности, возможность работать над более перспективными проектами. Утечка мозгов нанесет компании непоправимый урон.
- И не забывайте про патентные права! - Вмешивается долговязый финансист. - Нужно всеми силами заблокировать получение новых патентов для его нейропротезов, а уже существующие попытаться оспорить в суде. Затягивание процесса инноваций - это крайне важный фактор.
- Хорошо... - Скрепя зубами, соглашается Барни. - Будем держать руку на пульсе. Если почувствуем угрозу - примем меры, более радикальные.
- Согласен, - заключает Леви, подмигивая Дюку. - Главное - не терять бдительность.
Тишина вдруг накрывает переговорную комнату. Все понимают, что под видимым консенсусом скрываются разные планы и амбиции. Каждый будет стремиться к своей цели, используя общую стратегию как ширму. Что произойдет дальше, зависит от обстоятельств, от удачи и от того, кто окажется быстрее и хитрее в этой игре.
Председатель ничего не говорит. В такой компании слов не нужно. Понимание достигается на другом уровне - взглядами, намеками, подтекстами. Каждый знает, что ему делать. И каждый понимает, что в случае неудачи, именно он окажется за бортом.
В итоге собрание негласно даёт старт новой игре, где ставки как никогда высоки.
~конец флешбэка~
***
Следующий день после посещения Юнги частной клиники.
___________________
"Ким Намджун: гений-предатель или бизнесмен-хищник?
Южнокорейский гений Ким Намджун, известный созданием популярного приложения "Соулмейт", привлекшего миллионы пользователей по всему миру, вновь оказался в центре внимания. После феноменального успеха своего детища, которое ежедневно использовалось миллиардами людей, Намджун совершил неожиданный шаг - продал технологию крупнейшим американским компаниям. Как известно, Ким Намджуна долгое время не было в стране... так что же заставило известного разработчика покинуть Южную Корею и продать свою главную разработку? Возможно ли, что эти действия являются признаком недобросовестности и коммерческого расчета? Многие задаются вопросом: даже если сейчас покупка аккаунта в "Соулмейте" стоит меньше чашки кофе, неужели нельзя было найти какой-то дополнительный способ монетизации внутри самой программы? Неужели это правильно, вот так отдавать национальное достояние Кореи? Теперь, запустив новый проект нейропротезов, Намджун рискует своей репутацией и доверием покупателей. Станет ли новая разработка востребованной, а может и вовсе - она тоже создаётся исключительно для того, чтобы быть выгодно проданной в зарубежную компанию?"
___________________
"Эксперты подтвердили: протезы от SimBionica не соответствуют требованиям качества.
Недавно проведённые испытания нейропротезов компании SimBionica выявили серьёзные недостатки и несоответствия заявленным характеристикам. Группа независимых экспертов провела экспертизу и зафиксировала жалобы испытуемых на головные боли, проблемы с концентрацией и дискомфорт при использовании. Производитель утверждает, что все проблемы связаны с периодом адаптации, но специалисты не согласны: такие симптомы могут указывать на низкую квалификацию инженеров и разработчиков. Напомним, что Ким Намджун ранее продал свой проект "Соулмейт", так какая же нейротехнология будет на его новой разработке? Стоит ли ожидать качественные продукты от компании, руководителем которой является человек, уже однажды продавший свою главную разработку? Не будут ли такие нейропротезы, где не используется уже апробированная технология, опасны для жизни?"
___________________
"Новая эпоха или обман потребителя? Протезы NamTech под огнем критики.
Новые нейропротезы от компании SimBionica, известной своим основателем Ким Намджуном, столкнулись с серьезной критикой со стороны профессионалов и общественности. Независимые эксперты, проверив продукцию, отметили низкий уровень исполнения и возможные дефекты. Заявлено, что нейропротезы могут представлять опасность для здоровья пользователей, вызывая головную боль, тошноту и проблемы с нервной системой. Независимые источники заявляют, что Намджун ссылается на то, что это связано с особенностями работы нейропротезов, но эксперты выражают сомнения. Вспомним, что ранее он продал "Соулмейт", что вызвало вопросы о его компетенции и честности. Теперь, выпустив новый продукт, Намджун снова ставит под сомнение свою репутацию и доверие к южнокорейскому бизнесу."
~
С силой вцепившись в голову руками, будто пытаясь удержать рассыпающиеся мысли, Чон Хосок застыл окаменевшим изваянием перед монитором компьютера. На столе перед ним были хаотично разбросаны передовицы газет с кричащими заголовками, где черные типографские чернила казались брызгами крови на белых полотнах холстов, пораженных молниями скандальных разоблачений:
«NamTech: торговля душой за наличные и крах доверия»,
«Испытания нейроимплантов SimBionica: обман века или прорыв?»...
Глаза Хосока лихорадочно скользили по строкам, но разум отказывался принимать напечатанное. Что произошло в этой, казалось бы подконтрольной ему стихии, где еще вчера царил полный порядок, а сегодня... уже вовсю свирепствовал хаос? Как кому-то удалось всего одним лишь ударом прорваться сквозь стены той медиа-крепости, что он так усердно возводил, и взорвать сотканную им картину повседневности? Самые мощные голоса СМИ, инфлюенсеры, чьи посты раньше сотрясали пространство лишь шепотом слухов, теперь обрушились всей мощью катастрофического цунами.
Штаб-квартира NamTech, когда-то похожая на оживленный пчелиный улей, теперь замерла, окутанная гробовым молчанием. Люди, работающие бок о бок с Хосоком, казались поражёнными странным недугом - страхом, растерянностью и непониманием дальнейших действий.
- Неужели это дело рук Сон Хван? Чёртово отродье! - Внезапно вскрикнул Хосок, вскакивая с места и прорывая эту мёртвую тишину яростным отчаянием.
Едва советник по вопросам медиа-контента успел распалиться до состояния истерики, как в помещении, словно из ниоткуда, появилась Солар. Её огромный округлившийся живот хоть и ясно намекал на приближающееся материнство, однако сейчас она скорее походила на грозную воительницу, чем на будущую мать. Глаза девушки блестели холодным огнем профессионализма, а весь вид говорил о том, что она как никогда готова сражаться против невидимого врага.
- Нет, милый, это не Хван... - Спокойно, но очень вкрадчиво произнесла Солар, приковывая к себе взгляды, словно магнитом. - Я сразу заподозрила неладное и начала копать. Журналистская тусовка - как застойное болото. Для непосвященного - мутная трясина, но если умеешь ориентироваться, всегда найдешь нужное направление. Тем более, когда речь идет о таких масштабных событиях, скрыть правду почти невозможно.
- Бэбэ, разве тебе не надо заниматься подготовкой к родам и сидеть дома? - Тут же возмутился Хосок. - Зачем ты продолжаешь бегать по...
- Тише, Хосоки! - Солар подняла палец вверх, мгновенно заставив его замолчать. Подчинение босса воле супруги уже никого не удивляло, и присутствующие лишь отводили глаза, делая вид, что заняты работой. - Я прошерстила всё вдоль и поперек. Судя по всему, корни уходят далеко за пределы Кореи. Кто заказал атаку, пока неясно, но чувствуется мощное влияние сильных мира сего.
Тишина вновь накрыла офис плотным покрывалом. Если то, что сказала Солар было правдой, то теперь их борьба выходила за рамки привычных границ.
- То есть...
- Да! Похоже Намджуна решили утопить! - Заключила девушка, вызвав на лице мужа неподдельный ужас.
И как теперь быть? Как остановить этот расползающийся кошмар, этот зловонный поток нечистот, хлынувший в и без того зыбкое пространство инфополя? Вся эта намеренная фальшь, эта грубая фальсификация - такая несправедливость по отношению к благим намерениям друга, сражающегося с чудовищно опасным врагом. А правда... эта колючая, неудобная правда, ее невозможно обналичить. Открыть миру, что Соулмейт был продан под видом троянского коня, а не из-за жажды наживы или предательства, означало бы обрушить все тщательно выстроенные планы Намджуна!
Из задумчивости Хосока вырвал шепот Солар. Приблизившись к его уху, она заговорила, ее слова словно рисовали на лице мужа то удивление, то надежду. Когда парень с нескрываемым изумлением взглянул на Бэбэ, та коротко кивнула, подтверждая сказанное.
Что ж... если для правды в этом мире нет места, остается лишь одно - создать новую. Соткать реальность настолько сокрушительную и ужасающую, чтобы ее зловещая тень поглотила существующую правду без остатка.
- Значит, так! - Внезапно успокоившись, произнес Хосок ледяным тоном. - Ударим врага его же оружием!
Присутствующие обеспокоенно зашептались, пытаясь угадать, что задумал босс. И лишь Солар удовлетворённо улыбнулась, прекрасно понимая ход его мыслей.
- Мы не будем ничего опровергать! - В зале вновь поднялась волна недоумения. - Но! - Оборвал шепот Хосок, уже воодушевленный своей идеей. - Мы взорвём и перевернём это инфополе так, что каждый сам поймёт: все эти новости - фейк и происки врага!
- Врага? - шепот усилился.
- Наша главная тема: Южная Корея и Россия – теперь союзники!
Заявление произвело эффект разорвавшейся бомбы. Улей загудел, пробужденный ошеломляющей информацией. Босс сошел с ума? Или за его словами стоит нечто большее? В любом случае, это звучало дико и... восхитительно по-хосоковски! Впрочем, к такому здесь давно привыкли.
- На все заявления о том, что Намджун ездил за границу, чтобы продавать Соулмейт, отвечаем полным игнором! Даже внимания не обращаем! У нас есть подтвержденные, официальные данные о том, что Намджун ездил в Россию по поручению президента Сон Хвана!
Рой загудел с такой оглушительной силой, что едва можно было расслышать собственные мысли, не говоря уже о словах соседа. Если сказанное - правда, если это тот самый эксклюзив, то это - настоящая бомба замедленного действия, которую не грех подложить под тех, кто посмел посягнуть на их территорию! Команда Хосока, натасканная им лично и давно подстроившаяся под сумасшедшие выходки босса, в одно мгновение поняла суть его простой и гениальной идеи: все выпущенные новости теперь будут восприниматься как сплошной фейк! Достаточно уцепиться за один этот факт, прикрывшись зонтиком сенсационного заявления, и вуаля: Намджун ездил в Россию не продавать Соулмейт, а по делам государственной важности! И как после этого сметь утверждать, что этот патриот хотел нажиться, дискредитировать свою страну и тем более - предать ее интересы? Теперь всю эту ложь можно будет с легкостью разбить, применив отработанные технологии! И тогда все, кто выпустил сегодняшние новости, автоматически превратятся в заказных шавок, которые сами за деньги фабрикуют данные, желая оболгать гения современности!
Какая чудесная, замечательная новость! Да здравствует союз Южной Кореи и России!
Энтузиазм заразил команду мгновенно. Глаза загорелись, в голосах зазвучала предвкушающая дрожь. Хосок, наблюдая за этой трансформацией, почувствовал, как лёд в его сердце медленно тает, уступая место привычному азарту. Солар нежно коснулась его руки, едва заметно погладив ладонь. Она знала - её муж лучший в таких вещах, как управляемый хаос, и он уже точно выстроил в своей голове весь креативный план.
- Так! - Рявкнул Хосок, возвращая всеобщее внимание к себе. - Информацию о поездке Намджуна в Россию готовим максимально кликбейтную, с заголовками, от которых будут искры из глаз лететь! Никакой серости, только хардкор! Подключаем все наши ресурсы, вытаскиваем самые бредовые теории заговора, перемешиваем с фактами и подаем под соусом государственной тайны!
Зал наполнился гулом согласия и одобрения. Все уже представляли, как будут ломать головы аналитики и журналисты, пытаясь разгадать загадочную связь двух стран. Главное - отвести подозрения от истинной цели, утопить правду в море альтернативной реальности.
- А теперь самое интересное. - Хитро улыбнулся Хосок. - Нам нужны "доказательства". Фотографии, документы, свидетели... Все должно быть настолько правдоподобно, чтобы никто не усомнился. Ищите всё, что угодно, связанное с российско-корейским сотрудничеством. Наука, культура, экономика - неважно! Главное - чтобы все выглядело весомо и подтверждало нашу версию. Вперед!
***
Секретная резиденция президента Хвана
Желание душило изнутри, будоражило тело жаром нетерпеливых рук, отзывалось тяжелыми вздохами и движениями бёдер...
_____________________________
Keep Your Darkness Secret -
Moto Boy
_____________________________
Запретный плод потому и притягателен столь невыносимо сильно, что в нём сокрыт сладкий яд, что отравляет сознание и обещает погибель - единственно возможную и соблазнительно прекрасную среди всех прочих судеб. И не важно в какое время суток случится грехопадение. Важно лишь то, что яблоко раздора между разумом и инстинктом неизбежно.
И всё же... раннее утро - это особое время дня, когда светлые мысли еще дремлют, погруженные в сладкий сон, а темные замыслы даже и не думали укладываться спать. Именно ранним утром мир погружается в особое состояние, когда ты предельно честен - таков, какой есть перед новым днём.
Каждое утро - шанс на выздоровление от вчерашнего себя.
Однако, если ты болен таким опасным типом любви, в котором есть трое неразделимых партнёра - выздоровления не жди! Когда нитей судьбы больше двух и они переплетаются настолько тесно, что их уже не распутать, помни: ты болен роком судьбы и у тебя нет выхода!
Ты перепрошит, накрепко связан грехом, твои сокровенные желания - самые невинные из которых могут запросто лишить дара речи - настолько погрязли в похоти, что ты полностью потерян для нормальной жизни.
Да, утро - это лучшее время для любовных утех втроем, наполненных кристально-чистой, как слеза падшего ангела, страстью. Припади, испей этого яда и насладись всем спектром невообразимых ощущений!
Никто из всех троих не выбирал своей судьбы, однако, когда она явила им свой холодный лик - все безропотно склонили свои головы.
~
Для ранней пташки Джинни, что потерян для этой жизни больше всех остальных, утро является любимым временем суток. Именно оно дарит ему то самое неподдельное ощущение, что он - абсолютный властитель своих желаний. Это царство личной свободы, к которой он так стремился и которую так удачно получил в свою власть. Эта свобода столь желанна и пленительна, что получив наконец её в свои руки, омега ощутил непреодолимое стремление обладать каждым из двух альф одновременно. Его страсть оказалась настолько сильна и неистова, что буквально затуманила сознание всем троим, лишая возможности думать рационально.
Время шесть утра. Джин весело играет роль искусителя, легко меняя внимание от одного партнера к другому. То нежно прижимаясь к крепкому телу Хвана, то пылко устремляясь навстречу ласковым рукам Богома. Извиваясь и теряя голову от наслаждения, омега жадно впитывает каждую ласку, каждый поцелуй обоих мужчин. Словно зачарованная, похотливая пташка, опьяневшая от манящего аромата страсти, отдаётся целиком и без остатка каждому альфе, забывая обо всём вокруг.
~
Президенту Сон Хвану редко когда представлялась такая уникальная возможность - провести время вместе в их закрытой загородной резиденции. Совпадение всех обстоятельств, да ещё и редкое свободное окно в насыщенном расписании лишь усиливали внутреннее напряжение и страстное ожидание. Последние дни Хвана были особенно тяжёлыми: столько проблем обрушилось разом, что казалось, будто еще мгновение - и давление от стресса сведёт его с ума. Но теперь, наконец-то, долгожданный миг настал, и он мог отдохнуть от всего вместе со своей любимой птичкой. Даже присутствие рядом младшего брата сейчас воспринималось как нечто обыденное, ведь гормоны счастья бурлили в крови, а приподнятое настроение смягчало всё раздражение и недовольство.
Тщательно отобранная прислуга, знаки, понятные только кругу избранных и давно рухнувшие в их запретном мире границы допустимого. Гордиться этой порочной связью было бессмысленно, а разочаровываться - уже слишком поздно. Увязли. Все трое.
Солнце робко заглядывало в окно, мягко играя на складках шелкового покрывала. Дверь с тихим скрипом отворилась и в спальню вошли двое: Джин и Богом. Всё, как и всегда, было согласовано и Хван ждал их. Ждал так, как ожидают что-то потаённое, но очень желанное.
Президент приподнялся на локте, с предвкушением глядя на вырвавшегося вперёд Джина. Радостный омега, на ходу срывая одежду, незамедлительно скользнул в его объятия, обвивая шею проворными руками. Губы его были влажными и горячими, а взгляд - полон желания. Он был уже весь распалённым и (а Хван знал это наверняка) подготовленным его младшим братом со всей тщательностью. Это было их личной договорённостью - заранее позаботиться об их общем возлюбленном. В подобных обстоятельствах - это не просто обязанность, а проявление искренней заботы и здравого смысла.
Как искусные шеф-повара маринуют лучшие сорта мраморной говядины, делая мясо нежным настолько, что оно буквально тает во рту, так и доведённый до нужной кондиции Джин - буквально источал сейчас ауру абсолютной готовности. Разгорячённый и податливый, он жадно впился в губы Хвана, наслаждаясь их долгожданным мигом единения. Богом же, подойдя следом, тихо опустился на край кровати в ожидании.
Карие глаза младшего брата изучающе скользили по двум полуобнаженным телам, оценивая обстановку и улавливая сигналы от каждого из партнёров. Однако долго быть лишь безмятежным наблюдателем - слишком неловкое амплуа, а потому вскоре и он стал свободен от одежд. Богом потянулся к Джину, нежно целуя обнаженную спину, пока его руки уверенно ласкали бёдра омеги. Джин застонал от удовольствия, подаваясь навстречу ласкам и одновременно углубляя поцелуй с Хваном. Президент чувствовал, как его собственное тело уже горит, а внизу живота нарастает сильное возбуждение. Он оторвался от губ омеги, тяжело дыша, и посмотрел на брата. В глазах Богома он увидел отражение собственного желания. Обоих альф, опьянённых сладкими ванильными феромонами, переполняло вожделение - они жаждали заполучить Джина целиком и полностью.
Однако у омеги был несколько другой план. Долгое время он просто дразнил их, не давая самого главного и лишь распаляя ещё больше взаимными ласками. Альфы были на пределе, словно натянутые тетивы лука, готовые в любое мгновение высвободить внутреннее напряжение. Ни у того, ни у другого уже не хватало выдержки - слишком долго по их меркам Джини играл с ними в голодные игры. Даже спокойный и часто нерешительный Богом, что постоянно оказывался в их трио на вторых ролях, уже чуть не выл от нетерпения.
Наконец Хван не выдержал и властно перехватил инициативу, опрокидывая Джина на спину и подминая под себя. Горячее дыхание обожгло шею омеги, а крепкие руки с силой сжали его бедра. Джин застонал от предвкушения, запрокинув голову и подставляя себя под поцелуи, что спускались всё ниже и ниже. Он чувствовал, как пульс учащается, а тело охватывает лихорадочное возбуждение. Богом, не желая оставаться в стороне, нежно провел пальцами по груди Джина, вызывая у того мурашки.
- Мммм... да, вот так! - В наслаждении изогнулся омега. - Пододвинься ближе. Дай мне его, прошу! - Игриво захныкал он, нетерпеливо касаясь пальцами члена младшего из братьев. Богом послушно придвинулся ближе и слегка нагнулся.
Влажные, пухлые губы тут же обхватили пенис альфы, да так нетерпеливо и жадно, будто от этого зависела сама жизнь. Богом закрыл глаза и протяжно выдохнул, утыкая голову в грудь омеги. Его руки сами собой заскользили по гладкой коже Джина, а губы, как заворожённые, обхватили затвердевший сосок и с причмокиванием принялись его посасывать.
Вот так! Сделать всё, чтобы раствориться в моменте, забыться в этом порочном омуте... двигаясь в общий такт, принимая этот рок и одновременно наслаждаясь тем, как собственный член увеличивается и твердеет во рту омеги. С этим всем и правда уже ничего нельзя было поделать...
Взгляд Хвана линчевал, резал плоть на куски и смаковал порочный вид снизу. Это было моментом откровения, исходной точкой в их общем пиршестве, мигом, когда разделение переходит в слияние.
Раздвинув ноги омеги пошире, альфа погрузил в него две фаланги пальцев и с дьявольским наслаждением стал двигаться внутри и без того мягкой дырочки. Непристойные, хлюпающие звуки только распаляли общую страсть, стирали грани приличия, возводили удовольствие в Абсолют!
В глазах Хвана засверкали адские искры. Неожиданно он посмотрел вперёд себя, разглядывая как младший брат жадно покусывает нежную грудь Джина, словно голодный пёс, как он сдерживает себя от того, чтобы не наброситься на омегу, словно на жертву, и не съесть его целиком. Третий палец с силой толкнулся внутрь омеги и тот сладостно вскрикнул, нарушая общий тяжелый ритм дыхания. Богом на миг оторвался от своего занятия и, встретившись с прямым взглядом брата, тут же покорно опустил голову.
Ухмыльнувшись, Хван раздвинул внутри Джина пальцы, вызывая напряжение и пульсацию стенок ануса. Головку пениса альфы уже нестерпимо покалывало, она была горячей и набухшей, на кончике образовалась капля.
Джин извивался под властными руками Хвана, его тело горело от желания, а разум затуманивался от переизбытка ощущений. Он чувствовал, как внутри него бушует ураган, как каждое прикосновение альф отзывается мурашками по всему телу.
Убедившись, что его доминирование принято, Хван вытащил пальцы из Джина и приподнял его бедра, направляя головку своего члена к самому входу. Богом же, уже зная предпочтения старшего, схватил Джина под коленями, помогая тем самым брату беспрепятственно войти в омегу. Джин застонал, почувствовав долгожданное прикосновение к дырочке, и подался навстречу, жадно принимая альфу в себя. Хван вошел резко и глубоко, заполняя Джина до предела, заставляя омегу вскрикнуть от удовольствия.
Богом тем временем сосредоточился на члене омеги, лаская его губами и языком, пока Хван двигался внутри Джина ритмично и властно, доводя его до безумия. Каждый толчок отдавался во всем теле омеги яркой вспышкой наслаждения.
- Ах... мммхх... Да! Да, тут! Ещё немного... Я почти! - Сбиваясь на стоны, молил Джин.
- Да, давай, кончай, птичка моя! - Оскалился Хван.
Тело омеги била дрожь, а из горла вырывались неконтролируемые стоны. Хван ускорился, чувствуя, как его накрывает волна оргазма. Он излился глубоко внутрь омеги, заполняя его своим семенем. Богом, почувствовав приближение разрядки Джина, отстранился и довершил дело рукой, позволив любимому кончить себе на живот.
- Дааа! - Расплылся в довольной улыбке Джин. - Как же хорошо. Господиии...
Хван всё ещё был в нём, забывшись в наслаждении, однако омега моментально подал альфе сигнал тычком ноги, не разрешая тому завязывать узел. Старший нехотя вытащил свой всё ещё эрегированный, влажный член и остановил взгляд на вытекающей из дырочки сперме.
- Боми... - Облизал полураскрытые губы Джин. - Теперь ты.
- Так сразу?
- Ну конечно, сладкий. Чего ждать? - Томно прошептал омега. - Трахни меня, и побыстрее!
Братья поменялись местами. Богом на секунду замешкался, уставившись на созданную Хваном картину - он знал, что стирать чужие следы не было смысла и нужды, да и Джин бы не разрешил - слишком уж омега любил их полное единение во всём. Он каждый раз с маниакальной жадностью желал быть разделённым между каждым альфой в равной степени. Он жаждал принимать обоих без всякого перерыва, чтобы каждый из братьев оставлял в нём своё семя, смешивая их в общем коктейле. С упорством истинного учителя он приучал каждого к их общей неразделимости и особой связи, где все трое составляют единое целое.
Не желая никого расстраивать и уже давно смирившись с таким видом предпочтений, младший приставил затвердевший член ко входу в анус и с лёгкостью погрузился внутрь. Путь по сперме вперемешку со смазкой оказался настолько лёгким, что Богом даже на миг замер от неожиданности. Он вскинул голову и наткнулся на хищную ухмылку Хвана, определённо чётко понявшего в этот момент ощущения младшего брата. Взгляд старшего говорил сам за себя: он отлично поработал, сделав нутро омеги максимально податливым и восприимчивым.
- Чего ждёшь? - Хмыкнул Хван. - Двигайся!
Бёдра Богома будто сами по себе начали поступательную амплитуду. Похотливо-насмешливый взгляд брата смешался с тянущим удовольствием внизу живота. Альфа задвигался быстрее, ударяясь о внутреннюю часть бёдер Джина. Оба застонали, разделяя общие моменты удовольствия. Стыд полностью отступил, а похоть выступила на первый план.
- Ммм... да, вот так! - Простонал Джин, извиваясь под Богомом. - Глубже...
Альфа не нуждался в дополнительных стимулах. Кровь бурлила в венах, подгоняя его двигаться все быстрее и жестче. Он вкладывал в каждый толчок всю свою силу, наслаждаясь тем, как тело Джина содрогается в ответ. Комната наполнилась громкими стонами и шлепками тел.
Хван наблюдал за происходящим с довольной ухмылкой. Зрелище его возбуждало, желание обладать омегой вспыхнуло с новой силой. Он подполз ближе, осыпая шею Джина поцелуями и покусываниями.
- Ты такой горячий. - Прошептал Хван на ухо омеге. – Хочу тебя снова.
- Сейчас, погоди. - Простонал Джин, не отрываясь от процесса. - Дай насладиться...
Но Хван не собирался ждать. Словно дикий зверь, он вцепился в шею Джина, оставляя на ней багровые засосы. Он смотрел, как Богом яростно овладевает омегой, и его самого охватывала первобытная жажда.
- Давай перевернём его! - Захрипел Хван, отрываясь от шеи Джина.
Без всяких церемоний он перекатил Джина на живот и поставил в коленно-локтевую позу.
- Раздвинь руками! - Приказал Хван таким тоном, что Богом моментально подчинился.
Обхватив ягодицы Джина ладонями, альфа развёл их в стороны, тем самым широко раскрыв немного покрасневшую дырочку. Хван тут же приставил к ней свой член и рывком вошёл внутрь. Богом продолжал держать половинки ягодиц, помогая брату поддерживать ритм, а омеге совершать встречные движения.
- Да, да, так! Ещё! Ахммм... - Окончательно распалился Джин. Он стонал в подушку, уже не разбирая слов. Его тело стало послушным инструментом в руках альф. - Прошу, ах... прошу... Войди тоже! Войди в меня, Боми!
"Двойное проникновение?" Глаза младшего округлились до состояния фарфоровых блюдец. Впрочем и цвет лица тоже сделался соответствующим.
"Нет... это уже перебор". Эта мысль пронзила его сознание ледяным копьем. В животе скрутило противным узлом.
Он любил Джина до безумия, боготворил каждый его вздох, каждую родинку на его прекрасном теле. К Хвану же он относился с должным принятием, пусть брат и был оголтелым собственником и тираном. В итоге он смирился со своей участью и согласился играть на равных. Ну, почти на равных... со сложной смесью страха и трепета.
Да, он сам принял все особенности Джинни: его тягу к утехам плотского характера и неуёмный нрав. Он даже согласился делить ложе втроём, хоть это и было против его моральных устоев. Однако, поскольку их связь была фатальной, он отнёсся к этому с пониманием и перешагнул через себя.
Быть абсолютно обнажённым перед братом, совершать с Джином всё то, что должно делаться только наедине между возлюбленными, смотреть как старший брат сам вытворяет с омегой всё то же самое, что и он, и даже больше: совершает такие откровенные вещи, о которых он и помыслить не смел. Сначала он смирился, а потом привык и даже в какой-то мере втянулся. Он принял всё. Всё! Но двойное проникновение... это было выше его сил.
Богом чувствовал, как в нем зарождается злость - на себя, за эту слабость, за эту вечную готовность идти на поводу, за то, что позволяет манипулировать собой. И на них - на Джина - за его неуемную жажду наслаждений, и на Хвана - за его властность и за то, что он всегда берет то, что хочет, не считаясь ни с чем.
Богом замер, словно окаменев. Он чувствовал на себе вопросительный взгляд Джина, ощущал давящее присутствие Хвана, но не мог пошевелиться. Его собственное тело, казалось, предало его, отказываясь подчиняться привычным командам.
- Боми? - Голос Джина был наполнен нетерпением и легким удивлением. - Что случилось?
Богом сглотнул, пытаясь хоть как-то прочистить пересохшее горло.
- Я... я не могу. - Выдавил он, чувствуя, как дрожит голос. - Не сейчас.
В повисшей тишине можно было услышать, как бьется его собственное сердце. Хван нахмурился, явно не ожидая подобного сопротивления.
- Что значит «не можешь»? - Понизил он тон голоса, обжигая Богома взглядом.
Младший почувствовал, как внутри поднимается волна отчаяния. Он ненавидел себя за эту слабость, за эту потребность угождать. Но он не мог переступить через себя. Не в этот раз.
- Я... устал. - Пробормотал он, опуская взгляд. - Мне нехорошо.
Это была ложь, очевидная и жалкая. Но он не мог придумать ничего лучше.
С безнадёжностью смотря на брата, Богом приготовился к самому худшему. И в тот самый миг, когда Хван уже действительно приготовился обрушить на него волну феромонов, в дверь раздался резкий стук. Словно ангел-хранитель, запоздало вспомнивший о своем подопечном, кто-то подал сигнал к спасению. Хван раздраженно дернулся.
- Что такое? Я же просил не мешать! - Прошипел он, не отрывая взгляда от Богома.
Стук повторился, на этот раз более настойчиво.
- Да в чём дело? - Злобно рявкнул Хван.
- Господин... - За дверью раздался приглушенный голос слуги. - Эмм... к вам посетители...
Ошеломленные, все трое замерли в изумлении, словно статуи. Кто мог осмелиться явиться сюда? В их тайное убежище, о котором не должен знать никто? Нарушение уединения было настолько немыслимым, что первые секунды они просто не могли поверить в реальность происходящего.
Хван процедил сквозь зубы проклятие и отстранился от Джина.
- Я бы не посмел вас прерывать, если бы только не... - Голос за дверью запнулся и оборвался, словно перерезанная нить.
Одним стремительным движением, будто чёрная пантера, президент соскочил с кровати и запахнул шелковый халат, пытаясь скрыть не только наготу, но и смятение, бушующее в душе. Джин и Богом эхом повторили его движения, на их лицах застыла растерянность и тревога.
- Что "не"? Договаривай! - Хван резко приоткрыл дверь, его взгляд буравил слугу. Лишь посвященные знали о существовании этого места, и мысль о "худшем варианте" визитёров терзала хуже яда. - Кто это?
- Господа Ким Намджун и Мин Юнги. - Слуга склонился в глубоком поклоне, стараясь не смотреть в глаза разъяренному альфе, и добавил тихим шепотом: - Говорят, дело неотложное. И... лица у них очень серьёзные.
Глаза Хвана на мгновение расширились от удивления, словно он увидел призрака. Худший вариант! Что им здесь понадобилось в такую рань? Какого чёрта вообще происходит? Джин и Богом обменялись недоуменными взглядами.
- Хорошо... Скажи проводить их в переговорную, я скоро буду.
~
Намджун и Юнги продвигались по коридору, извивающемуся словно змея в архитектурном безумии. Он петлял, будто нарочно сталкиваясь с лестницами и дверями, которые, казалось, создавались лишь для видимости. Добраться до самой резиденции оказалось настоящим испытанием, лабиринтом, где без нити Ариадны легко было заблудиться в хитросплетениях замысла архитектора.
Впереди альф, с соблюдением почтительного расстояния, словно тень, скользил слуга-бета. Невидимый и неслышимый, он был воплощением тактичности. Мужчина средних лет, с глазами, будто припорошенными пеплом усталости или бременем ответственности, - вышколенный до инстинктивного состояния и безусловных рефлексов, явно знающий свое деликатное дело человек.
- А этот упырь знает толк в конспирации, когда дело касается извращений. - Хмыкнул Юнги, однако Намджун на это не отреагировал.
Альфа был слишком поглощен своими мыслями, что тревожило Шугу с самого начала их поездки. Впрочем, поводов задуматься действительно хватало: предыдущий день превратился в настоящую арену травли, где нападки и унижения шли бесконечной чередой. Журналисты, словно выпущенные из-под контроля сторожевые псы, беспощадно набрасывались на Намджуна, лишив того всякой передышки и спокойствия. И вот, когда Юнги почти смирился с отрешенностью друга, на одном из поворотов Нам резко замер и уставился в никуда. Не поворачивая головы, он произнес:
- Значит, говоришь... Бао там за главного, а опыта у него - кот наплакал...
Бам!
Это не было вопросом. Это было констатацией факта, как удар под дых. Указанием на зияющую брешь в стратегии друга.
Так вот что его терзало всё это время! Не собственная потрепанная репутация, не грязные инсинуации и угроза краха компании. С момента их разговора в больнице прошел лишь день, но, как оказалось, Намджун был одержим только лишь этой мыслью. Безопасность Чимина - превыше всего! Вот что делало его ауру такой тяжелой.
Юнги почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он вдруг ощутил себя учеником, провалившим элементарный тест. Всё это время он смотрел на ситуацию лишь под одним углом: Бао - его омега, а значит он может считаться его прямым представителем... тем, кто вправе действовать от его имени... Да, он оставил ему в помощники людей с опытом, а так же советников из числа тех, кому доверяет... но всё же! последнее слово то остаётся за Бао! Сможет ли он справиться с таким грузом? Было ли его решение целесообразным и правильным? Не полагался ли он чрезмерно на свои чувства?
Да. Полагался.
Какой же он осёл! Кто же так поступает? Как он будет выглядеть в случае ошибки или, не дай бог, провала? Ведь действия и решения Бао - считай его действия и решения! Как низко в случае чего упадёт его статус лидера? Чувства чувствами, но дело - это совсем другое! Тут нужно быть хладнокровным и расчётливым, даже безжалостным! Он ведь знает это! Всегда знал! Получается, он просто хотел... укрепить права своего омеги? Кем он теперь выглядит в глазах Нама?!
- Юнги, ты, конечно, мне друг, но если с Чимином что-то случится... - Фраза не была договорена, но её окончание было подобно тяжелому молоту, вбивающему гвоздь прямо в душу. Это "если"... все кто знает Нама хоть сколько-нибудь, могут подтвердить совершенно точно - оно не сулит ничего хорошего. И лучше его вообще не облекать в слова, потому что... мало ли что...
- Я... - Шуга сглотнул, чувствуя, как пересохший ком застревает в горле. - Я усилю охрану и поговорю с Мару. Напомню ему о нашем договоре...
- Три жизни. - Голос Намджуна был тихим, но настолько тяжелым, что казалось, его плотность может даже преодолеть гравитацию и придавить своим колоссальным весом. - Ты понимаешь? Это буквально три жизни. Моего супруга и двух моих детей.
- Д-да. - Еле выдавил Юнги, ощущая, как вязкая тревога блокирует гортань. Ни вдохнуть, ни выдохнуть.
Он буквально каждой клеточкой ощутил этот безотчётный страх друга - тот самый, что как слепое пятно, скрывающее самое потаённое, есть в душе каждого.
Сейчас, в этой давящей тишине молчаливых стен, словно бы у порога каких-то грандиозных событий, Намджун невольно раскрылся и показал ему свою треснувшую маску. Страх и отчаяние - вот что проглянуло на Шугу через броню неприступности и стойкости.
Почему так случилось? Всё дело в том, что даже холодный ум друга, отточенный до смертоносного блеска, не мог отрицать существование упрямого, безмолвного процента риска. Всегда есть вероятность, что слепой рок перечеркнет даже гениальную стратегию. Одна случайная деталь, приводящая в движение скрытые механизмы - и вот ты уже зажат в смертельных тисках судьбы.
Намджун играет с огнем. И на кону стоит не одна жизнь. В угаре планов, он, кажется, едва не забыл об этом: риск стал привычным, словно темная тень. Но тень эта - гильотина, внутри которой они все уже давно находятся. Если нить оборвется - лезвие обрушится. Мгновение, и все будет кончено. Со всеми, кто связан этой кровавой клятвой. Со всеми, кто уже внутри этого ужасающего механизма.
- Сюда. - Прервал их напряженное молчание слуга, остановившийся у массивной двери. - Господин президент ждёт вас.
Намджун на мгновение замер, и Юнги почувствовал подавляющую ауру, исходящую от друга. Лишённый феромов, даже без них Нам подавлял и транслировал свою внутреннюю мощь. Да, феромоны - это визитная карточка любого альфы, но казалось, будто такому человеку как Нам даже они не особо нужны - все и так знаю кто он и что собой представляет.
- Прошу.
Слуга распахнул тяжелые створки, пропуская альф внутрь.
~
Кабинет Сон Хвана буквально кричал о показной роскоши. Словно декорации к пьесе, где президент играл роль всемогущего правителя. Слишком много золота, слишком много вычурных деталей. Хван, одетый в дорогой, но все же домашний халат из шелка с вышивкой золотыми драконами, ждал их в центре этого блестящего склепа. Он тщательно замаскировал недавнюю суету, но ускользающая тень беспокойства выдавала его с головой.
- Ким Намджун, Мин Юнги. Крайне польщен вашим визитом. - Произнес Хван, неестественно склонив голову в чрезмерном поклоне. Вкрадчивость в его голосе льстиво стелилась под ноги, словно он был не президентом, а услужливым лакеем.
Намджун проигнорировал приветствие. Его взгляд, словно скальпель хирурга, препарировал Хвана. Что-то в поведении президента было не так. Слишком суетлив. Слишком сговорчив. Где его привычная самоуверенность? Где наглость, от которой у многих альф начинался тик? Создавалось такое ощущение, будто до их прихода здесь уже побывал двойник Намджуна, проведя с президентом «разъяснительную работу».
Хван протянул руку для приветствия, но рука Намджуна осталась безучастной. Проглотив обиду, Хван быстро пожал руку Юнги.
- Прошу, присаживайтесь.
Оба альфы заняли предложенные кресла. Юнги инстинктивно выпустил побольше феромонов. Состояние друга, не смотря на его непоколебимый внешний вид, оставляло желать лучшего и он здесь был больше для подстраховки, нежели для полноценного участия в разговоре, чтобы в случае чего прийти Наму на помощь.
- Что вас привело... в столь ранний час?
Напряжение в комнате можно было резать ножом.
Хван облокотился о край стола, безуспешно пытаясь сдержать дрожь нервозности. Но как бы он ни старался спрятать свои чувства, мускатно-ванильный феромоновый шлейф*, словно назойливый колокольчик, кричал о недавней сексуальной связи, предавая своего хозяина. Президент чувствовал себя неуютно и напряжённо, и дело было даже не столько в неловкости, сколько в факте бесцеремонности внезапного визита. Особенно это выбивало из равновесия в свете посвященности этих двух альф в детали его личной жизни.
___________________
*Феромоны Джина и Богома - ваниль и мускатный орех. Поскольку Хван спешил на встречу, он не успел должным образом привести себя в порядок и как следует смыть чужие ароматы
Намджун и Юнги сидели с каменными лицами, ни один мускул на их лицах не выдавал ни малейшей эмоции. Все всё понимали и, скреплённые общими договорённостями, молчали. Презрительно и осуждающе, как считал Хван.
Нарушил гнетущую тишину Намджун:
- Помните, я как-то говорил, что даю вам последний совет... сделать уже окончательный выбор...
Хван вздрогнул. Он помнил. И помнил, как сам неоднократно сворачивал с выбранного пути.
- Говорил, что вы уже преодолели черту невозврата... Говорил, чтобы вы не были мусором, а то останетесь на свалке жизни и истории...
Намджун смотрел на застывшего, словно соляной столб президента прямым, немигающий взглядом, пронизывающим насквозь.
- Я пока не знаю, кто или что на вас так повлияло в моё отсутствие, что вы стали...
- Таким ласковым и послушным... - Подхватил Юнги и, зло хмыкнув, добавил: - Прямо как омега в течку.
Глаза Хвана расширились.
- Но я это выясню. - Не обращая внимание на колкости друга, спокойно продолжил Нам.
"В смысле выясню? То есть, он не в курсе дел Соулмейта?.. То, как тот выкачал значительную часть его активов, как напугал до чёртиков, обеспечив регулярную бессонницу, как сделал его буквально своим рабом... всё это не его приказ? Это инициатива самого ИИ?" Мозг Сон Хвана буквально плавился, стекая вниз подобно тающему пудингу.
"Как бы там ни было, даже если Ким Намджун пока чего-то не знает, скоро он будет полностью осведомлён".
- В любом случае, теперь... не зависимо от вашего выбора, у вас больше нет иного пути, как идти по горящему мосту... вместе со мной.
Уголок губ Намджуна едва заметно дрогнул в намеке на зловещую улыбку, отчего волосы на затылке Хвана встали дыбом.
- Ч-что вы имеете ввиду?
- Неужели вы совсем не в курсе происходящего вокруг? - Снова взял слово Юнги, он явно был раздражен и не скрывал этого. Скрестив руки в замок и закинув ногу на ногу, альфа всем своим видом излучал невозмутимое превосходство.
Взгляд Хвана беспокойно метался от одного альфы к другому, на его лице отражалась отчаянная работа мысли.
- Дела любви, какой бы "изощрённой" она ни была, не должны отбивать остатки разума. Особенно когда вы на столь высоком посту.
- Похоже, вам пора менять штат, раз вы можете так беспечно предаваться содомии, в то время как в стране идут настоящие информационные войны. - Язвительно фыркнул Шуга, повергая Хвана в полное замешательство. - С Джином тоже следует как следует побеседовать.
- Это лишь показывает, насколько сильно проросли чужие семена. - Задумчиво проговорил Намджун, постукивая пальцем по подлокотнику. - Ваше слепое желание поставить как можно больше "своих людей" на руководящие посты, ваши личные помощники, явно не соответствующие занимаемой должности... Похоже, я дал вам слишком много свободы. А вам даже не доложили текущую обстановку, тупо следуя вашей кривой инструкции о "не нарушении личного покоя". - До странного спокойно продолжил Нам, не сводя с президента ледяного взгляда.
Лицо Хвана исказилось в кривой улыбке, он нервно сглотнул, ёжась под натиском неопровержимых аргументов.
- Юнги-сси, Намджун-сси, я благодарю вас за критику и со всем согласен. Поверьте, я искренне сожалею...
- О чем конкретно? - Резко перебил его Нам. Глаза альфы, словно темные омуты, не отражали ни единой эмоции. - О том, что препятствуете принятию важных законов? Или о том, что захватываете предприятия, пытаясь монополизировать власть? А может о том, что раскрыли важный объект в порту Агма?
Хван снова громко сглотнул, понимая, что теперь Намджун его точно не пощадит. Глупо было полагать, что такой человек, как серый кардинал спустит всё на тормозах и ослабит поводок. И хоть он уже сам начал в спешном порядке исправлять свои же ошибки после "общения" с Соулмейтом, сейчас Хван понимал главное - его уже ничто не спасёт!
Он с силой зажмурился, внутренне напрягшись, готовый к неизбежному наказанию - пытке адскими феромонами, которую ему однажды уже довелось на себе испытать. Однако то, что произошло дальше, стало полной неожиданностью. Альфа резко распахнул глаза, уставился на Намджуна, пытаясь ощутить феромоновое давление альфы - ту невидимую силу, которая всегда заставляла его плясать под дудку серого кардинала. Но... не нашел ничего. Пустота! Лишь холодная сталь во взгляде, и ни единого намека на феромоны! Феромоны Кима Намджуна, словно разряды молнии, всегда пробивали его волю! А теперь – ничего.
Президента словно ударили под дых. Он не мог поверить, что этот гений, этот доминантный альфа, восхищавший его даже в дни ожесточенной вражды, лишился своей альфа-сущности. Как будто потерял часть самого себя.
- Что... черт возьми? – Прошептал он, не в силах скрыть изумление.
Уголок губ Намджуна едва заметно дрогнул.
- Что вас так удивляет, господин президент? - Спросил он небрежно.
Юнги переводил напряженный взгляд с одного альфы на другого, словно наблюдая за сложной шахматной партией.
Хван усилием воли взял себя в руки.
- Прошу меня простить, Намджун-сси. Моя... растерянность была вызвана неожиданностью. Вы... несколько изменились. - Попытался как можно деликатнее выразиться Хван, хотя в душе был просто поражен до самой глубины. Казалось, будто мир сделал кувырок вокруг своей оси, сменив направление движения.
- Изменился. - Подтвердил Намджун. - Однако мой ум остался при мне. И он всё так же отчетливо помнит, как вы внезапно решили опечатать Кванториум в заброшенном порту. Надеюсь, у вас есть убедительные объяснения?
Хван побледнел. Даже не смотря на столь внезапную потерю феромоновой доминации, этот альфа напротив всё ещё оставался гением, стратегом и лидером! И игнорировать это было невозможно.
- Это... произошло по ошибке. - Засуетился Хван, пытаясь найти оправдание. - Я приношу свои искренние извинения. Я уже отдал все необходимые распоряжения о снятии печатей и возвращении ангара в прежнее состояние. Я... совершил просчет.
Намджун молча рассматривал Хвана, словно диковинное насекомое под микроскопом. Оправдания были жалкими.
- Просчет? - Медленно протянул Намджун, его голос был обманчиво ровен, но в нем чувствовалась сталь. - Попытка закрыть мой исследовательский центр, это всего-навсего просчет? Вы осознаёте, что теперь мне надо менять место дислокации? Получится ли это сделать незаметно теперь? В условиях раскрытого местоположения.
Хван выдавил нервную улыбку и опустил взгляд.
- Я сделаю всё, что от меня потребуется. Посодействую во всём... использую своё положение! - Горячо заверил президент.
"Действительно, слишком послушен. Очень подозрительно."
- Конечно посодействуете. - Опасно улыбнулся Нам.
Хван кивнул, стараясь не смотреть в глаза серому кардиналу.
- Что касается предприятий, на которые вы поставили своих людей... то издать указ о присвоении им статуса государственных предприятий будет весьма кстати.
Президент впился взглядом в свои руки, пытаясь осознать всю глубину пропасти, что разверзалась перед ним. Подобное решение означало одно: потерю единоличного контроля над ключевыми управленческими постами и фактическую национализацию. Теперь у Намджуна появится полный карт-бланш для переназначения директоров. Это было хоть и неожиданно, но до жути логично. Хван не мог возразить. Ким Намджун, даже лишенный феромоновой мощи, оставался Ким Намджуном - тем, кто плетет сети власти и дергает за ниточки, оставаясь в тени.
- Далее, ваши помощники... - Намджун сделал паузу, внимательно изучая и без того бледное лицо Хвана. - Полагаю, им будет полезно пройти переаттестацию. И, возможно, сменить сферу деятельности. Государству нужны эффективные кадры, а не паразитирующие элементы.
Хван сглотнул, понимая, что "переаттестация" на языке дипломатии - это лишь такой красивый оборот речи, а на самом деле - начало кадровой чистки. Но поделать было ничего нельзя: жадность и мнимая вседозволенность сыграли с ним злую шутку.
- Разумеется. - Пробормотал Хван, стараясь сохранять лицо. - Я полностью поддерживаю ваше стремление к оптимизации.
Намджун усмехнулся, но промолчал. Он знал, что слова Хвана ничего не стоят. Ему нужны были действия, и он их получит. Не сейчас, но обязательно.
- Считайте это первым шагом к восстановлению доверия. - Сухо заключил Намджун. - Что скажете на счёт того, чтобы начать оптимизацию с вашего личного помощника Рю?
Хван резко вскинул голову, выпучив на альфу испуганные глаза.
- Кстати, Хван... а где он? - Хитро сощурился Юнги.
Лицо президента перекосилось.
- Рю? У меня... Он просто отошел.
- Отошел, говоришь? – Вкрадчиво поинтересовался Юнги, его тон стал угрожающим. – Знаешь, Хван... А мне тут шепнули, что твой «верный» Рю за нашими спинами воду мутит. Что он втемную с менеджером Чимина играется, на врагов наших работает. И всё это, пока ты тут в шелках разгуливаешь!
Хван опешил.
- Чимин? Что за бред? Рю... он бы никогда! Он предан мне!
- Предан? - Юнги презрительно усмехнулся. - Похоже не очень то он и предан, раз ты даже не в курсе его дел.
- Откуда такая инфор...
- Сейчас Рю у меня. - Резко перебил Хвана Шуга и тут же сделал паузу, наслаждаясь тем, как полученная информация буквально трансформирует лицо президента, как разные эмоции со скоростью мысли сменяют друг друга, решая какая из них лучше всего подстроит ситуацию в свою пользу.
Пока Хван обмозговывал информацию, Юнги неторопливо достал телефон, нашел в нем что-то и протянул президенту. На экране виднелось размытое изображение человека, прикованного цепью к балке. Вид у мужчины был неважным: голова его болталась из стороны в сторону, словно кочан капусты, взъерошенные волосы торчали клочьями, небрежно надетая рубашка была испачкана кровью, а левая нога - перебинтована. И хотя ракурс был не самым удачным, определить в пленнике Рю не составляло особого труда.
- Видишь? - Тихо спросил Юнги, не сводя взгляда с Хвана. - Это твой преданный пёс.
- Ч-чт-то с ним?
- Он немного ранен... но это даже неплохо... будет о чём вспоминать в дождливую погоду. Если выживет. - Усмехнулся Шуга.
- Ранен? - Вскочил с места Хван. - Насколько серьёзно? Ему оказана квалифицированная помощь?
- Вы только посмотрите на него... - С презрением выплюнул Юнги. - Как переживает за этого ублюдка, от которого у нас теперь столько проблем!
- Чтобы он ни сделал... Верните его мне! - Словно не слыша ничего вокруг, запричитал Хван. - Уверяю, я как следует накажу его! И... сниму с занимаемой должности! Только не убивайте! Он для меня больше, чем просто помощник...
Юнги скривил лицо.
- Только не говори, что ваша шведская семья включила в свой состав ещё и членство этого престарелого извращенца.
Хван громко задышал, его ноздри стали вздыматься вверх-вниз от возмущения, казалось, что вот-вот и из него извергнется ответный поток нецензурной брани, однако... ни одно слово так и не вырвалось с сомкнутых губ.
- Мне то всё равно, ебитесь как вам влезет, однако даже не пытайся за него просить. Твоя шавка пока побудет у меня. Его грехи слишком велики, чтобы я так просто отпустил его к своему любимому папочке. К тому же, он дополнительная гарантия того, что ты!.. - Юнги ткнул пальцем в сторону президента. - Станешь ещё более сговорчивым. Жизнь этого ублюдка будет зависеть только от тебя.
Хван переметнул взгляд с Юнги на Намджуна и уже было открыл рот для уточнения полученной информации, однако вид серого кардинала показался ему настолько уставшим, что на миг он даже забыл о том, что хотел сказать. Какое-то время альфы смотрели друг другу в глаза, однако Хван очень быстро капитулировал и отвёл взгляд:
- Я... готов к сотрудничеству. - Только и смог выдавить из себя он.
Нам тяжело вздохнул.
- Время сотрудничества давно закончилось. Сейчас вы будете лишь подчиняться. Беспрекословно и со всем задором, на который способны. Главным аргументом этому будет служить даже не жизнь Рю, а ваша собственная.
Президент захлопал глазами.
- Я знаю каких именно людей вы ставили на места, господин Хван. И если тем самым вы надеялись на какой-то запасной план отступа... думая что вам в случае чего помогут заокеанские братья "избранные", то скажу следующее. Уже не помогут.
- П-почему? - Чуть не поперхнулся от своего же вопроса Хван, настолько он казался жалким и глупым. Однако не уточнить этот момент он не мог.
- В свете последних событий, которые вы так опрометчиво пропустили, могу сказать, что ваша жизнь теперь не выгодна.
- Насколько не выгодна?..
- Настолько, что вас проще убить.
Шокированный альфа не мог поверить в услышанное. Это не было шуткой. Если он хоть сколько-то научился понимать Намджуна, то тот сейчас был предельно серьёзен в своём заявлении. И от осознания этой правды Хвана буквально затрясло.
- И к-кому? Кому проще убить?
- К вашему счастью, не мне. - Устало вздохнул Намджун и потёр виски. - На этот счёт я скреплён клятвой с Джином... так что...
Челюсть президента упала на стол.
- Ты и впрямь везунчик. - Хмыкнул Шуга. - Не будь этого уговора, ты бы уже давно удобрял землю.
- Вы спрашивали, кому проще убить, нежели оставить вас в живых. - Снова продолжил Нам. - Так вот отвечаю: тем, против кого я веду тайную войну и на кого вы могли надеяться, играя в "настоящего президента". Естественно, это не кто-то конкретный. Это коалиция самых влиятельных людей мира, те, у кого сосредоточена реальная власть.
- Звучит, как конспирология. - Неуверенно пробормотал Хван, но, не увидев на лице Намджуна даже тени улыбки, шумно сглотнул.
- Забавно, что это говорит человек, стоявший за истоками появления избранных и развития Zetagen. - Нам скривил губы в подобии улыбки.- Вам будто всю память отшибло, хотя по сути вы - самый что ни на есть живой образец конспирологии. Это конечно отрадно, что господин президент так решительно порвал со своим дурным прошлым, но не стоит играть в амнезию рядом с тем, кто в любой момент может устроить тебе живительную лоботомию. Вы, господин президент, как последняя раковая клетка, которая продолжает сопротивляться и которую логичнее уничтожить, чем ждать от неё последующего рецидива. - Голос Ким Намджуна понизился до таких частот, что стало казаться, что в помещении понизилась температура, а слова, вырывающиеся изо рта серого кардинала превратились в ледяные иглы, разящие самые чувствительные части сознания. - Знаете, я всё чаще думаю об этом в последние дни... Учёные говорят, что для повторного развития болезни достаточно даже одной больной клетки. Так стоит ли дружба такого риска?
Хван перепугался не на шутку. Таким Ким Намджуна он ещё не видел, а видел он его всяким. Холодный, непреступный и внушающий первобытный ужас - такой, что кровь и правду стыла в жилах. Альфе даже почудилось, будто он ощутил на себе удушающий двойной феромон, но это была лишь иллюзия, порождённая мощной аурой серого кардинала.
- Всё это время вы были моим щитом, отвлекающим манёвром. Выполняя указания, вам могло показаться, что дружелюбие западных партнёров может при случае сыграть в вашу сторону... Но скажу вам прямо: нет, вы ошиблись. Вы - не тот, кто наделён властью, это лишь мишура, и та сторона рано или поздно узнала бы это. Но пока они ещё не в курсе и это играет мне на руку.
- Ты слишком поверил в себя. - Фыркнул Юнги. - Однако вся твоя "вседозволенность" - это лишь часть тактики. Не тешь себя надеждой, что ты что-то решаешь. Тебе просто позволили делать чуть больше того, что положено. Но скоро перелом игры, а потому твоя "вечеринка" подходит к концу. Понаслаждался мнимой властью и достаточно.
- ...
- Сейчас в мою сторону обрушилась лавина клеветы... - Снова взял слово Нам. - Умело срежиссированной, по всем канонам так называемой кэнсел-культуры.*. Поэтому мы вынуждены дать им ответ. Почему я говорю "мы", потому что главной разменной монетой в этой игре являетесь вы.
______________________
*«Культура отмены» (cancel culture, кэнселинг)
- Я? - Едва не задохнулся Хван.
Он тщетно пытался угнаться за мыслями Намджуна, ловил каждое его слово, но успевал только знатно охуевать.
- Да. Но не беспокойтесь, поскольку, как я уже говорил, я скреплён клятвой, я не дам вам умереть.
- С-с-спасибо... - Не своим голосом прошептал Хван.
Он был словно сам не свой: все его мысли, как одержимые, цеплялись теперь только за жизнь, за ускользающую нить её продления. Могли ли в таком положении его волновать такие эфемерные понятия, как "сохранение лица" или "моральный облик"? Наверное всё это не слишком помогает выживанию. И тот факт, что если бы не его Джинни, то Намджуну было бы проще его прикончить, чем столько времени возиться с ним, как с ненужным балластом - казался теперь всего лишь ничего не значащим фактом. Если этот альфа не врёт, и его жизнь и правда висит на волоске, то единственным, кто может его спасти - является серый кардинал. Другого не дано, он знает точно!
Намджун, наблюдавший за этой трагикомичной сценой, продолжил разговор на главную тему:
- Что же, господин президент, надеюсь, этот досадный факт не повлияет на наше дальнейшее "сотрудничество".
- Какое... сотрудничество? - С тревогой спросил Хван, окончательно потерявшись в происходящем.
- То самое, которое спасет вашу шкуру. - Жёстко ответил Намджун.
Хван опустил голову, ощущая себя загнанным в угол зверем.
- Что я должен сделать?
Намджун улыбнулся, но эта улыбка не сулила ничего хорошего.
- Вам необходимо подготовить официальное заявление о перспективах развития отношений с Российской Федерацией.
Глаза Хвана расширились от ужаса. Его словно окатили ледяной водой. Это было столь же неожиданно, сколь и абсурдно!
- Это... это же политическое самоубийство!
После подобного заявления его жизнь точно будет обречена! Или она станет таковой именно после этого шага? Намджун говорит, что его существование уже невыгодно сильным мира сего, однако так ли это? Это похоже на двойную ловушку без возможности положительного исхода... Но что если он всё таки откажется от этого шикарного предложения?
- Тогда, боюсь, вам придется искать другой способ сохранить свою жизнь. - Словно прочитав мысли, равнодушно пожал плечами Намджун. - Выбор за вами.
Глаза Хвана забегали по сторонам.
- И примите к сведению, с вашей помощью, или без вас, но информация о новом курсе на сближение с Россией, всё равно будет запущена. После этого, так или иначе, но вы будете вынуждены выступить с объяснениями.
Хван молчал, понимая, что он и правда не знает всех подковёрных игр. Но то, что в этом замешан Соулмейт - это сто процентов! Похоже, выбора у него нет, ведь на той стороне никто ему никаких гарантий уже точно не даст, а Намджун, каким бы страшным человеком он ни был - очень обязательный и последовательный человек. Без серого кардинала альтернатива у него только одна - полное уничтожение.
- Хорошо. Я сделаю это. - Прошептал президент, чувствуя, как рушится его привычный мир.
Намджун кивнул.
- Моя команда свяжется с вами. Потрудитесь принять их по всей форме. - Произнес он, разворачиваясь к выходу. - И в точности следуйте их указаниям.