Не уходи!
— Э? Где это я? — спросила в пустоту Нэнэ, пытаясь рассмотреть хоть что-то. Зрение только подстраивалось под темноту.
Темно, хоть глаз выколи. Ничего не видно, она даже своих рук и ног не видит. А ещё запах древесины и какие-то звуки, звучащие так далеко, что их и услышать стоит больших трудов. Но, лишившись одного чувства восприятия, другие обостряются. Яширо помотала головой, пытаясь понять откуда доносится запах и звук толпы (?).
Внезапно позади неё загорелся свет над двумя дверями. Одну она уже видела и знала, что за ней скрывается. Но в прошлый раз она слышала знакомый громкоговоритель за этой дверью, а теперь оттуда не слышно ни звука. Да и не было никакого желания идти туда. Зато за другой дверью как раз слышался смех и голоса детей. Возможно, эта дверь приведёт её в реальность? И пусть такую дверь она не видела нигде в школе, но кто знает, может эта такая дверь, которую она никогда не замечала?
Дернув за ручку, девочка ступила на порог... Храма. И правда, храм. Обстановка, включая колодец и колокол с толстой косой-верёвкой, напоминала священное место в их городе. Нэнэ прошла дальше. Почему она слышала голоса детей, хотя никого здесь нет? И почему сейчас здесь ночь?
Яширо спустилась вниз. Вот здесь было гораздо шумнее: люди крутились возле красочных палаток с разнообразными вещицами и угощениями, смеялись подростки и дети, играющие в игры. В целом, атмосфера напоминала праздничную, и Яширо в своей белой школьной форме смотрелась среди красивых юкат как чужая. Не такая, как все. Действительно "белая ворона". Стало как-то не по себе.
Зато её озарило. Она уже была здесь, когда её сбила с ног молочная процессия на празднике призрачной Танабаты. Ведь она тогда тоже отключилась и видела сон про этот фестиваль и...
— Сестрёнка Нэнэ? — спросил её детский голосок. Она сразу опустила голову, увидев знакомого мальчика. Драконья маска ничуть не изменилась, но лицо стало постарше. Может, на год-два? Потому что он точно не похож на того Аманэ-куна, которого она видела в некоторых воспоминаниях и за той, второй, дверью.
Только вот... Нэнэ пригляделась. Янтарный взгляд покрылся грустью и печалью, а также неверием, что она здесь. Нэнэ и сама не верила.
— Аманэ-кун? Что ты тут делаешь один? — спросила она, наклонившись к нему.
Ну, точно, Аманэ. Он все ещё младшеклассник, но немного подрос. На пару сантиметриков... Когда он дорастет до своего роста, в котором она привыкла видеть Ханако? Наверное, ближе к старшей школе, да?
— А, да вот... Брат снова играет, а я тут... Один, — как-то неловко пояснил мальчик, почесав затылок. Яширо при виде него, такого грустного, хотелось прижать к себе и утешить.
Но она и так выглядела странно в своём непраздничном наряде, да и форма появилась уже после нулевых, а не в шестидесятых. Так что она сейчас похожа на клоуна и привлекать к себе ещё больше внимания ей бы не хотелось. Ещё сочтут за извращенку, домогающуюся до детей...
Поэтому она просто потянула его за щёки, заставляя улыбнуться. Она хихикнула, вспомнив, как это делал Ханако, чтобы её подбодрить. Было больновато, конечно, но это действительно работало.
— Фто ты делаешь, Нэнэ-сан? — пробурчал Аманэ, пытаясь выговорить все правильно. Когда тебе сжимают щёки, это довольно трудно.
— Ты такой грустный. Брат снова обижает тебя? — не подумав, спросила Яширо с ласковой улыбкой.
Она помнила того Аманэ Юги, которого видела за другой дверью, одинокого и сидящего среди порванных листов тетради и книг по астрономии. А ещё она помнила его избитым... И подозревала, по воспоминаниям Цучигомори, кто так поступал с Аманэ-куном.
Нэнэ не составило труда сложить два и два, сделать верные выводы, на основе своих наблюдений. И ей было жалко того мальчика, которым был Ханако-кун в детстве и до своей смерти.
Но реакция мальчика была не совсем понятной. Он застыл, глядя на неё шокированным взглядом. Он как бы спрашивал "как ты узнала?", и она не смогла бы ему ответить на этот вопрос. Потому что она давно блуждает по этим воспоминаниям и кускам-крохам доступной ей информации. Потому что она дружит с мальчиком-призраком, которым стал вот этот пока ребёнок после своей смерти.
— Ты следишь за мной? — подозрительно спросил Аманэ, отходя от неё на добрый десяток сантиметров.
— Нет, конечно! Просто... — она замахала руками, пытаясь придумать отговорку за глупо ляпнутую фразу, но в голову ничего не шло. На глаза попался ларёк со сладостями. — Ой, Аманэ-кун, смотри, там сладости! Давай поедим!
Мальчик ничего не сказал, следуя за ней. Хоть Яширо и пыталась вести себя естественно, её поведение совсем не вписывалось в здешнюю атмосферу. Да и наряд на ней странный. Он бы хотел увидеть снова эту девочку, ничуть не изменившуюся за два года, в цветастой юкате. Она была такой красивой в тот вечер... Аманэ каждый раз краснел, вспоминая её тёплую улыбку.
Сейчас он стал старше на два года. Немного взрослее, но все ещё не догнал её. А она будто и не постарела совсем, подметил мальчик, наблюдая за тем, как Яширо попыталась купить абрикос в карамели, но у неё не было денег. Ну что за проблемная девочка..?
Он снова купил им вкуснятины. Они снова сели под деревом, наблюдая за мимо проходящими людьми. Аманэ, в прошлый раз все съевший быстро и толком не смотревший на неожиданную компанию в лице Нэнэ, сейчас все чаще скользил взглядом по девочке, с удовольствием жующей фрукт на палочке. Она выглядела такой же, как тогда. Обычно изменения в подростковом возрасте сразу замечаются, особенно после долгого наблюдения, но Яширо-сан совсем не изменилась.
— Сестрёнка Нэнэ, а почему ты здесь? Ты снова решила пойти на фестиваль, чтобы собрать бумажки для исполнения желаний? — поинтересовался Аманэ, отвлекаясь на такояки. — Так и не нашла себе парня?
Это был удар по самому больному. Да, Яширо так и не нашла себе парня в своей реальности, но теперь это не казалось таким важным. У неё были заботы поважнее. Например, как выжить, если твой срок уже назначен?
Но вот этот вопрос про возлюбленного все ещё может ввести её в депрессию. Аж слезу пустила, что и заметил Аманэ, тут же замельтешивший.
— Прости-прости, Нэнэ-сан! Я не хотел тебя обидеть!
Его поведение разительно отличалось от того, как он вёл себя, по здешним меркам, два года назад, подумала Яширо, смотря на мальчика грустным взглядом. Если присмотреться, в этой полутьме она может разглядеть на шее мальчика царапину, а на левой щеке заживающий, слегка жёлтый синяк. И его печальный взгляд при столкновении с ней... Все указывало на то, что уже началось... Не сбылось одно из её желаний. Колесо начало свой ход...
— Нэнэ-сан, прости, что расстроил. Не знал, что все настолько плохо, — продолжал извиняться мальчик, коснувшись её руки с почти доеденным абрикосом на палочке. Он смотрел на неё таким же чистым и искренним взглядом, как когда извинялся Ханако. — Ну, хочешь я дам тебе такояки?
Она наконец засмеялась, беря угощение в качестве извинений. Аманэ, слыша её смех, тоже улыбнулся. На душе было так тепло и хорошо...
Время шло и скоро забомбили салюты. Ребята уже ждали его на площади. Тут-то Яширо и умудрилась услышать среди всех этих ярких взрывов в небе знакомую мелодию звонка в школе. Шла она далеко отсюда, вела, скорее всего, к храму. Она посмотрела на счастливого (он после всех их разговоров стал больше улыбаться и шутить) Аманэ-куна и подумала, что, возможно, ради этого здесь и оказалась. Может ей надо было сделать счастливым этого Аманэ-куна, чтобы уйти в свою реальность?
Она ушла с площади, идя к лестнице храма. Постепенно салюты стихли, а она все ускоряла шаг. На самом деле ей так понравилось быть с таким Аманэ, с таким Ханако. Ей нравилось видеть его улыбку когда бы то ни было, но именно сейчас, когда мальчик начинает познавать всю боль своего мира, она хотела бы быть рядом. Возможно, оставшись здесь, она могла бы предотвратить убийство Цукасы его же братом и смерть Аманэ-куна?
Нет, качнула головой Яширо, забравшись на самый верх лестницы, подходя к зданию храма и встав перед дверью, откуда и слышалась мелодия школы. Мелодия настоящего... Нет, она не может остаться здесь. Там, в настоящем, её ждут родители, друзья, Ханако... Да, все они ждут, когда она выберется отсюда. И будет эгоистично остаться здесь только потому, что она хочет предотвратить уже случившееся. Ведь если она не позволит случиться тому, что должно все равно произойти, то Ханако не появится. Не будет всех этих распри с Цукасой, будь он не ладен! Аманэ-кун здесь будет счастлив до поры до времени, но она не может исправить случившееся с ним несчастье. Он сам способен изменить свою судьбу, она знает это. И как бы ни было больно, ей все равно нужно сделать шаг вперёд, зайти за эту дверь и больше никогда не появляться на глазах у маленького Аманэ...
Она протянула руку к заветной двери, но выйти в свое время ей помешали крепкие мальчишеские объятия.
— Не уходи, пожалуйста!
Она не впервые видела Аманэ-куна плачущим, но этого ребёнка точно впервые. Испуганно-растерянные янтарные глаза умоляли её остаться, а крупные капли слёз, размазанные по щекам всё скатывались и скатывались. Дыхание сбилось из-за бега, а губы дрожали. Аманэ-кун так торопился её остановить?
— Пожалуйста, Нэнэ-сан! Останься, — просил мальчик, утыкаясь в её талию. Такое отчаяние в его голосе... Яширо не могла сделать и вдоха из-за горечи, вставшей комком в её горле. — Мне так не хватало тебя эти два года... Ты такая добрая и... Тёплая.
Перед глазами встал Ханако, который тоже как-то сказал, что она очень тёплая, поэтому он к ней и прижимается. Якобы призракам тоже хочется погреться... Врал, конечно, но Нэнэ не вдавалась в подробности.
Она ласково потрепала по волосам Аманэ, чуть не задев маску. Тот посмотрел на неё блестящими тоской глазами. Шмыгая носом, он немного покраснел. Наверное, сейчас стыдится своей вспышки эмоций.
— Прости, Аманэ-кун, — тихо извинилась она с мягкой улыбкой, взяв его за маленькие ручки. Мальчик вздрогнул, снова смотря на неё и цепляясь пальцами за её платье. — Я не могу остаться.
— Почему? — по-детски наивно спросил Юги. Яширо скосила взгляд на дверь. Звук мелодии стал громче, призывая назад.
— Я не могу сказать... Но могу пообещать, что мы ещё встретимся, — она выпрямилась с яркой улыбкой. Эта улыбка прятала в себе все её отрицательные эмоции, но успокаивала мальчика. — А пока... Иди к брату. Уверена, он уже заждался.
Аманэ, будто только сейчас вспомнив о младшем своём близнеце, понёсся назад. Яширо мигом повернулась, чтобы уйти в свой мир, но была остановлена криком Аманэ, заставившим её повернуться.
— Спасибо за все, Нэнэ-сан! Я буду ждать нашей встречи! — с широкой улыбкой попрощался Аманэ и, не дожидаясь её ответа, побежал вниз по ступенькам.
Яширо открыла дверь, стирая свои собственные слёзы тыльной стороной ладони...
И выпала прямо в объятия Ханако. Прямо как тогда, когда она была в 1969. Только в этот раз призрак был хмурее обычного. Только привычная улыбка засияла, когда он поймал её.
— Долго же ты, Яширо. Как тебе очередное путешествие? — поинтересовался Ханако. Яширо коротко хихикнула.
— Хорошее, но больше не надо. И что это было, Ханако-кун? Как меня туда затянуло? — наклонила голову девочка, смотря на друга.
Тот пояснил, что они сражались с одним духом и Яширо, которая должна была убежать за пределы класса, в котором проходил бой, вышла в "никуда", и Ханако, позже заметивший пропажу подруги, не мог её найти там. Тогда он подумал, что она снова попала в какую-то знакомую ей дверь, и ждал, пока она придёт, так как Хакудзёдай вернулся ни с чем после часовых поисков.
— Вот как, — ответила Яширо, покачивая ногами, сидя на подоконнике. — Ну, я рада, что нашла сама путь назад. Это было хорошее путешествие, хоть я и не скажу, что весёлое. Было неприятно обнаружить себя снова в том месте...
— А где ты была, кстати? — невозмутимо спросил Ханако, но она уже научилась различать его интонации. Вот, казалось бы, сейчас он просто вежливо интересуется, где она была, но нотка чего-то... Опасного мелькнула в голосе, заставляя её усиленно думать над отговоркой.
— Ой, в каком-то сером мире. И знаешь, что странно? Я мало что помню... Только фейерверк.
— Фейерверк в сером мире? Чудной мирок!
— Точно-точно, — закивала утвердительно головой Яширо. Её взгляд затуманился воспоминанием того мальчика в свете салютов. Какое счастье было написано на его лице... — Было красиво. Большой и громкий салют. Мне кажется, если бы не звук нашего звонка, я бы там и осталась...
Яширо, поглощенная воспоминаниями, прислонилась к прохладному плечу Ханако, не замечая его реакции на её слова. А лицо Седьмого тоже наполнилось неведомой ранее грустью.
Двери в прошлое так просто не открываются кому попало. Возможно, эта вторая встреча с маленьким Аманэ была тоже судьбой?
Всё может быть...