Фанатка

Решила в этот раз не писать отдельную зарисовку, а как и в случае с «Новогодним настроением!», а сделать вставку внутри фика. И так же, как там, это несколько совсем кратких зарисовок от разных лиц. Единственное, тут уже нельзя назвать главу шуточной и относящейся к фанфику только условно (на усмотрение читателя). PS: По внутреннему времени работы, глава предшествует: «Dobry wieczór, chciałeś czegoś? – «Добрый вечер, вы что-то хотели?»».

🚩Напомню! В каноне официальную пару Оптимуса (Элиту) раньше звали Ариэль⚡, самого Оптимуса — Орион Мирный. А имя Миранда придумано Шекспиром для пьесы «Буря» и переводится, как «удивительная», «достойная восхищения», «поразительная».

Поняв, что по документам Миранда-ТФ не может остаться Мирандой (раз уж они скрыли её происхождение), я решила, что надо найти для неё что-то схожее по смыслу, но то, что приходило мне в голову, было слишком явно «не то». Тогда я подумала, что интернет мне в помощь и сделала запрос «Миранда синоним». И Гугл в качестве синонима мне выдал имя Ариэль! Я подофигела, честно говоря. Ну и не обыграть это совпадение было выше моих сил)

***

Уилджек

Дни перед Новым годом выдались исключительно насыщенными. Надо сказать, что Уилджек теперь на собственном опыте понял, что значит выражение «Пока жареный петух в жопу не клюнет». Если до нападения на базу расконсервация была делом «долгим и требующим много сил», то после...

В общем для ускорения им резко разрешили пригласить «на пару дней» ещё двоих автоботов, и уже на следующий день Балкхэд вместе с почти неделю возившимся до того Смоукскрином, монтировал новые ворота в ангаре. Арси занялась складом энергона. Сам же Уилджек переносил тепловую установку, без которой на старой базе, как вдруг оказалось, вполне возможно пережить. По крайней мере если не долго.

К тому же им нашли людей (практически все, с кем он уже когда-то имел неудовольствие общаться) и под юморным, но бдительным руководством Анны на старой базе и неожиданно жёстким командованием Анатолия на новой, почти всё основное перемещение было закончено менее чем за два дня. Решился даже вопрос с водой и местом для отходов. Не вышло ничего только с баней.

После того, как переезд самих автоботов можно было считать завершённым, стало ясно, что с жильём для людей в этот же день закончить не удастся, и Анна с Анатолием собрались лечь спать в спальных мешках в ангаре. Уилджеку пришлось пригласить их на корабль. Всё же там теплее.

Назавтра вместо того сгнившего старья, что предлагали тоже «расконсервировать» перенесли последнее, и самое главное для людей: двойной вагончик. Чтобы не повредить «сшитую» конструкцию, пришлось вызвать ещё и Оптимуса. Анатолий всё равно правда потом заделывал какие-то образовавшиеся щели, да и вообще, в отличие от довольной в целом Анны, постоянно что-то бурчал себе под нос.

Примерно за пол дня приглашённые условные специалисты помогли подключить сантехнику, проверили, всё ли в порядке с печкой, разгребли прилегающую территорию и по мнению Уилджека могли проваливать. Но, как он понял, тут так не принято, поэтому свалили они только после того, как все дружно отметили новоселье (как все поместились в довольно тесном помещении Уилджек предпочитал не думать).

Вместо бани временно (до лета) установили душевую кабину. К сожалению, установили её в единственном достаточно свободном и тёплом для этого месте: в ангаре у Уилджека. Придётся после каждого посещения душа дополнительно включать тепловую пушку и проветривать помещение.

С того времени прошло уже несколько дней и сегодня тридцать первое декабря, когда люди празднуют Новый Год.

Грейс.

После прощания с автоботами Фоулер отвозит меня... я сначала даже не понимаю толком куда. Селюсь в служебный мини-отель. Территория закрыта. Телефон сдан. Каждый день, как на работу, хожу на разные проверки. Отчёт. Беседа. Ещё одна беседа. Дальше психолог. «...вы были в плену, у вас погибли...». Тест. «...вы чувствуете?..» Тест, задание. «...такие события не проходят бесследно, вам нужно...». Снова тест и рисунок. Ещё какая-то ерунда...

Я стараюсь. Честно. Так как очень хочу выйти отсюда. И всё равно мы с ней занимаемся всякой ересью почти две недели. К счастью, она не понимает в чём суть проблемы, а соответственно и того насколько та серьёзна. Для неё я человек с неявным ПТСР. А ещё, как я поняла, это та же женщина, что работала с Мико. И из бесед делаю вывод, что как бы Мико не было плохо, но Миранду она не сдала — нового трансформера Оптимус привёл с собой с Кибертрона.

Кстати, когда я отчитывалась перед Фоулером, то всегда указывала Миранду, как Миранду и, как ни странно, никогда не задумывалась, что она может официально проходить под другим именем. И только перед самым отъездом Фоулер изволил меня предупредить, что официально её зовут иначе. Причём, когда я узнала, как, то только эмоциональная усталость остановила меня от того, чтобы не выдать какую-нибудь не совсем адекватную реакцию — они умудрились назвать её Ариэль!

Почему?! Хоть я и не хотела задавать лишних вопросов, но тут не выдержала.

Оказалось, это предложил сам Фоулер. Он с дочерью был на «Буре» Шекспира, там Миранда была человеком, а Ариэль — бессмертной, духом воздуха, ну он и предложил, увидев в этом символизм.

Сама я «Бурю» не смотрела, но, конечно, со своей стороны увидела совсем другой символизм. Ариэль — имя Элиты до перестройки Альфа Трионом в G1. Естественно, спрашивать, почему согласился Оптимус у Фоулера не стала, вряд ли он знает.

Перед тем, как меня, наконец, обещают отпустить, приходится дважды пройти детектор лжи, чтоб ему пусто было. Помимо специфических ассоциаций, о которых у меня хватает ума предупредить психолога, честно говоря, всё же опасаюсь вопросов про превращение Миранды. Но ничего такого, на что сложно было бы ответить не соврав, мне не задают. Судя по всему, правда так и не всплыла, и никому даже в голову не приходит, что новый трансформер — она.

Новый год встречаю тут же в номере. Почти в одиночестве. Охранник приносит служебный телефон, и меня поздравляет Фоулер. Взаимно... Вскоре трубку выхватывает Мико — с ней говорю куда дольше. Уже прощаюсь, но слышу «подожди», она на кого-то шикает и, видимо, включает громкую связь. Миранда! Почему-то неожиданно, но приятно. И больно. Также буквально одной фразой желает мне счастья Оптимус, и, судя по всему, под конец раздаётся голос Арси, но не напрямую мне, а что-то из разряда «передайте поздравления». Говорю, что слышу, спасибо и с Новым годом. Нажимаю отбой и прошу дать позвонить отцу. К счастью, мне не отказывают.

Через два дня, третьего января я оказываюсь на свободе.

Миранда.

Этот Новый год выходит счастливым и грустным одновременно.

Начинается всё с того, что буквально за два дня до праздника Мико заявляет, что хотела бы на сам Новый год пригласить Грейс, хотя бы ненадолго. На что Оптимус ей отвечает, что на данный момент это невозможно, а ещё, что даже если бы и было возможно, то он против. Свою позицию поясняет уже знакомой мне логикой: ей же так будет проще. Чем быстрее она избавится от привязанности к нам, тем больше шансов найти что-то своё, что можно будет реализовать в реальном мире. С человеком.

Мико никогда не страдала неумением выразить свои мысли, причём совершенно не заботясь о том, что она бьёт по больному. И этот раз не становится исключением.

— Я так понимаю, великий Оптимус Прайм решил взять на себя роль Бога, — скрещивает она руки на груди. — А ты не думал, что помимо Саундвейва, есть ещё я и Миранда. Мы дружим. С чего ты взял, что имеешь право решать за неё? За нас? — оборачивается ко мне: — Миранда, скажи ему!

А я... я понимаю, что как бы мне не хотелось обратного, но, если отбросить в сторону эмоции, то он прав.

Вообще, Оптимус в некоторых моментах напоминает мне отца. Когда я была ребёнком, и мне мешал шатающийся молочный зуб, я не хотела его удалять, потому что больно, страшно, да и пока не сильно мешает. «Ты же понимаешь, что он всё равно выпадет?» — Я ответила, что понимаю. — «Тогда запомни. То, что неизбежно, лучше делать быстро и самому. Один раз потерпишь, но зато больше не будет болеть, не воспалится и не будет мешать расти новому».

Я запомнила. Я выбрала жить с отцом и не пыталась удержать маму, когда поняла, что развод родителей неизбежен. Я не цеплялась за бессмысленный брак, хоть и любила. Я без сожаления бросила город, что слишком напоминал о несостоявшейся семье... Я даже смогла отказаться от мыслей о ребёнке, ища компромисс в новых отношениях. И отказавшись от старого, я действительно получила новое: и отношения, и долгожданную беременность. Только Мико права: всё это были мои решения. Пусть и основанные на том, что произошло помимо без моей воли, но мои. Или мы сейчас и есть то самое «помимо воли»? Грейс придётся выбирать из того, что останется? Как и мне в своё время? Я ведь готова решить за себя и отпустить. А за неё?

Видимо размышляю слишком долго, Мико меняется в лице:

— Молчишь значит? Ну да, вы же теперь одно целое... как там Грейс сказала? Чувства отдельно, разум отдельно...

— Я... я не знаю... — «выдыхаю», прикрывая лицо ладонями. Чувствую, как касается руки Оптимус.

— Мико, пойми, — говорит он, — Грейс человек. Она любит того, с кем при всём её желании, создать союз невозможно. Омега-Замка нет, они несовместимы даже физически. Ей же будет лучше, если она будет про него вспоминать, как можно меньше.

— Невозможно! — усмехается японка. — Оптимус, если у тебя плохо с воображением, это не значит, что что-то невозможно!

Вспоминаю, как думала, что моё желание быть с Праймом нереализуемо, как он мне говорил, что мне лучше не читать, что пишут фанаты... И теперь, в отрыве от той реальности, от чувства извращённости собственных мыслей, мой мозг решает задачу со звёздочкой так же легко, как задачу мести Миражу. Я внезапно понимаю, что может для трансформера и нет, но для человека-то точно всё возможно. Чувствую лёгкий поверхностный жар в районе лица, шеи и почему-то ладоней. Ощущаю, как меняется поле Оптимуса — он ощутил моё смущение, понял. Мне хочется провалиться.

— Предположим ты права. Но она не нужна ему.

— Зато вы нужны ей. Вы не думали, что скорее всего, она чувствует себя... в лучшем случае просто выброшенной?

Боже! Она права... права. Но и он тоже прав. Иначе Грейс снова угробит несколько лет на переживания о несбыточном. Или она и так это сделает? За себя делать выбор легко, но за другого... у Прайма есть уверенность что он имеет право решать, делать как лучше. Но я не он... А может проблема в том, что мне просто не всё равно? И я ищу повод не расставаться? Хочется сесть на корточки и обхватить себя руками, только боюсь испугать Оптимуса. Он не очень понимает подобные реакции.

— Мико, речь не только о чувствах, — тем временем продолжает Оптимус. — Речь о безопасности. Я с трудом добился для неё такой же защиты, как у Фоулера. Но если она продолжит появляться на базе... это не безопасно для неё.

— А может ты просто боишься, что у неё всё же получится? Что она сможет сойтись с десептиконом и станет опасна для вас?

— Она и так опасна. Её встречи с Саундвейвом выше статистической погрешности.

— А раньше, значит, статистически всё было ОК? Она осталась жить на базе даже после второго нападения. Что изменилось за последние пару недель? В статистику добавилось третье и до тебя дошло?

— Я не мог убрать её раньше. Грейс могла понять, где находится российская база.

— Что... Так, может, и я опасна?! Я тоже знала. И мои встречи с десептиконами тоже выше статистической погрешности! И она... она тоже встретилась с ним из-за меня!!! И не раз.

— Мико...

— Я не договорила! — почти крик. — Миранда встретилась с ним из-за меня. Джеймс погиб из-за меня. Даже если Саундвейв нашёл базу благодаря Грейс, всё равно это всё из-за меня!!! Это не ей надо уйти от вас. А мне!

Мне в какой-то момент кажется, что она сейчас расплачется, но Мико просто разворачивается, и не слушая слов Прайма о том, что это не так, буквально взлетает по лестнице на верх и оглушительно хлопает дверью.

— Не так... — ещё раз повторяет он ей вслед.

Подхожу к Оптимусу вплотную. Хотела бы я сейчас почувствовать его спокойствие, его уверенность... но нет, спокойным его не назовёшь. Не найдя нужных ощущений в его поле, я тянусь к разъёмам...

Мико спускается к вечеру. Тихая, собранная, и, что бросается мне в глаза, — накрашенная. Не броско, но на губах бледно-розовый блеск, глаза подведены. И волосы, кстати, не просто собраны в хвост, а хоть и нехитро, но уложены и закреплены заколкой. Наверное, она собралась на встречу, каникулы ведь. Несмотря на логичное предположение, у меня зарождается нехорошее предчувствие.

Мико проходит мимо меня и направляется прямиком к Оптимусу.

— У тебя есть время? — непривычно официально обращается она.

Он отходит от терминала и присаживается, упираясь коленом в пол. У меня появляется непривычное ощущение уязвимости, — поза неестественна, быстро не вскочить.

— Конечно, Мико. Я слушаю.

— Я решила уйти.

Мне кажется, что я не понимаю. Вряд ли это то, о чём я подумала. После некоторой паузы Оптимус несколько неуверенно уточняет:

— Ты... уйти сейчас?

— Уйти с базы, — поднимает ладонь с стоп-жесте, хоть Оптимус пока и молчит. — Выслушай меня. Это не из-за ссоры. Я просто поняла, что не только много раз подвергала опасности вас, — чувствую, как Оптимус хочет что-то сказать, но всё же сдерживается, — но и... Оптимус, ты прав. Грейс человек. И ей надо искать место среди людей. Но и я человек. Пусть Джеймса я встретила здесь, но не думаю, — она прерывисто вздыхает, — не думаю, что это случится ещё раз.

— Мико, — голос Оптимуса становится почти нежным, — я не ограничиваю тебя в учёбе, знакомствах. Не запрещаю покидать базу. Но с нами ты всегда под присмотром.

— Не бойся, — Мико улыбается, но я ей не верю, — я ведь после последнего переезда не покидала эту базу не через мост. И у Уилджека в гостях побывать не успела. Я теперь знаю не больше Грейс.

Жаль она не может ощутит его поле, она бы поняла, как больно ударила.

— Я боюсь за тебя. Десептиконы не знают, что тебе известно, а что нет.

— Я числюсь за Фоулером. Его семья защищена. Или ты всё же считаешь, что Грейс не тронут по иной причине?

— Праймус... Мико, дело не в этом. Я обещал твоему отцу... просто ты мне как бэта... дочь. Понимаешь? Не только ответственность... Я люблю тебя. — Почти осязаемое ощущение его сомнения в формулировке. Оптимус явно не ощущает до конца границу уместности слов, имеющих похожее, но не идентичное кибертронскому значение. Особенно на фоне недавнего признания мне.

Но в данном случае слово уместно. Я ещё раньше мельком думала, что Мико ему, как приёмный ребёнок, но сегодня, когда она рванула наверх, по-настоящему ощутила это. Тогда подключившись к нему, я наконец поняла почему у Мико столь... не привилегированное, нет... скорее неформальное положение на базе. Он реально к ней привязан не как к человеку, за которого отвечает. И не как к части команды. Она для него изначально бэта. Он действительно старался заменить ей родителей. И у него во многом получилось. Только это работает в обе стороны. Связь взаимна. Сейчас я это вижу очень явно, так как Мико несколько секунд обескураженно молчит, а потом подходит и обнимает.

— Прости... — шмыгает носом, — ты мне тоже как отец, — пытается подлезть поудобнее, так как обнимает она ногу и ей мешает защита. Оптимус касается свободной рукой её головы. Не гладит, скорее обозначает...

Я отхожу. Недалеко, но так чтобы не мешать. Слышу отдельные слова, обрывки фраз: «...тоже люблю... должен отпустить... у Фоулера... Балкхэд... и так Бамблби... пообещай... и ты пообещай, хотя бы дать позвонить...» Уже понимаю, что он её отпустит. Должен. Она не пленница на базе. Плюс у кибертронцев не принято по достижении зрелости жить вместе, контролировать. Оптимус правда воспринимает Мико младше, чем она есть, но умом понимает, что человеческий возраст нельзя сравнивать с кибертронским.

Вопрос с гарантиями для Мико решается на удивление быстро, и учитывая, что ответ по Грейс тоже получен не так давно, выходит, что Землю десептиконы посещают примерно раз в неделю или чаще.

В итоге её отъезд получается символичным, как она, вероятно, и хотела. Тридцать первого декабря она всё ещё на базе, мы встречаем Новый год, дарим друг другу сувениры... А в час ночи прибывает Фоулер. Краткие поздравления, звонок Грейс, закинув часть вещей в зелёный внедорожник, «шумная японка» уезжает.

Пусто... Смотрю на оставшиеся на стенах украшения, и они мне кажутся насмешкой над моим прошлым. Понимаю, что несмотря ни на что, мне будет её не хватать. А может дело и не в ней конкретно? А просто в людях? Точнее в их отсутствии...

Оптимус.

Мико уехала. Балкхэд с ней. Бо́льшая часть команды тоже не на базе. Рэтчет в медблоке — он сам отстранил его от части выполняемых задач, помимо медицины оставив, по сути, только общие с Уилждеком: работу над мостом и Ключом. Арси, как и в прошлом году, просит открыть ей мост по одной ей ведомым координатам. Они с Мирандой остаются вдвоём.

В наступившей тишине остро ощущается завершение какого-то жизненного этапа. И Оптимус бы хотел почувствовать облегчение — объективно теперь станет проще, но не получается. Вместо этого настигает опустошение. Он знает: несмотря на все пережитые трудности, всё равно будет вспоминать время, когда Мико была на базе, с теплотой. К тому же несмотря на то, что она была замужем и даже носителем, он никак не может отделаться от ощущения, что она ещё слишком молода, чтобы жить самостоятельно. Не бэта, конечно, и даже не спарк, но и не взрослая. Словно юная фем, которой до завершения формирования осталось 1-2 перестроения корпуса.

Рядом движение. Миранда подходит сзади, кладёт руки на корпус. Чувствуется, что тоже грустит.

— Словно огонёк погас, да? — спрашивает она.

Оптимус медленно кивает:

— Принимая решение оставить её на базе не думал, что со временем начну воспринимать бэту... бэтой.

— Зато я теперь точно знаю, что ты способен на отцовские чувства. — Чуть помолчав, Миранда усмехается: — Только нашего ребёнка я тебе не дам так баловать.

— Что?.. — разворачивается он. Фем явно сдерживается, чтобы не рассмеяться. Ему тоже становится смешно. — Договорились.

Мико.

Новый год выходит... переломным.

Честно говоря, у меня не было планов уходить от автоботов, но после слов о том, что Грейс оставили, так как она слишком много знала, я не могла не проверить пленница я или нет. А проверив, не было смысла отступать.

Дело в том, что после ухода Грейс, что-то изменилось. То ли, потому что она была тут последним человеком помимо меня. То ли, потому что осталась только Миранда...

Я всегда была одна среди автоботов, и меня совершенно не беспокоило, что я единственный человек на базе. Я чувствовала себя среди них своей. Даже ребята в школе воспринимались куда более чуждо, хоть и были людьми. Когда на базу приехали Джеймс, Миранда и Грейс — это тоже воспринялось естественно. Даже после смерти Джеймса автоботы остались для меня ближе всех. Но когда ушла Грейс, на фоне оставшейся Миранды, я вдруг остро начала чувствовать себя другой. Не такой, как они. Человеком.

Да, пожалуй, действительно, дело именно в этом. Меня словно... обогнали?

Я точно знаю, что Миранда тоже человек, но она стала к ним ближе, чем я, просто, потому что теперь одного с ними вида, размера... Я же словно потерялась.

Но итоговый разговор с Праймом всё же вернул мне моё место и стоил того, чтобы уйти. Это было словно проверкой. Я всегда была уверена, что Оптимус принципиально не врёт, а тут усомнилась. Для меня это оказалось тяжело. Я не смогла отступить, не удостоверившись, что слова о семье и любви имеют цену и были сказаны не для того, чтобы удержать меня.

Но зато теперь я счастлива. Назвав меня дочерью и отпустив, он не только подтвердил, что любит, но и, сам того не зная, дал понять, что признаёт меня равной в том виде, что есть. И пусть я всё равно ухожу, но у меня больше нет ощущения, что я сбежала. Нет, просто я выросла и ушла строить свою жизнь.

Арси.

Фем направляется туда, где провела Новогоднюю ночь год назад. Тихо, аккуратно. Мало ли появится прошлогодний собеседник.

Но в этот раз её уединению и воспоминаниям никто не мешает.

Рэтчет.

В этом здании у него не просто кварта с разложенным по стеллажам оборудованием и платформой. Теперь это небольшой комплекс из собственно медицинского помещения, небольшой кладовки и лаборатории, что он использует больше в инженерных целях.

И сидя у себя в медблоке, Рэтчет, вероятно, даже и не заметил бы, что на Земле наступил Новый год, если бы не отъезд Мико, которому в другой ситуации он был бы только рад.

Но, к сожалению, порадоваться не получается. Оптимус важнее. А поскольку Миранда человек, то в сознании медика люди словно превратились в некую связанную с Праймом систему, и ему кажется, что уход Мико может только усугубить и без того подорванное... доверие? Да, он не смог, не стал пояснять причины своего отношения и срыва. И он не уверен, что уход Мико не связан как-то с ним самим. Ему вообще после того, как он понял, что Оптимус ищет ему замену хотя бы в лице Уилджека, захотелось найти связиста и вскрыть ему искру за устроенную провокацию... и одновременно попросить помощи. Потому что он знает, что тот может. Когда-то Шоквейв и Саундвейв оказались не способны решить вопрос, где требовались специфические знания ментальной хирургии [нейрохирургии], а он сам не боялся смерти настолько, что смог выторговать себе в обмен на услугу не только жизнь, но и редактирование памяти. Обратимое. Когда подменённые воспоминания не удаляются, а прячутся в архив...

Архив, кстати, никуда не делся. Пусть он не может оперировать одновременно такими объёмами данных, как Саундвейв, но это вариант. Надо выявить «лишние» ассоциации, связанные с Мирандой, и спрятать их туда же, куда убрано и всё остальное.

Автоботы.

Автоботы в Новогоднюю ночь большей частью в патруле, хотя сейчас вроде как в этом и нет особого смысла. Изменения задания только у Бамблби и Балкхэда. Если раньше Бамблби был приставлен к семье Фоулера, то теперь они с Балкхэдом временно будут сменять друг друга. По крайней мере пока что. Потом Мико должна уехать отсюда, в другой город и скорее всего Балкхэд будет присматривать за ней.

Десептиконы. Саундвейв.

Десептиконы на Кибертроне вероятно и не вспомнили бы про земной Новый год, если бы не Фастлайт. Пока ей ещё можно нормально летать, она просится на Землю.

Помимо Дредвинга приходится лететь и связисту, так как эту пару отпускать вдвоём теперь просто страшно. Да и сами они после происшествия с Саундвейвом стали осторожнее. Старскрим же, как недавно понял связист, просто недолюбливает планету, на которой они вынужденно пробыли столько времени, даже несмотря на то, что более плотная атмосфера делает полёт менее энергозатратным.

Перед вылетом фем говорит Дредвингу, что надо будет найти ещё хотя бы одно тихое уединённое место. Став более беспокойной, она боится обнаружения, и Саундвейв невольно вспоминает пещеру с её почти полным экранированием.

Нет. Туда нет. Если попросят, он найдёт что-то иное.

На Земле координаты задаёт Дредвинг. В итоге Саундвейв оставляет партнёров на острове посреди океана и отправляется проверять вехиконов.

Заодно просматривает информацию по Грейс и Мико.

То, что последняя больше не с автоботами его, честно говоря, удивило. Всё же Прайм относился к ней всегда очень специфически и многое прощал. Но, видимо не в этот раз. Оптимус, конечно, сделал всё, что мог, чтобы обезопасить людей, даже выразил готовность лично подтвердить, что они не обладают информацией по местонахождению автоботов, но сам факт того, что он позволил им уйти да ещё и не попытался скрыть это, как Саундвейву кажется, говорит о его готовности к возможным последствиям. Как он готов был к тому, что Грейс погибнет, если захватить заложника не выйдет, так же он словно обозначает: я готов к тому, что меня могут попытаться шантажировать. Связист не строит планов, не прикидывает стоит ли вправду что-либо делать с людьми, тем более заранее понимая, что это бессмысленно. Он просто констатирует то, что ему кажется логичным. А если автоботы поняли, что Мико помогла сбежать пленнику, изменение в отношении к ней логично.

Куда перевели Грейс он, кстати, так и не понимает.

Вскоре, завершив краткую внеплановую проверку производственных объектов, возвращается к сикерам. Сразу покинуть Землю не удаётся из-за Фастлайт, но спустя некоторое время он, немного настороженный Дредвинг и счастливая налетавшаяся фем возвращаются на Кибертрон.

(Здесь и в ВК просто рисунок. А в ТГ такая Миранда сделана в виде стикера)))

***

Всех со Старым Новым Годом!💖✨💜

Счастья! Здоровья! Времени! 🍷

А кому нужно - и Вдохновения!)🥂