Глава 44
***
Хотя Лайл и ожидал этого, он увидел гораздо более злое лицо, чем ожидал.
Даже когда бывший Император ещё был жив, он никогда не испытывал такого беспокойства. Лайл вошёл в гостиную, где сидела Медея. Медея, сидевшая перед чайным столиком, повернула голову и сердито посмотрела на него.
Его спина начала потеть, в то время как, с другой стороны, в глубине его сознания раздался предательский шёпот: Она такая милая...
Угх, я совсем спятил.
— Милли...
Лайл позвал Медею и посмотрел на слуг, находившихся в комнате. Они заметили это и быстро покинули гостиную.
— ...Отдай его мне.
— Что?
— Письмо от моего брата.
Услышав её просьбу, Лайл пристально посмотрел на Медею, которая попросила у него письмо её брата, Люка.
Почему ты написала письмо маленькому Герцогу именно сейчас? О чём ты попросила маленького Герцога?
Медее нужна была помощь Люка, чтобы спасти Сейру и её братьев, но Лайл, который этого не знал, подозревал, что Медея всё ещё хочет развестись.
— Ты помнишь своего брата?
— Нет, но, думаю, я вспомню его, если мы встретимся.
— Вы не были близки. Ты была раздражена, когда он писал тебе письма и не ты не отвечала ему.
Лайл был равнодушен к прошлому Медеи, но уделял пристальное внимание её отношениям с домочадцами Герцога.
— То, что я делала что-то в прошлом, не означает, что я должна делать то же самое и в будущем. Я хочу прочитать его ответ на моё письмо, так что отдай мне его.
— ...
Интересно, что мне сделать, чтобы она так не злилась? Лайл вынул из кармана письмо. Он сорвал сургучную печать, открыл его прямо перед Медеей и прочитал его содержимое, прежде чем вручить ей.
Медея всё это время смотрела на Лайла.
В душе Лайлу было стыдно, но он смотрел на Медею с наглым выражением лица.
— Писать в ответ бесполезно.
— Зачем ты прочитал чужое письмо?
— Оно не чужое.
— Да всё равно, даже если оно "не чужое"!
Лайл не был ей незнакомцем. Но разочарование и гнев, которые испытывала Медея, были велики, потому что она не ожидала от него такого поведения.
Конечно, она испытала эти эмоции не из-за того, что она не доверяла Лайлу, а скорее из-за того, как удручающе далёки были его действия от ярлыка "главного героя".
Главный герой так себя не ведёт. Но, разве подобное не произошло, когда Император на какое-то время почувствовал ревность к Люку? Но она не была Сейрой.
Медея торопливо начала читать письмо, размышляя. Ответ от Люка был невелик.
Он был тронут тем, что сестра первой связалась с ним и сказал что готов встретиться с ней в любое удобное для неё время.
— Хочешь увидеться с маленьким Герцогом?
— Да, – холодно сказала Медея, смотря на Лайла.
— Но ты всё равно не сможешь с ним встретиться.
Он сказал с таким видом, словно они говорили о погоде.
Что?
— Ты забыла, что находишься на испытательном сроке?
Лайл шагнул к Медее.
— Я запрещаю тебе переписываться, убегать от меня или встречаться с другими.
Медея хмуро посмотрела на Лайла, не в силах понять ход его мыслей.
Он был намного выше её, с хорошей осанкой и превосходным телосложением, так что ей пришлось поднять глаза.
— И твой исыпытательный срок будет продолжаться до тех пор, пока я не прощу тебя.
— Как ты смеешь! Что я сделала не так?! Вчера даже не было дня единения! Кроме того... мы занимались этим!
Разве Императрица не должна обладать какой-то властью? Почему ты можешь в одностороннем порядке запереть меня и таскать за собой по собственному желанию? Где моя сила! Ты же сказал, что я Императрица!Медея протестовала, но Лайл был неумолим.
— Я принял решение, и оно окончательное. Пойми это уже, Медея.
***
Мне было приятно быть вместе с ней, но я не знал, что молчание Медеи и её свирепые глаза заставят меня чувствовать себя таким несчастным.
Лайл бросил взгляд на Медею, читавшую книгу. Лайл приказал, чтобы эту книгу доставили ей, но так как она была здесь как в тюрьме, она, похоже, не оценила этого жеста.
— Милли...
— ...
Медея, сидевшая на диване, отвернулась от него, как будто не хотела слышать.
Её глаза были прикованы к книге. Лайл не мог сказать, действительно ли Медея читала книгу или притворялась, что читает, потому что не хотела смотреть на него.
— Я иду спать и сейчас погашу свет.
И Лайл, и Медея уже были в пижамах. Служанки не могли даже посоветовать ей надеть пеньюар из-за ледяного выражения лица Медеи.
У Медеи было всё то же выражение лица, но Лайл притворялся, что не видит этого.
— Я гашу свет, – повторил он и сделал это, хотя Медея всё ещё сидела на диване.
В просторной спальне Императора сгустилась тьма. Тем не менее, в ней было не совсем темно, потому что в одной стороне спальни горело магическое пламя, распространяя тусклый свет; Лайл взглянул на Медею и первым лёг в постель.
Он хотел подойти и обнять её, но подумал, что Медея рассердится.
Я умираю.
Я хочу обнять и успокоить тебя, независимо от того, почему ты расстроена.
Он интуитивно чувствовал, что она в ярости.
Мертвенно-бледное сияние двух голубых солнц было чем-то, чего он не видел раньше в Медее, хотя бывшая Милледия тоже смотрела на Лайла.
Но даже при том, что на него смотрел один и тот же человек, чувства и выражение её лица были совершенно разными.
— ...