"ПРЕВЕНТИВНЫЙ УДАР"
Безжалостный зимний ветер, мчась посередь ночного леса, пробирал холодом до самых костей, чуть ли не полностью игнорируя моё кимоно. Ещё недавно его злобный вой вгонял меня в уныние, однако же сейчас мне до него не было и капли дела, ведь на данный момент от боли на душе я был готов завыть куда страшнее и жалобнее матушки-природы. И сердце моё, точно кусок льда, было скованно тугой цепью предательства, от одних лишь мыслей о котором, внутри что-то взаправду покрывалось трещинами и было готово лопнуть в любую секунду. Я мог тонуть в печали хоть всю ночь, но совсем не собирался это делать. Я просто ждал наилучшего момента для начала действий...
И вот, подняв свои опустошённые глаза к узкому серпу луны и прикинув приблизительное время, я решил, что пришла пора выступать. Сейчас или никогда, ведь если я ничего не предприму, то с рассветом просто погибну. Простояв всё это время, прислонившись спиною к дереву и скрестив на груди руки, я наконец-то отлип от него. Сейчас где-то три часа ночи и все обитатели долины, за редкими исключениями, должны были уснуть. Уверенный в том, что меня никто не заметит, я покинул свой пост и направился назад.
Ещё на подходе к темнице, в которой содержали Ясухиро, я изменил свой облик при помощи иллюзий. Из меня плохой актёр, однако моё паршивое настроение должно было сыграть мне на руку, ведь образ, принятый мною, сам по себе редко позволял себе ребячество.
- Господин Такината? - слегка поклонился мне самурай, сторожащий нашу маленькую тюрьму. - Чем обязан в столь поздний час?
- Работой, чем же ещё. - безразлично ответил я ему. - Если, конечно, нашу скромную службу можно таковой назвать.
- Вы, право, отчёта себе не отдаёте, трудитесь даже по ночам. Вам бы отдохнуть, не думаете?
- Вот когда мы победим в войне, тогда и отдохну. - слабо улыбнулся я ему. - Но довольно пустой болтовни, наш пленник всё ещё там?
- Да. И живой, готов вам поручиться.
- Ну и замечательно. Вы не подсобите мне в одном дельце?
- В каком это? - с подозрением изогнул он бровь.
- Я бы хотел детально осмотреть нашего пленника на наличие каких-либо оккультных меток на теле.
- На наличие чего?
- Видите ли, внезапно меня посетила мысль, что мы имеем дело не с обыкновенными людьми, а с экспертами по части потусторонних наук. Что если наши враги научились глушить свои мысли от достопочтенных лисьих духов?
- В таком случае наш пленник всё-таки может располагать полезной информацией... - задумчиво закивал он.
- Видите? Итак, вы мне поможете?
- Только слово скажите. Но что именно мне нужно будет делать?
- Просто следите, как бы он чего не выкинул. Дабы обнажить его, нам придётся развязать путы, коими он связан и у нас нет никакой гарантии, что сия процессия закончится без приключений.
Получив весомую причину войти внутрь вместе со мной, самурай первым зашёл к Хиро. Он, кажется, тихо себе спал, прислонившись спиною к стене в самом чистом уголке из имеющихся, покуда внезапные посетители его не разбудили.
- Чего вам? - разлипая глаза от остатков сна, спросил он.
- Внеплановый осмотр. - нагло улыбнувшись, сказал ему самурай. - Ну-ка живо на ноги.
- Погодите. - спокойно сказал я ему. - Есть ещё один вопрос, который мы должны решить.
- Это какой? - спросил он, обернувшись ко мне и тут же получив по глотке нагинатой.
Схватившись за своё летальное ранение, он тут же рухнул оземь, отчаянно пытаясь остановить кровотечение, которое с каждой секундой подводило его всё ближе и ближе к своему концу. Хиро, став свидетелем сего, тут же занервничал, как бы мне не захотелось отправить его вслед за первой жертвой в иной мир, однако же бояться ему было нечего. Прежде, чем он что-либо сказал, я лёгким взмахом руки разогнал вокруг себя иллюзию и предстал перед его глазами в своём родном обличии.
- Тада?.. - снова оговорился он. - Чёрт, я уже заклеймил тебя, как Тадао... Харуки, что происходит?
- Мы уходим. - быстро сказал я ему и принялся развязывать.
- Уходим? Но куда?
- К Цубасе. - резко выпалил я. - Ты ведь сможешь провести меня к нему?
- Смогу, но... - окончательно он растерялся. - Что тебе нужно от Цубасы?
- Хочу малость посотрудничать с ним. - наконец, освободил я Хиро полностью. - Отдам ему Цуяко и пусть с ней делает, что хочет.
- Чего?.. - потирая затёкшие руки, уставился он на меня. - Право, я тебя не узнаю. Ты ведь так любил свою госпожу.
- Эта мерзость мне не госпожа. - непроизвольно сжались мои кулаки. - Я всё расскажу тебе по дороге, а сейчас мы не можем терять времени.
- А мы вообще сможем сбежать?
- Мы уйдём через тот участок леса, который назначили под мою опеку. Там никого не должно быть.
- А если сейчас кто-то заметит, что ты меня уводишь?
Вместо словесного ответа я просто пустил в ход магию, которую, к слову, мне сейчас даже было противно использовать, ведь это были силы Накамуры. Однако же они серьёзно упрощали мне задачу. Вот как сейчас, когда я возвратил себе обличие Такинаты, моего нынешнего командира, а Хиро же достался облик только что убитого мною самурая. Если кто-то и видел, как мы с ним заходили в темницу, то мы же из неё и выйдем.
Итак, свершилось. Ясухиро на свободе и наконец-то мы с ним пробираемся через лесную чащу, с каждым шагом отдаляясь от долины всё дальше и дальше. Наши сторожи не должны были стоять так далеко, поэтому я с полным спокойствием разогнал саван иллюзий и мы с Хиро снова стали узнаваемы.
Как я и говорил, по пути я разжевал ему своё текущее положение и причину для предательства моей хозяйки. Хотя какое это предательство? Это она захотела убить меня после всего, что между нами было! Сперва Ясухиро слушал меня с величайшим вниманием, но позже моя история, кажется, стала даже веселить его. А вот мне было вовсе не до смеха!
- Тебя так тешат мои беды? - раздражённо буркнул я.
- Нет, просто... "Я видел её улыбку, я видел её слёзы..." Не так ли ты мне говорил ещё вчера?
- Говорил... - нехотя признался я.
- Выходит, ты всё это время ошибался в ней?
- Ошибался...
- Невзирая на то, что все вокруг предупреждали тебя о её притворстве? Почему ты вообще доверился кому-то со столь мрачной репутацией?
- Я хотел ей верить... - тоскливо опустил я голову. - Надеялся, что между нами есть что-то большее. Что-то, что не позволит ей обмануть и использовать меня, так как я действительно был важен для неё!
- Ха-ха-ха! - взорвался Хиро приступом смеха. - Я действительно тебя не узнаю. Ты реальный человек или герой романа? Открой глаза на настоящее. Здесь все друг друга предают и пользуются ради своих целей.
Не нужно было мне напоминать, я помню это... Я слишком много пережил, чтобы считать, что живу в сказке, одна только Цуяко - тому доказательство. Я всё ещё поверить не могу, что она так со мною поступила. Втёрлась в доверие, провела со мной столько времени, хорошего и плохого... Даже ложе со мной разделила и всё ради убийства, цели которого мне до сих пор неясны? У неё что, вообще ни грамма чести!? Воистину, мерзкий ёкай...
Но не стану вас обманывать, я не столько кипел гневом, сколько плакал через сердце. Каждый раз, когда я пытаюсь её оскорбить, в голове сразу же всплывает то или иное воспоминание, связанное с ней. Как она готовила для меня... Учила играть в карты... Дразнила меня... Я не хотел, не желал верить в действительность тех слухов, что её окутывали, но ведь от моих желаний эта реальность не изменится! Всё, что я могу - это принять её и сделать всё необходимое! Я одного только понять не мог: неужели вся наша совместная жизнь от начала и до конца была лишь тщательно спланированным спектаклем? Вряд ли, ведь даже Цуяко не настолько хороша. Скорее всего она просто плыла по течению, подстраиваясь под текущую ситуацию, что выходит у неё лучше всего. Может, сперва она и правда не желала мне зла, но позже решила всё-таки явить наружу старые привычки.
- "Мой милый самурай..." - всплывал в голове её голос.
- "Конечно, милый..." - саркастически отвечал я самому себе. - "Особенно с ножом в сердце."
- "Я не считаю тебя прислужником..."
- "Оно и видно. Для вас я, очевидно, просто новая игрушка и не более того."
- "Ты был для меня как птенчик, выпавший из гнезда..."
- "Это точно, лисицы ведь едят птенцов."
Единственным, что хоть как-то разбавляло мои внутренние треволнения, были наши незатейливые перекидывания словечками с Ясухиро. Ну хоть с другом мне повезло, вот в этом я ничуть не сомневался: он за меня и в огонь, и в воду. Либо пронесёт меня, как лисий огонёк, в холодные пучины вод, за которые Широтамаши вполне себе могли сойти. И не будь сейчас со мною Хиро, меня бы просто зарубили на месте. Как же получилось... Сперва я спас его от ёкаев, а теперь он спасает меня от экзорцистов.
- Мы уже на подходе. - не глядя на меня, вдруг сказал Хиро. - Видишь вон тот дым от костров?
- Вижу. Ну, всё или ничего!
- Ага...
Хиро, похоже, сам не был уверен в успехе наших переговоров, но мне было всё равно на риски, ибо останься я с Цуяко - и вот тогда бы я точно погиб. Союз с экзорцистами ещё сулит мне хоть какую-то надежду. Вдруг залаяли сторожевые псы, сидящие на привязи, и на их голос тут же вышло несколько вооружённых людей, прямиком из ближайших шатров, коих в общей сумме было аж несколько десятков. А их лагерь оказался заметно больше, чем я себе прикидывал... Решив не медлить, я выбросил вбок свою нагинату и показал моим бывшим врагам пустые руки, после чего сказал им:
- Я здесь не затем, чтоб драться. Требую аудиенции у Цубасы Цумибуку.
Экзорцисты на секунду переглянулись меж собой и усмехнулись через зубы.
- Аудиенции он требует, ты погляди! - заязвил стоящий слева от меня. - Очередной убийца и не более того. К нам уже четверо таких как ты явились, да с припрятанным ножом за пазухой.
- Я свидетельствую честность его намерений. - сказал Хиро своим товарищам.
- На каком основании? - спросил его экзорцист справа. - И как это так вышло, что вы пришли сюда вдвоём?
- Этот человек - мой старый друг. - с рукой у сердца сказал Хиро. - И хотя я совершенно не ожидал встретить его среди еретиков, он спас меня от верной смерти в этой дьявольской долине.
- М-м-м... - задумался всё тот же самурай Широтамаши. - Друг другом, но возможность угрозы это не отменяет, вдруг ты заодно с ним?
- Можете хоть связать нас, но позвольте переговорить с господином Цубасой. - сказал я им.
- О да, вас свяжут. - закивал экзорцист. - А тебя сверх того проверят на наличие внутри ёкая. Вдруг проносишь нам кого?
- Делайте всё, что сочтёте нужным, мне нечего от вас скрывать.
И это было чистой правдой. Они могли хоть битый час осматривать меня на предмет спрятанного оружия или читать мне молитвы, заключая мою особу в соляной круг - всё было тщетно, ничего я не прятал и никого не скрывал. Однако же успешная проверка не спасла меня от связывания рук, что, в принципе, тоже было оправдано, ведь мне как лисьему самураю была доступна огненная магия. Я опасен даже сейчас, отрицать не стану. Хиро всё же решили не связывать, но и излишнего доверия к нему не выказали и таким образом нас вместе повели к Цубасе.
Лагерь вовсе не кипел жизнью, ведь я пришёл сюда глубокой ночью. Но всё же я могу с уверенностью заявить, что жили они получше нас. Шатры, может, защищали от зимнего ветра не так хорошо, как наши хижины, но их было много больше. То и дело в глаза бросались потрескивающие костры, станки с разбросанным вокруг сырьём, и просто предметы интерьера, вроде знамён или столиков. Но оно и видно, ведь мы ни разу не штурмовали их главный лагерь, а десятка лисьих самураев было бы вполне достаточно, чтобы спалить его дотла. На секунду в голове у меня даже вспыхнула подобная мысль, как у человека, столько времени посвятившего войне с ними, но идти на поводу у неё я, разумеется, не собирался. Они мне больше не враги, хотя и друзьями мне их называть не очень-то хотелось.
Через минуту мы уже стояли возле их главного шатра, в несколько раз превосходившего остальные по размеру. Наверняка и внутри он был обставлен гораздо удобнее, однако же к чему гадать? Сейчас я сам проверю это.
- Твоё счастье, что он страдает от бессонницы. - бросил мне экзорцист, стоящий позади, но прошедший вперёд и заглянувший за полотно. - Господин Цубаса, прошу меня просить за беспокойство в столь поздний час, но с вами тут хотят поговорить.
- Кто и о чём? - услышал я знакомый голос изнутри. - Если это насчёт завтрашнего штурма, то я думал, что объяснил всё предельно ясно.
- Нет-нет, вы не понимаете, это не наш человек. Он от ёкаев пришёл.
- Информатор?
- Может, и информатор, но уже другой. Мы его обыскали, вроде не вооружён.
- Гм... Введите-ка его сюда.
- Слушаюсь. - торопливо обернулся он ко мне. - Проходи, но смотри без глупостей, еретик. А ты со своего дружка глаз не своди, ясно тебе? - теперь взглянул он и на Хиро. - Не хватало нам покушения на жизнь командира.
Получив от Хиро одобрительный кивок, экзорцист, похоже, окончательно вверил меня в его руки и, единожды переглянувшись через плечо, ушёл от нас своей дорогой. Мы же с Хиро тем временем прошли внутрь командного шатра, за полотном которого помимо самого Цубасы - сухого старика в церемониальном одеянии - обогретая очагом голая земля была покрыта множеством ковров, на которых из-за кочек ненадёжно стояли небольшие столики с самым разнообразным оккультным барахлом: причудливой формы инструменты, порошки и травы в разноцветных склянках, чьи-то черепа и прочие побрякушки, даже не поддающиеся описанию. Впрочем, было много и обыденных вещей, вроде чашек, стопок писем и бумажных ножей. И только сейчас я понял, что пока я был занят оценкой обстановки, сам Цубаса в свою очередь оценивал меня, и главным образом моё лицо.
- Кажется, я тебя уже где-то видел... - напрягая память и сужая свои глаза, сказал мне старик. - Только вот силюсь вспомнить...
- Я тот недотануки, которого ваши люди приволокли к вам прошлой осенью. - спокойно напомнил я ему.
- А-а-а, ну точно же! - медлительно закивал он мне. - Что же это выходит, ты вовсе не был обычным путником, каким ты нам представился?
- Тогда меня ещё можно было назвать обычным путником, я не сильно-то вам лгал.
- Предположим. И зачем же ты пожаловал сюда? Юноша, ты хоть знаешь, как сильно ты сейчас рискуешь?
- Да он всю жизнь играл с огнём. - сказал за меня Ясухиро. - Харуки пришёл к вам, чтобы вы помогли ему избавиться от собственной хозяйки.
- От хозяйки, значит? - пристально взглянул он на меня. - И кому, позволь спросить, ты служишь?
- Прочитайте имя на моей груди. - спокойно предложил я Цубасе. - Уверен, вас эта идея весьма заинтригует.
Тот сперва напрягся... И не торопился раздвигать моё кимоно. Чего он боится, что я камикадзэ? А впрочем я бы не удивился, если бы мне кто-то сказал, что у меня взгляд, как у смертника, учитывая все недавние обстоятельства. Так или иначе, набравшись смелости, Цубаса всё-таки раздвинул мой низкий воротник своими холодными пальцами и застыл на месте от увиденного. Лишь через несколько немых мгновений он поднял на меня глаза и зашевелил и без того дотоле приоткрытым ртом:
- Ну и интересная же беседа у нас с тобой намечается...
Не знаю почему, но узнав что я служу Цуяко, Цубаса вовсе не охладел в мой адрес, а напротив проявил гостеприимство, даже руки развязал и предложил нам чаю. Несмотря на то, что мне сейчас было не до него, отказываться я не стал. И хотя наши чашки были полными, Цубаса нагрёб в чайник ещё снега и подвесил его над очагом. Похоже он считает, что нам понадобится больше, чем одна чашка, что предвещает долгий разговор. Итак, мы с Хиро уселись по одну сторону потрескивающего огня, а Цубаса же сел с другой. Будучи озарённым ярким светом пламени, его морщинистое и усталое лицо приобрело какой-то зловещий, даже пугающий оттенок.
Вопросов с его стороны посыпалось немного, всего два. Первый - почему же я желаю избавиться от Цуяко, а второй - какое отношение к нам имеет Ивасаки, он же Ясухиро. Ничего в наших ответах его не насторожило и похоже, что Цубаса и впрямь расположился на сотрудничество. По крайней мере, он перестал смотреть на нас с толикой подозрения.
- Значит, она собралась тебя убить... - медленно кивал он с закрытыми глазами. - Я даже не удивлён.
- Не просто собралась... - злобно шипел я, невольно вспоминаю эту её качественно подделанную улыбку. - А собралась после всего, что между нами было!
- Тебя это так удивляет? Это же Накамура.
- Да, но ведь... Ведь я правда доверял ей! Сперва подозревал в недобром, позже привык к ней, доверился, возлюбил наконец, а потом... А потом вдруг узнал, что она захотела просто так меня убить, в угоду своему извращённому чувству развлечения! Безо всякой на то причины, просто так! Потому что ей это нравится - издеваться над людьми!
- Гм-м-м... - задумался Цубаса после моих слов. - Нет, причина у неё есть, мой мальчик. И ей вовсе не нравится убивать людей, просто... Приходится, ввиду обстоятельств.
- О чём это вы? - как у меня с языка сорвал Хиро. - Какие это обстоятельства заставляю её убивать людей?
- Это очень долгая история. Однако я уверен, что Сэнши знает её часть, не так ли?
- Часть какой такой истории? - не понял я.
- Она тебе всё-таки не рассказывала? Впрочем, оно и понятно. Ну что же, видимо мне ничего не остаётся, кроме как поведать вам о ней. Однако же, Ивасаки... - взглянул он на Ясухиро. - Моим подчинённым её лучше не знать. Ты сказал, что записался к нам лишь из желания защитить своего друга, который сейчас сидит подле тебя, так?
- Да... - неуверенно протянул ему Хиро. - Что с того?
- Как только мы схватим Накамуру, тебе придётся нас покинуть. Можете потом уйти вдвоём, меня не волнует ваша дальнейшая судьба.
- Ну хорошо. - согласился Хиро на его требования. - Так даже лучше, эта война всё равно лишилась смысла в моих глазах.
- Что ж, тогда слушайте меня внимательно. - отпив немного чаю и тем самым смочив горло, Цубаса приготовился к долгому рассказу. - История эта началась четыре века тому назад, ещё задолго до власти клана Токугава. Её центральными героями были члены клана Накамура, коих было всего двое: жизнерадостная и заботливая, но в то же время чрезвычайно хитрая и злопамятная Цуяко и её неряшливый и избалованный младший брат-близнец Цуёко. Жили эти двое, бед не зная, покуда сестрице не приснился пророческий сон, как её любимого братика...
- ...гонят по лесу, пуская в него стрелы? - договорил я за Цубасу.
- А, то есть всё-таки ты знаешь эту историю? - спросил он у меня.
- Да, я просто не понял, что вы именно её имели ввиду. Но ведь в ней нет ничего, связанного с манией убийств. Каким образом эта история может таить в себе причины?
- Скорее всего дело в том, что ты знаешь её не полностью. Дорасскажи-ка нам всё, что ты помнишь.
- Ну... - вздохнул я, напрягая память. - Цуяко вознамерилась отомстить тому человеку, что чисто технически мог напасть на её брата, и в конце концов унесла в могилу весь его клан. Клан... Ёкошима что ли...
- Ёчишима. - поправил меня Цубаса.
- Ну Ёчишима. - устало пожал я плечами. - После сих деяний, Инари наказало Цуяко и её брата, каким-то образом их разделив и отняв у Цуяко большую часть её сил. И потом она начала помогать всем, кого она встречает, чтобы доказать Инари одну вещь - и её сердцу не чужда добродетель. Но невзирая на эти бесконечные годы стараний, её до сих пор не простили.
- Это всё, что ты знаешь? - полюбопытствовал Цубаса. - О своём муже она тебе не говорила?
- А, говорила. - тут же вспомнил я. - Во время её мести, кто-то отобрал у неё звёздный жемчуг и потребовал за возвращение артефакта выйти за него замуж. Цуяко это желание исполнила, а потом убила его. Так ведь получается?
- Ну и женщине ты присягнул... - обошёлся Ясухиро мурашками.
- Да, всё так. - кивнул мне Цубаса. - А именем этого несчастного мужчины ты не интересовался?
- Нет, ибо какой смысл? - ответил я ему, пожимая плечами. - Просто имя, которое мне ни о чём не скажет.
- Зря ты так считаешь. - маниакально улыбнулся старик. - Впрочем я уверен, что Накамура бы сказала тебе выдуманное имя, умолчав о настоящем. Так или иначе, я от тебя ничего таить не собираюсь, так что слушай. Её мужа звали... Цубаса Курото.
Сперва я даже не понял, что именно услышал... И Хиро, видно, тоже, ибо мы с ним озадаченно переглянулись перед тем, как впиться взглядами в старика, сидящего напротив нас. Что это ещё значит?
- Цубаса? - спросил у него Ясухиро. - Прямо как вас?
- О да, о да... - медленно кивал он, в предвкушении глядя на нас.
- И это что же... - напряжённо заговорил я. - Просто совпадение?
Вместо ответа Цубаса решил просто продолжить пояснять детали той истории, которой мы всецело посвятили эту ночь. И я нисколько не возражал, ибо чувствовал нутром - мне открывается что-то небывало важное. Что-то, что сорвёт с Цуяко ту завесу тайны, окутывающую её с самого момента нашей встречи.
- Изначально, быть может, Цуяко всем своим сердцем ненавидела Курото за столь наглое желание, от исполнения которого она не могла воздержаться, следуя всем правилам Инари. Но всё же в скором времени обнаружила в нём небывалую выгоду, при помощи которой её месть клану Ёчишима избавилась от массы сложностей. Прежде всего, клан Ёчишима был всего-то гокенинским, а вот клан Цубаса мало того, что состоял сплошь из куге, то есть аристократов, насчитывал в своих рядах не одного самурая. В общем сами понимаете, тогдашний шогун - Фудживара - был крайне расположен к ним. Власть резко переметнулся на её сторону. Также ей стало проще выбираться в люди под видом "госпожи Цубасы". И даже если у неё возникали проблемы с законом, клан тут же прикрывал ей спину. Курото во всём ей потакал, и очень даже зря...
- Постойте-ка! - резко ворвался я в рассказ. - Так что же получается, технически она не Накамура, а Цубаса?
- Выходит, что так. - спокойно признал старик. - Но, очевидно, девичья фамилия понравилась ей больше. Да и всем нам привычнее звать её Накамурой, поэтому не забивай себе подобным голову.
Пояснив мне некоторые детали, Цубаса снова отпил чаю и вернулся к своему рассказу:
- Когда клан Ёчишима оказался полностью убит, у Цуяко больше не осталось причин оставаться с Курото. На следующий же день после их погибели, Цуяко отравила его, чтобы отомстить за отнятую честь и вместе с Цуёко вернулась в их прежний домик. Она рассчитывала как ни в чём не бывало возобновить прежнюю жизнь со своим братцем, однако к их великому ужасу Инари, понаслышав о её злодеяниях, разделило эту маленькую семью и понизило зачинщицу стольких смертей в статусе, оставив её с четырьмя хвостами, коих раньше было шесть. Их разделение произошло путём странной божьей магии, чем-то даже напоминающей проклятие. Куда бы не пошла Цуяко, Цуёко шёл в противоположную ей сторону, и наоборот. Это происходило на подсознательном уровне и ни она, ни он, ничего не могли с этим поделать. Они смогли бы воссоединиться лишь в одном случае - если бы Цуяко искупила все свои грехи. Но у неё даже времени не было, чтобы волноваться об этом, ведь внезапно ей открылась ещё одна страшная правда. Ночи, разделённые с Курото не прошли бесследно... Она забеременела. Изначально, дожидаясь рождения ребёнка, Цуяко планировала его убить, однако же когда её сын всё-таки явился на свет, не смогла найти в себе силы воплотить изначальные планы. Как выяснилось, она родилась с очень ярко выраженным материнским инстинктом, правда работающим только в сторону её родной семьи, ведь детишек клана Ёчишима она убила без зазрения совести. Мальчика своего она назвала Цубаса Арао, так как решила обезопасить его. Сердца клана Цубаса всё ещё кипели гневом из-за смерти Курото и знали, что Цуяко тоже ненавидела их род. Дав своему сыну фамилию "Накамура", она рисковала бы привлечь к нему ненужное внимание клана Цубаса, а вот назвав его их же именем, она поставила их в положение, располагающее на мысли "она же нас терпеть не может, она бы в жизни не назвала так сына, это просто совпадение". Как видите, Цуяко уже тогда нельзя было отказать в хитрости. Хотя она могла и вовсе выдумать какую-нибудь третью фамилию, но видимо тогда в ней заиграла принципиальность - раз уж в её сыне текла кровь клана Накамура и Цубаса, значит нужно выбирать одно из двух. Итак, Арао рос под опекой своей любящей матери-лисицы, которая ничего от него не скрывала. Он знал, что полукровки не живут так долго, как чистокровные кицунэ и однажды им с Цуяко суждено будет расстаться. Не покривлю душой и признаю - мать из Цуяко вышла превосходная, она хорошо воспитала Арао и дала ему отличный старт в жизни. Он нашёл свою любовь среди самых обычных людей, остепенился и создал совершенно новый клан Цубаса. Цуяко часто навещала его между своими поисками Цуёко, из упрямства не желая верить, что им с братом невозможно встретиться вплоть до срока искупления её грехов. И даже когда Арао умер, она продолжала навещать следующие поколения его клана, уже успев прослыть каким-то жутким призраком, каждые несколько лет подходящим к их дому и в течении нескольких часов просто наблюдавшим за людьми, не подходя к ним и ни о чём с ними не разговаривая. Но всё же в одном юноше нашлась толика храбрости, необходимая для того, чтобы подойти к этой женщине и разузнать, кем она ему приходилась. И этот юноша был тем, кого вы прямо сейчас слушаете.
Я своим ушам не мог поверить... В очередной раз мы с Ясухиро неуверенно переглянулись, абсолютно не знающие, что сказать. Точнее, сказать-то нам было что, однако в этом не было смысла, ибо всё и без того было кристально ясно.
- Вы с Цуяко... - всё же сказал я вслух, чтобы закрепить этот факт. - Родственники?
- Верно. - слабо улыбнулся старик. - Она приходится мне прапрабабушкой.
- Что? - озадачился Ясухиро. - Нет, погодите... Это ведь было так давно! Тогда должно было смениться больше поколений, вы ведь не настолько стары!
- А сколько лет ты бы мне дал, Ивасаки?
- Сколько? Ну... - стал прикидывать он в своей голове. - Семьдесят?
- Ох, если бы... - закрыл он глаза и покачал головой. - Мне двести тридцать шесть, мой мальчик.
- Сколько!? - спросили мы с Ясухиро в один голос.
- Двести. Тридцать. Шесть. - отчеканил нам Цубаса. - Удивлены?
- Но это же невозможно! - не верил ему Хиро. - Как вы могли прожить столько лет?
- Слушайте сказочку дальше - и всё поймёте.
Нам с Ясухиро снова не оставили выбора - просто слушать и внимать Цубасе, с трудом примиряясь со всеми фактами, что он обнажал пред нами. Сгорая от нетерпения, мы с другом вновь уставились на него и выказали готовность слушать.
- Впервые я заговорил с Цуяко, когда мне было всего девятнадцать лет. - продолжил свой рассказ Цубаса. - Дождавшись её очередного прихода, я пренебрёг предупреждениями старших... Я просто сидел в сотне метров от неё и не спускал с неё взгляда, а она мне отвечала тем же. Цуяко тогда и слова не проронила, она просто улыбалась, а я понять не мог - почему. Спустя час ей надоело, она развернулась и пошла прочь, а я в свою очередь побежал за ней, имея лишь одно средство обороны - мой кайкен, который мне подарили на совершеннолетие. Но как оказалось, мне было нечего бояться, ведь Цуяко повела себя очень открыто и дружелюбно. Она рассказала мне всё... Кто она, почему она нас навещает и кто мы такие... Сейчас такая откровенность ей не свойственна, но в те дни она считала нас своей семьёй. Единственной семьёй, поскольку брат был для неё потерян. После нашей первой беседы я по-настоящему испугался, ведь получалось что наш клан был создан путём союза демона и человека. И помимо прочего её лисья кровь, циркулирующая в нашем роде, уже порядочно разбавилась из-за нескольких союзов с другими людьми. Я находился на самой границе сил кицунэ-полукровки... Я лишён возможности пользоваться лисьей магией, но и в то же время не могу сказать, что у меня её нет. Мне просто нужно было... Разбудить её каким-то образом. Всё это я узнал от Цуяко лично, разговаривая с ней каждые несколько лет во время её неожиданных визитов. Однако же со временем я стал замечать, что на некоторые вопросы она умышленно не давала мне ответов. Главным образом они были связаны с тем, каким же образом мне пробудить свою лисью кровь. Тогда началось моё личное расследование... Я ездил из города в город, посещал один храм Инари за другим и через десять лет таки нашёл ответы на свои вопросы, только легче мне от них не стало. Чтобы пробудить свои силы, такому жидкокровке как мне, нужно поглотить силу той кицунэ, которая дала мне толику того, что я уже имею. И помимо прочего она должна быть возрастом в тысячу лет, иначе я всего-то продлю свою жизнь на несколько веков. И тут-то предо мною встал вопрос, каким же образом мне поглотить силу Цуяко, когда она достигнет тысячелетнего возраста и, разумеется, станет в несколько раз сильнее? И как же мне вообще дожить до того момента? Долго я ломал над этим голову... Но в конце концов всё-таки составил безотказный план. Перво-наперво я выследил Цуёко. Найти его было не слишком-то сложно, ведь они с Цуяко из-за наказания Инари всегда шли в противоположных направлениях. Я просто поинтересовался у его сестры, куда она сейчас отправится. И к тому же не стоит забывать - эти двое близнецы, а я отлично помнил лицо Цуяко. Поскольку его кровь была очень похожа на кровь родной сестры, она мне тоже подошла и я частично пробудил собственные силы, продлив тем самым свой лимит старения. Мой план длиною в несколько веков наконец-то можно было начинать. Уже тогда я обладал обширными знаниями в оккультизме, что позволило мне наложить проклятие на Цуяко. Если из-за кары Инари у неё осталось четыре хвоста, то после меня - всего один. На первый взгляд мои чары оказались во много раз сильнее Божьих, не так ли? Не совсем... Преимущество божьего наказания заключается в том, что оно снимается лишь по воле самого Бога, а вот людям в свою очередь необходимо каким-то образом оставлять от своей магии ключ, который нужно вставить в определённый замок. Что же, в моём случае ключ - это мой кайкен, а замок - сердце того, кто её любит. Покуда кто-либо не вонзит тот проклятый нож себе в грудь, тая в душе самые тёплые и нежные чувства к Цуяко, суждено ей до скончания веков скитаться по земле, как однохвостой слабачке... Сколько бы лет ни прошло, а хвост у неё будет всего один. По крайней мере для нас... Моё проклятие не лишает её хвостов, а просто не позволяет им воплотиться в явь. Она сейчас что-то вроде птицы, неспособной раскрыть крылья. Лёгкая цель для меня, желающего поглотить её силы и преодолеть границы человеческого.
- Вы не хотите истребить ёкаев... - трепещущим голосом сказал ему Хиро. - Вы сами желаете стать одним из них!
- Вас разве это заботит? - спокойно спросил он. - Всё, что вы хотите - это выжить, не так ли? Одним лисом больше, одним лисом меньше... Какая, к чёрту, разница?
- И потому-то вы сказали Ясухиро покинуть Широтамаши после того, как он услышит эту историю? - задал я вопрос кицунэ-полукровке.
- Ну разумеется, остальным об этом знать не нужно. И прошу, не нужно усугублять ситуацию и распространяться насчёт этого. Я ведь мог убить тебя, Ивасаки, а я просто отпускаю. Надеюсь, вы это цените. Так или иначе, теперь тебе всё ясно, Сэнши?
- Не совсем... - собираясь с духом, тихо произнёс я.
- А какие у тебя ещё могут быть вопросы?
- Прежде всего... Я тщательно осматривал Цуяко и готов заявить вам, что кайкена у неё с собой нет.
- Значит, она его где-то прячет, разве не очевидно?
- А ещё я слышал об убийствах, совершённых Цуяко. Но люди в них не убивали себя сами... Это была работа Цуяко, которая привязывала их к деревьям и каким-то образом сооружала верёвочную систему, чтобы управлять их руками как на кукольном театре.
- А такое вообще возможно? - посмотрел на меня Ясухиро.
- Насколько помню я... - поспешил нам объяснить Цубаса. - Та система была гораздо проще, чем народ вообразил. Убийство происходило с одного движения руки. Цуяко просто дёргала за одну верёвку, и нож сразу же отправился в сердце. Опять толпы утрируют истину.
- Ну так что? - вопросительно вцепился я в Цубасу. - Почему Цуяко убивала их сама?
- А разве это не очевидно? Сперва она пыталась расположить их к себе, может даже влюбить, а потом просила их вонзить себе кайкен в сердце. Разумеется, ей все отказывали и в один момент ей это надоело. Видимо, она попыталась обойти мои правила и заставить кого-то собственноручно убить себя против его воли. Но без любящего сердца ничего не сработало, ведь когда твоя любимая заставляет тебя проходить через подобное, твои чувства к ней меняются всего за долю секунды.
- Но зачем вы вообще поставили ей такие ужасные условия для снятия проклятия?
- Чтобы она не смогла его снять. Мне ведь нужно было, чтобы она дожила до тысячи лет, и при этом осталась слабой однохвосткой, а подобное проклятие просто невозможно снять. Понятия "любовь" и "убийство" не уживаются друг с другом. Чтобы по-настоящему влюбить в себя кого-то, Цуяко нужно было самой кого-то полюбить, а затем уже просить его умереть за неё, но провернуть подобное не то, что не под силу ей... Мне кажется, это не под силу каждому из нас - попросить свою любовь совершить самоубийство. Я не преследовал цель сделать ей побольнее, мне просто нужны были невыполнимые условия.
- Получается, это всё из-за вас? - начал я злиться на него. - Без вас у Цуяко не было бы никаких причин убивать меня! И всех своих прошлых жертв, а её репутация не была бы так загублена!
- Умерь свой гнев, Сэнши. Ты, кажется, снова встаёшь на её сторону... Однако же позволь тебе напомнить, что даже Инари её до сих пор не простило, а значит её прошлые грехи всё ещё не искуплены. Было бы оно так, остальные кицунэ не сторонились бы её, однако какова реальность? Все её боятся и избегают. Она не пыталась перемениться даже до моего проклятия: она просто скиталась по Японии, тщетно пытаясь отыскать Цуёко, даже не желая слушать, что она может, а что нет. И когда же она начала помогать людям под видом странствующей шинтоической жрицы? Уже после моего проклятия. И как именно она помогала? Располагала их к себе, а затем убивала. Ты всё ещё считаешь её доброй и хорошей? Очнись, мальчик. Ты влюбился в хитрую, жестокую и невероятно лживую бестию, которую нарёк своей хозяйкой. Я понимаю, что ты хочешь верить ей, но ведь ты сам уже всё видишь, верно? Всё, что связывало вас друг с другом было ложью и притворством. Не более, чем сменой её стратегии на пути к достижению цели.
Как бы мне не было больно признавать это, но Цубаса был прав... Наконец, всё встало на свои места. Все дыры в досье Накамуры Цуяко наконец-то оказались замазаны... Замазаны чем-то чёрным и мерзким, что аж глаза захотелось закрыть. Но с другой стороны мне даже малость полегчало. Так всегда бывает, когда кончаются сомнения и ты приходишь к какому-либо заключению, твёрдо зная, что же тебе делать дальше. Сейчас вот я был полностью уверен, что не зря поговорил с Цубасой и что мне нужно сдать ему Цуяко. Что с ней будет дальше? Мне без разницы... Как и ей самой нет дела до моей жизни. Я для неё никакой не самурай, никакой не возлюбленный, да даже не человек... А просто расходный материал. Ещё одна попытка снять с себя вековое проклятие, которое меня вообще не касается. Я не один из тех трагических нытиков, утрирующих боли на своей душе... Я знаю, что пройдёт время и я отойду. И пусть сейчас мне будет сложно, но я сделаю то, что необходимо, если не ради своей жизни, то ради возмездия иль гордости, ведь моя жизнь - это больше, чем какая-то игрушка в лапах наглого ёкая.
- А ведь когда я спросил Цуяко, знает ли она вас, она не поведя бровью сказала, что нет! - сказал я и залпом допил свои остатки чая.
- Разумеется. - сказал Цубаса. - Она уже давно лжёт, ничем себя не выдавая. Вижу, ты наконец-то одумался? Вырвался из под его контроля?
- О да, я настроен решительно. Как мы будем её ловить?
- Смотря по обстоятельствам. Скажи, она слушает твои мысли?
- Вроде как нет, но теперь я не уверен.
- Будем надеяться, что нет. Хорошо, второй вопрос: насколько сильно она тебе доверяет?
- Шутите? Я под её присягой, не будь она во мне уверена, она бы мне её не предложила.
- Твоя правда. Тебе бы просто выманить её на какой-нибудь участок леса, где мои люди будут поджидать вас. Возьмёте её в плен и отведёте к нам.
- И всё? - удивился я. - Так легко?
- Легко - потому что есть ты, её самурай. Без тебя нам в жизни не обмануть настолько хитрое создание.
Коротко обговорив наши дальнейшие действия и вернув мне мою конфискованную нагинату, Цубаса отпустил нас с Хиро, а сам тем временем отправился собирать людей, коих он намеревался выбрать для засады. Ну что ж, пора охотиться на ведьм. Я не могу позволить себе промедление, ибо горизонт уже светает. Если я не избавлюсь от неё первым, конец наступит уже мне! Ей ведь не жаль меня... Почему тогда я должен её жалеть?
Простившись с Хиро в условленном месте, я продолжил путь в долину в полном одиночестве, попутно собираясь с духом и размышляя, как бы мне обвести Цуяко вокруг пальца, ведь если она всё-таки читает мои мысли, то вся наша операция обречена на провал. Но с другой стороны... Опираясь на всё проведённое с ней время, я могу вспомнить массу ситуаций, которые бы не случились с нами, взаправду читай она их. Конечно, это мог быть блеф, но... Ах, к чёрту, буду просто надеяться на лучшее. Это всё, что я могу сделать, как бы грустно это ни звучало.
Наконец вернувшись в лисью долину, я понял, что скорее всего пропажа Ясухиро и убийство его стражника не остались незамеченными... Темница вновь оказалась окружена любопытным сборищем, но гораздо меньшим, чем в случае с убийством Момоцуки. Чисто для того, чтобы не выглядеть подозрительным, я поспрашивал у местных, что здесь происходит, изо всех сил стараясь отыграть удивление и разделить общую тревогу.
Вдруг я заметил Цуяко, стоящую поодаль от остальных, так и сверлящую меня холодным взглядом... Это ещё что значит, я уже попался!? Нет, не должен был... Скорее всего я просто волнуюсь. Да, точно... Ну же, Харуки, успокойся и просто поговори с ней. Не станет же она убивать тебя у всех на глазах? По крайней мере я на это надеюсь...
Собравшись с силами душевными, я оторвал окаменевшие ноги от снега и пошёл к ней какой-то совершенно неестественной походкой, больше напоминающей по виду марш. Ох, не умею я обманывать... Как бы меня сейчас это не погубило.
- Харуки, это ведь твоя работа? - тихо спросила она, мельком оглядываясь по сторонам.
- О чём это вы? - нервно спросил я её.
- Освобождение господина Ивасаки. Не знаю, кому кроме тебя это могло понадобиться. Да и лицо у тебя как у мальчишки, разбившего любимую матушкину вазу.
- Ну... Признаюсь, вы правы.
Я решил, что самым лучшим решением мне будет признаться в некоторых вещах, чтобы хоть как-то оправдать своё подозрительное поведение. Однажды Цуяко мне сказала, что трудности искусства лжи заключаются не в способности обманывать других, а в способности обманывать самого себя. В навыках самовнушения, при помощи которых ты можешь убедить себя, что говоришь правду и как следствие из этого не выдать свою ложь факторами блефа - подёргиванием глаза, каплями пота, нервными движениями пальцев... В общем визуальными действиями, которыми обычно сопровождается твоё враньё.
- Ну и зачем ты это сделал? - разочарованно вздохнула она. - Он бы просто отсиделся здесь, пока война не кончится. И ещё надзирателя зачем-то убил... Честно, Харуки, ты меня огорчаешь.
- Простите меня... - сказал я с бешено стучащим сердцем, предвкушающим грядущие события. - Но поверьте мне, на то были веские причины.
- Это какие, позволь узнать? - скептически посмотрела она на меня.
- Я... Не знаю, как это объяснить. Сегодня ночью во время дежурства в лесу я обнаружил кое-что странное. Что-то, что я даже описать не смогу должным образом.
- А Ивасаки здесь при чём?
- При том, что... - на ходу придумывал я оправдания. - Уже тогда я посчитал, что мне не помешает посоветоваться с вами насчёт увиденного, а может и вовсе отвести вас к месту происшествия. И по пути я заглянул к Ясухиро, посмотреть как он там, вовремя обнаружив что его же надзиратель пытается его убить.
- Убить? - удивилась Цуяко. - Этот, как его... Хинага что ли... Он пытался убить господина Ивасаки?
- Я своими глазами это видел. - постарался я уверенно кивнуть.
- Тогда что же ты извиняешься?
- Это... - занервничал я. - Ну, я просто...
- Харуки, довольно лгать своей хозяйке. - строго скрестила она руки на груди. - Скажи мне прямо, что происходит.
Как я и думал, обмануть её не получается. Она слишком догадливая... Боги, на что я вообще надеялся? Как бы ситуация не вышла из под контроля... Пророчество ведь гласит, что я умру сегодня.
- Ладно, с этим разберёмся позже. - раздражённо выдохнула она. - Что ты там в лесу нашёл?
- Говорю же, я не знаю как объяснить. Вам лучше взглянуть самой.
- Далеко это?
- Немногим дальше границы.
- Широтамаши не заметил?
- Да вроде нет, всё было тихо.
- Ну ладно уж, пошли. - нехотя согласилась она. - Хоть бы это не была какая глупость.
Серьёзно, она правда не слушает мои мысли? Какое облегчение... Хотя рано мне ещё радоваться, она просто может скрывать свою осведомлённость, а на деле читать меня, как открытую книгу. Вот даже сейчас! Честно, это крайне нервирует... Опасаясь удара в спину, я повёл её в лес под руку, в очередной раз ощущая тепло её рук и аромат глицинии. Сердце в груди непроизвольно сжалось под тяжестью прошлого. С какой отрадой я наслаждался этими вещами... Наслаждаюсь даже сейчас, как бы странно это ни звучало. Я знаю, что эта женщина хочет меня убить и всего-то несколько часов назад я кипел таким гневом в её адрес, но сейчас... Я понимаю, что всё равно люблю её. И сколько бы жизней не отняли её душистые руки, я всё ещё готов часами напролёт покрывать их поцелуями. Однако же это не значило, что я прогнусь под давлением эмоций... Не значило, что я отступлю от начатого. Повторюсь... Время затянет мои раны... Рано или поздно я отойду от этой боли. И сейчас всё, что я могу сделать - это тихо сглотнуть ком в горле и просто вести её дальше... Вести прямиком в западню.
- Далеко ещё? - через пять минут блужданий спросила она меня.
- Нет, мы почти пришли. - ответил я ей.
Поднимаясь на усыпанный снегом холм, мы прошли мимо торчащей из земли высокой скалы, за которой согласно нашей с Цубасой договорённости, нас поджидали его экзорцисты. Хоть скала и привлекла внимание Цуяко, наверняка она ничего не заподозрила. До вершины оставалось каких-то десять метров, где нас с ней уже ждал Ясухиро. Хоть Цуяко и заметила его намного раньше, никакой реакции от неё не последовало и она обратилась к нему лишь когда мы почти его достигли.
- Надо полагать, что Харуки и вас втянул в свою охоту за неведанным? - скучающе спросила она Хиро.
- А? - малость растерялся он. - Да, можно и так сказать...
- Ну что ж, показывайте, что вы там такого отыскали.
Цуяко было хотела встать у самой вершины и посмотреть вниз, на противоположный склон, но в эту же секунду позади и спереди нас послышался многократный лязг доспех, звон вынимаемой стали и грубый хруст снега, созданный окружающими нас вражескими самураями. Первая половина и правда скрывалась за скалой, а вторые, очевидно, просто улеглись на склоне, всё это время дожидаясь минуты вожделенных действий. Словно центр колеса, со всех сторон окружённый острыми спицами, взгляд Цуяко метался из одной стороны в другую, отчаянно выискивая пути к отступлению, но, очевидно, не обнаружив ни одного проблеска солнца среди туч, она лишь бросила на Ясухиро разочарованный взгляд.
- Это так вы платите за всё, что мы вам сделали? - холодно бросила она ему.
Но Хиро ничего ей не ответил, ибо тяжесть его собственного взгляда сейчас ничуть не уступала ей. Как, собственно, и моего... Однако ей ещё лишь предстоит это понять.
- Харуки... - заговорила она, попятившись назад и уткнувшись в меня. - Лучше брось оружие, столько врагов мы не осилим.
- Много, да? - холодно ответил я. - Прибавь к ним ещё одного.
Она было непонимающе обернулась ко мне, но тут же отскочила назад, увидев как сверкнуло лезвие моей поднятой нагинаты, прямо возле её горла. Вот теперь она и правда оказалась окружена, причём без единого союзника на её стороне. Хоть она и продолжала метать взгляд из стороны в сторону, лисица то и дело останавливала его на мне и с каждым разом её лицо становилось всё бледнее и бледнее, а глаза всё шире. Когда она остановилась окончательно, в них не было даже одной слезинки... Была лишь боль предательства и страх грядущего, что вились клубами в глубинах сих медовых глаз.
- Что... - наконец, решилась она подать голос, хоть и еле различимый. - Что всё это... Значит... Харуки?..
- Так сложно понять? - ответил я ей с не свойственной мне злобой. - Блесни своим интеллектом.
Услышав мой ответ собственными ушами, она сперва растерялась ещё больше, но в следующую же секунду всего лишь резко помрачнела, понурив голову и тем самым закрыв свои глаза прядями рыжеватых волос, налетевших с её лба. Так как её пальцы лихорадочно дрожали, она сжала их в кулаки, однако же к плечам этот способ был не применим. Это ж как надо уметь притворяться, что у меня аж сердце в груди заболело... Одно лишь знание её притворства орошало моё пекло на душе.
- Всё кончено, Накамура. - бросили ей сзади. - Сдавайся добровольно или тебя возьмут силой.
А она тем временем просто стояла, как вкопанная... Создавалось впечатление, что она даже дышать перестала, превратившись тем самым в живую статую. Окончательно убедившись в отсутствии сопротивления, самураи начали сужать свой стальной круг, но внезапно Цуяко бросилась вбок и при помощи кицунэцуки вселилась в одного мужчину. Из-за тяжести духа, теснившего его собственную душу, он рухнул оземь, а Цуяко же тем временем покинула его тело в образе лисицы и уже было намеревалась броситься в чащу на четвереньках, как вдруг один из экзорцистов, не щадя её, ступил ногою на её хвост, тем самым прижав её к земле.
Она тут же воскликнула от боли и уже собралась воспламенить себе хвост, но два десятка острых наконечников, окруживших её со всех сторон тут же отбили у неё желание нарываться на неприятности.
- Хорошая попытка, спору нет. - сказал ей кто-то из толпы. - А сейчас поступим так: либо ты встаёшь на ноги и идёшь как человек, или мы тебя за шкирку к Цубасе потащим. Выбирай.
Несмотря на то, что её уши были плотно прижаты к голове, Цуяко явно не боялась... Максимум переживала, вот что я скажу. Сейчас она наверняка изобретает ещё один способ, которым бы смогла сбежать от нас. Однако же тот тяжкий вздох, что вырвался из её пасти вместе с клубом пара и её последующее перевоплощение в привычную моим глазам молодую женщину, говорили мне лишь об одном - что никакого плана она составить не смогла. Её грубо подняли на ноги, потуже затянули руки и не теряя зря времени, вооружённой колонной повели в свой лагерь.
- За что, Харуки? - даже не прождав секунды, посмотрела она на меня.- Что я тебе сделала, чтобы ты меня возненавидел?
- А самой догадаться? - одарив её презрительным взглядом, ответил я вопросом на вопрос.
- В том-то и дело, что мне ничего на ум не приходит. - нахмурила она свои тонкие брови. - Неужто ты продался этому Цубасе?
- Этому? - злобно усмехнулся я. - Не говори так, словно бы не знаешь его.
- Что?.. - внезапно затрепетал её голос. - Я... Не понимаю...
- Ври больше. - сказал за меня Ясухиро, к которому лисица в тот же миг повернула голову. - Скажи ещё, что ничего не знаешь о кайкене с чёрной рукоятью.
- К!.. - запнулась она на полуслове, от которого её лицо вновь начало мертвецки бледнеть. - К-Кайкене?..
- Ты не ослышалась. - опять бросил я ей. - Всё мы о тебе знаем.
- Цумибуку... - злобно процедила она сквозь зубы, отворачивая голову. - Воистину, в семье не без урода.
- И не совестно тебе его оскорблять? - спросил её Хиро. - Особенно после того, как ты чуть было не предала Харуки?
- Это кто кого здесь предал!? - гневно выкрикнула она.
- Уймись, ёкай. - толкнул один из самураев её в спину, отчего она малость присмирела.
- Да заканчивай ты уже с этим спектаклем. - устало сказал ей Ясухиро. - Все мы знаем, что ты лгунья и актриса, но хоть сейчас стань капельку честнее.
- А я где-то лгу? Если да, то покажите мне!
- Говоришь, что я тебя предал. - холодно сказал я ей.
- А как ещё можно назвать то, что сейчас творится?
- Превентивным ударом, например. Чудесно ведь подходит?
- Давно не перечитывал словарь? - впились в меня словно холодные иглы её строгие глаза. - Если так, то позволь мне напомнить тебе: превентивный удар наносят только по источнику грядущей угрозы.
- Ну так? - спокойно съязвил я ей. - Всё сходится.
- Ничегошеньки не сходится! Ай! - снова воскликнула она от толчка в спину, вызванного очередным повышением голоса.
- А, то есть прямое желание убить кого-то, это не угроза?
- Я? Тебя? Убить? - продолжала она излишне искренне наигрывать свои эмоции. - Харуки, я конечно местами не подарок, но чтобы убивать тебя! Когда такое вообще было?
- Сегодня. И не говори, что ничего не понимаешь.
- Вот именно, что я не понимаю... Ничего... Абсолютно ничего... Сознаюсь, я убивала людей тем проклятым кайкеном, но не собиралась делать этого с тобой!
- Да? А чем докажешь?
- Докажешь?.. Я-то думала, меж нами есть доверие.
- Ты-то что знаешь о доверии? - горько усмехнулся я, понурив голову.
- Знаешь ли... Для меня доверие - это та степень отношений, когда я могу не волноваться о возможности предательства. И не утруждать свою голову составлением планов на экстренный случай.
Докончив высказывание, она окинула меня холодным, полным боли взглядом. Это она сейчас говорит, что не доверяй она мне, она бы не попалась на нашу уловку? Да и пусть, мне уже наплевать... Даже сейчас она не собиралась признавать свою вину. Но меня это больше не волнует... Пускай Цубаса забирает свою родственницу, и делает с ней всё что ему угодно, лишь бы только никогда её уже не видеть. Не видеть и не слышать этой лжи, унёсшей в могилу всё, чем я так дорожил...
Оставшуюся часть пути мы проделали, не проронив ни единого слова. От недавнего наплыва эмоций не осталось и следа, как у нас с Ясухиро, так и у самой Цуяко. Тишину нарушали разве что вороны, растолстевшие на телах убитых в этой войне и срывающиеся с веток при нашем приближении, оглашая тем временем глушь своим протяжным голосом, попутно предвещая скорый рок судьбы, но уже явно не мой. Через каких-то двадцать минут наш эскорт наконец-то достиг пункта назначения - главного лагеря Широтамаши. Здесь Цуяко встретили насмешками и оскорблениями, не только со стороны людей, но и собак тоже. Правда, трогать её никто не собирался, то ли из отвращения, то ли из опаски, а может и из простого уважения, которого она не заслуживала. Хотя, быть может, я и сам бы не решился закидать её камнями... Не потому что простил, а из-за ещё тлеющих чувств к ней.
- Так-так-так... - довольно произнёс Цубаса, торжественно встав перед ней. - Вот мы и встретились вновь, Накамура. Ты ничуть не изменилась.
- Зато тебя, как я погляжу, годы совсем не пощадили. - холодно отвесила она ему.
По приказу Цубасы её повели в специально отведённую для того часть лагеря, где внутри шатров стояли огромные металлические клетки с толстыми прутьями и громоздкими замками на дверцах. Помимо прочего, их стены были увешаны расписанными лоскутами бумаги, которые явно являлись чем-то вроде шикифуд, подавляющих силу ёкаев. В одну из таких клеток Цуяко и бросили, почему-то предварительно разрезав верёвку на запястьях, и сверх того - запирать не торопились. Цубаса стоял прямо у открытой дверцы, преграждая ей единственный выход. Его тень закрывала полусидящей-полулежащей лисе солнце и нагоняла только больше мрака на её озлобленное лицо, на котором из слегка приоткрытых губ виднелись крепко стиснутые зубы, а из дрожащих, пылающих яростью глаз, уже вот-вот готовы были покатиться слёзы. Шёрстки у неё в этом обличии не было, однако же её волосы тоже были готовы встать дыбом от вида трёх своих мучителей в одном месте: Цубасы, Хиро и меня.
- Не злись, скоро всё кончится. - насмешливо обратился к ней Цубаса, точно как нашкодившей девочке.
- Узнаю в тебе гены Курото... - злобно процедила она. - Тот был не меньшим мерзавцем.
- Ну-ну, разве так нужно общаться с семьёй?
- Умолкни. Может, в тебе и есть капля моей крови, но мы не родственники. Разве семья поступает так друг с другом? Я в очередной раз убедилась в том, что кроме Цуёко у меня никого нет... - вырвались таки её слёзы на свободу, очерчивая дорожки по раскрасневшимся щекам.
- Ты права. - закрыл старик свои глаза. - Незавидная у тебя судьба, что ни говори. Однако если хочешь, я могу хотя б сейчас полить бальзамом твоё сердце. Позволить увидеться с братом, пусть и всего-то на несколько часов.
- Что?.. - внезапно затрепетал её голос, а гнев резко отступил. - Цуёко... Здесь?..
- Да. В каком-то смысле.
Сказав это, Цубаса резко сорвал с плеч лисью шкуру и бросил её к ногам Цуяко. Минуту назад её лицо так и кипело злобой... Десятью секундами ранее оно сверкало проблесками надежды и семейной любви... А сейчас я даже силюсь подобрать ему описание - перед ней словно бы молния ударила, лишив её тем самым любого подобия чувств, за исключением неподдельного страха. Только через несколько мгновений она осознала произошедшее и на дрожащих руках приподняла шкурку к своим влажным и широким глазам. И если раньше из её очей текли лишь ручейки, то сейчас её слёзы образовали настоящие потоки, словно бы от двух прорванных дамб. Зажмурив глаза от сердечной боли и покрепче стиснув зубы, лисица с глухим, полным отчаяния стоном, зарылась лицом в единственную вещь, оставшуюся от её брата и громко разрыдалась, выпуская наружу всё, что в ней копилось если не года, то целые века.
Я невольно сглотнул в попытках протолкнуть ком поглубже в горло, искоса и с опаской поглядывая на Цубасу. Не слишком ли жестоко он с ней обошёлся?.. Я, конечно, хотел от неё избавиться и поглумиться в отместку за предательство, но... Но это уже переходит все границы! Сейчас я полностью уверен в её чувствах, такие слёзы просто невозможно подделать. Да и зачем ей это нужно? Она ведь понимает, что загнана в угол, из которого не существует выхода.
Гладя на мокрую от слёз шкурку Цуёко, я внезапно кое-что понял... Отобрав силу у Цуяко, Цубаса тем самым убьёт и её. Конечно, так даже лучше... Мёртвой она точно до меня не доберётся. Но... Вот именно, что "но". А что добавить вслед за ним, я даже не знаю. Мне просто больно воспринимать этот факт.
- И кто... - нашла Цуяко в себе силы, чтоб заговорить. - Из нас двоих... Ещё демон?..
- Очевидно тот, кто демоном родился. - спокойно ответил ей Цубаса. - И тот, кто демоном умрёт.
Цубаса неторопливо запер дверцу клетки и повернул ключ в замке аж на пять оборотов. Видимо, чтоб уж наверняка... Мы втроём вышли из шатра, оставив Цуяко заливаться жгучими слезами в полном одиночестве... Уверен, ей к подобному не привыкать.
- И что теперь? - спросил его Ясухиро.
- Теперь... - ответил ему Цубаса. - Вам остаётся только ждать. К сожалению, ритуал поглощения силы возможно провести лишь в полдень, когда солнце находится в зените. Постарайся не погибнуть до тех пор, Сэнши. Поздравляю тебя, мы отвели твоё неотводимое пророчество.
- Да... - угрюмо ответил я ему. - Спасибо вам...
- Всё ещё переживаешь? Что ж, оно понятно, ты столько времени провёл с ней. Это пройдёт, мой мальчик. - положил он свою руку на моё плечо. - Желаю тебе забыть её как можно скорее. Пожди несколько дней, и имя на твоей груди исчезнет вместе с ней.
- Значится... - обратился к нему Хиро. - Теперь мы должны уйти?
- Да, куда - не важно. Просто покиньте нашу территорию, и всем нам станет проще жить.
Мы с Хиро было развернулись и вот уж вознамерились пойти своей дорогой, как вдруг я остановился и обернулся назад.
- Господин Цубаса. - снова обратился я к нему.
- Да? - развернулся и он в свою очередь.
- У вас ведь есть информатор с нашей стороны? Не расскажете мне, кто он?
- Зачем тебе? - спросил он, с подозрением нахмурив брови.
- Просто интересно. - спросил я без эмоций.
- Любопытство кошку сгубило, Сэнши. Может, ты уже не служишь у ёкаев, но чем судьба не шутит, правильно? Давай-ка обойдёмся без повода возобновлять нашу вражду.
- Ладно... - смиренно кивнул я ему. - Как вам угодно.
Неторопливо шагая, мы с Ясухиро безо всяких приключений покинули внушительную территорию лагеря Широтамаши и всего-то через полчаса шли вдоль сугробов печального зимнего леса, единственным голосом которого были разве что вороны, возможно те же самые, которых мы видели недавно. Стоит ли говорить, вокруг кого сейчас кружились мои мысли? Здравый смысл говорил мне, что я сделал всё правильно, а вот сердце каждым своим стуком бранило меня хлеще всякого слова. Уверен, оно пройдёт нескоро... Придётся мне подумать, как заполнить эту пустоту, если это вообще возможно.
- Харуки, ну не хандри. - приятельски ткнул меня Хиро в бок. - Знаешь же, что она это заслужила.
- Заслужила. - тоскливо согласился я.
- Просто ты к ней привязался, только и всего. В Эдо ещё кого-нибудь подыщешь.
- Только не сейчас. Пускай сперва сердце пройдёт...
- Ну вот, это другой разговор. Я помогу тебе отвлечься, чем только смогу, ты лишь попроси.
- Да... - попытался натянуть я на уста улыбку. - Спасибо, я ценю это.
- Один вопрос - вы с Цуяко продали свою квартиру?
- К сожалению да, а деньги остались у нас в долине. Сам понимаешь, возвращаться за ними я нисколько не хочу.
- Хочешь, не хочешь, а вернуться тебе всё равно придётся. - внезапно прогремел откуда-то сверху посторонний голос.
Обернувшись на его источник, мы застали на вершине крутого холма, мимо которого как раз и проходили, полтора десятка самураев, и это были далеко не Широтамаши... Большая часть этих язычников уже целили в нас стрелы, а у парочки из них даже нашлись мушкеты. Вот это мы попали... Мы с Хиро переглянулись на бледные лица друг друга, совершенно не зная что теперь делать.
- Бросайте оружие, или умрёте на месте. - снова обратились к нам сверху. - Выбор за вами.
Хиро было вздумал принять бой и уже схватился за рукоять меча, но я тут же схватил его за руку, удерживая от поспешных действий. Потому что это просто смешно... Они застрелят нас гораздо раньше, чем мы вообще добежим до них. И даже если добежим, их слишком много. И что ещё нам остаётся, кроме как сдаться? Вот именно, что ничего...
Отрицательно покачав Хиро головой, я подал ему пример и бросил нагинату на снег. Помешкав несколько мгновений с крепко сжатыми в приступе злобы зубами, он всё же сделал то же самое. И вот, мы остались совершенно беззащитны перед лицами моих бывших товарищей.
- Мудрое решение. Стойте на месте и не рыпайтесь.
Часть лучников осталась на своих местах, не спуская с нас прицела, в то время как остальные направились к нам, чтобы связать руки. Так вот как себя недавно чувствовала Цуяко, да? Я бы даже мог поверить в карму бумерангом, если бы не был уверен в правильности своих действий.
- Тебе придётся многое нам объяснить, Сэнши. - сказал один из самураев, потуже стягивая мои руки.