3. GQ lupi b. Комиссия
Лагерь Essentia располагался на границе необъяснимого и настоящего. Он не подчинялся обычным координатам — скорее, был состоянием, чем местом. Тем не менее, у него был центр. И именно там, среди мягкого света и переливающегося воздуха, сегодня собрались учителя.
Комната без стен. Вокруг — звёздное небо, живое, мерцающее. Пол — гладкая поверхность, под которой текли световые потоки. Воздух был тёплым и плотным, как будто сам следил за дыханием собравшихся. Пространство в зале отзывалось на малейшее движение, чуть колыхаясь, словно дышало в такт сердцебиению каждого, кто находился внутри.
Мия сидела у круглого стола. Её красные волосы, похожие на тонкие огненные канаты, тихо шевелились, будто чувствовали напряжение. Она держала пальцы на поверхности стола — и ощущала, как под ними пульсирует информация, как сны, которым ещё только предстоит случиться.
— Всё будет не так просто, — сказала она, не глядя ни на кого, и в её голосе будто что-то щёлкнуло. Зал стал немного тише, словно замер в ожидании.
— Бывает ли иначе? — отозвалась Шала, усмехаясь уголками глаз. Её волосы напоминали струи тумана, переливавшиеся серебром. — Но ты выглядишь вовлечённой, Мия.
— Не взволнованной. Вовлечённой, — Мия наклонилась ближе к столу, и на поверхности всплыло имя: Мор.
Свет вокруг имени пульсировал неровно. Образ существа был неясным. Как будто не до конца проявился. Ни формы, ни цвета — только ощущение. Как будто он сам не знал, кем хочет быть. Или боялся это признать.
— Новый? — спросила Шала, потянувшись к изображению. — Кто он?
— Он не знает. И в этом — его сила, — Мия прищурилась, сканируя пространство. — Он рвётся к изменениям. Но не понимает, что сам и есть это изменение.
С другого конца стола послышался сухой, почти машинный голос:
— Его энергетика нестабильна, — сказал Ториан, не отрываясь от данных, кружащихся вокруг его ладони. — Он поглощён собой. Опасен.
— Ты говоришь, как будто опасность — это повод сказать "нет", — Мия повернулась к нему. — А если это — вызов?
Он на мгновение замолчал. Его взгляд был направлен не на проекцию, а куда-то внутрь себя. Его плечи напряглись, и в уголках рта дрогнуло нечто похожее на сомнение.
В этот момент в зал вошла Мисс Норма. Она двигалась легко, но в её появлении всегда ощущался масштаб — будто сдвинулась сама вселенная. Свет её волос тек, как млечный путь, а глаза были… такими, в которых можно было потеряться. Когда она проходила мимо, пространство чуть вибрировало, словно узнавая её.
Она подошла к столу, молча посмотрела на образ Мора — и сказала тихо, почти шёпотом:
— Он сбился. И даже не знает этого. Он потерял связь с собой. Но он не покинул её навсегда. Я чувствую её — тонкую, как нить паутины в утреннем свете. Если не оборвётся — он сможет услышать себя снова.
— В нём что-то древнее, — добавила она едва слышно. — Как будто мы уже были здесь. И не один раз.
Мия на секунду замерла. Затем закрыла глаза и положила руку на пульсирующий стол. Перед её мысленным взором возникли короткие фрагменты — разбитое стекло, шаги в пустоте, голос, зовущий, но не находящий ответа. Они были словно сны, которые он старался забыть, но которые всё равно отзывались где-то внутри.
— Он ищет. Не выход — себя. Но делает это, будто бы вслепую, — сказала она. — И, возможно, это единственный путь, по которому он мог прийти к нам.
— Ты хочешь взять его? — Шала склонила голову.
— Да. Не как ученика. Как зеркало. Он будет отражать всех нас. Через него мы тоже увидим себя.
Шала встала. Её движения были почти невесомыми.
— Тогда я — рядом. Он почувствует опору, когда всё остальное будет рушиться.
Ториан скрестил руки.
— Ты слишком эмоциональна.
— А ты слишком боишься перемен, — Мия смотрела прямо. — Иногда страх прячется под логикой. Признай: он тебя тронул.
Он ничего не ответил. Но в его взгляде что-то сместилось. Как будто где-то внутри него зашевелилась забытая боль.
Мисс Норма приблизилась. Её голос был мягким, как ночь:
— Мы не можем остановить того, кто уже начал свой путь. Вопрос только в том, пойдёт ли он по нему с нами.
— Он уже идёт, — прошептала она себе под нос. — Просто забыл, зачем построил этот путь.
Стол подал глубокий, низкий звук. Пространство будто сделало вдох. В центре зала вспыхнул силуэт. Мор. Он стоял, чуть сутулясь, с напряжёнными плечами. Его глаза были полны неуверенности — но внутри уже загоралась искра.
— Мор, ты допущен к вступительным экзаменам лагеря Essentia, — сказала Мия. — Ты не знаешь, что ждёт впереди. Но и это — часть пути.
Он сделал шаг вперёд. Всё вокруг преобразилось. Пространство отреагировало, как вода на каплю. Он принят.
Ничего больше не требовалось говорить. Внутри каждого учителя что-то сдвинулось. Молчание стало общим признанием. Его шаг прозвучал громче любых слов. Его шаг был согласием жить иначе.