Капе́ль

По словам Са, в комнате Ачер поселился один, если не считать его верного питомца. В этот день встал он весьма рано. Часы ещё не пробили шести утра, к моменту, когда он уже покинул особняк.

Природолюбивая натура Ачера не могла жить без прогулок. Вооружившись двумя короткими кинжалами и сумкой через плечо, он направился к лесу. Роса ещё не сошла, поэтому он ступал осторожно, ища пути с невысокой травой. В такую рань звонко щебетали птицы, на их звук Ачер то и дело оборачивался, высматривая в ветках новый объект для изучения. От этого Са приходилось нелегко, такая настороженность вынуждала держать дистанцию, поэтому наблюдаемого можно было легко потерять из виду. Однако, Ачер не показал настороженности или чрезмерного интереса в разглядывании округи, поэтому Са сделал вывод, что о его существовании поблизости никто не догадывался.

На небольшой полянке Ачер остановился, чтобы срезать несколько макушек высоких цветов. Фиолетовые кисточки только начали распускаться, поэтому он срезал лишь несколько самых верхушек и осторожно сложил их в сумку. Молодой человек двигался медленно и тихо, как будто бы боясь, что его самого обнаружат здесь. Казалось, что он боится разбудить кого-то, поэтому не делает лишних движений. Он смело шел по лесу, не думая над тем, на какую тропинку следует свернуть дальше. Возможно, он ни раз уже бывал в этом лесу и хорошо ориентируется.

Узкая лесная тропинка привела к ручью, вероятно, вытекающему из большой реки, около которой путники остановились перед посещением в старом доме Джи. Ачер встал на колени и, наклонившись, набрал в руку немного воды. Она выглядела чистой и, видимо, была пригодной для питья.

Из кустов вспорхнула дикая утка, напуганная посетителями. Ачер проводил её взглядом, потом внимательно осмотрел место откуда она взлетела. Но близко подходить не стал. Он пришел не за этим. Перейдя ручей босиком, он прошел ещё немалое расстояние через поле с высокой травой. На этот раз тропинки не было, даже подумалось, что вдруг появившийся Ачер намерен так же внезапно исчезнуть из жизни семейства Джи.

Однако, посреди поля нашлось небольшое место, где уже не просто не было такой высокой травы, но вовсе был небольшой холмик с дверью под землю. Ачер не оглядывался, вероятно, не думая о том, что может подцепить кого-нибудь на хвост. Он присел и робко постучал в небольшую дверь. Оттуда донёсся какой-то невнятный звук, отдалённо напоминавший человеческую речь. Вскоре дверца отворилась и наружу вывалился звероподобные человек. Он был слишком велик для этой землянки, в лохмотьях с потрёпанными рыжими волосами и длинной бородой. Этот, по всей видимости, мужчина был слеп на один глаз и страшен на вид.

- А? Ты? - Недовольно протянул старик. - Это ты приходил за письмом?

- Да, - Ачер вежливо поклонился, хотя в этом явно не было нужды. - Мне сказали, что письмо из города принесёт ваша птица. Однако, я её не дождался.

- Ну погоди, сейчас посмотрю.

Громила порылся в своей сумке и достал небольшой мятый конверт с печатью зелёного цвета.

- Вот, твоё? - Хрипло произнес он и прокашлялся.

- Похоже на то, - Ачер пожал плечом, распечатывая конверт.

- Как ты вообще нашел меня здесь, мальчик? - Грозный мужчина с подозрением попятился на Ачера своим единственным зрячим глазом.

- Вчера я был в садовом доме, где вы обычно живёте, - Ачер читал письмо, но говорил без пауз, - однако там даже пауки в чайнике. Подумал, что если вас нет там, то вы открыли себе сезон охоты. Думаю, юный господин Джи не знает, что господин Асан оставил этот дом под вашим присмотром. Смотрите, не напугайте его.

В ответ тот только довольно хмыкнул. Явно перспектива кого-нибудь напугать его скорее обрадовала, чем огорчила.

- Однако, Грэг, я вам очень благодарен. Это крайне важное письмо для меня.

- Небось, он возлюбленной?

- Нет-нет, что вы... - Ачер был скорее расстроен, чем смущён, - это сверху с очередными указаниями.

- Ну и я в печатях разбираюсь. Однако, наша незамужняя и...

- Даже не продолжайте этот вздор, Грэг. Я не намерен это слушать. До встречи, может, я загляну на чай к вам ещё.

Не дождавшись должного ответа, Ачер в быстром темпе стал возвращаться обратно. На этот раз он нигде не останавливался, поэтому путь уже не казался таким долгим.

К моменту возвращения дом уже начал кишить жизнью. Дворецкий во всю готовил завтрак, поэтому весь первый этаж заполонил запах жареного лука и мяса. Ачер ловко поднялся на свой этаж и без стука отворил дверь в комнату Ромеро. Однако, там было пусто. Недолго думая, он двинулся в сторону покоев Хасе.

В комнате Хасе всё ещё не было яркого солнечного света. Рядом с зашторенным окном стоял Андрэ, телохранитель Хасе, и размеренно потягивал свой утренний кофе. Сам же Хасе спал, положив голову на каких-то бумагах на столе. В его руке было перо с уже обтёкшими чернилами. Потрёпанный вид Хасе вызвал у Ачера на лице что-то между умилением и сожалением.

- С добрым утром, Андрэ, а почему он ещё спит? - По-детски удивившись, Ачер попытался заглянуть в лицо спящему.

- Привет, - Андрэ вновь насладился глотком ароматного кофе. - Он всю ночь провел за тренировкой, доказывая мне, что в моих замечаниях по поводу режима нет смысла.

- Доказал?

Ачер саркастично хмыкнул и подошёл пожать руку телохранителю. Ответа на этот вопрос не потребовалось, они просто улыбнулись друг другу.

- Ты не знаешь где носит Ромеро в такую рань?

- Эта... Кхм-кхм, господин Ромеро, - Андрэ на мгновение задумался, - поищи его в конюшнях. Он вчера говорил Хасе что-то про лошадей.

- Лошадей... Надеюсь, он не улизнул отсюда раньше времени, оставив меня утешать юного господина своей спиной за него.

- Я пока не слышал, чтобы юный господин устраивал побоища, - Андрэ немо засмеялся.

На это Ачер лишь неловко пожал плечами и отправился на поиски. Он снова пронёсся мимо кухни, для чего-то кивнув дворецкому, и вышел на задний двор через другую дверь.

Конюшни были поодаль, чтобы не ублажать естественными запахами хозяев дома. Дон чистил стоила, вынося навоз и старую солому наружу. Недалеко от входа, стоя в какой-то старой, но светлого оттенка, одежде, Ромеро согнулся рядом с лошадью. Он стоял позади белой кобылы, держа её заднюю ногу между своих. У него в губах было зажато два гвоздя и он сосредоточенно вбивал в копыто один небольшим молотком.

Ачер не стал говорить с ним сразу. Он дождался, пока Ромеро закончит и отведёт лошадь Дону, который с неловкой благодарностью сделает несколько неловких поклонов. Только когда Ромеро подошёл и вопросительно поднял бровь, Ачер поздоровался с ним поклоном. Ромеро в ответ недовольно цокнул.

- Ты всегда собираешься раскланивается передо мной? - Сухо заговорил Ромеро. - Выбрось эту дурь из головы.

- Мы больше никогда не будем на одном социальном уровне, стоит к этому привыкнуть.

- Пусть другие фанатики этих нелепых поклонов привыкают, - Ромеро вытер пот со лба, солнце уже было достаточно высоко. - Ты хотел что-нибудь?

- Мне пришло письмо с предложением отправиться в Номиду за Кэсбером Лоуи.

- И что ты намерен делать? - Брови Ромеро сурово сошлись.

- Думаю, что я смогу, - Ачер неловко потёр плечи и отвёл взгляд в сторону.

- Я думаю, что тебе стоит отказаться. Даже не думай принимать это предложение, - Ромеро сделал небрежный акцент на последнем слове. - Это подстава, чтобы превратить тебя в кусок мяса и подать на блюде знатным господам Рандары. Глупости вельмож.

- Не думаю, что стоит так выражаться...

- Ачер, они убить тебя хотят! - Ромеро перешёл на повышенный тон, бросив молоток под ноги. - Ты думаешь своей головой хоть иногда?! Кэсбер вооружен до нитки и у него под рукой не меньше двух сотен человек. Как ты собираешься взять его живым, имея под началом три десятка робких вояк из последних рядов?

- Если придумать хороший план...

- План?! - Ромеро схватил Ачера за воротник, поднеся его лицо к своему. - Тебе в ссылке оставшиеся мозги выбили?! Тебя предадут! Они и хотят только того, чтобы ты остался один, без свидетелей и родственников поблизости. Как же ты не понимаешь?!

- Но зачем... - Ачер снял с себя руку Ромеро, будто та не представляла для него ничего дельного. - Для чего им это? Я не представляю им никакой угрозы.

- Это ты так думаешь! - Вид Ромеро становился всё более угрожающим, однако Ачер сохранял вид детской невинности. - Прочь отсюда, я не передумаю. Я запрещаю тебе ехать туда! Слышишь? А теперь вон!

******

- И после этого разговора Ачер пошел прямиком собирать вещи и ушел пешком на запад? Я тебя правильно понял?

Са кивнул.

Азуан удивлённо вскинул брови, представляя себе масштаб возможной проблемы. Чашка с чаем давным-давно остыла, а тарелки после завтрака были вынесены ещё в начале рассказа. Он пока не знал за что ухватиться: за лошадей или за шею Са с вопросом о том, почему ещё не организовалась погоня. Однако умиротворенная обстановка в комнате немного успокаивала и можно было просто сидеть за столом, смотря на полную чашку.

- Может, следовало бы уже бежать за ним? - Задумчиво произнёс Азуан.

- На лошадях можно быстро догнать.

- Да, ты прав... - Он стал постукивать пальцами по столу. - Есть будешь?

- Да я поел перед тем, как зайти к вам.

Азуан стал непрерывно качать головой как бы соглашаясь.

- Что ел?

- Э, взял хлеб со стола и...

- Тебе не дают полноценную порцию на кухне?

- Да я не ем столько, сколько они дают, - Са стал с подозрением коситься на дверь.

- Плохо. - Азуан вздохнул и посмотрел в окно. - Будешь есть.

- Но с утра не хочется...

- С утра ничего не хочется. Вставать тоже не хочется, однако приходится. Вот и ты потерпишь.

- Вы беспощадны, господин.

- Нужно бы сделать так, чтобы эти слова произнёс Ачер, улизнувший отсюда без моего ведома.

- Попробуйте и его накормить, - как бы с обидой сказал Са, что заставило Азуана улыбнуться.

- Да не бойся, я же не такой тиран. Максимум свяжу тебе руки и буду кормить с ложки пока не доешь свою порцию. А вот на отказы есть с ложки можно уже и пройтись парочкой свистящих взмахов.

- Вы будете меня бить плетью из-за еды? - С удивлением произнёс Са, будто не веря своим ушам.

- Ну а что мне ещё с тобой делать? Ты же и так тощий, подохнешь как-нибудь после вечерней тренировки с голоду.

- Ну ладно если бы я эту воровал... Но так ведь это несправедливо!

- А ты же у нас раб, какая справедливость? - Азуан встал из-за стола и подошёл к шкафу в поисках одежды для верховой езды. - С тех пор, как тебя подарили мне, тебе придётся смиряться с моими человеческими желаниями тебя очеловечить.

- И чем вам не нравится мой вид? Вполне себе человечный...

- Ну да, человек с анорексией ведь тоже человек...

- С чем? - Са удивлённо поднял голову и освободил своё излюбленное место на полу у окна.

- Да так... Нужно ехать вслед за этим Ачером, пока он не натворил делов. И неужели слова Ромеро не звучали для него хоть немного убедительно?

*******

День был утомительно жарким. Но такие едва значительные события позволили Азуану хоть немного вернуться к жизни. Безделье в синайском доме его уже давно начало удручать, хотя здесь он был от силы несколько дней. Но всё же пришлось пожалеть, что в эту погоню он решил отправиться лично. Двое солдат, бывших и при сопровождении, с радостью согласились развеяться и почувствовать лёгкий дух приключений.

Однако Ачер, чьи намерения были грубо прерваны без пояснений, не был рад такому вмешательству. Он уже понял, что нет смысла задавать вопросы и стоит молча идти вслед за лошадью, к которой привязали его руки. Он с подозрением посматривал на телохранителя в маске, тихонько насвитывающего погребальный марш для висельников. Эта тихая мелодия держала в напряжении всех, кроме Азуана, воспринявшего эту идею с глубоким одобрением. Благодаря ей он чувствовал, что ситуация ещё куда более забавная, чем ему бы этого хотелось.

Правда на тот момент он даже не подозревал, что именно этот нюанс коснулся его свиты до глубины души настолько, что у одного из них нервно задрожали руки. В Рандаре для разных массовых казней могли приглашать целый оркестр. В отличие от Азуана, которого насильно обучали основам музыки на таких песенках, бывалые солдаты видели что обычно сопровождает такие произведения музыкального искусства.

Ачер в свою очередь был скорее в недоумении. Он был не менее удивлён, когда Азуан приказал запереть его в темнице до ужина, подав ему только стакан воды.

- Господин Азуан Джи, - тихо спросил один из солдат, - ставить ли... ну... виселицу во дворе?

Когда дверь в камеру закрылась, Азуан громко сказал:

- Ну конечно! Я лично всё проконтролирую!

Двое солдат переглянулись.

- Господин, - обратился второй, - может, стоит посоветоваться с господином Ромеро? Думаю, он будет в ярости...

- Ромеро сейчас никто! И я не нуждаюсь в его советах!

Сказав это, Азуан поднялся вверх по лестнице, где его уже поджидали Хасе и Ромеро.

- Что всё это значит? - Враждебно прозвучал голос второго.

- Господин хочет повесить господина Ачера, - не выдержав паузы, протороторил младший солдат. - Он приказал поставить виселицу.

- Что? - Хором спросили Ромеро и Хасе.

- Погоди, - Хасе положил руку на плеча Азуану, - он добрый малый, что ж ты так горячишься?

В это время Ромеро уже успел взяться за рукоять меча и он не планировал думать о последствиях.

- Ромеро, подожди! - Крикнул Хасе. - Мы сейчас всё мирно решим!

- Вы драться со мной пришли? - Удивлённо спросил Азуан.

- Что натворил Ачер? - С максимально дружелюбным видом, который смог из себя выдавить, спросил Хасе.

- Ну он решил, что будет лучшим решением без разговора со мной покинуть особняк и двинуться на запад.

- На запад? - С ещё большей угрозой спросил Ромеро. Явно, он был сегодня не в духе.

- Да, наверное, в Номиду. Прям как в этом письме, - Азуан достал из-за пазухи конверт, окончательно потерявший свой первозданный вид.

Ромеро хотел выхватить это письмо, но Азуан ловко отстранил руку.

- Я хочу, чтобы все знали, - Азуан стал напротив Ромеро, как будто бы слова предназначались именно ему. - Никто не имеет права покидать территорию этого особняка без моего ведома. Если я сказал, что все будут здесь, значит, так и должно быть.

- Азуан... - Растерянно возразил Хасе, но одернулся от испепеляющего взгляда.

- Вы думаете, что раз вы старше по возрасту, можете перечить моим приказам? Нет. Я помилую его только в случае, если он сам вымолит у меня эту пощаду. И такая возможность у него будет сегодня вечером. А пока... Ставьте виселицу, чтобы до утра было готово!

Азуан взмахнул плащом и оставил в ступоре всех, собравшихся посмотреть на происходящее.

Как только он вошёл в свою комнату, на всякий случай запер дверь, боясь, что какой-нибудь разъярённый Ромеро будет ломиться в его комнату. Несколько минут он просто стоял, глядя перед собой, а после потёр переносицу и нервно рассмеялся.

- Мне стоит оставить вас наедине с собой? - С опаской поинтересовался Са.

- Какой ужас, Са. Мне кажется, я сильно переигрываю, - сказав это, Азуан повалился на кровать, не переодеваясь.

- Напротив, даже я вам поверил... И сейчас не уверен в том, что я правильно понимаю вас.

- Какая вероятность, что Ачер будет будет умолять меня о пощаде из-за этой ерунды?

- Хм... Может, уйти без спроса это и ерунда, но ваши угрозы не выглядят настолько же пустяково.

- Да брось, мне кажется, они мне не поверили.

- Вы напрасно сомневаетесь, господин. Эти балбесы уже начали таскать дерево вам на игрушку.

- Да? - Азуан подошёл к окну и скривился. - Они нарочно ставят её напротив моего окна? Хотят, чтобы я любовался потом?

- Может, пытаются вас разжалобить... Уверен, Хасе сейчас в темнице пытается как-то взбодрить Ачера. Тот же совсем не знает вас и может поверить в то, что вы куда больший тиран, чем ваш дед.

- Асан Джи тиран? Он был жестоким правителем?

- Господин Асан Джи не был жестоким сам по себе. Но когда речь шла о наказании, его невозможно было разжалобить даже на крошку. Возможно, Ачер, зная эту черту, не увидит необходимости просить тебя о пощаде. Уверен, он даже не понимает в чём именно провинился. Хотя это вряд-ли.

- Ну я в любом случае не собираюсь его вешать. Если даже не потрудится объясниться, я просто запру его в темнице ещё на парочку дней.

- Прошу вас, господин, будьте осторожны с Ромеро. Он не любитель подобных шуток и за своего брата будет стоять до последней капли крови.

В дверь постучали. За тишиной кого-то дёрнул ручку и постучал снова. Азуан вздрогнул.

"Хоть бы не Ромеро пришел по мою душу,"- подумал он.

Но за дверью послышался тихий женский голос:

- Господин Азуан, леди Джейн хочет поговорить с вами.

- Вот же ж! Подослали девчонку! - Процедил сквозь зубы Азуан и открыл дверь. - Пусть войдёт, но одна. Мне не нужен переводчик.

В комнату робко вошла милая девушка в белом платье и с небрежным пучком кудрявых волос. Её большие глаза невинно хлопали, ожидая от брата какого-то подвоха. Но она ничего не говорила (на языке жестов).

- Случилось что-нибудь? - Первым спросил Азуан, показывая, что он ещё помнит жесты.

- Да. Сказали мне: хочешь ты казнить человека.

Она не была напугана, как этого ожидал Азуан. Её глаза смотрели прямо, а жесты были спокойны как обычно. Казалось, они просто решили обсудить погоду за окном.

- Переживать тебе не стоит по этому поводу, - на всякий случай предупредил Азуан.

- Не хочу я, чтобы убивал ты кого-то, особенно здесь.

- Джейн, не буду я. Просто напугать их хочу. Чтобы слушали меня. Страх - наверное, способ единственный.

- Поняла тебя. Мне достаточно этого. Пойду я, чтобы не догадались ни о чем они.

Когда девушка вышла, Азуан остался в ступоре. Удивительно, что Джейн так спокойно восприняла всё это. Не значит ли это то, что она тоже не просто была заперта в родительском замке, а знает куда больше, чем он сам может предположить.

После разговора с сестрой, Азуан оставался в задумчивости до самого ужина. Никто не трогал его, не говорил с ним. Даже Хасе, подолгу рассматривая его с задумчивым видом просто молчал. Это не было напряжение, повисшее в воздухе. Азуан сам не понимал что бы это могло быть. Но с каждым часом он сам начинал всё больше нервничать перед назначенной Ачеру встречей. Как будто бы это его собственная жизнь зависела от этого разговора.

Минуты шли неумолимо медленно. Хотелось уже поскорее закончить этот спектакль и дальше жить своей жизнью. Ему представлялось, как по возвращении в замок до него дойдут слухи о собственной жестокости. И тогда его репутация среди прислуги будет не лучше, чем у Саккодо. И в голове не укладывалось, действительно ли окружающие верят ему или просто подыгрывают, чтобы грамотно завершить эту сцену пьесы.

Часы пробили шесть. Азуан устроился в кресле в своей комнате, куда и велел привести Ачера. Как и предполагалось, его тесно связали какими-то старыми верёвками и поставили на колени перед господином. В груди сжалось от того, насколько же вдруг нелепо это всё стало выглядеть. Голова Ачера понуро повисла у самих ног Азуана и теперь всё, что оставалось, это говорить. После того, как люди были отосланы прочь из комнаты, Азуан сделал долгу паузу, а только потом задал первый вопрос:

- От кого это письмо?

- От синего ордена, господин, - шепотом отвечал Ачер. По его голосу можно было легко понять, что он всерьез воспринимает эту ситуацию. От этого в груди у Азуана что-то сжалось.

- Поясни мне.

- Ролан Джэйис, возглавляющий синий орден. Он присылает отдельным людям поручения.

- И что зависит от этих поручений?

- Репутация... Её можно поднять как бы сделав на благо нечто крупного масштаба.

- И ты ради этого решил рискнуть своей жизнью? - Идея явно оказалась идиотской и теперь Азуан осознал, что впервые согласен с Ромеро. - Не спросив у меня? Не получив одобрения у Ромеро?

- Ромеро сказал вам? - Теперь голос Ачера дрогнул.

- Считай, я слышал ваш разговор. И это отягчает твоё положение.

Ачер на это ничего не сказал. Он опустил голову ещё ниже, так, что уже почти прикасался лбом обуви Азуана. Но тот оставил обе ноги на полу.

С появлением Са, Азуану довелось многое узнать из разного вида поклонов и прочего. И вот этот как раз был одним из самых низких поклонов для рабов. В этой ситуации господин обычно забрасывал ногу на ногу. А извиняющийся раб, не имеющий права просить словами, прикасался рукой к той ноге, что выше, а лоб - что ниже. Это было что-то вроде ритуала, показывающего превосходство господина над рабом. Второй едва был достоит прикасаться к обуви, когда первый сидел в своём кресле и смотрел на это свысока.

- Ты сожалеешь о своем поступке?

- Да, господин.

- Тогда скажи это нормально и подними голову. Даже не так, в глаза мне посмотри.

Ачер поднял удивлённый взгляд и через несколько мгновений произнёс:

- Я сожалею о том, что нарушил ваше приказание, покинув место, где должен был находиться, без вашего разрешения. Без приказа. И без поручения от Ромеро Джи, способного отчитаться за мой поступок. Я понимаю свою вину и приму любое, назначенное мне наказание.

- Ясно, - Азуан встал и перерезал верёвку на кистях пленника, - тогда пусть Ромеро тебя и наказывает. Так ему и скажи. Я устал.

Через несколько мгновений тишины Азуан повысил голос:

- Ну всё, иди, я же сказал. Виселицу пусть в качели переделают. Что-то я устал с вами больше, чем думалось...

Са медленно объехал по стене на пол.