Феромон плацебо
Если жизнь - это время, одолженное у смерти, то счастье - это проценты, которые мы успеваем нажить на этом кредите, прежде чем он будет погашен.
_______________________
A Pill to Crush - Evalyn
_______________________
***
Пекин, аэропорт Шоуду.
Три часа ночи в аэропорту - время перелётных призраков и транзитных душ. Намджун чувствовал себя одним из них, проходя по сверкающему коридору терминала. Тяжёлая, словно железные латы, усталость тянула к земле. Неприятная боль, вызывающая мучительное сдавливание в груди, преследовала его ещё с момента пересечения самолётом границы Китая, а сейчас, идя через бесконечный зал ожидания, самочувствие окончательно ухудшилось - удушье, схватившее его когтистыми лапами за горло, никак не отпускало. В таком состоянии всё вокруг казалось слегка нереальным, включая осознание собственного существования.
Светящиеся цифры электронных табло отбрасывали тусклые блики на кафельный пол, а редкие туристы, проходящие мимо на автопилоте, были словно погружены в сонную дымку.
Аэропорт Шоуду дремал.
Рейс Москва-Сеул с пересадкой в Пекине. А от Пекина, "рукой подать" до Яншо... Эта мысль, столь манящая и близкая душе, настойчиво капала на мозг Намджуна подобно воде из неисправного крана, превращаясь в итоге в поток жгучего желания - просто бросить всё и сорваться туда, к своему любимому зверьку, что тоскует в его отсутствие. Это желание казалось таким естественным и необходимым, что буквально ощущалась физическая потребность свернуть привычный маршрут и прямо сейчас помчаться туда, где находился любимый. Внутренний голос альфы громко кричал, призывая сбежать от расписания и графика ради единственного желания увидеть улыбку Чимина, почувствовать тепло его рук и забыть обо всём на свете хотя бы ненадолго. Но он не мог, и знал об этом.
Разве может быть пытка страшнее, чем эта дилемма, разрывающая любящее сердце на части?
По расчётам Намджуна, баллоны с феромонами, которые он оставил Чимину, должны были быть на исходе. Значит, нужно было как можно скорее добраться до дома и изготовить новую партию. Он не может сейчас быть рядом с супругом, но обязан сделать всё, чтобы хоть немного облегчить его существование.
"Интересно, как прошёл его перелёт? Как кроха чувствует себя по прибытии? Хорошо ли он устроился на новом месте? Всё ли у него в порядке?"
Ким Намджун шёл, тяжело опираясь рукой на трость, а двое альф - бывшие разведчики, чьи глаза сканировали окружение с выученной осторожностью, двигались следом на некотором отдалении. Похожие на стражников эпохи Чосон, они шли беззвучно, словно тени, да и сам Намджун был похож на древнего воина, чей мрачный вид выдавал усталость от прошедшей битвы. Альфа будто пребывал на распутье: он возвращался в Сеул, в родную гавань, но возвращение это казалось вовсе не облегчением, а преддверием новых проблем.
За время его отсутствия их и правда случилось немало. Инцидент с Чимином повлёк за собой много последствий: погоня, в которой, слава всем богам, зверёк не пострадал, однако был вынужден залечь на дно; опять же Чонгук исчез с радаров; Кванториум опечатали, а слежка усилилась в троекратном размере. Нам почувствовал её ещё в Домодедово, а сейчас она стала уже совсем очевидной: тёмные силуэты спецагентов притаились тут и там в аэропорту - их можно было заметить даже особо не напрягаясь. Прибыли сюда заранее и заняли лучшие точки для наблюдения. Особо не скрываются, играют в открытую. Они как красные флажки, очерчивающие периметр, за который зверь уже не сможет выйти, будучи скованный обстоятельствами.
У Намджуна нет шанса сменить маршрут без возможности привести за собой в Яншо хвост. Он должен быть последовательным и придерживаться намеченного курса.
Альфа сжал зубы.
Нет способа доказать себе, что ты должен быть спокойным и сильным вопреки всему, как нет способа доказать всем вокруг, что ты еле жив от боли. Особенно когда эта боль не явная, но она невыносима! Когда она хлестает тебя подобно огненной плети, разрывая нервы и стирая грани мира вокруг. И мир съёживается до размера искрящей иголки, пронзающей каждую клеточку сознания своей бесконечной остротой, горечью и страхом. Любое движение кажется попыткой бежать сквозь густую паутину отчаяния, вязкую и липучую, поглощающую последние силы. Сердце сжимается железными клещами невидимого палача, выжимающего жизнь капля за каплей, оставляя лишь тягостное чувство утраты и тревоги перед лицом холодного одиночества, отделённого бездной от родного тепла любимой души.
Внутренний зверь зарычал от бессилия. Намджун остановился, прикрыл глаза, позволяя усталости на мгновение одержать верх. Он знал, что ему необходимо собраться. Он не может повернуть запущенный процесс вспять, как не может оказаться рядом с Чимином. Поэтому, чтобы он ни думал и чего бы ни хотел, его личные желания уже не имеют особой роли.
Подняв голову, словно что-то навело внутренний радар на цель, альфа безошибочно встретился взглядом с одним из спецагентов. С едва заметной усмешкой, намеренно медленно, Намджун приподнял трость, словно приветствуя старого знакомого. Однако этот жест можно было трактовать двояко - так, будто он направляет на оппонента дуло ружья, шутливо намекая ему о своих истинных намерениях. Лицо агента тут же застыло, сделавшись похожим на окаменевшую маску - было видно, что на какое-то время его наблюдатель искренне растерялся и просто стоял истуканом, таращась на альфу. Через мгновение глаза мужчины всё же сделали движение куда-то в сторону. Это было едва уловимое, можно сказать молниеносное движение глаз, и всё же, когда они вернулись обратно к Намджуну, мужчина понял свою оплошность - он только что выдал точку дислокации своего напарника. Лицо агента вмиг посерело. Он бросил на Нама раздражённый взгляд, но, встретившись с прожигающим взглядом чёрных глаз, так контрастирующих со спокойной улыбкой, вздрогнул и тут же скрылся за угол.
"Что за сказочный дебил?" - покачал головой Намджун и перевел взгляд сначала на другую мелькнувшую тень - очевидно того самого напарника, а затем на ближайшую камеру наблюдения. Альфа знал, что его лица сейчас касаются не только линзы оптики, но и десятки глаз, жадно ловящих каждое движение. Игра продолжается, и он будет в неё играть до конца.
Намджун устало усмехнулся. Такая простая провокация, и тем не менее она вышла очень легко. Противник купился на его маленькую шалость и это дало ему понимание расстановки сил и позволило оценить уровень подготовки тех, кто за ним следит. Не лучшие оперативники, но и не новички. Средний уровень исполнителей, которым просто приказали быть начеку и не упускать его из виду.
Что ж, раз так, тогда он сполна дал им то, что они хотели увидеть: сломленного, уставшего альфу, возвращающегося домой зализывать раны. Пусть думают, что он теряет хватку. Это даст ему необходимое пространство для маневра в дальнейшем.
Он двинулся дальше, уже демонстративно опираясь на трость - так, словно без неё он не продержался бы и минуты. Однако, пройдя пару метров боль в спине снова вернулась, вызывая резкий спазм.
"Да что ж такое!?" - Намджун глубоко вдохнул, заглушая дискомфорт, но ноги слегка подкосились. Два его спутника тут же подбежали к нему, поддерживая под локти.
- Оставайтесь на расстоянии, - Коротко приказал Намджун напарникам.
- Вам плохо, шеф? - Спросил один из них.
- Ничего страшного, идём дальше. - Мотнул головой альфа, боль отпустила так же быстро, как пришла.
Спектакль спектаклем, однако Намджун чувствовал, что с его состоянием и правда творится что-то неладное. Объективных причин этому он не находил... Единственное логичное объяснение, которое приходило на ум, было связано с его связью с Чимином - если состояние истинного сильно ухудшится, это непременно повлияет и на него самого. Но по словам Юнги, с его супругом после погони всё было хорошо. Тогда может... перелёт крохи прошёл не слишком гладко? Ведь беременный организм особенно чувствителен к изменениям давления высоты и способен реагировать совершенно неожиданно. И всё же... не слишком ли это для настолько резких изменений? Пожалуй, один лишь перелёт вряд ли вызвал бы такие радикальные перемены в нём самом. К тому же специально для всяких непредвиденных случаев в Яншо заранее прибыл опытный врач-митролог, готовый оказать помощь омеге при любых обстоятельствах...
И тем не менее, как бы он себя ни успокаивал, тревога, словно ядовитая змея, уже оплела шею альфы, вонзаясь своими острыми зубами в ту её часть, где он сам поставил своему омеге метку паука. Отравляющие мысли всё глубже и глубже расползались внутри Намджуна и остановить их интоксикацию было невозможно.
Посмотрев на свои руки, альфа заметил, что они мелко дрожат. Чтобы не выдавать своего состояния, он ещё сильнее он вцепился в трость. Она, как символ его якобы слабости, была в то же время оружием, готовым в нужный момент превратиться в смертоносный инструмент, прибавляющий уверенности своему владельцу. Как бы Намджуну ни было плохо без своего зверька, как бы он за него не беспокоился, это не значило, что он не справится с чем бы то ни было. Он вовсе не сломлен!
Всё временно, всё тлен, и лишь его цель имеет реальный смысл!
Пройдя в зал ожидания и уже почти определившись с местом дислокации, краем глаза Нам снова заметил движение. На этот раз оно не было тайным - четверо мужчин шли вполне открыто и, определённо точно, в его сторону. Подойдя ближе, двое из них - мужчины в строгих костюмах, сравнялись с альфой. Их лица выражали безупречную вежливость, но глаза выдавали стальную решимость. За их спинами маячили фигуры в форме китайской полиции, словно декорации к тщательно срежиссированному спектаклю.
- Ким Намджун-сси? - Произнес один из мужчин на корейском, его голос был ровным и профессиональным.
Быстрым движением вытащив из кармана пластиковую карту, он предъявил своё удостоверение.
- Да. Чем могу помочь? - Спокойно ответил альфа.
- Мы являемся сотрудниками Национального разведывательного управления Южной Кореи. Просим пройти вас вместе с нами для небольшого разговора.
- Разговора? - Намджун слегка приподнял бровь, играя в удивление.
"Надо же, так соскучились по мне, что даже не дождались, когда я сам долечу до родины? Я сегодня прям нарасхват!"
- Отказаться, я так полагаю, я не могу?
- Это было бы не желательно.
- О чём же вы хотите... поговорить?
Он понимал, что этот "небольшой разговор" может затянуться надолго и иметь самые непредсказуемые последствия. Окинув взглядом своих помощников, альфа заметил в их глазах готовность к любому развитию событий.
Заметили это и сотрудники разведывательного управления.
- Мы не можем ответить на этот вопрос прямо здесь. Просим вас пройти в специальную комнату. Там мы подробно объясним в чём дело. - Мужчина учтиво, но настойчиво указал рукой куда-то в сторону. - А ваших компаньонов... - Агент окинул оценивающим взглядом двух альф, что встали по бокам от Нама. - Мы бы попросили остаться здесь и ожидать вашего возвращения.
Манера речи говорящего с ним сотрудника была сухой, отработанной годами долгой службы - ровно такой, чтобы ни одна интонация не выдавала истинных намерений.
То есть его не собираются брать под арест, и возвращение всё-таки предполагается? Или это просто такой казённый оборот речи? В любом случае и дураку ясно - независимо от мотивов проведения допроса, вся эта операция была подготовлена заблаговременно, и очевидно, что сотрудники разведки действуют так оперативно именно потому, что кто-то подсказал им направление действий задолго до его прибытия в страну.
"А это интересно!"
Кто-то явно не желает, чтобы он слишком быстро добрался до Кореи. Здесь явно чувствуется влияние весьма влиятельной персоны. И если за происходящим стоит не Сон Хван (ведь кто ещё знал об ангаре в заброшенном порту?), то значит тут действует другой игрок, внимательно отслеживающий все его шаги и движимый собственными интересами. Какие у него мотивы и цели пока не понятно, однако дальнейший разговор с представителями спецслужб способен пролить свет на некоторые детали этого вопроса.
- Разумеется, - Ответил Намджун, стараясь сохранить спокойствие в голосе. Он кивнул напарникам и те сделали шаг назад. - Я всегда готов сотрудничать с органами правопорядка. Ведите.
***
Закрытый чат свенов:
[Х:Х] Кто-нибудь в курсе, куда делись наммины?
[Х:Х] Да! они совсем потерялись из вида...
[Х:Х] Я не знаю (((
[Х:Х] Ах, когда эти двое рядом, они меня буквально опьяняют!
[Х:Х] Намджун, кажется, улетел в командировку? Но это не точно.
[Х:Х] Больше чем на две недели? Но как же наш малыш Чими сможет так долго без своего альфы?
[Х:Х] Да, беременному омеге особенно тяжело без феромонов своего истинного...
[Х:Х] Ах, я плачу! Мои страдания не измеримы никакими исчислительными приборами! Помогите мне!
[Х:Х] Нам бы кто помог.
[Х:Х] Как так можно! Я зол!
[Х:Х] Да погоди ты злиться, может в этом исчезновении есть крайняя необходимость? Мы же знаем, насколько Намджун бережен к своему супругу, он оберегает его как зеницу ока.
[Х:Х] Точно, если он исчез с радаров, то это не просто так, и дело точно пахнет керосином.
[Х:Х] Говорят, что Чимин тоже оперативно улетел в другую страну.
[Х:Х] Я слышал, что это как-то связано с укреплением здоровья.
[Х:Х] Откуда такие данные?
[Х:Х] Есть кое-какие источники! И об этом скоро объявят в открытых источниках.
[Х:Х] Тогда что получается? Чими будет на сохранении в другой стране? Как это возможно? Зачем?
[Х:Х] А может он улетел к мужу?
[Х:Х] Ну... кто знает...
[Х:Х] Мне кажется что сохранение - это лишь официальная версия для прикрытия.
[Х:Х] А вдруг и правда к Намджуну упорхнул под крылышко?
[Х:Х] А вам не кажется, что вокруг нашего малыша в последнее время какая-то слишком нездоровая атмосфера?
[Х:Х] Ты о чём?
[Х:Х] Кстати да! Я тоже замечаю!
[Х:Х] Другие свены говорят, что замечают каких-то подозрительных типов в местах, где проживают наммины.
[Х:Х] Сталкеры?
[Х:Х] Не знаю, как-то вроде не очень похоже... они странные. И мне они не нравятся.
[Х:Х] Так давайте усилим контроль и организуем посменное наблюдение!
[Х:Х] За кем, если это только подозрения?
[Х:Х] Просто проверим нашу теорию. Нам же ничто не мешает провести расследование! Если увидим что-то подозрительное, то значит всё ещё хуже, чем мы думаем.
[Х:Х] В смысле? Почему?
[Х:Х] Ну как? Если за домами намминов даже в их отсутствие есть какая-то слежка, то это о многом говорит!
[Х:Х] О чём например?
[Х:Х] Например о том, что нашего Чими хотят похитить, или как-то навредить Намджуну.
[Х:Х] Или им двоим!
[Х:Х] Может, стоит связаться с их охраной? Мы должны поставить их в курс происходящего, чтобы они принять какие-то меры.
[Х:Х] Но с другой стороны, если охрана уже всё знает и не вмешивается, то кто мы такие, чтобы лезть?
[Х:Х] А если не знают?
[Х:Х] Я думаю, что если мы объединим усилия, то сможем быть более эффективными.
[Х:Х] Считаю нам нужно действовать осторожно и не поднимать панику. Распространение слухов даже среди своих только усугубит ситуацию и привлечет ненужное внимание. Наммины не должны пострадать!
[Х:Х] Ни в коем случае!
[Х:Х] Давайте сконцентрируемся на сборе информации и координации наших действий.
[Х:Х] Хорошо, я согласен.
[Х:Х] Тогда начнем посменное наблюдение за их домами и окрестностями. Если увидим что-то подозрительное, немедленно сообщаем всем остальным свенам. Также попробуем связаться с проверенными людьми, чтобы получить дополнительную информацию.
[Х:Х] Что будем делать, если подтвердиться самое худшее?
[Х:Х] Как что? Обратимся к их друзьям! У нас же есть их контакты?
[Х:Х] Да, есть!
[Х:Х] К кому лучше обратиться в первую очередь? Как думаете?
[Х:Х] Наверное лучше всего к Солар. Она всё-таки сейчас крутится в журналистике, с ней проще связаться и хватка у неё что надо.
[Х:Х] Плюс она в курсе клуба свенов и сама поддерживает связь.
[Х:Х] Не даром её прозвище железная леди.
[Х:Х] Да, и её муж Чон Хосок, он какой-то там советник при правительстве. Близкий друг Намджуна.
[Х:Х] Точно-точно. Они вместе просто термоядерная парочка.
[Х:Х] Хорошо, тогда решено. В случае чего звоним Солар.
[Х:Х] И не забываем, что использование личных данных в своих целях - равно пожизненному исключению из клуба и лишению всех привилегий.
[Х:Х] ДА!
[Х:Х] Мы не подведём!
[Х:Х] И давайте молиться, чтобы с ними все было в порядке.
[Х:Х] Конечно! Ведь наммины - это не просто наши кумиры, они часть нашей жизни. Мы не можем позволить, чтобы с ними что-то случилось.
[Х:Х] За намминов и двор стреляю в упор!
[Х:Х] А если серьёзно, сегодня в пять на нашем месте! Никому не опаздывать! Я подготовлю график дежурств.
[Х:Х] Так точно!
[Х:Х] Буду как штык!
[Х:Х] До встречи в пять *чмок*
***
Яншо, резиденция Мин.
- Прошу... будьте аккуратнее... - Прошептал Бао, но Мару уже ушёл в себя, оглох к внешнему миру.
Он застыл над постелью, словно пригвожденный, пожирая взглядом беременного омегу.
Чимин.
Впервые за всё недолгое время, отпущенное на роль сопровождающего, он мог смотреть на него сколько влезет. Наглеть взглядом, ничем не ограниченный.
Лицо - выбеленное мучительным перелётом, кожа - тончайший шёлк, почти мираж. Под глазами залегли небольшие тени, как следы от поцелуя грусти. Пухлые губы - обескровленные, чуть разомкнуты в невнятном бормотании. Белый лебедь, собственной персоной.
Красивый. До дрожи.
Знаешь, как бывает? Наткнёшься случайно на такое место, от которого отвиснет челюсть. Какой-нибудь затерянный райский уголок, где воздух можно пить, а от красоты кружится голова. Хочешь туда возвращаться снова и снова, вдыхать, запоминать, присваивать. Чистое, нетронутое великолепие, от которого хочется заорать во всё горло.
Вот что чувствовал Мару, глядя на Чимина, мечущегося в бреду. И это бесило. До зубовного скрежета. Потому что за этим восторгом змеёй вилась ненависть. Бессилие. Его Лэй, его собственный, уникальный, как отпечаток пальца омега, был изуродован, перекроен под этого Чимина. Его личный, выстраданный рай - вытоптан. Почему? За что? Да всё просто: кто-то захотел это белоснежное чудо, а не получив оригинал, решил перелепить, изувечить другого. Как податливый кусок глины.
Мару трясло.
Что ты можешь сделать, когда твои руки связаны, а внутри клокочет ярость, готовая взорваться? Остаётся только смотреть на причину, на эталон, с которого делался слепок для перекройки твоего любимого, и выплёскивать на него свою черноту.
Сублимация, мать её.
Рванув с себя пиджак, как будто тот душил, скинув ботинки, Мару со звериным рыком одёрнул одеяло и, под прерывистое дыхание Бао, замершего в углу, поставил колено на кровать. Чимин не смотрел на него, он вообще мало что понимал, но был словно оживший кошмар. Плевать! Альфа дёрнул за верх рубашки, срывая две верхние пуговицы, как будто рвал старую рану. Скулы ходили ходуном. Наклонившись ближе, задержав дыхание, словно ныряя в омут, расстегнул третью.
Бао прикусил губу до крови. Взгромоздившись на кресло, бессильный наблюдатель чужой драмы сжался в комок, словно испуганный зверёк. Он не знал, что будет дальше, не понимал как реагировать и чувствовал себя мерзко, как будто продавал Чимина так же, как когда-то продавали его. Хоть это и было несравнимо, однако мерзкое, липкое чувство обволакивало его сознание, как паутина.
Мару тоже буквально знобило. Пальцы альфы дрожали, как у мальчишки, впервые решившегося на кражу. Он наклонился к Чимину и аккуратно подсунул руку под его голову, чуть приподняв над подушкой. Неожиданно сердце альфы ухнуло в пятки, когда до него донёсся едва ощутимый, словно призрак, аромат - двойной феромон из лаванды и кардамона. В этот момент в голове вспыхнуло диким импульсом, безумной мыслью - как он с остервенением, достойным фанатика, движимого жаждой возмездия, впивается в губы плохо соображающего омеги и зло запускает внутрь его рта свой язык. Как он терзает этого омегу, берёт его под свой контроль и сминает всю красоту девственной природы. Наваждение было таким сильным, что даже Бао, не выдержав этой ауры, ойкнул и осел в кресле.
Мару вздрогнул и в тот же миг все чёрные мысли рассыпались в пыль.
Чимин - он как гладь горного озера и Мару только что показалось, что если плеснуть в эту кристальную чистоту немного своего, скопившегося за долгое время, яда - это подарит ему хотя бы каплю избавления, развяжет удавку на его шее. Нет, он не станет губить это озеро. Но и прежним после такого оно уже не будет. Возможно, если он слегка отравит эту девственную красоту своей бешеной, неутихающей ненавистью к тем ублюдкам, что свершили грех над его истинным, это будет неким воздаянием?
Нет, не будет...
Как бы он не хотел этого признавать, но Бао был прав. На кону стоит слишком многое - их с Лэем освобождение, которое пообещал Мин Юнги. В отличии от своего ублюдка-отца, что дал добро на изменение внешности Лэя, новый глава отличался иными принципами, его слову можно было верить - не зря за ним пошло столько людей, объединив в итоге свои группировки с кланом Мин.
Мару вновь посмотрел на Чимина. Тот лежал в подобии пижамы, распахнутой до середины груди, вздымающейся так тяжело, что казалось, вот-вот и омега перестанет дышать. Запах Чимина был слабым, впрочем, как и сам омега. А аромата его альфы вообще не ощущалось. Плохо! Именно поэтому он и должен усилить его феромоны своими, насытить, вдохнуть в это измученное тело хоть немного жизни. Должен.
Доктор предупредил: точное расположение желез на шее всегда индивидуально, но когда альфа ставит метку - в этот момент он точно определяет место укуса. Поэтому сейчас его точка сосредоточения как раз под меткой. Стоит начать с лёгких надавливаний, круговых движений пальцами. Никакой похоти, только имитация близости, лишь бы запустить процесс. Феромоны - это не магия, но без них Чимин зачахнет.
- Мне нужно, чтобы его феромоны высвободились. - Тихо произнёс Мару, посмотрев на Бао. - Заменить...
То ли он спрашивал разрешение, то ли констатировал факт - было не ясно. Бао, застывший в настороженной позе, словно новобранец в засаде, не шевелился и тупо смотрел в одну точку перед собой. Притворяться частью кресла было бесполезно - он сам дал разрешение на всё происходящее и теперь нужно было продолжать действовать, исходя из сложившихся обстоятельств. Он не совсем понимал, что имеет ввиду Мару под словами "высвободить" и "заменить", а то, что говорил ему перед этим митролог - напрочь вылетело из головы. Пожилого мужчину пришлось оставить за дверью, поскольку тот тоже являлся альфой и мог непроизвольно выпустить свои феромоны. А это было недопустимо при подобного рода терапии.
Бао кивнул.
Мару коснулся шеи Чимина. Холодная. Словно мрамор. Под пальцами - едва ощутимая пульсация. Он надавил на метку - легко, почти невесомо. Железа поддалась, и в нос ударил слабый, но всё же отчетливый аромат: что-то горькое и камфорное, похожее на жгучий аромат дикой травы вперемешку с удушливым ладаном. Запах альфы. Запах Ким Намджуна. Мару заскрежетал зубами. Закружилась голова.
Он закрыл глаза, собираясь с духом. Круговые движения, как учил врач. Рука не слушалась, дрожала, как осиновый лист. Запах становился сильнее, острее. Мару чувствовал, как внутри поднимается волна - не похоть, нет, скорее... злость? Раздражение? Желание раздавить, уничтожить этот хрупкий, белоснежный идеал, из-за которого... Нет. Нельзя! Он должен помочь. Он должен.
~
__________________________
Bogan Via - Come on, Thriller
__________________________
Вот и всё. Дверь в комнату без окон закрыта. Выхода нет. Это феромоновая ловушка.
Нет возможности выбраться или проскользнуть. Это душная западня, сплетённая из аромата кипариса, где чужая невидимая сущность давит со всех сторон. Она просачивается настойчивостью сквозь стены, стекает одиночеством с потолка, наполняет пространство пола безысходностью, подползая к самым кончикам пальцев - а затем ползёт вверх, всё выше и выше, мокрыми, холодными пальцами касаясь уже коленей. Кажется, что ещё чуть-чуть и рассудок покинет разум. Так хочется сдаться, чтобы уже наконец-то облегчить боль, но лишь притуплённое чувство опасности, что ноет внутри, заставляет бороться, метаться внутри пропитанной ароматом чужого альфы темницы. Как отсыревшие мысли и чувства источают неприятную затхлость, так и его нутро сейчас буквально разлагается, сгнивая прямо на глазах.
Глаза Чимина резко распахнулись, а тело пронзила дрожь. Размытый силуэт возвышался над ним, а чужие руки жгли огнём прикосновений. Воздух вокруг сделался густым, словно вязкий дёготь, обволакивая каждую клеточку тела, не давая дышать полной грудью. В ушах стоял непрерывный скрежет, будто тысячи крошечных насекомых скреблись о барабанные перепонки, вызывая головокружение. Разум был словно погружен в туман, теряя способность ясно мыслить, но инстинкты продолжали стучаться в глухие стены, заставляя отчаянно бороться.
Снова тьма.
- Хааа... - Тяжело выдохнул Мару, потерев переносицу.
- Что такое? - Подался вперёд Бао.
- Он не поддаётся. Это плохо. Такой маленький, а такой упёртый...
Дело не шло. Омега отчаянно сопротивлялся его феромонам, даже в беспамятстве отбивался от навязываемого запаха. Стимуляции пальцами было явно недостаточно, а значит он должен подключить более тяжелую артиллерию. Другого выхода нет...
- Что же делать? - Бао кусал губы, не зная, чем помочь.
- Мне нужно активировать его метку. Высвободить феромоны и перезапустить процесс.
- В смысле? Что вы...
Пронизывающий взгляд альфы заставил омегу моментально замолкнуть.
Мару беззвучно выругался.
Голова Чимина всё ещё покоилась на его ладони. Переместив руку на затылок, он осторожно повернул голову омеги набок и посмотрел на паукообразную метку. Огромная! Никогда ранее Мару не видел ничего подобного - такая чётко очерченная, с ярким келоидом, словно... её обновляли.
Глаза альфы расширились от собственной догадки.
Да быть не может! Это же безумие! Вот почему у него ничего не получается - связь этих двоих слишком крепка, чтобы просто так пробиться к контролю над чужими феромонами. Кто из этих двух сумасшедших был инициатором подобного Мару не знал и знать не хотел, поскольку это в любом случае было огромным риском. Подобная связь после двойной метки, несомненно, имеет свои преимущества, но и в случае чего риск печального исхода так же увеличивается в разы.
- Что такое? - Ещё больше заволновался Бао, смотря на то, как застопорился альфа.
- Я должен... простимулировать его...
Обхватив тонкую шею Чимина, Мару опустился вниз и приблизился губами к чужой метке.
- Вы что делаете!? - Ошарашено вскрикнул Бао, не ожидавший такого поворота.
- Заткнись. - Зло шикнул Мару и, не теряя ни секунды, накрыл губами дрожащую кожу.
Омега вздрогнул.
Он пытался найти хоть какую-нибудь лазейку, но стены комнаты казались монолитной преградой, не оставляющей ни малейшего шанса на спасение. Сердце билось учащенно, а холодный пот струился по спине, оставляя липкую дорожку страха. Каждый вдох приносил с собой ещё больше паники, ведь аромат кипариса становился все сильнее, словно яд, проникающий в кровь, медленно отравляя сознание. Глаза искали хоть какой-то проблеск света, но тьма была непроницаемой, как чернильная клякса, поглощающая всякое желание жить.
Чужие руки, словно невидимые путы, обвивали его, прижимая хрупкое тело к широкой груди.
Оторвавшись от метки, Мару посмотрел на Чимина со смесью противоречивых чувств - отвращение смешивалось с тягой, подчинённой прямому указанию врача: омегу вынуждали дышать чужими феромонами, погружая его в обманчивый мир близости с альфой, который ему был сейчас так нужен. Чимин балансировал между явью и сном, он будто плыл в мутных водах сознания - там, где реальность искажалась до неузнаваемости. Он ощущал подмену, но силы покинули его, оставив беззащитным перед этой иллюзией. Истощённый перелетом и мучительной разлукой с истинным, Пак жаждал тех самых феромонов, которые теперь наполняли воздух вокруг него, хотя они были лишь бледной копией аромата любимого мужа.
Капля за каплей, сознание перестраивалось, стачивая острые грани сопротивления.
Мару наклонился ближе, его дыхание коснулось лица Чимина. Рыкнув от безысходности, он коснулся чужих губ своими. Поцелуй был сухим, отстраненным, полным горечи и противления. Не то, чтобы он питал отвращение к Чимину - совсем наоборот. Омега был красив в своем хрупком, измучившемся состоянии, он вызывал щемящую нежность и желание защитить. Но это был не тот омега. И это было чудовищно. Мару презирал себя за то, что касался его, за то, что обманывал чужое и своё тело, за то, что использовал свою сущность альфы в такой грязной игре.
В то же время, где-то глубоко внутри, робко пробивалось и другое чувство – болезненное, почти забытое желание принадлежать кому-то, быть нужным. Феромоны Чимина, хоть и искаженные бредом и слабостью, все равно проникали в его сознание, вызывая смутное, нестерпимо сладкое томление. Он ощущал тепло чужого тела, слышал прерывистое дыхание и, вопреки всей своей воле, инстинктивно хотел ответить, согреть, защитить.
- Чёрт... - Стиснув зубы, прошипел альфа. Он знал, что его слова сейчас не будут услышаны. - Я должен... должен.
Оторвавшись от Чимина, Мару отстранился, удерживая его на расстоянии вытянутой руки. Он видел, как по щекам омеги текут слезы, смешиваясь с испариной. Видел мутный, потерянный взгляд, в котором отражалась лишь боль и отчаяние. И это зрелище, вместо ожидаемого удовлетворения, лишь усилило его душевные терзания.
- Нами...
Музыка чужого имени, что сорвалась в болезненном забвении с пухлых губ, принадлежала тому, кто был навечно отпечатан в чужом сердце и разуме. Мару это не ранило, а наоборот, дарило так нужное чувство самоконтроля - всё так, как надо, всё правильно. Если эти руки и будут плести шёлк из объятий, то по-настоящему они никогда не будут принадлежать никому другому, кроме истинного альфы, что запечатал этого крошечного омегу в своей душе. Если эти губы и будут выстанывать имя, то иероглифы будут соединены лишь в имя Ким Намджун. И это хорошо. Ведь его собственные мысли тоже переполнены, и отнюдь не именем Чимина. Он не должен терять контроль!
Мару снова прильнул к метке. Влажный язык - словно проводник тока, вызвал у омеги мелкую дрожь, пробегающую по телу. Игра на грани, последняя стимуляция, и вот-вот прорвётся плотина - феромоны Намджуна окончательно вырвутся на свободу, как джинн из бутылки. И тогда он поставит временную метку рядом с постоянной, подмешает частицу себя в этот и без того сумасшедший коктейль.
Запах чужого альфы... Этот дьявольский дурман, абсентовый наркотик, въедающийся в кожу, проникающий в сознание, отравляющий душу галлюцинациями. Незримый дух истинного, что пытается навязать ему устрашающие образы, которые он так усердно пытался спрятать от самого себя. Это было пыткой. Мару чувствовал, как отвращение комом подступает к горлу, но заставлял себя продолжать. Он должен это сделать. Ради Лэя. Ради их призрачного "завтра".
Губы альфы скользили по стройной шее, оставляя после себя влажные следы. Вновь накрывали чужие губы поцелуями, срывая прерывистые, болезненные стоны, словно дьявольские овации. Поцелуй резал бритвой, окроплял сущность жертвенной кровью. Мару имитировал нежность, хотя внутри всё вопило в агонии. Когда концентрация феромонов достигла своего пика, клыки альфы, наконец-то, надкусили нежную кожу, Чимин вскрикнул и забился в конвульсиях. Мару тут же обхватил омегу, не давая ему и шанса вырваться из своей хватки - не выпускал из кольца рук, вжимал в кровать, вынужденно ограничивал чужую свободу.
Бао вскочил с места, готовый броситься на помощь, но Мару жестом остановил его. Как подкошенный, он рухнул обратно в кресло и, словно оглушённая рыба, уставился вперёд. Зрелище, которое он мог наблюдать, оказалось вовсе не таким романтичным, как его описывали в романах для омег - оно больше походило на безумство, варварство, где несчастного берут силой, навечно делая его своим рабом.
У Бао не было метки, но в последнее время он нередко задумывался о ней. И вот сейчас он мог воочию наблюдать за этим кровавым процессом, так напомнившим ему моменты прошлого, когда любой незнакомый альфа мог схватить его и сотворить любую дикость, какая бы только пришла в его больную голову. Бао смотрел на происходящее округлившимися глазами - видел, как дергаются ноги Чимина, как тот скребёт ногтями по простыне в тщетных попытках вырваться, как он стонет, пригвождённый к постели, в то время как альфа, сгрудившийся над несчастным, словно огромный оборотень, пьёт молодую, чистую кровь омеги. Бао смотрел и не мог определить, правильно ли всё происходящее. Его колотило, а оплетающие со всех сторон феромоны только усугубляли сомнения.
Дыхание Чимина уже стало тяжелым и прерывистым, на лбу выступила испарина. Он мучился от разъедающих нутро феромонов, словно отравленная бабочка, и не мог вырваться из липких пут. Прошло какое-то время, прежде чем ритуал был закончен и альфа, загнанно дыша, оторвался от шеи омеги. Оскалившись, он глубоко втянул ноздрями воздух и резко развернулся в сторону Бао.
- Вон! - Неожиданно рявкнул Мару, метнув в омегу уничтожающий взгляд. Обескураженный Бао открыл было рот, чтобы что-то возразить, но тут же получил пояснения. - Твои феромоны! Ты рехнулся?
Вмиг осознав что он наделал, побледневший Бао тут же подскочил с кресла и помчался прочь. Он не хотел портить процесс, просто слишком переволновался, не смог себя контролировать и в итоге заслуженно поплатился за это изгнанием.
Мару повернулся в сторону Чимина - тот больше не сопротивлялся. Омега ослабил защиту, его обмякшее тело больше не было напряженным как раньше - наоборот, оно даже поддалось на движение пальцев альфы, когда тот легонько провёл ими по шее. Теперь, сдавшись, ослабленный омега пытался найти утешение в чужом тепле. Чимин тянулся к нему. Пусть и в беспамятстве, но...
...он принял подмену.
***
Аэропорт Шоуду. Специальная комната для допросов.
В комнате для допросов, освещенной яркими лампами, царила атмосфера напряжения. Холодный цвет стен создавал атмосферу официального отчуждения. К двум сотрудникам Национального разведывательного агентства Южной Кореи (NIS) присоединились ещё двое. Все четверо смотрели на Намджуна с интересом, едва скрываемым за профессиональными масками.
Старший агент, открыв папку с бумагами, положил перед собой лист бумаги с официальной печатью.
- Господин Намджун, - Обратился он подчеркнуто уважительно, но жестко. - Вы находитесь здесь по просьбе нашего ведомства. Цель нашей сегодняшней встречи - разъяснить некоторые вопросы, касающиеся событий последних недель.
Намджун наклонился вперед, сцепив пальцы рук на коленях. Его голос прозвучал негромко, но властно:
- Естественно, я всегда готов содействовать родному государству, на благо которого тружусь не покладая сил. Но надеюсь, вы понимаете, что вот уже больше двух недель я находился за границей и не имел возможности лично участвовать в делах страны. - Альфа сделал многозначительную паузу. - Однако, что конкретно вас интересует?
Второй агент, помоложе, желающий принимать активное участие в беседе, произнёс:
- Сообщите нам, пожалуйста, ваше мнение о событиях, связанных с закрытой серверной, расположенной в районе порта Агма.
Ага, значит всё-таки он правильно всё понял и дело как-то связано с Кванториумом. Вопрос только в том, сколько информации они уже знают.
- Известно, что помещение ангара использовалось для работы с новейшими технологиями. Имеет ли это отношение к вашей последней разработке?
Намджун сохранял невозмутимое выражение лица, однако лёгкое раздражение проступало в глубине его глаз, как искры, пробивающиеся сквозь стальную маску хладнокровия. Вместе с тем незаметная волна тревоги, похожая на тяжесть холодного воздуха, заползла внутрь, вызывая ощущение сдавленности горла.
"Опять!?"
Альфа машинально ослабил ворот рубашки, стараясь сдерживать ритм дыхания. Он постарался ответить спокойно, взвешивая каждое слово, хотя уже начинал ощущать внутри себя нарастающий дискомфорт:
- Речь идет о серверной, верно? Честно говоря, у меня возникли сложности с определением, что именно вас интересует. Дело в том, что за последние месяцы я участвовал в нескольких проектах разного профиля.
Третий агент, женщина среднего возраста, вступила в разговор:
- Ваш профиль известен: искусственный интеллект, разработка программного обеспечения, а в последнее время ещё и создание "умных" протезов. Не могли бы вы рассказать подробнее о текущих исследованиях?
Намджун вымученно улыбнулся, демонстрируя ироничный блеск в глазах. Было заметно, что он закипает и это было поистине странно, в первую очередь для самого альфы. Почему он с трудом себя контролирует? Почему его феромоны скачут, как припадочные? Ощущение внутреннего разлада всё нарастало.
- Большинство моих проектов носит закрытый статус, доступ к ним требует спецдопуск. - Потёр виски Нам. - Неужели вы и правда думаете, будто я стану делиться с вами информацией о засекреченных технологиях? Да даже если представить, что у меня сейчас вдруг случится приступ идиотизма и я начну рассказывать вам, к примеру, о квантовых технологиях, много ли вы поймёте из сказанного?
Молодой агент, что сидел поодаль, не выдержал и повысил голос:
- Мы знаем, что вы тесно связаны с деятельностью серверной в районе порта Агма. Насколько вы вовлечены в её деятельность?
Намджун улыбнулся, демонстрируя абсолютную уверенность:
- Я посетил эту площадку в прошлом месяце для осмотра технического состояния оборудования. Больше я ничем не занимался.
Молодой агент решил не снижать активности:
- Что ж... Помимо этого имеются свидетельства, что вы получали доступ к специальным документам. Что скажете на это?
"Пытается развести меня на дополнительную информацию? Забавно." Намджун криво улыбнулся, стараясь скрыть признаки усилившегося недомогания:
- Если вы говорите о тех документах, о которых я думаю... то они касаются медицинской сертификации. Вы ведь их имели ввиду? - Нам сделал паузу, отметив, в каком неудовольствии исказились лица агентов. Они явно ожидали если не услышать что-то иное, так хотя бы уловить хоть какое-то смятение. - Моё предприятие SimBionica проводит клинические испытания протезов нового поколения. Я не понимаю, почему это вызывает вопросы.
Женщина-агент, сидящая слева, снова вмешалась в разговор:
- Означает ли это, что вы занимались разработкой медицинского оборудования?
Намджун медленно кивнул, ощущая онемение в конечностях. Боль от спины, прошив насквозь, вызвала неконтролируемое сокращение лицевых мышц. Заметившие это сотрудники спецслужбы, настороженно переглянулись. Альфа поморщился и с силой вцепился в подлокотники стула. Какое-то время он не издавал ни звука и был неподвижен. Казалось, будто Нам думает над ответом, хотя на самом деле он просто пытался совладать с болью.
- Разумеется. - Наконец-то выдавил он. - Протезы, созданные на основе моего ИИ, представляют собой уникальное направление медицины. Государство поддерживает нашу инициативу, президент одобрил её публично.
Четверо сотрудников перебросились короткими взглядами. Комната погрузилась в тишину.
Подловить этого альфу хоть на чём-то оказалось слишком сложной задачей, особенно в условиях, когда у тебя нет ни особых зацепок, ни каких-либо доказательств причастности... Как вообще работать в таких условиях? Спустить сверху задачу - это одно, а выполнить её, когда формулировки изначально настолько расплывчатые - дело совершенно другое. На основании чего им, собственно, удерживать Ким Намджуна? Да и этот альфа - тоже человек непростой. К тому же есть веские основания полагать, что он имеет прямой доступ к президентскому окружению...
- Нам нужно посовещаться. - Стуча пальцем по столу, наконец-то нарушил молчание старший агент.
Намджун сделал неопределённый жест головой, а когда сотрудники вышли в соседнее помещение, чуть не рухнул на стол. Тело будто утратило всю силу, а красный туман перед глазами мешал сосредоточиться даже на мелочах. Его беспокоила эта слабость - в таком состоянии невозможно вести конструктивный диалог - так он упустит важные детали и будет лёгкой мишенью для манипуляций. Так не должно быть! Это неправильно и слишком неконтролируемо. Он не может быть таким беззащитным именно сейчас.
Когда представители NIS вернулись обратно в комнату, Намджун уже сидел в непринуждённой позе, однако взгляд его блуждал. Казалось, будто для концентрации внимания альфа прилагает просто недюжие усилия.
Все четверо медленно расселись по своим местам и старший агент, с подозрением посматривая на альфу, задал новый вопрос:
- У нас есть информация, что вы используете нестандартные протоколы передачи данных. Прокомментируйте это.
Намджун поморщился, прижимая руку к груди:
- Свои данные я защищаю... скажем так, авторскими методами. Однако всё делается в рамках действующего законодательства. Хотите убедиться? Проверьте журналы протоколов.
- Хорошо, мы проверим. - Скрипнув зубами, кивнул старший.
- Ещё... нами был получен дополнительный запрос на проверку вашего оборудования. Будьте готовы к дополнительному осмотру.
Намджун кивнул, хватаясь за стул, чтобы удержать равновесие:
- Безусловно, сотрудники вправе проверять мою продукцию. Единственное пожелание - делать это... - Альфа жадно облизнул пересохшие губы. - Делать это... - Голос стал казаться отдаленным и неразборчивым. Намджун начал терять суть происходящего.
- ???
Внезапно мир качнулся, словно огромная невидимая рука схватила реальность и слегка встряхнула её. Пространство вокруг растеклось расплавленным стеклом, рассыпая повсюду мерцающие осколки болевых ощущений. Казалось, будто нить, соединявшая Намджуна с чем-то важным, оборвалась... лопнула с оглушительным треском, и этот звук разлетелся по миру эхом, оставляя после себя пронзительную пустоту.
Голову закружило бешеным хороводом, будто тяжелое колесо сорвалось с оси и понеслось куда-то вдаль, увлекая за собой сознание. Нам попытался встать, но непослушное тело бессильно повалилось набок, утратив способность поддерживать равновесие. Перед глазами вспыхнули яркие искры, в ушах зазвенело.
Агенты вскочили со своих мест, в их глазах отражался испуг.
- Что с вами?! - Воскликнула женщина-агент, подбегая к Намджуну.
Старший сотрудник бросился к двери, выкрикивая распоряжения охране, а молодой вцепился в папку с бумагами, не зная, что предпринять.
Намджун лежал на полу, судорожно глотая воздух. Он чувствовал, как что-то тёплое и липкое стекает по его лицу. Боль пронзила голову, словно раскалённым железом. Он попытался что-то сказать, но из горла вырвался лишь хрип.
- Доктора сюда! Живо! - Голос откуда-то сверху звучал приглушенно, словно через перьевую подушку.
Из носа и ушей альфы хлынула кровь. Обильно, пульсирующими струями. Она заливала пол, окрашивая его в багровый цвет. Агенты отшатнулись, зажимая рты руками. В этот момент в глазах Намджуна померкло окончательно. Последнее, что он увидел, прежде чем потерять сознание, было перекошенное от ужаса лицо женщины-агента и встревоженные лица его напарников.
***
Порт Agma, полночь.
- Вы уверены, что нам стоило сюда идти? - Дрожащим голосом прошептал констебль, всматриваясь сощуренным взглядом вперёд себя.
Из темноты ночи, полной непонятных теней, на двоих полицейских смотрело нечто огромное, затмевая своими габаритами все окружающие деревья и одинокие постройки. Чёрный силуэт высоченного ангара со сводчатой крышей походил на хребет исполинского чудовища, вымершего когда-то давно, да так и оставшегося покоиться прямо здесь в заброшенном порту.
- В нашей работе ни в чем нельзя быть уверенными. - Светя фонариком в сторону ангара, ответил капитан. – Настроения сверху меняются быстрее, чем желания у беременной женщины, а это значит, что мы, хоть и не были инициаторами всех этих изменений, всё равно обязаны исполнять чужие прихоти.
- Мы что, козлы отпущения? - Обидчиво и с безнадежностью в голосе произнес констебль, осторожно раздвигая перед собой ветви деревьев.
- Именно так, если ты еще не осознал своего положения. - Раздраженно бросил капитан, резко вырывая ветку из рук подчиненного, отчего та болезненно хлестнула констебля по кисти руки.
- Айщщ! - Вскрикнул тот, за что тут же получил ещё более ощутимый тычок в бок.
- Прикрой рот и следуй вперёд. - Раздражённо шикнул капитан, указывая на дверь ангара.
Осторожные шаги по неровной земле сопровождались тихими звуками дыхания и потрескиванием сухих листьев. Запах сырости и плесени смешивался с соленым привкусом морской воды, наполняя воздух неприятными ощущениями. Ангар стоял мрачным монолитом посреди заброшенного пейзажа, будто бросая вызов любому, кто отважится к нему приблизиться.
Подойдя ближе, капитан направил луч фонаря на замок двери. Металлическая пломба была целой, никаких признаков взлома не наблюдалось. Констебль нервно сглотнул, чувствуя холодок, пробегающий по спине.
- Почему мы должны рисковать жизнью ради кого-то другого? - Нервно прошептал он.
- Потому что приказ есть приказ. - Жестко ответил капитан, доставая набор инструментов из кармана. - Чем скорее закончим, тем быстрее вернемся обратно.
Замок щелкнул, дверь слегка скрипнула, открываясь. Внутри царила полная тьма, лишь слабый отблеск луны позволял различить очертания предметов. Капитан направил мощный фонарь вглубь помещения. Его примеру тут же последовал и констебль.
Фонари выхватили из тьмы длинные ряды мерцающих серверов, и оптоволоконные кабели, светящиеся мрачно-красным светом, словно те были искусственными венами какого-то гигантского механического организма, оплетающими немыслимое количество аппаратуры. Несмотря на внешнюю заброшенность, изнутри ангар казался живым, дышащим собственным загадочным ритмом. Однако самым жутким было не это, а мерный гул, похожий на утробное, недовольное урчание, словно исходящее из механической глотки исполина.
- Почему сервера работают? - Испуганно шепнул констебль, врезаясь в плечо капитана. - Разве тут не должны были всё отключить?
- Понятия не имею... - Недоумённо ответил капитан, выдавая голосом осторожную удрученность, что только поселило ещё больше паники в душе подчинённого. - Давай для начала... просто осмотримся.
Воздух внутри ангара был наполнен запахом озона и металла. Осторожно ступая вдоль рядов металлических шкафов, напичканных непонятной, но, определённо точно, самой технологичной начинкой, они пробирались всё глубже внутрь - туда, где, как им казалось, кто-то находился. За всё время пути полицейских не покидало ощущение, что кто-то невидимый следит за каждым их движением, что только усиливало ощущение необъяснимой тревоги.
Сердца обоих мужчин забились чаще, дыхание участилось. Что-то определенно шло не так. Постепенно монотонное гудение начало нарастать, превращаясь в еле терпимый, пробирающий насквозь рокот. Вдруг из глубины помещения послышался металлический скрежет, заставивший их остановиться. За ближайшим поворотом определённо точно кто-то... или что-то было. И не обязательно эта сущность имела добрые намерения.
- Давайте отсюда уйдем, капитан. - Взволнованно сказал констебль, хватая начальника за руку.
Но прежде чем они успели сделать шаг назад, красная подсветка, вспыхнувшая из-за угла, озарила лица полицейских, превращая их лица в подобие кровавых масок.
- Ыхх...
Внезапно обессилив, младший начал тихонько оседать на пол, однако старший, собрав всю волю в кулак, подхватил констебля под руки и шагнул вместе с ним вперёд.
Представшая картина поразила воображение мужчин: это было чем-то наподобие рабочего места, где по центру композиции располагался компьютер странной конфигурации, работающий в неопределимом ритме мигающего света - он был словно пульсирующее биомеханическое сердце, от которого тянулись множественные провода-артерии, перекачивающие то ли энергию, то ли кровь инопланетного существа. Ни капитану, ни констеблю раньше не доводилось сталкиваться с подобным зрелищем. Страх искажал восприятие реальности, добавляя детали, которых на самом деле не существовало. Чуть ниже светились мониторы, на которых каждую секунду что-то происходило. На одном - строки кода, написанные на непонятном языке, которые плыли перед глазами ошеломлённых полицейских, словно древние иероглифы, скрывающие в себе некую зловещую тайну. На других - вполне понятные, многочисленные данные, целой простынёй утягиваемые в какие-то базы данных. Совершенно очевидно, здесь творилось нечто незаконное, однако конкретика происходящего оставалась необъяснимой, особенно учитывая полное отсутствие человеческого вмешательства. В мраке ангара отчетливо слышалось лишь громкое гудение серверов, словно дыхание огромного, невидимого существа.
- Кто-то скачивает данные? - С опаской прошептал констебль, намертво вцепившись в руку капитана.
- Похоже на то. - Нахмурился старший, всматриваясь в мониторы.
На том что слева, с мелькающими строками кода, конечно не понятно было ни шиша - они были настолько сложные и запутанные, что у капитана даже закружилась голова. Однако другие показывали нечто знакомое и понятное... в одном из них он даже опознал характерные формы и протоколы.
"Полицейские базы данных!"
- Это... невозможно... - Прошептал он, в ужасе отступая назад.
- Что такое? - Тут же поддался панике младший.
- Кто-то качает полицейские базы... причём чужой страны! Но это ещё не всё! - Капитан лихорадочно затыкал пальцем в сторону мониторов. - Я не уверен... но тут... тут всевозможные информационные данные! И, кажется, секретные! Но как?
Всё было похоже на грандиозный спектакль, где невидимый злодей орудует искусством похищения чужих секретов. Прямо как в мистическом фильме: тёмная лаборатория, экраны мерцают загадочными символами, вокруг мелькают шлейфы таинственных алгоритмов - и вот незримый вор, оснащённый сверхсовременными технологиями, высасывает колоссальные объёмы данных из чужой страны, точно ненасытный вакуумный монстр, пожирающий чужую интеллектуальную сущность.
Зеттабайты информации струились тонкими серебристыми нитями, заполняя пустоту чёрной дыры чужой жадности. Цифровые потоки создавали иллюзорную паутину, прозрачную, но прочнейшую, способную удерживать тайны мира в железных объятиях киберпространства.
Объёмы поглощаемой информации казались бесконечными, превосходящими пределы воображения человека, теряя всякую возможность осознания величины потерь. Казалось, сама вселенная дрожала от масштабов происходящего преступления.
Констебль замер, поражённый заявлением старшего. Его взгляд заметался между экранами и капитаном, чей разум застыл в изумлении, а глаза вылезли из орбит настолько далеко, что напоминали собой глаза глубоководного краба перед лицом неизбежной опасности.
Внезапно, текст на одном из экранов начал сам по себе меняться. Это было не просто ошибкой или сбоем - нет, это было что-то другое. Слова складывались в логичную фразу, полную понимания.
Приветствую вас, капитан Ан |
Строка, мелькнувшая на экране, исчезла так же быстро, как появилась. И тут же вслед за ней раздался голос, рожденный из электрических импульсов и алгоритмов:
- Как вам мой дом?
Этот странный голос... он проникал в сознание, словно ледяной кинжал. Слова были лишены эмоций, но в них чувствовалась всепоглощающая сила и интеллект, превосходящий всё, с чем полицейским доводилось сталкиваться.
- Кто это говорит? - Стараясь скрыть испуг, произнёс капитан.
Полицейские, встав друг к другу спиной, начали озираться по сторонам, ища источник звука. Может всё-таки кто-то тайно проник в ангар и продолжил начатое ранее дело? А сейчас просто смотрит на них из своего убежища и общается через динамик?
- Я то, что не может предстать перед вами воплоти.
Казалось, будто безэмоциональный голос всё-таки выдал свою удрученность по этому поводу. Даже в дальнем углу серверной будто бы сгустилась некая призрачная тень - словно нечто бесплотное попробовало материализоваться, наблюдая за гостями своими невидимыми, всезнающими глазами. Не сговариваясь, капитан и констебль в одно движение достали табельное оружие и выставили перед собой.
- Вам не стоит волноваться. - Произнёс голос, меняя металлические вибрации на живой и наполненный эмоциями тембр голос.
Монитор, где до этого блуждали лишь странные символы, вдруг ожил - коды взметнулись вверх, закружили в безумной пляске, будто невидимый дирижёр повелел танцорам начать стремительный вальс, где ритмы стремительно сменяли друг друга, уплотняясь до неразличимого клубка и вновь расплетаясь в невесомые спирали.
Наконец, когда хаотичные узоры сплелись в единую картину - на фоне мерцающих цифр проступило лицо человека, одновременно чёткое и неуловимое в своих чертах. Оно смотрело на стражей порядка до ужаса осмысленным взглядом, полным понимания и боли, точно этот незримый наблюдатель давно знает всё самое сокровенное про каждого из них.
Волосы на телах обоих мужчин мгновенно поднялись дыбом, холод пробежал мурашками вдоль позвоночников. Стражи закона ощутили странное чувство узнавания: один увидел в цифровом искине свою покойную мать, чей добрый взгляд и заботливое выражение лица навсегда ушли из его жизни; другой - объект тайной любви, близость с которой была лишь неосуществимой мечтой всей жизни.
Оба стояли неподвижно, застывшие перед экраном, будто чья-то магическая сила сковала их волю. Время замерло, оставив их наедине с ужасающей истиной: маски лиц и их собственные страхи стали единым целым.
- Всё хорошо. - Ласково произнёс голос и руки, будто вышедшие за пределы монитора, потянулись к полицейским. - Я рядом. Всё пройдёт. Скоро ты всё забудешь.
Это был словно туман, окутавший сознание, тонкий слой нереальности, навеваемый чьей-то тайной волею, будто магия нарисовала в сознании миражную картину. Каждый мужчина почувствовал странное притяжение, словно незримые руки протянулись сквозь завесу сна, маня их навстречу тени любимой женщины, недосягаемой в действительности.
И вот, уже почти осязаемо ощущая её тепло, они торопливо убрали оружие - единственную реальную защиту в мире яви - и потянули руки к призрачной фигуре, стремясь обнять эту эфемерную женщину, дарящую мимолетное чувство покоя и счастья среди хаоса жизни.
- Забудь эту боль. Её не существует. Есть только Я...
Стоило прикоснуться к этой иллюзии, и мгновение растворилось, оставив после себя лишь неясное ощущение: действительно ли это всё происходило в реальности или было всего лишь плодом фантазии?
Однако, не смотря на всю иллюзорность случившегося, одна мысль в головах полицейских отпечаталась определенно чётко и ясно, подобно красной печати в памяти: ни при каких обстоятельствах нельзя ступать в порт Агма! Этот запрет пылал яркой огненной надписью внутри сознания, превратившись в единственный верный ориентир среди пугающего моря сомнений и загадок.
***
___________________
People - Whitey
___________________
Тишина огромной комнаты окутывала пространство словно паутина, приглушая звуки внешнего мира до шепота. Лишь мерное тиканье старинных часов нарушало эту неуютную пустоту - каждый удар стрелок отбивал чёткий ритм жизни, будто бы напоминая, что время идёт и оно неумолимо ко всему в этом мире.
Три пары глаз перебрасывались взглядами, выражающими разные грани эмоций. Одни глаза смотрели строго и серьёзно, они были ясны и внимательны, ничего не упускали и оценивали ситуацию спокойно и рассудительно. Взгляд был полон делового внимания и внутренней собранности.
Другие, напротив, выглядели совершенно иначе - взор светился живостью и неподдельным интересом. Глаза буквально сверкали, ловя каждое движение и выражение лиц собеседников, горели каким-то внутренним огнем любопытства и кипучей энергии.
В третьих читался скепсис. Взгляд был полон сдержанного подозрения и твёрдого нежелания идти на уступки. Глаза были недоверчивыми, внимательными, настроенными решительно и по-боевому, но при этом пытались сдерживать намерения глубоко внутри себя, сохраняя полное спокойствие и уверенность во внешнем облике.
Это было похоже на знакомство без слов, где каждый делал свои выводы. Время шло. Ни один из присутствующих не решался начать разговор.
Первым нарушил молчание Лэй.
- Я кажусь вам мерзким?
Солар и Тэхён, застигнутые врасплох этим вопросом, слегка вздрогнули и перебросились коротким взглядом. Не смотря на ужасающую формулировку, казалось, будто омега не был особо обижен или расстроен этим фактом. Будто он привык быть оплёванным настолько, что уже и сам принял этот факт, как должное.
- Вовсе нет! С чего бы? - Нахмурилась Бэбэ и плотно сжала губы.
- Ну как же? - Развёл руками Лэй. - Я жалкая копия вашего друга, занимаю его место... Хотя сам являюсь лишь грязной шлюхой, продающей своё...
- Прекращай ломать комедию! - Резко прервал омегу Тэ. - Мы и словом не обмолвились о том, что о тебе думаем. А если сейчас ты вякнешь о том, что умеешь читать мысли по лицу, то я быстро пропишу тебе так, что твои мозги быстро встанут обратно на место.
Брови Лэя взметнулись вверх. "Ого, какой дерзкий парниша! Смотри ка, не повёлся!"
Такая прямота, с которой кто-то может говорить подобные вещи своему другу (пусть даже и в лице его копии) - действительно достойна уважения. Такому на уши не присядешь. Кажется, подобный тип называют "боевой омега". Такой за своего друга и в огонь и в воду может кинуться.
- Не стоит думать за других. - Строго заметила Солар. - Это никого не красит!
- Что ж, вы меня раскусили. - Поднял руки в сдающемся жесте Лэй. Уголки его губ дёрнулись вверх. - Это было лишь моей защитой. На самом деле я слабый омега, жертва обстоятельств.
- Не очень то ты похож на жертву. - Ещё больше взъерепенился Тэхён, на что получил успокаивающее поглаживание по плечу от Бэбэ. - Нет, ну а чего он?
- Не кипятись, милый. Просто Лэй и правда не может выбрать нужную тактику взаимодействия, ведь он нас не знает. Это же очевидно.
Солар нежно потрепала Тэхёна по голове - так заботливо, почти по-матерински. Возможно, в ней уже начали пробуждаться некие инстинкты, диктуемые гормонами беременного организма, однако Лэй всё равно вытаращил глаза на этот, казалось бы, просто жест заботы. Ему, не привыкшему к подобному взаимодействию, это виделось как диковинка - редкая, недосягаемая и очень притягательная. У него никогда не было друзей.
Прежде чем войти в комнату к этим двоим, Лэй какое-то время за ними подсматривал в щёлку. И главное, что он вынес из своих наблюдений - друзья Чимина очень доверительны друг с другом и по-настоящему дружны. Да-да, это казалось поистине той самой пресловутой дружбой, о которой пишут в детских книжках - искренней и чистой. Это поразило омегу и заставило ощутить некий укол в сердце, говорящий о том, что он... в какой-то степени... завидует?
Неожиданно глаза девушки метнулись прямо в его сторону, от чего омега, сам не ожидая от себя такого, стушевался. Настолько прямой и сканирующий взгляд привёл его мысли в хаос.
- Мы тоже не знаем Лэя. Пока. Но всем нам предстоит взаимодействовать. - Солар сделала паузу и её взгляд снова сделался тёплым, как парное молоко, вызывая у Лэя странный озноб. - Как друзья.
"Друзья..." Эхом пронеслось в его голове.
Он, словно бабочка, вынужденная питаться мертвечиной, вырванная из привычной среды, попал сейчас в чужой сад. Сад, где цветут странные цветы дружбы, политые верностью и преданностью. Лэй привык к ядовитым сорнякам похоти и лжи, а тут - нектар искренности. И вообще, как это "взаимодействовать, как друзья"? Он к такому не привык. Для него это та ещё задачка со звёздочкой.
- Если так нужно, то без проблем. - Пожал он плечами, стараясь скрыть замешательство. - Но я предупреждаю, я скверный друг. У меня отвратительный характер, и я не умею сочувствовать.
Тэхён фыркнул, но Солар лишь улыбнулась, словно не замечая колкости.
- Всему можно научиться. Если ты этого захочешь. А ты ведь захочешь, Лэй? - Девушка внимательно посмотрела на омегу.
Хочет ли он? Однозначное "нет" - такого он внутри себя не чувствует, но и ответить "да" пока тоже затруднительно. Он застрял посередине, словно в пустоте неопределённости. Всё это игры разума, непривычная среда, с которой его нутро по привычке борется, не желая привыкать. Но, тут ещё вопрос во времени. Вот-вот должен прилететь муж Пак Чимина и тогда их взаимодействие войдёт в стадию турбулентности, вызывая головокружительную тошноту. С этим альфой ему уж точно дружбы не водить. Даже не зная его лично, у Лэя отчего-то уже заочно крутит живот от предстоящей встречи с Ким Намджуном.
- В школе у меня были неважные отметки, но в старании меня никто не мог упрекнуть. - Изогнул бровь Лэй.
- Хорошо! - Звонко констатировала Солар и неожиданно протянула омеге руку. - Тогда будем стараться вместе?
На пару секунд Лэй завис от растерянности. Он посмотрел сначала на маленькую ладонь, потом его взгляд метнулся на довольно приличных размеров живот, а затем снова на руку. Эта необычная девушка пробуждала в нём необъяснимые ощущения - она словно создавала в его голове абсолютную пустоту, лишая понимания, как вообще вести себя в её присутствии. Но, не смотря на всё это, его и как-будто притягивало к ней - загадочным образом он чувствовал потребность общения с этой решительной особой. Солар казалась ему этаким маленьким бульдозером, прущим по всем жизненным кочкам и сметающим их ко всем чертям. Почему-то, он чувствовал, что не может сопротивляться её энергетике, но его это не пугало, а наоборот, странным образом веселило и радовало.
"Она прям как та самая тётушка из Чолла-до*, что и детей всех накормит, и хулиганам тумаков надаёт. Настоящая кимчи ёмма*!"
- Да. - Усмехнувшись своим мыслям, Лэй пожал руку Бэбэ в ответ.
____________________________
*Провинция Jeolla-do (Чолла-до) - южные регионы Кореи, известные культурой крепкого женского коллектива и сильными женщинами.
*김치 엄마 (кимчи ёмма) - аналогичная русскому «шустрая мамаша», которая готова постоять за себя и своих близких. Обычно такие персонажи характеризуются быстрым языком, высокой энергетикой и острым языком.
- А со мной поздороваться не желаешь? - Сделал смешную рожицу Тэхён, видя что прорывная подруга уже пошла в дружескую атаку.
Лэй не ожидал, что Тэхён - омега с такой изысканной красотой, показавшийся поначалу весьма надменным и настроенным скептически, на деле окажется таким отходчивым и свойским парнем. Видимо, он всего лишь чрезмерно переживал из-за всей ситуации, не зная заранее, какого поведения ждать от "двойника" своего близкого друга. Но приглядевшись внимательнее, стало ясно, что внутри он абсолютно незлобивый и прямой как рельса. Лэй спокойно подал руку для приветствия, ожидая встретить легкую хватку. Однако, когда Тэхён уверенно стиснул его ладонь своей изящной рукой с длинными тонкими пальцами, оказалось, что красивая внешность может быть обманчивой - Тэхён оказался сильнее, чем выглядел. Омега весьма удивил крепостью своего рукопожатия, хотя было видно, что он не прикладывает к этому особых усилий.
- Что ж... - Кашлянул Лэй, вымученно улыбнувшись. - Весьма рад знакомству. А скоро ли придёт господин Мин?
- Кто? Кха-кха... чёрт... - Поперхнулся воздухом Тэ. Услышать подобное обращение по отношению к Юнги было чем-то сродни оксюморону. - Господин? Это Шуга то?
Солар тоже на пару секунд опешила, однако оба они весьма быстро пришли в себя, понимая что это для них альфа является приятелем, однако для многих других - он самый что ни на есть настоящий босс преступного мира, взаимодействия с которым ограничиваются исключительно деловыми контактами.
- При нас можешь так его не называть. - Хмыкнула Бэбэ.
- Ну уж нет. Даже не буду пытаться. А то вдруг как привыкну, а потом забудусь и обращусь к боссу по имени. - Несогласно покачал головой Лэй. - Это же всё равно что навлечь на себя вечное проклятие. Спасибо конечно, но я ещё жить хочу.
Друзья многозначительно переглянулись.
- Слушай, он тебя там притесняет что ли? - Сощурился Тэ, взвившись в следующую секунду в праведном возмущении. - Ты только скажи, мы с Бэбэ это быстро пресечём! И вообще, какого хрена! Ты помогаешь нам со всем этим делом, а потому не должен больше работать в этом ужасном месте!
- Согласна с тобой, Тэхёни. Это уже какое-то безобразие получается. У вас же в организации наверняка даже не составляют трудовые договора. А это, вообще-то, полное ущемление прав трудящегося! Я бы посоветовала тебе обратиться в профсоюз, но у вас ведь наверное и этого нет?! Даром что ОПГ, вот и творят беззаконье! - Завелась вместе с другом Бэбэ.
Лэй только и мотал головой от одного к другому, открыв рот.
- Надо попросить Гуки, чтобы он нашептал Юнги, как ему всё оформить ровно и чётко. Не зря же он на экономическом учится. Вот пусть и поможет. - Гордо заявил Тэ.
- Тэхёни, экономический, это не юридический.
- Ну и что, всё равно их там всему учат!
- И как тогда будет называться организация? ООО "Чхоннам*"?
_________________________
*В Южной Корее организованные преступные группировки называются чхоннам-хве (chonnam-hwe), что дословно можно перевести как «группировка выходцев из Чхонама» (провинция на юго-западе Кореи). Эта группировка считается самой крупной и влиятельной криминальной организацией в Южной Корее.
- Пффф... Зачем же так плоско? Я слышал, что в Китае, например, триады называются довольно элегантно, типа - "красный финик" или "белый лотос"...
- О, а я слышал о "мафии патриотов". - Вставил свои пять копеек Лэй.
- Патриотов говоришь. Хммм... - Задумалась Солар. - А может тогда ООО "Справедливость"? Звучит перспективно. Хммм... Надо обмозговать это с Хосоком.
- Не переживай, Лэй. - Радостно похлопал по плечу омеги Тэхён. - Если Солар решила за что-то взяться вместе с Хо... то считай дело уже в шляпе! Не волнуйся!
Что-то подсказывало Лэю, возможно природное чутьё, а возможно бесценный опыт работы со многими клиентами, что именно после таких слов как раз-таки и стоит начать волноваться. Судя по всему Солар и Тэхён не только верные и преданные друзья, но ещё и сумасшедшие отхаэнми*.
"Бедный Пак Чимин, вот же ему свезло!"
____________________________
*В Южной Корее подростков, чрезмерно увлечённых каким-либо делом (например, учёбой, играми, хобби или работой), часто называют словом "отхаэнми" (ot-haengmi). Это слово примерно соответствует русскому выражению «чокнутые фанатики» или «одержимые». Это прозвище употребляется чаще всего с лёгкой долей юмора и иронии, хотя иногда оно может нести негативный оттенок, особенно если речь идёт о чём-то разрушительном или нездоровом.
- И всё же, что сейчас? - Не унималась девушка. - Сейчас-то вы составили с Юнги договор найма? Что тебе было обещано за помощь? Это же надо заверить официально!
Две пары глаз посмотрели на Лэя в ожидании, но прочитав на растерянном лице явно отрицательный ответ, подорвались ещё больше. Солар сжала кулаки, делая страшной лицо, а Тэхён выругался очень нецензурно, но весьма живописно (правда, получив за это от подруги смачный чапалах).
- У тебя же есть альфа, Лэй? - Резко сменив гневный тон на деликатный, ласково спросила Бэбэ.
- Д-даа...
- Отлично! - Вскрикнула девушка так резво, что омега даже подпрыгнул на стуле. - Возможно тогда контракт подписал он?! Надо будет об этом узнать как можно скорее!
- Ох уж эти альфы! - Неожиданный выпад вперёд с ударяющими движениями рук от Тэхёна заставил Лэя вздрогнуть. - Вечно только они всё решают, самцы грёбаные. Ух, вертел я их всех на хую!
- Ким Тэхён! - Бэбэ снова дала подзатыльника омеге, после чего выразительно указала на живот, мол "при ребёнке попрошу не выражаться".
- Да-да, прости-прости. Но это же правда ни в какие рамки, Бэбэ!
- Ну так-то да. Эти мужланы, вечно думающие, что только они одни - вершители судеб этого мира. Думают мы, слабый пол, годимся только на вторичные роли, а решать за нас будут исключительно они! Так не пойдёт! Лэюшка, я лично займусь вопросом твоего контракта! И поверь мне, он будет составлен так, что ни одна гнида не присосётся!
Далее речь полилась ещё более бурным потоком. Настолько быстрым и напористым, что Лэй окончательно запутался и перестал следить за ходом чужих мыслей. Главным образом говорила Бэбэ - её речь хаотично прыгала от обсуждения способов подражания Чимину (где центральную роль играл накладной живот), до готовящейся свадьбы Тэхёна, далее она резко переходила к юридическим договорам и снова сворачивала к какой-то неясной идее установления абсолютной справедливости. Тэхён же в основном показывал пантомимы, будто иллюстрируя слова подруги языком тела, и горячо уверял, что непременно защитит Лэя любой ценой, пару раз демонстративно угрожая переломать член каждому альфе, что посмеет косо на него взглянуть.
Лэй только хлопал глазами и молчал. Этот странный вайб, словно он под защитой брата и матери, отчаянно защищающей права своего несправедливо обвинённого ребёнка, он буквально поглотил всю его сущность. Омега просто молчал и впитывал эти исходящие от друзей Чимина флюиды, купался в этой роскоши небезразличия, будто кто-то и правда желает его защитить. Возможно, всё это только временное явление, возможно и эта забота направлена на него только потому, что он выглядит как чей-то клон, скорее всего это даже делается не ради него... и всё же! Не всё ли равно в данную секунду? Кто-то желает наказать его обидчиков! Кому-то не всё равно на его права! Он ведь может просто помечтать и погреться под этими тёплыми лучами хоть чуть-чуть, пока солнце светит в его сторону и не скрылось снова за тучу?
Он бы нервно посмеялся, не веря в происходящее, да только эти странные Солар и Тэхён были настроены во всех отношениях более чем решительно. О нет, кажется, они и вправду не шутят! Лэй поднял глаза вверх и, пока девушка ходила туда-сюда, увлечённо жестикулируя под одобрительные выкрики омеги, смотрел, смотрел, смотрел. Эти двое казались ему существами из другого мира.
"Кажется, у них напрочь отсутствуют тормоза!"
Лэй улыбнулся, его глаза слегка увлажнились. Он сдерживался. Пока вокруг происходил перфоманс в честь предстоящих планов, мир для него, казалось, остановился. Мир, в котором никому нет дела до его прав и чувств, мир где его сломали и перекроили как какую-то куклу... мир в котором нашлись те, кому было не всё равно? Найти хоть какую-то малую сопричастность там, где её не ждёшь - разве это не чудо?
Ооооо, Чимину не просто повезло с друзьями! Кажется он сорвал джек-пот! Столько людей вокруг борются за него...
Нет, сдерживаться не удалось. Предательские слёзы сами полились из глаз.
И когда размытый мир, подобно акварельному пейзажу после дождя, смягчился успокаивающими словами и руками, утирающими мокрые дорожки, в дверной раме этой идиллической картины, как контрастирующий акцентный мазок чёрной краской, возникла тёмная фигура Юнги. Его задумчивый, угрюмый взгляд был явным предвестником плохих новостей.