Нити Данталли

<2 года назад>

Грат, Малагория.

Первый день Гуэра, год 1487 с.д.п.

— Хорошо, Дезмонд. Можешь быть свободен, — вальяжно растягивая слова, сказал Бэстифар. Взгляд его обратился к узнику и преисполнился нескрываемого удовольствия.

В одной из камер подземелья он установил стол и с помощью нитей Дезмонда усадил на приготовленный стул для Грэга Дэвери. Накрепко вбитые в пол кандалы сковали пленника цепями, длина которых позволяла оставаться лишь в положении сидя или водить правой рукой по столу, однако о том, чтобы подняться или задействовать вторую руку, не шло и речи.

Молча кивнув, Дезмонд отошел от Грэга и направился к выходу из подземелья, на миг замерев напротив царя.

— Бэстифар... ты не... — неуверенно пролепетал он, покосившись на пленника, которого до сих пор удерживал нитями.

Бэстифар снисходительно усмехнулся.

— Серьезно, Дезмонд? Ты контролировал его минут десять. Даже не два часа.

— Ясно, — понуро опустил голову данталли и направился к выходу из камеры. Бэстифар закатил глаза и остановил его, удержав за плечо.

— Ладно тебе, не дуйся! Давай свое согласие, я заберу ее, — смилостивился он.

Дезмонд облегченно вздохнул, отпустил нити и протянул руку пожирателю боли.

— Даю свое согласие на избавление...

— Мне достаточно простого «да», — перебил аркал, недовольно поморщившись от скользнувшей в голосе Дезмонда театральности. Ладонь вспыхнула ярким алым светом, который погас через мгновение.

— Спасибо, — робко пролепетал Дезмонд.

— Скройся! — Бэстифар махнул рукой, в предвкушении повернувшись к пленнику. — Давненько у нас не было задушевных разговоров, не так ли, Грэг?

— Что ты задумал на этот раз? — нервно усмехнулся пленный охотник. — Проверить на мне еще один из способов пытки? Я тебя разочарую: в твоем исполнении они все одинаковы.

Бэстифар передернул плечами и присел на заранее подготовленный табурет напротив своего узника.

— Пытки? Как грубо! И несколько несправедливо, ты не находишь? — невинно спросил он, состроив нарочито обиженную гримасу. — За время твоего содержания в плену я ведь и пальцем к тебе не прикоснулся.

Грэг прищурился.

— Очень смешно, — буркнул он.

— Рад, что ты оценил, — осклабился Бэстифар, опершись локтями на колени. — Знаешь, Грэг, ты ведь мне нравишься. По-настоящему. Нравится твое упорство, твоя выдержка, твое сопротивление.

— Еще немного, и ты мне в любви признаешься? — бросил Грэг. — А как насчет поговорки «если любишь — отпусти»?

Бэстифар от души расхохотался.

— Твоя привычка перебивать тоже, как ни странно, мне нравится. И твое чувство юмора. Ты идеальный пленник, Грэг! С тобой не скучно. Это делает тебе честь. Поверь, я в этом деле знаток. — Глаза аркала нехорошо сверкнули.

— Ты приковал меня к этому треклятому столу, чтобы осыпать комплиментами? Беру свои слова назад: такой пытки я от тебя не ожидал. И да, это мучительно.

Аркал вновь засмеялся.

— Об том я и говорю, Грэг. Ты идеальный пленник. Поэтому и только поэтому я не убил тебя после того, что ты сделал. А руки так и чесались, знаешь ли.

Грэг смолчал, чувствуя, как по спине от дурного предчувствия пополз холодок.

Бэстифар поднялся с табурета, взял из-за двери камеры заранее подготовленную чернильницу с пером, не тронув при этом дожидавшуюся своего часа старую тетрадь в кожаном потертом переплете. Чернильницу он предусмотрительно поставил на край стола так, чтобы скованный короткими цепями пленник не дотянулся до нее раньше времени.

— Я решил, что ты мне еще пригодишься живым. Мудрые люди подсказали, что с твоей помощью можно вернуть то, что ты забрал. И мне нужно от тебя совсем немного: всего лишь небольшое содействие. Остальное — не твоя забота.

Грэг нахмурился.

— Хочешь, чтобы я написал Мальстену слезное письмо с просьбой вернуться? — спросил он, скептически усмехнувшись. — Ничего не выйдет, Бэстифар. Даже если бы я этого хотел, я понятия не имею, в каком направлении он скрылся. Поэтому все твои приготовления напрасны.

Бэстифар состроил разочарованную гримасу.

— Ты мыслишь топорными, простыми категориями, мой друг, — почти сочувственно произнес он. — Удивительно, что при этом ты оказался таким умелым кукловодом для самого Мальстена.

Грэг не стал спорить с Бэстифаром, хотя и не разделял его убеждений. Если хочет думать, что только из-за разговоров в подземелье Мальстен решил сбежать, пусть думает. Возможно, это в каком-то смысле ранит его.

— Что же ты тогда задумал? Даже интересно, — фыркнул Грэг.

— Мне, к слову, не терпится с тобой поделиться, и я расскажу, если перестанешь перебивать, — с угрожающе мягкой улыбкой ответил Бэстифар. — Так вот, пока я размышлял, как с тобой поступить, у меня было время навести о тебе некоторые справки... — Грэг напрягся, чем вызвал у пожирателя боли самодовольную улыбку. — Оказывается, ты знатный человек, барон Дэвери, хозяин земли, на которой мы с Мальстеном сражались за Анкорду. Мир тесен, знаешь ли, но сейчас я не о том. Я также выяснил, что на первом допросе ты все же солгал мне, Грэг. Насчет своих близких. Оказывается, у тебя была и жена, и дети. Супруга, правда, скончалась после гибели твоего сына Аллена, но вот дочь...

Руки Грэга сжались в кулаки.

— Будь ты проклят богами и людьми, аркал! Если хоть волос упадет с ее головы...

Ладонь Бэстифара загорелась красным, и Грэг смолк, подавившись болью. Он опустил голову, крепко стиснув зубы, и несколько мгновений услаждал взор аркала своим молчаливым сопротивлением.

— Ну-ну, тише, мой друг, не горячись, — невинно улыбнулся Бэстифар, прекратив пытку. Грэг прерывисто задышал, стараясь унять охватившую тело дрожь. — Ни с чьей головы лишние волосы пока не падают, мы ведь просто разговариваем, разве нет?

Грэг посмотрел на него с ненавистью, но Бэстифара это не удивило и не впечатлило. Он продолжил как ни в чем не бывало:

— Так вот. Эревальна принесла на хвосте, что леди Аэлин Дэвери пошла по твоим стопам, стала неплохим охотником. А еще я знаю, что она тебя разыскивает. Думаю, в свете этого работа на меня для твоей дочери будет взаимовыгодной. Не находишь?

— Проклятье... — прошипел Грэг. — Делай со мной все, что вздумается, но впутывать в это Айли я не собираюсь!

— Не стоит так переживать, Грэг. Говорю же, причинять зло твоей дочери не в моих интересах. Мне нужно лишь навести ее на нужный след. На твой. А дальше, — он развел руками, — совесть Мальстена сделает за меня всю работу.

Грэг прищурился.

— Что тебе нужно от меня?

— Пустяк, — отмахнулся Бэстифар, вернувшись в коридор подземелья и достав, наконец, старую кожаную тетрадь. — Знакомый предмет? Почитал на досуге. Интересные у тебя «путевые заметки». Думаю, не хватает лишь одной записи — о малагорском цирке. Наверное, ее ты собирался сделать после того, как разделаешься со мной и Мальстеном, но, увы, не сложилось.

— Хочешь, чтобы я указал Аэлин на твой цирк? — спросил Грэг.

— Не совсем так, — осклабился аркал. — Хочу, чтобы ты указал ей на одно «очень странное место», на которое наткнулся. А также приписал туда имя нашего общего друга. Об остальном твоя дочурка позаботится самостоятельно. Это будет очень долгое представление.

Лицо Грэга побагровело от ярости.

— Этого не будет.

— Мы оба знаем, что это лишь вопрос времени. — Бэстифар пожал плечами, выставив вперед руку, вокруг которой тут же распространилось ярко-красное сияние. — Ты сделаешь то, что я хочу, Грэг. Рано или поздно ты сдашься. Что до меня, я могу развлекаться так хоть несколько дней кряду.