Глава 41. Ривер
Ехать на квадроцикле по Чумным Землям тяжело, но в этом были свои плюсы. Приятно наблюдать, как мертвая дыра быстро проносится мимо, а не мучительно медленно тянется, пока ты тащишься с клоном и кикаро на буксире.
Но я все равно скучал по пешему путешествию. Покой, умиротворение, хочешь - наслаждаешься тишиной, хочешь - завязываешь разговор или прислушиваешься к постороннему и отвлекаешься от своих мыслей.
Впрочем, сейчас меня устраивало, что у нас с Киллианом нет возможности общаться. В итоге любой наш, даже самый безобидный, разговор перерастет в какую-нибудь ссору. Именно так и происходило в последнее время.
Киллиан все время злился, а мои мысли слишком сильно занимали Лео и Грейсон, чтобы разбираться с его закидонами. Так что мы ругались, пока я не уходил, взбешенный до чертиков, а он оставался орать и разглагольствовать, как король Силас.
По крайней мере, на четырех колесах мы доберемся до Скайфолла намного быстрее. Хотя впереди у нас еще долгий путь. Мы ехали уже несколько дней, а прошлой ночью нашей маленькой компании пришлось прятаться от неожиданного ливня. Это стало чем-то новеньким, дождь в Чумных Землях мы еще не видели, но стояла зима, а значит, сейчас самый сезон.
Ливень стал неприятной неожиданностью, но мы нашли сухой подвал в здании. Поужинав арийским мясом и рисом, мы переночевали в нем и сегодня снова неслись по серым, как сталь, Чумным Землям, рассекая лицами пахнущий мокрым асфальтом воздух.
Влага на дороге еще не высохла, пепел и грязь прилипали к шинам, но сметались с колес при движении. Сегодня мы неплохо продвинулись. Киллиан сидел за мной, положив руки мне на бедра, а чуть позади ехали Стерлинг и Габриэль, пялившиеся вперед в своих защитных очках, не отставая, но держась на достаточном расстоянии, чтобы у меня не возникло соблазна проехать по грязным лужам и забрызгать их.
Я заметил впереди затор. Обычно нам попадались стихийные скопища машин, большинство из которых можно было легко объехать, за исключением автобусов, военных грузовиков или полуприцепов, но время от времени мы натыкались на длинные пробки, и нам приходилось сворачивать с дороги или протискиваться по косым обочинами, чтобы по каменистой насыпи добраться до конца затора, и тогда дорога снова становилась только нашей.
- Ты водишь как бабуля, - крикнул я Габриэлю.
Я ждал на шоссе после того, как сам еле протиснулся вдоль опрокинутого полуприцепа, рухнувшего так близко к бетонному ограждению, что нам осталось всего полтора метра свободного пространства, чтобы проехать. У меня-то все получилось замечательно, но Габриэль медленно полз вперед, сосредоточенно высунув язык из уголка рта. Несколько раз его прицеп за что-то цеплялся, и это тормозило процесс еще больше. Стерлингу даже пришлось слезь с квадрика и взять на себя роль парковщика.
- Я вожу как человек, который не хочет сломать единственное средство передвижения. Или, что еще хуже, прицеп с нашими припасами, - крикнул в ответ Габриэль, доползая до Стерлинга, который шел перед ним задом вперед и махал рукой на себя.
- Просто газуй, - крикнул я. - Давай. Газуй!
- Ривер, - вздохнул Киллиан. - Ты так говоришь, потому что хочешь, чтобы они сломали квадроцикл и отстали от нас.
- И что? - я обернулся и непонимающе уставился на своего парня.
Киллиан уставился на меня в ответ. Мы все знаем с каким выражением на лице.
- Просто хотел убедиться, что ты в курсе.
- Я всегда... в курсе, - я нахмурился, заметив кое-что позади Киллиана, в том направлении, куда мы поедем, как только Габриэль и Стерлинг разберутся со своим дерьмом. Подозрительное и чуждое безлюдным Чумным Землям зрелище меня озадачило, я развернул квадроцикл и подъехал к нему, чтобы лучше рассмотреть.
Киллиан тоже это заметил.
- Это следы квадроцикла? - спросил он и соскочил с квадрика, когда я остановился в нескольких метрах от прерывистой полосы отпечатков протекторов колес.
Я слез следом.
- Внедорожного мотоцикла... - медленно произнес я. - Мне кажется, он проехал здесь после дождя, - тихое урчание двигателя квадроцикла Габриэля становилось громче по мере того, как он подъезжал к нам, а затем и вовсе затих, когда полуночник остановился.
- Кто, блядь..? - пробормотал Габриэль. - Это, наверное, кто-то из наших.
- А кто здесь сейчас может быть? - спросил я его.
- Кловис, - предположил Габриэль. - Он немного странный, и я видел, как он чинил мотоцикл и тайком таскал бензин. Эддик, кажется, говорил, что он ошивался в городе, но не исключено, что он мог нас опередить. Внедорожный моцик может проехать там, где не проедет квадроцикл.
Меня его слова не убедили.
- Тогда я хочу убедиться, - сказал я. - Мне не нравится, что я не знаю, кто еще здесь слоняется, - я потянул за ремень своего M4A1 и убедился, что АК-101 Киллиана заряжен. - Смотри в оба. Мы его догоним, кто бы это ни был.
И без того мрачное лицо Габриэля стало еще злее, но я понял, что он ничего от меня не скрывает. Хотя это не добавляло ему очков, я все еще не доверял ни этому ублюдку или, ни его дружку-торчку, но это лучше, чем быть окруженным врагами.
- Поехали, - мрачно сказал он, запрыгивая обратно на свой квадроцикл вместе со Стерлингом. - Если не застрянем нигде, рано или поздно догоним его.
- Нет, - сказал я, тоже запрыгивая на квадроцикл, Киллиан залез за мной. - Мы найдем его сегодня.
После этого атмосфера изменилась. Поездка стала намного тише и напряженнее.
Мои глаза обшаривали пейзаж вокруг: скалистые горы слева, долины с деревьями и зданиями справа - и извилистое шоссе впереди, усеянное машинами, мертвыми телами и мусором, вывалившимся из багажников во время аварий.
И по мере продвижения по шоссе отчетливые следы мотоцикла становились все более свежими.
Но даже несмотря на то, что мы гнали на бешеной скорости, нас все равно остановила ночь. Впрочем, мне было все равно, я планировал отправиться в путь после ужина и часа-другого отдыха.
Киллиану эта идея не понравилась. Нанизывая на шампуры полоски арийского мяса, натертого чесноком и маслом, мой парень выразил мнение, которого никто не спрашивал:
- Кто бы там ни был, он сейчас тоже отдыхает и понятия не имеет, что мы за ним гонимся. Отправимся на рассвете.
- Нет, - категорично отрезал я, скинул доски, которые принес из соседнего дома, в небольшую кучку и начал комкать старую, ломкую газету. - Ужин и час отдыха. Выезжаем через два часа. Я найду этого засранца до рассвета.
- Рив, мы весь день провели в дороге, - сказал Габриэль, высматривая что-то на шоссе через разбитое окно. - Квадрики перегрелись, и им надо остыть. Не говоря уже о том, что нам со Стерлингом нужно восстановить силы. Минимум пару часов. Киллиан прав: кто бы там ни был, он не знает, что мы у него на хвосте.
- И в любом случае, там не враги, - заметил Стерлинг из другой комнаты, где он, видимо, уничтожал все наши запасы того, что можно проглотить или снюхать. - Это кто-то из наших братьев.
- Но не моих, - проворчал я. Скомканная газета в руке нагрелась. Бумага, хрупкая, как крылья бабочки, секунду тлела, прежде чем вспыхнуло небольшое оранжевое пламя. - Я хочу знать, кто он и чего хочет. Вы, придурки, не задумывались, что Бастиан мог заслать кого-нибудь вернуть вас?
Габриэля мой аргумент не убедил.
- Если бы за нами кого-то отправили, они бы все время ехали по шоссе.
- Неважно, я выезжаю через два часа, - сказал я.
- Выезжай, - равнодушно сказал Габриэль. - Мы догоним тебя, когда твой квадрик сломается.
Меня этот разговор утомил, поэтому я не стал его продолжать, опустился на колени у костра и подкладывал доски, пока пламя не разгорелось до приемлемого размера. Тогда я пустил Киллиана к огню готовить нам ужин, а сам проглотил пару таблеток, потому что чувствовал, что меня уже отпустило с последнего приема, и наслаждался короткой передышкой перед охотой на того, кто решил покинуть тюрьму Сиэль.
- Ты пойдешь со мной? - спросил я Киллиана. Мясо уже приготовилось, и мой парень накладывал в тарелки рис, посыпая его сверху солью и перцем. Я нашел соевый соус, без которого не представлял, как можно есть это белое клейкое дерьмо, и как раз откупоривал бутылку, намереваясь полить гарнир таким количеством, чтобы получился суп.
Сапфировые глаза Киллиана метнулись ко мне. Мой парень выглядел немного удивленным и обиженным.
- Конечно пойду, - сказал он, тоном демонстрируя недовольство моим вопросом. - Почему нет?
Я пожал плечами.
- Между нами не все ладится, - честно признался я. - Подумал, может, ты хочешь побыть один или типа того.
- Нет, - спокойно произнес Киллиан, передавая тарелку Стерлингу, который маячил у него за спиной. - Твои социальные навыки оставляют желать лучшего, так что я хотя бы попытаюсь решить все мирно и дипломатично, прежде чем ты ворвешься туда с пушкой наперевес.
- А мы собираемся подзарядить наши батарейки полуночников традиционным способом, так что будет неловко, если Киллиану придется это слушать в одиночестве. Без тебя он не присоединится, - добавил Стерлинг. - Но я думаю, еще неделька - и ты позволишь мне проверить, насколько хорошо твоя сперма действует на нас.
Мы с Киллианом проигнорировали Стерлинга, как и миллион раз до этого.
- Ривер, там по-любому какой-нибудь их заблудившийся брат, - сказал Киллиан. - Поговорим с ним, посмотрим, что он делает, ты успокоишься, и мы продолжим наш путь.
Я подвил рычание в горле вместе с нецензурной бранью. Ужин готов, а я в любое время суток предпочту еду разговорам.
- У тебя будет шанс на мир, Махатма Мэсси, - сказал я, Стерлинг фыркнул с моего подбора слов. Парень - озабоченный и бесячий, но всегда смеется над моими шутками. А Киллиан никогда не мог по достоинству оценить мой юмор. Он же уморительный!? - Но если они окажутся агрессивными... мы повезем гораздо больше арийского мяса.
Габриэлю это явно не понравилось, его вечно мрачное лицо приобрело новый оттенок мрачности, но, как и я, он промолчал - еда сама себя не съест.
Ели в тишине. Как люди во все времена, до и после Фоллокоста, мы сидели вокруг костра и смотрели на мерцающее пламя. Ужин мне понравился: рис, от которого я обычно воротил нос, не разварился, и я быстро расправился со своей порцией.
Закончив, я отнес грязную тарелку на пыльную кухню со скрипучими половицами и вышел на улицу, прихватив с собой стул. Там я принял еще наркотиков, почистил автомат и зарядил несколько обойм, в процессе слыша в доме тихое бормотание, к которому не хотел прислушиваться, а потом звуки тасования игральных карт.
Никто не тревожил меня полтора часа, пока не появился Киллиан.
Я оглянулся на своего парня - он прислонился к дверному косяку с дымящейся сигаретой в уголке губ, одетый в кожаную куртку, синий свитер под ней и черные джинсы.
Не знаю почему, но я поймал себя на том, что пялюсь на него, словно вижу в первый раз. Он маячил у меня перед глазами почти каждый день последние несколько месяцев, но иногда меня накрывало осознание, насколько сильно он изменился.
Личико робкого книжного червя из Тамерлана теперь покрывала многодневная темно-русая щетина, а светлые волосы топорщились на макушке из-за защитных очков, которые он носил весь день. Глаза, подсвеченные угольком сигареты, остались прежними, но взгляд стал более суровым, взрослым... Да, мой парень определенно повзрослел.
Из-за паучьей сети Периша мальчик не застрял в восемнадцати. Он стал моим парнем в семнадцать, а теперь ему...
...Блядь, ему столько же, сколько было мне, когда я спас его с фабрики «Ущелье Тайфоса». Киллиану девятнадцать, и скоро стукнет двадцать.
Киллиан стал мужчиной. Когда это произошло? Он же... он всегда был для меня мальчишкой. Где-то по пути из Араса книжный червь, завидовавший моим тусовкам с Эшером, превратился в матерого волка, слишком много повидавшего за свою короткую жизнь. В тот момент, когда этот наивный, нежный ребенок познакомился со мной... познакомился с нашей семьей, все пошло кувырком.
Илиш говорил, что Силас не родился злым, и Киллиан - явное тому доказательство. Но, кажется, сейчас Киллиан продолжает по-своему доказывать теорию холодной химеры.
Жизненный опыт превратил его в нечто, что никто из нас не хотел признавать.
Боже.
'Киллиан...
Не становись таким, как я.
Не становись Силасом.'
Словно услышав мои мысли, Киллиан отвел взгляд и затушил сигарету.
- Ты готов? - негромко спросил он. Даже его голос больше не смягчался при обращении ко мне. И это стало обычным делом с тех пор, как мы очнулись в башне Сиэль. Киллиан все время злился и огрызался. Обычно раздражение и паранойя - мой удел, но я слишком заебался, переживая, что теряю своего парня.
- Да, готов, - сказал я, пытаясь выбросить мрачные мысли из головы. Киллиан обычно советовал мне не думать о плохих вещах, но теперь именно он создавал их из моего затаенного страха. - Я вернусь к утру. Ты можешь не ездить со мной.
Киллиан издал звук, подозрительно похожий на презрительную усмешку.
- Ты не пойдешь без меня, - сказал он все тем же нейтральным тоном. - Идешь ты - иду и я.
Я наблюдал, как Киллиан спустился по шатким ступенькам и прошел мимо меня. Тысячи слов вертелись на языке, но плотно сжатые губы сдерживали их, словно плотина бурную реку. Выражать эмоции через рот никогда не было моей сильной стороной, но мне хотелось... хотелось сказать, чтобы он просто прекратил.
'Стань снова моим Киллианом. Пожалуйста?
Я знаю, что сейчас все плохо, и было плохо с тех пор, как... всегда. Я понимаю, с тобой случилось много ужасного, но хоть на один гребаный вечер ты можешь просто играть на гитаре, гладить Биффа и разозлиться из-за того, что я отправляюсь в дозор с Эшером?
Ты можешь сделать это для меня, котик Килли?'
Киллиан уже пересек двор и повернулся ко мне.
- Ты идешь? - спросил он.
- Да, - это все, что смог выдать мой мозг.
'Я теряю тебя... да?
Может, мы сможем сделать то, о чем ты когда-то умолял меня, и просто взять паузу? Может, мы сможем притвориться теми, кем когда-то были?
Раньше меня это не волновало.
Раньше это волновало тебя.
Теперь я переживаю, что потерял тебя.
А ты сморишь в пустоту.'
Интересно, видел ли Скай, как это происходило с Силасом?
Я сел на квадроцикл и повернул ключ зажигания, гул двигателя заглушил мои мысли, а намеченная цель - напрочь вытеснила их из головы. Я с упоением вдыхал ночной воздух, пока мы неслись в темноте по шоссе. Следы шин мотоцикла в моем ночном зрении едва светились, но уверенно вели туда, где царила бесконечная черная пустота.
Ладони Киллиана лежали на моих бедрах, но если раньше мне нравился этот физический контакт во время езды на квадроцикле, потому что я ощущал, что мой парень сидит у меня за спиной и не свалился по пути... теперь от этого прикосновения кожа покрывалась мурашками. Словно мои бедра обхватили ледяные когти, чтобы, блядь, выжать из меня жизнь или типа того.
От одной мысли об этом меня затошнило. Возможно, мои тупые эмоции передознулись новостью о Лео и Грейсоне. Возможно, все это безумие только у меня в голове. Я не привык испытывать все это эмоциональное дерьмо и предпочел бы не сталкиваться с ним в будущем.
На хуй чувства. Господи.
Я продолжал вести квадроцикл по шоссе, особо не разгоняясь и объезжая машины, некоторые из которых застыли на обочине, как будто их припарковали и отошли за сигаретами, другие, казалось, вот-вот прорвутся через ограждение, перевернутся и будут вынуждены провести вечность, наблюдая за миром вверх тормашками. Эти камикадзе и доставляли больше всего проблем: они разворачивали разделители попрек дороги, из-за чего мне приходилось снижать скорость и объезжать их. Но маневренность квадроцикла позволяла сохранять приемлемый темп продвижения по проложенному следами мотоцикла пути.
Примерно через два часа напряженной езды я заметил белое свечение в домах, выстроившихся полумесяцем вдалеке. С довольным смешком я толкнул Киллиана локтем и указал на здание, а сам посмотрел на дорогу и отметил, что полосы реально сворачивают на съезд за дорожным знаком.
Буллпойнт-роуд.
Я остановил квадроцикл у дорожного знака и заглушил двигатель. Мертвая тишина мгновенно поглотила механический рокот и тут же впиталась в нас, словно вселенная пролила чернила.
Я глубоко вдохнул - даже звук ботинок, шаркающих по щебенке и пеплу, приносил наслаждение. Мне нравилось осознавать, что мы далеко от гребаной башни, далеко почти ото всех, кроме таинственного незнакомца, который находился примерно в полукилометре от нас. Скорее всего, он тоже думает, что один на многие километры вокруг.
Сердце затрепетало, радуясь передышке от поганых заебавших эмоций, которые, кстати, неплохо убиваются и кое-чем другим.
Наркотиками. Я полез в карман и достал пакетик. Не обычное гавно из дофоллокостных аптек, а то, что Стерлинг прихватил с собой в дорогу.
Старый добрый кокаин.
- Кокаин? - осуждающе произнес Киллиан. - Реально?
- Ладно-ладно, мамаша Мэсси, - я закатил глаза, засовывая пакетик обратно в карман. - Сначала, блядь, посмотрим, кто там, - я поправил ремень держателя автомата и зашагал по дороге.
Примерно через три метра я понял, что не слышу шагов и обернулся. Киллиан уставился на меня, скрестив руки на груди.
- Что? - раздраженно спросил я.
- Я ничего не вижу, придурок, - огрызнулся Киллиан. - Не хочешь помочь?
Действительно, я забыл об этом, но его тон и поведение не вызывали ни капли желания заботиться или сочувствовать.
- Точно, я и забыл, что ты ущербный, - сказал я, и его глаза вспыхнули. - Иди на мой голос, здесь ничего нет, кроме щебенки и пепла, просто переставляй ноги.
В кромешной тьме Киллиан начал приближаться ко мне. Ни неуверенных шажков, ни неуклюжих движений, Киллиан шагал уверенно, с поднятым подбородком и недовольной физиономией.
Я поглядывал на него, пока шел рядом. Меня он не мог видеть, но интересно, чувствовал ли он сам, что кипит, не переставая? Господи, да он точь-в-точь как Силас. Такая же раздраженная колючка. Мы ушли и возвращаемся в Скайфолл, просто... остынь уже, а?
Мы шли по дороге, минуя дворы с черными деревьями и заброшенными домами, которые, видимо, не соответствовали стандартам тех, кто прятался в здании впереди. Внутренний голос сборщика хлама напомнил мне проверить их перед тем, как мы уйдем.
Сквозь серую пелену на небе проступал лишь бледный силуэт полумесяца белого светила. Луна гордо несла завесу пепла, как будто сама земля хотела оградить ее от серой смерти внизу.
- Когда доберемся до Скайфолла... - прошипел Киллиан. - Попрошу все улучшения, которые у них есть. Всё. Заебало быть единственным, кто ничего не видит.
- Давно пора, - сказал я и по неизвестным причинам добавил: - Меня тоже заебало, что ты - обуза.
Киллиан повернул ко мне голову, я не смотрел, но знал, что он мысленно впрыскивает яд мне в вены.
- Знаешь что? Пошел ты, - сказал он, отчего у меня похолодело в груди. И сердцебиение участилось.
- Следи за своим языком, - процедил я сквозь стиснутые зубы. - Я сыт по горло твоим постоянным раздражением. Надоело, так что просто заткнись.
- Ты ни хрена не знаешь, - прорычал Киллиан, ускоряя шаг. - Тебя же реально не заботит нихера из того, что происходит за пределами мира Ривера, да?
- Да, не заботит, - ответил я, и мой тон был безразличным почти до высокомерия. Жар поднимался к шее и заволакивал зрение красным. - А еще мне невыносимо терпеть твою компанию последнее время из-за твоего поведения.
- Иди на хуй.
- Как скажешь, Королек.
Я знал, что за это дополнение Киллиан бросится на меня, поэтому быстро крутанулся на одной ноге и сдвинулся в сторону. Естественно, Киллиан пролетел передо мной, пытаясь толкнуть меня на землю. Но все, чего ему удалось добиться, - потерять равновесие и рухнуть на нее одному.
Я насмешливо фыркнул.
- Не обуза, да? - язвительно спросил я. - Вставай и пошли, - я взглянул на светящееся белым светом окно одноэтажного дома и гравийную дорожку, отделявшую двор от однополосной дороги. - Не удивлюсь, если он уже...
В этот момент дверь приоткрылась, и в проем высунулось чье-то лицо. Лицо, которое я не узнал. Со своим ночным зрением я понял только, что у парня светлые волосы и большие темные глаза с четко очерченными бровями, нахмуренными в недоумении.
Эти брови удивленно приподнялись, голова исчезла - и дверь захлопнулась.
Я стиснул зубы, Киллиан уже стоял рядом со мной.
- Видишь? Поэтому и надо было заткнуться, - прошипел я.
- Ну вот и заткнись, - прорычал Киллиан в ответ.
Я повернулся, сильно толкнул его на землю и, не взглянув, все ли с ним в порядке, зашагал к освещенному дому, держа руку на рукояти ножа.
Ночной воздух вокруг меня вибрировал, мне нравилось это ощущение. Тихо, безлюдно и пусто, но вокруг меня трещали невидимые молнии, щекоча кожу и поддерживая бешеный ритм сердца. Я снова чувствовал себя живым, словно меня много раз убивали, и только сейчас я вернулся в мир живых.
У меня уже давно не было цели в жизни. Киллиан, мальчик, защите которого я посвятил все свое существование, стал бессмертным. Для чего я живу сейчас? Быть пешкой?
Теперь моя жизненная цель - освободить моих отцов... и отомстить королю Силасу за то, что он с ними сделал.
Я - темная химера, убийца - и мне этого вполне достаточно.
- Выйди и скажи, кто ты, - крикнул я. Киллиан держался на несколько шагов позади, пока я шел к дому, светившемуся, как маяк в черном океане. - Я не хочу драки, но если выебнешься на меня, тебя ждет сюрприз, - я заглянул в окно гостиной, занавешенное темно-желтой шторой. В другом конце комнаты показалась тень с автоматом в руке.
- Убери оружие. Здесь все бессмертные, - предупредил я. - Скажи, кто ты. Я знаю Бастиана и его семью.
Через секунду тень заговорила.
- Нам не нужны проблемы, - произнес низкий голос.
- Нам? Сколько вас?
- Двое, - сказал мужчина. - Мы ищем потерявшегося брата... - послышалось тихое невнятное бормотание. - ...а не проблемы. Мистер..?
- Чанс, - сказал я. Киллиана они не увидят, даже если выглянут в окно, свет внутри делает из них слепых котят. - Чанс и Джефф.
Внезапно раздался второй голос, как ни странно, с ирландским акцентом.
- Чанс и Джефф, да? - сказал он. - Джефф? Так у тебя и нормальное имя есть, что ли? - я оглянулся, услышав, как Киллиан тихо выругался.
- Есть, - медленно произнес я, с подозрением глядя на своего парня, который отвернулся, скрывая свою реакцию. Какого хрена? Он... знает этого чувака?
Подождите-ка...
Я усмехнулся.
- Маверик? - спросил я, запрыгнул на крыльцо и подергал дверную ручку. Как и многие другие дома, этот покосился, и дверь больше не закрывалась. Я распахнул ее и наткнулся на дула двух автоматов. Один держал блондин с зауженным лицом и подстриженной бородкой, другой - рыжеволосый парень с темными глазами, одной рукой и лицом, по которому создавалось впечатление, что он родился клоуном.
Маверик приподнял бровь, опуская автомат.
- Да, это я, - сказал он. - А ты кто?
- Ривер, - ответил я. - Ривер Меррик. Мой парень вытащил тебя из города Декстера. Быстро ты свалил. Я думал, ты все еще в башне.
Маверик смотрел на меня на долю секунды дольше, чем я считал приличным, и внезапно расхохотался.
- Все так, - сказал он, выглянул мне за спину и прислонил автомат к ближайшему шкафу. - Блондинчик за тобой, да? Я в восторге от этого парнишки. Господи, он был таким буйным засранцем. Привет, Киллиан, - Маверик поднял руку и помахал ею. - Смотри, у меня все еще одна рука. Я хотел сегодня ночью убить себя, чтобы вторая, наконец-то, отросла. Кажется, она излишне затянулась к тому моменту, как я внезапно умер.
Я обернулся и увидел Киллиана в тени, он стоял у порога - неподвижный и прямой, как доска.
Странный он. Будучи полнейшим идиотом, я только в этот момент почувствовал что-то неладное.
- Зайдете в гости? - игриво спросил Маверик. - У нас есть стейки по-арийски, картошка и сыр. Рив, хочешь выпить?
Я не отводил взгляда от своего парня, а он не шевелился.
И внезапно... Киллиан закричал.
Просто заорал, блядь, с таким отчаянно-безумным выражением на лице, какого я не видел с тех пор, как Киллиан съел ХМТ на глазах у Силаса.
И это выражение было у короля Силаса.
Киллиан бросился вперед, и на краткий миг мне показалось, что он бросился на меня. Но мой парень ракетой промчался мимо, замахиваясь кулаком. Маверик потянулся к своему автомату, но был остановлен ударом в челюсть.
- Киллиан? - я забежал внутрь, мой парень тяжело дышал, а Маверик отшатнулся, держась за лицо. Ирландец поднял на Киллиана сверкнувшие весельем глаза и осклабился, демонстрируя окровавленные зубы.
А светловолосый парень за спиной Маверика резко развернулся и умчался прочь из комнаты.
- Что, парень, полегчало? - спросил рыжий со смешком, затем его взгляд скользнул мимо Киллиана и встретился с моим. - Всю свою злость выплеснул?
Киллиан... он взревел, как зверь. Ревом, который я раньше слышал только от себя. Снова занес кулак...
...но я перехватил его.
- Что происходит? - серьезно спросил я, посмотрел на Маверика, чья ухмылка мне ни хрена не понравилась, затем развернул Киллиана лицом к себе. - Киллиан, блядь, что происходит?
Киллиан впился в меня взглядом, его ноздри раздувались, как у разъяренного быка, а в глазах светилась хорошо знакомая мне ненависть.
Может, ничего и не происходит - может, Киллиан просто опять взбесился, как часто делал с тех пор...
...с тех пор, как...
...с тех пор, как очнулся в башне Сиэль.
После того, как пришел туда с Мавериком.
Внезапно внутри все похолодело.
Как будто осознание рассекло живот от грудины до пупка, и внутренности с влажным шелестом вывалились на пол.
Туда же упала и моя челюсть.
- Что-то случилось,? - прошептал я, резко смягчив тон. Сердце... оно снова забилось, как ненормальное. - Киллиан, он с тобой что-то сделал?
Киллиан вырвал свою руку из моей хватки, а лепрекон противно захихикал.
- Ничего я с ним не делал, - сказал Маверик. - Малыш чуть не свихнулся от тоски по тебе, и я его немного приструнил.
По углам зрения потянулись красные полосы, словно раскалялись нагревательные элементы тостера. О чем он, блядь, говорит? Что эта сука сделала с моим парнем?
- О чем..? - слова застряли в пересохшем горле. - О чем ты, блядь, говоришь?
Ухмыляющаяся рожа Маверика покачалась взад-вперед, как у гребаного клоуна, выпрыгнувшего на пружинке из шкатулки. Грозная пушка снова оказалась в его руке, даря мнимую убежденность в контроле над ситуацией.
- Он был непослушной занозой в заднице и постоянно нарывался на трепку, - произнес рыжий ублюдок, и красная пелена подобралась центру. - Все непослушные потомки Силаса получают по щам, - Маверик передернул затвор автомата и направил дуло на меня. - Ты в курсе, что Киллиан балдеет от хорошей порки?
Трясясь от гнева, я посмотрел на Киллиана, который впился взглядом в мою ключицу, и его глаза пылали. Злость и гребаная ненависть, которые я наблюдал в нем с тех пор, как он очнулся, были вызван не тем, что он превращался в Силаса.
А потому что мой Киллиан снова подвергся насилию. Над ним надругался парень, который вел его в место, куда он вынужден был идти, чтобы найти меня.
У Киллиана не было выбора, он должен был идти с ним... и там...
- Он делал тебе больно..? - спросил я. - Отвечай.
Киллиан кивнул.
Горло перехватило. Спрашивать об этом не хотелось.
- Он прикасался к тебе?
- Угрожал.
И красная пелена полностью заволокла глаза, перекрыв мне обзор.
И я... рассмеялся. Расхохотался, уперевшись руками в колени, чтобы не рухнуть. Я смеялся буквально до слез. Давно брошенный дом, освещенный синей лампой и свечами, огласился хохотом, не звучавшим здесь десятилетиями.
Я медленно выпрямился, покачивая головой, вытер выступившие слезы и неспеша подошел к Маверику, который смотрел на меня с недоуменной полуулыбкой, совершенно сбитый с толку моим внезапным приступом веселья.
Это стало его фатальной ошибкой. В мгновение ока, настолько быстро, что я сам не осознавал своих движений, я выхватил автомат из рук Маверика и отшвырнул его в сторону, скользнул парню за спину и взял в захват, которым часто вырубал Рено, а позже и Киллиана... Ублюдок трепыхался и хрипел, пинался и цеплялся за мою руку, а я смотрел перед собой с безумной ухмылкой на лице, пока он не затих.
Бессознательное тело рухнуло на пол, и я медленно повернулся, отвыкшие от улыбки мышцы на лице болели.
- Киллиан, - позвал я. Мой парень смотрел на меня без каких-либо эмоций, опустошенный, мертвый для всего живого.
- Что? - тихо отозвался он.
- Найди веревку.
- Хорошо.
Очнулся Маверик привязанным к деревянному стулу в столовой. Веревки туго опутывали стройное тело с татуировками на животе и оставшейся части предплечья. Естественно, он обладал типичным сексуальным телосложением бессмертного с подстриженным лобком. Видимо, планировал перепихнуться в своем путешествии.
Мы с Киллианом остались в одних клетчатых рубашках - красной на мне и синей на нем - и джинсах, сбросив куртки и свитера, пока возились с нашей жертвой.
Веки Маверика дрогнули и медленно поднялись. Какое-то мгновение он смотрел перед собой, потом темные глаза нашли мои черные бездонные пропасти.
Я улыбнулся, держа в одной руке нож, а в другой - топор... и Маверик улыбнулся в ответ.
- Зарежешь меня, потому что я обидел твоего парня? - спросил он, и от движения лицевых мышц засохшая кровь с щек осыпалась мелкими хлопьями на голые бедра. - Справедливо. Рив, я живу на два века дольше тебя, меня уже не раз пытали.
- Не сомневаюсь, - сказал я низким, но спокойным голосом. - Но и я в пытках не первый год... Так что, возможно, сегодня ночью мы оба узнаем что-нибудь новое, м? - я посмотрел на Киллиана, который стоял, уставившись в пол, слева от Маверика, вне поля его зрения.
- Что он с тобой делал, Киллиан? - спросил я. - Скажи мне.
Кулаки Киллиана сжались, но ответа не последовало.
- Киллиан, - терпеливо повторил я. - Что он с тобой делал?
По-прежнему тишина, но слишком хорошо знакомое мне тело дало понять, что его не просто отшлепали.
И действительно...
- Да потыкал я его немного, заслуженно, между прочим, - сказал Маверик со смешком, мое тело превратилось в глыбу льда. - Он не отвечал на мои вопросы... поэтому познакомился с моим ножом. Потом я узнал, что он боится за свою тугую попку, так что дал ему понять, что наведаюсь туда свои членом, если он не прекратит скрывать от меня информацию о моем старом бессмертном друге. И ведь чуть не наведался. Жалко, что я его не трахнул. Дал бы тебе повод помучить меня.
Мои глаза расширились - Киллиан вдохнул и медленно выдохнул.
Потом он подошел ко мне и выхватил нож из руки.
Дальше все происходило очень быстро: Киллиан зашел Маверику за спину и разрезал веревку. Я с удивлением наблюдал за его действиями, гадая, почему он отпускает ублюдка, но в момент, когда свободная рука ирландца вытянулась вперед, Киллиан выбил из-под парня стул, и Маверик повалился навзничь, а рука ударилась о пыльный ламинат.
Плавным движением Киллиан перешагнул одной ногой через лежащее тело и присел на корточки, поднял нож и вонзил лезвие в мягкую ладонь Маверика, пригвоздив ее к полу.
'Покажи ему, Киллиан.'
- Все еще хочешь трахнуть меня, сука? - зарычал Киллиан и сел Маверику на живот. Рыжеволосый рожденный бессмертным матерился и задыхался, пытаясь высвободить руку, но лишь бередил рану, наполняя пыльную комнату восхитительным ароматом крови.
Киллиан схватил Маверика за голые плечи и затряс, зашипев злобно ему в лицо:
- Думаешь, ты имеешь право меня трахать? Ты хоть представляешь, кто я, блядь? - он отшвырнул ирландца на пол, тот ударился затылком и захихикал.
- Ну, было забавно дразнить тебя, - сказал Маверик сквозь смех.
Киллиан взревел и влепил ему пощечину.
- Я сделаю так, что ты никогда больше не сможешь смеяться, ублюдок, - произнес мой парень таким тоном, какого я никогда от него не слышал. - Ты пожалеешь о том, что тронул меня.
- Ой, да не трогал я тебя почти! - Маверик рассмеялся. - Даже на полшишечки не присунул! Королева драмы, господи.
Ноги принесли меня к Киллиану, мысли погрузились во мрак. Встав рядом со своим парнем, я уставился на Маверика.
- Что он с тобой делал? - спокойно спросил я. Пальцы ублюдка на полу дергались, разжимались и сжимались в кулак, вокруг кисти растекалась лужица крови, расходясь в два ручья из-за неровного фундамента дома.
На этот раз Киллиан ответил:
- Постоянно угрожал изнасиловать. Постоянно, блядь, спрашивал про Силаса и Скайфолл, и если я не отвечал... он избивал меня, угрожал, издевался.
Никакой реакции с моей стороны, тьма внутри не допускала лишних эмоций. Я словно... наблюдал, как мой протеже расправляется со своей первой жертвой. Я не буду вмешиваться - пока не буду.
- Что еще?
- Проткнул мне обе ладони моим же ножом, - продолжил Киллиан. - И бедро. Чтобы получить ответы.
Я опустился на колени рядом с Мавериком и заметил, что Киллиан пристально на него смотрит.
- Он точно тебя не насиловал?
Не знаю почему, но этот вопрос вызвал взрыв.
Киллиан... сорвался. Киллиан просто, блядь, сорвался, и не на Маверика...
...на меня.
- НЕТ! - внезапно прорычал он вибрирующим от ярости голосом. - НИКТО НИКОГДА МЕНЯ НЕ НАСИЛОВАЛ И НИКОГДА НЕ ИЗНАСИЛУЕТ! - Киллиан схватил топор, который я положил рядом с ним, его лицо исказилось гримасой, за которой я едва узнал своего парня. - Никто меня не трахал. Никто меня не насиловал. И никто не посмеет. НИКТО, БЛЯДЬ, НЕ ПОСМЕЕТ!
Киллиан издал еще один неебический звериный рев, замахнулся топором и обрушил его на оставшуюся руку Маверика.
Лезвие топора вонзилось в ламинат, отделив кисть от предплечья. Маверик истошно взвыл и взмахнул обрубком, забрызгав кровью наши лица.
Теплой кровью.
Киллиан схватил перерезанную им ранее веревку и с безумным блеском в глазах обмотал ее вокруг плеча Маверика чуть выше локтя. Он хотел перекрыть кровообращение.
- Думаешь, легко отделаешься? - закричал мой парень, схватил рожденного бессмертным за руку и зажал ладонью срез культи, сквозь его пальцы побежали ручейки крови. Маверик выпучил глаза и вмиг побледнел. - Думаешь, я дам тебе умереть?
Маверик встретился с ним взглядом... и снова, блядь, усмехнулся.
- Это все, на что ты, сука, способен? - прошептал он.
Взревев, Киллиан спрыгнул с Маверика, и безумие следовало за ним тенью.
- О, друг мой, я еще не закончил, - проорал Киллиан и истерично захихикал. - У нас все только начинается, милый. Я еще не закончил.
Киллиан начал расстегивать рубашку, на его лице, подстать маньячному смеху, расплылась безумная улыбка
- Я еще не закончил. Не закончил. Все только начинается.
И тут сапфировые глаза, сверкающие на красивейшем полотне в каплях крови, встретились с моими, восторженными и предвкушающими.
'Покажи ему, Киллиан.'
- Дай мне кокс, - сказал мой парень, расстегивая последнюю пуговицу.
Без колебаний я порылся в кармане и отдал ему пакетик, предварительно его распечатав.
- Оу, завидую, - пробормотал Маверик под нами. - Я бы тоже не отказался.
Затаив дыхание, я наблюдал, как Киллиан высыпает приличную горку на сжатый кулак и резко втягивает ее носом.
- А теперь поцелуй меня, - потребовал он.
Я схватил его за затылок, прижался губами к его губам и... попробовал на вкус кровь Маверика.
Оторвавшись со стоном от своего парня, я посмаковал во рту чудесный привкус, пробуждающий первые проблески инстинктов темной химеры. Блядь... Восхитительно. Кровь. Кровь бессмертного.
Я давно ничего подобного не пробовал, только кровь Киллиана. Рожденные бессмертными... определенно имеют свой неповторимый вкус.
С этой мыслью я снова притянул к себе своего парня и слизал брызги крови с его щек и подбородка, чуть ли не мурлыча от удовольствия.
Киллиан застонал, его сердце забилось, как перепуганная синичка в клетке. Я отстранился и, опустившись четвереньки, схватил обрубок предплечья Маверика и откусил от него кусок мяса, словно от морковки. Ирландец попытался отдернуть руку, но с моей железной хваткой не справился. Пережевывая жесткий, сочащийся кровью шматок плоти, я предложил отведать свежатинки и своему парню.
С жжением в паху я наблюдал, как Киллиан тоже откусил кусочек от культи и уткнулся ртом в срез, измазавшись в крови.
- Вот же ебанутые твари... - прошептал Маверик и добавил уже значительно громче: - Кловис, сейчас самое подходящее время, чтобы убить меня.
А, тот его напарник, что съебался в страхе? Похуй на него. Он сбежал, и я не собирался бросать свою жертву, чтобы пускаться в погоню.
- Однажды, лапушка, - произнес Маверик хрипло. - Я трахну тебя. Я бессмертный. Неважно, пройдет сто лет, или тысяча, или даже следующая неделя. Я выебу твою тощую задницу на глазах у твоего парня, - сверкающий взгляд Киллиана впился в лицо Маверика. - И я выебу тебя похлеще, чем ебал Периш.
Киллиан замер, его зрачки сузились.
- Видишь ли, Периш нам все об этом рассказал, - прошептал Маверик, отмечая слабое место моего парня и ныряя в него с головой. - На видео. Он рассказал нам, как вы в двести шестьдесят девятом отрывались в том заброшенном доме. Но больше всего мне понравилось... - Маверик поднял голову и прошептал Киллиану. - Как он накачал тебя наркотиками перед тем, как сделать бессмертным, потому что в сознании ты его отвергал... и трахнул твою тугую попку.
Кровь отхлынула от лица Киллиана.
- Ты этого не знал, да? - усмехнулся Маверик. - После того, как ты сказал «нет», а он сказал, что ему хватит и обнимашек... Периш подсунул тебе немного скопы и рессина и трахал тебя всю ночь. И ты его трахал. Вы сосали друг другу, лизали дырочки. Блядь... подробности, которые он...
- НЕТ! - заорал Киллиан, прыгнул обратно на Маверика, снова схватил его за плечи и затряс, как будто тот ничего не весил. - Он бы никогда так со мной не поступил, ты пиздишь! - Киллиан бил ирландца головой об пол, вопя как гребаный банши. Он на глазах терял рассудок... но мой-то давно поглотила тьма, поэтому все во мне жаждало посмотреть, чем закончится эта история с крутым поворотом, произошедшим в момент, когда Киллиан понял, что в этом доме остановился Маверик.
Киллиан терял себя прямо передо мной, но я был потерян со дня своего рождения.
Если я и пожалею об этом, то позже.
Гораздо позже.
Будто в подтверждение моих мыслей, Киллиан с дикими глазами соскочил с Маверика, скрипя зумами и тяжело дыша - бледная обнаженная грудь тяжело вздымалась под расстегнутой рубашкой.
Киллиан снял эту рубашку и протянул мне.
- Замотай обрубок, - попросил мой парень, отворачиваясь от жертвы и выходя из комнаты. А я и рад был подсобить.
- Я же говорил... - Маверик застонал и скорчился от боли. - Меня много раз мучили, красавчик. Нет ничего хуже, чем знать, что тебя изнасиловал твой парень-ученый. Наивный лапушок думал, что его не насиловали? А я знал, что он пиздит. Забавно, что он не проснулся с разорванной задницей, - я стиснул зубы. Киллиан гремел шкафчиками на кухне. - Но ведь он стал бессмертным после этого? Возможно, он забыл свой последний хороший трах.
Киллиан вернулся, его движения были размеренными и спокойными, но на лице отражалась буря безумия.
В зажатом кулаке одной руки торчала охапка столовых ножей для стейка, в другой - что-то похожее на длинную толстую деревянную ручку с шипастым молоточком на конце - кажется, его использовали для отбивания мяса - и плоскогубцы. Киллиан сложил все это у камина за спиной и повернулся к нам.
- Маверик, тебя когда-нибудь насиловали? - спросил Киллиан мертвым голосом, опускаясь на колени перед голыми ногами Маверика, член и яички которого от холода плотно поджались к рыжему паху.
Рыжий рожденный бессмертным пристально посмотрел на него.
- Ага, - прорычал он. - А ты собираешься перейти на темную сторону, Киллиан? - он снова попытался усмехнуться, но смешок вышел натянутым.
- Ривер, держи его за ноги, - только и сказал Киллиан в ответ.
Боже, помоги мне, я должен остановить это прямо сейчас.
Но я этого не сделал.
Я убеждал себя, что на этом первый опыт моего парня замучить кого-то до смерти должен прерваться, но в итоге...
Мне захотелось посмотреть, на что он способен.
Я схватил лепрекона за ноги, связал лодыжки вместе и задрал коленями к груди, выставив задницу с рыжим пушком напоказ.
Блядь, да, я должен увидеть, на что он способен.
Мало того...
...я сам неебически возбудился.
Боже.
У меня встал.
'Покажи ему, Киллиан.'
Киллиан взял молоток для отбивания мяса и, держа его за головку, приставил деревянную рукоятку к анусу Маверика.
Ирландец шумно втянул носом воздух. Я усмехнулся.
- Тебе придется вкручивать его, чтобы прорваться, - прорычал я. У меня перехватило дыхание, в паху все пылало. Блядь, я действительно нереально возбуждался. - Ты же не хочешь, чтобы он истек кровью? Не торопись.
Киллиан в ответ с нажимом запихнул ручку отбивного молотка в дырку Маверика. И, судя по крикам рыжего ублюдка, не промахнулся.
Маверик завопил и, извиваясь, отполз назад, пытаясь опустить ноги и прикрыть чувствительную зону. Без особого труда я удержал его на месте, поежившись от накатившей волны сексуального возбуждения, когда Киллиан ввинтил деревянную ручку в нутро нашей жертвы.
Глубоко не получилось, сжатые мышцы не допустили глубокого вторжения, но по ручке побежала струйка крови. Киллиан, покрутил молоток, не вынимая и не сводя с него глаз.
Потом он вытащил его, завороженно осмотрел кровь и, резким пружинистым движением перехватив его за рукоятку, врезал шипастым срезом молотка по яйцам рыжего ублюдка.
Маверик заорал, и, словно от звукового сопровождения оргазма партнера, от его крика мой член запульсировал. Я застонал, ладонь скользнула к паху и сжалась.
- Сделай так еще раз, - попросил я Киллиана.
Не колеблясь, Киллиан замахнулся и снова ударил Маверика по яичкам. Второй крик прозвучал так же волшебно, как и первый. Не в силах больше сдерживаться, я расстегнул молнию на джинсах и вытащил член.
- Снимай штаны, - приказал Киллиан, а сам с безумным блеском в глазах схватил Маверика за яйца и сжал их. Ирландец взвыл. - Быстро.
Я повиновался, и пока расправлялся с пуговицами на красной рубашке, Киллиан тоже снял штаны.
Мой парень возбудился не на шутку, как и я.
- Боже... - простонал Маверик. - Я уже понял, ладно? Понял, что вы отбитые... Дайте мне уже сдохнуть.
За этой мольбой последовал новый крик, потому что Киллиан вонзил в задницу Маверика нож для стейка. По лезвию побежала кровь и начала скапливаться в лужицу на полу.
- Это все потому, что ты не знал, что Периш тебя трахал... Ай, господи! - закричал Маверик, когда Киллиан достал и снова вонзил в него нож для стейка. Нож вошел прекрасно, я сам наблюдал, как сталь исчезает между булками ирландца, пока не осталась только черная рукоятка.
- Периш меня не трахал, - сказал Киллиан устрашающе спокойно. - Периш меня не трахал.
Но потом... Боже.
- Периш меня не трахал.
Он продолжил это повторять.
- Периш меня не трахал.
- Периш-меня-не-трахал.
Нож вышел и вонзился снова.
- ПЕРИШ МЕНЯ НЕ ТРАХАЛ! - закричал мой парень, схватил Маверика за плечи и начал трясти его, как тряпичную куклу. - Ты ебаное ничтожество. Он меня не трогал! Меня, блядь, никто и никогда не насиловал. Никто из вас, уебков, никогда меня не изнасилует! Я УБЬЮ ЛЮБОГО!
Тьма сгущалась в пропитанной кровью и страхом комнате с каждым яростным выбросом отчаянных слов. Мой парень излучал столько энергии, что мне казалось, дом взорвется от ее концентрации. Киллиан терял себя, окончательно слетев с катушек. И, боже, я не в силах оттащить его от края пропасти.
Снова я видел в нем Силаса. Но ничего не предпринимал, потому что он играл на всех моих фетишах.
Я смотрел на него и поглаживал свой член. Я, блядь, смотрел на него, как голодный волк, желая наброситься и трахнуть. Никогда в жизни мне не хотелось трахнуть своего парня так сильно.
Нет, это не то, чего я хотел.
- Пошел ты! - закричал Киллиан. Он схватил второй нож для стейка и грубо воткнул его в задницу Маверика. - Ты заплатишь за пиздеж, сука!
'Покажи ему, Киллиан.
Покажи ему, Киллиан.'
- ПЕРИШ НЕ ТРАХАЛ МЕНЯ! - в задницу вонзился еще один нож. Три окровавленные ручки, две трясущиеся ножки, один орущий рожденный бессмертным, который больше не смеется.
'Покажи ему, Киллиан.'
- ОН НЕ ТРАХАЛ МЕНЯ! - голос Киллиана сорвался, безумие разгоралось, поглощало, топило.
Мы оба тонули.
- Киллиан...
Киллиан посмотрел на меня почти... умоляюще. Он хочет, чтобы я остановил его?
'Ты ждешь, что Жнец остановит своего Ангела милосердия?
О, наивное создание, которое я когда-то хотел сохранить наивным и чистым.'
- Трахни его, - прошептал я.
'Ты обречен с момента, когда я впервые тебя увидел.'
Киллиан уставился на меня.
Я повторил.
- Трахни его.
Киллиан перевел взгляд на Маверика, и на мгновение мне показалось, что он остановится, придет в себя, но когда он принялся остервенело выдирать окровавленные ножи для стейка из задницы Маверика, я понял, что он ни секунды не колебался. Мой парень только и ждал, когда я подтолкну его к краю пропасти.
Я придвинулся ближе и схватил Киллиана за член, когда он расположился перед задранными ногами ирландца. Маверик кашлял и стонал, его яйца заливало красным, а на левом виднелась черная гематома. Головка коснулась истерзанной промежности, и меня прошибло током, когда она окрасилась кровью.
Мне казалось, я кончу, даже не прикасаясь к себе. Меня же не должно настолько заводить насилие? Или, может, я просто обманываю себя, отчаянно пытаясь сохранить хоть каплю здравомыслия там, где его никогда не было? Нет, я точно обманываюсь, думая, что это не должно меня заводить... чем больше я узнавал свою внутреннюю химеру, темную химеру, тем больше чувствовал себя в насилии, как дома.
- Толкайся, - прорычал я Киллиану, крепко держа пульсирующий ствол своего парня под головкой и пальцами ощущая жар раскуроченной дырки рыжего ублюдка. Мой горящий взор не пропустил ни единого мгновения, как Киллиан входит в Маверика.
Член прорвался легко благодаря крови и ранам, но как только головка скользнула внутрь, Маверик приподнял бедра, и она выскочила наружу.
За это лепрекон поплатился разбитым носом, застонал и опустил бедра, Киллиан тут же сунул головку обратно.
- Засади до конца, - приказал я, сжимая и оттягивая свой пульсирующий член. - Я хочу, чтобы твои яйца коснулись его задницы.
Киллиан кивнул и с низким протяжным стоном проник внутрь, его взгляд остановился на моем члене.
- Не кончай, - сказал он, задыхаясь. - Я хочу, чтобы он тоже побывал там.
Блядь. Блядь... Я люблю его.
Я чертовски люблю его.
- Не кончу, - пообещал я и снова сжал ствол Киллиана, пальцами ощущая процесс проникновения, как Дрейк с нами в свое время, правда, языком. - А теперь трахай его, Киллиан. Жестко. Я хочу, чтобы он кричал.
Киллиан наклонил голову, светлая челка упала ему на лоб. Мой парень никогда еще не выглядел так сексуально - как ангел, сменивший нимб на крылья демона. Он прикусил губу, прокусив розовую мякоть клыком, и вошел в Маверика так глубоко, что я видел только темно-русые волосы на лобке, и они быстро окрашивались в красный цвет.
- Как ощущения? - спросил я. Мне оставалось только наглаживать свой член, время от времени сжимая его у основания, чтобы не кончить. Я так не возбуждался со времен нашего сумасшедшего секса в Туррисе, когда все закончилось тем, что я оседлал его. С тех пор у нас был бурный секс, но это что-то совсем другое.
Настоящий дикий трах.
- Потрясно, - сказал Киллиан, затаив дыхание. - Я чувствую разрывы и кровь. Там узко и горячо, - его поплывший взгляд нашел мои глаза. - Поцелуй меня.
Ухмыльнувшись, я грубо схватил его за волосы и притянул к своим губам. Мы страстно целовались под тяжелое дыхание Маверика, его стоны и хрипы и густой аромат уймы пролитой крови.
Затем я запрокинул голову Киллиана назад, заставив посмотреть мне в глаза, и прорычал ему в губы.
- А теперь... Я сказал тебе трахнуть его. Ослушаешься - и будешь вместо него валяться связанным и истекающим кровью на полу.
Глаза Киллиана заволокло похотью, он смотрел на меня, как на своего бога. Этот взгляд опустился на выходящий из нутра ирландца член. Я сдавленно застонал, увидев покрытый кровью ствол с отчетливыми полосами в складках под головкой. Мне захотелось слизать эту кровь с его члена, но я сдержался. Я должен посмотреть, как Киллиан его трахает.
Дернув бедрами, Киллиан снова погрузил свой член в задницу Маверика. Рыжий ублюдок застонал и выругался, подняв обрубок руки к лицу.
- Ублюдок... сука... - простонал он, когда Киллиан снова вышел из него, пот стекал по лбу ирландского засранца, смешиваясь с кровью. - Делай ч-что хочешь... это не отменит того факта, что Периш тебя изнасиловал. АЙ! - Киллиан снова толкнулся в Маверика, быстро вытащил окровавленный член и снова погрузился, затем еще, и еще.
Несдержанный стон сорвался с губ, когда Киллиан вошел в жесткий, быстрый темп, и мой член напрягся до боли. Мне кажется, я еще не видел его таким твердым и большим. Мой член увеличился в длину почти до двадцати двух сантиметров, вена по правой стороне ствола, по которой Киллиан обожал проводить языком, вздулась, а головка блестела от предсемени, свисающего на пол вязкими каплями.
Киллиан неумолимо долбился в задницу ирландца, бедра быстро мелькали в свете синей лампы и свечей. Заброшенный дом наполнился звуками шлепков, руганью и хрипами. Сам Киллиан не стонал, скорее, кряхтел. Никаких пронзительных стонов удовольствия, какие он издавал, когда я трахал его, отсасывал или ласкал его дырочку, он стонал как мужчина, и это сводило меня с ума.
Я должен кончить. Я же химера, я могу кончить несколько раз. Сколько можно дрочить и сжимать.
Я переместился к мотающейся голове Маверика, схватил его за ухо и повернул к себе лицом.
- Будешь сосать мой член, - приказал я ему.
Маверик свирепо зыркнул на меня.
- Рискни, мудила, и я откушу его, - прорычал он, задыхаясь от боли.
Я улыбнулся.
- Знаешь, - сказал я, передразнивая его ирландский ублюдочный акцент. - Я надеялся, что ты так скажешь, - я перегнулся через тело Маверика и схватил плоскогубцы, которые Киллиан положил у камина. С обворожительной улыбкой на лице я повертел ими перед носом Маверика.
Глаза ирландца расширились.
- Ладно, хуй с тобой, я отсосу тебе, - сказал он, затаив дыхание. - Давай его сюда.
Я рассмеялся, и мой смех прекрасно вписался в оркестр шлепков и ритмичного мычания моего парня.
- Ну, теперь я тебе не доверяю, - притворно обижено произнес я и схватил второй рукой отбивной молоток.
Маверик закрыл рот и резко побледнел, уставившись на деревянную увесистую рукоять широко раскрытыми глазами. Когда она поднялась в воздух, его глаза закрылись.
Первый удар выбил начисто сразу два передних зуба. Маверик взревел, из его десен хлынула кровь. Воспользовавшись возможностью, я засунул ручку отбивного молотка, которую все еще покрывала ректальная кровь ублюдка, ему в рот, чтобы тот не закрылся.
А потом... потом я поиграл в дантиста.
Я зажал плоскогубцами зуб рядом с передними - никогда не знал, как они называются - и выдернул его с корнем. Из окровавленного рта рыжеволосого рожденного бессмертным вырвался хриплый крик, а из глаз - брызнули слезы от невероятной боли.
Потом я методично выдергал несколько зубов рядом и симметрично столько же с другой стороны. Этого должно хватить для моего члена, поэтому я перешел с плоскогубцами к нижним зубам и, используя челюсть Маверика в качестве опоры, выдернул их один за другим.
На самом деле это не заняло много времени. Было сложно, потому что тело пациента тряслось от толчков моего парня... но я справился.
Закончив, я довольно улыбнулся. Маверик стонал и скулил, не имея возможности говорить из-за молотка во рту. Я подался вперед, под моим каменным стояком уже набежала лужица предэякулята, и решил посмотреть, как там справляется мой парень.
Киллиан вспотел, светлые волосы прилипли к лицу. Парень наблюдал за мной с приоткрытым ртом и остекленевшими глазами, а его бедра продолжали грубо трахать задницу Маверика.
Я схватил свой член и заменил им ручку отбивного молотка между кровоточащими деснами ирландца. Ощущение влажного, теплого нутра вокруг члена чуть не толкнуло меня за грань, а от осознания, что покрывающая его влага - это кровь, яички готовы были взорваться в любой момент.
Я принялся вбиваться в рот Маверика, и парень тут же подавился. Это зрелище взбодрило Киллиана - шлепки участились, и через несколько секунд мы уже трахали дырки Маверика в одном ритме.
Его язык пытался сопротивляться вторжению, челюсть тряслась, а горло сжималось, когда он давился. Я продолжал трахать его в рот, но мне требовалось что-то более плотное, поэтому я наклонился над ним, так что нос Маверика уперся мне в лобок и принялся таранить его горло.
Изменившаяся тональность хрипов Киллиана подтолкнула меня к первому оргазму. Я повернул голову и увидел, что он не отрывает взгляда от моих бедер. Я смотрел, как он трахает Маверика в луже крови, а он наблюдал, как я трахаю его же, но в окровавленное беззубое лицо.
Киллиан вскрикнул и склонился над связанными ногами Маверика, не закрывая глаз, чтобы наблюдать за моими усилиями над нашей жертвой. Мне приходилось сдерживать звуки, когда удовольствие росло, но когда оно достигло ошеломляющего порога, я не смог сдержаться и с низким рычанием спустил Маверику в рот, прямо в горло.
Ноги Киллиана затряслись, он вжался бедрами в задницу рожденного бессмертным, задыхаясь протяжными стонами, и кончил.
Кончил в кровоточащую задницу. Блядь, почему меня это так возбуждает?
Я вышел из Маверика, и он тут же зашелся в кашле, разбрызгивая розовые, смешанные с кровью, струи спермы. Мой член и не думал падать и все еще горел от желания. Мне надо кончить еще раз, одного недостаточно.
Киллиан с удовлетворенным стоном вытащил покрытый алой слизью член и отодвинулся в сторону, без слов пуская меня занять свое место.
Вот что происходит, когда ты угрожаешь и мучаешь моего парня.
Нельзя просто мириться с этим. Нельзя больше оставаться в стороне.
Любой, кто причинит боль Киллиану.
Будет иметь дело со мной.
Когда я схватил свой член и приставил его к дырке Маверика, мной снова овладела ярость.
Все, что я видел в Киллиане - злость, отрешенность, наши гребанные ссоры, та драка на полу.
Я стиснул зубы, вспомнив нашу драку в башне Сиэль. Он никогда раньше со мной так не разговаривал, он много чего раньше не делал. На моих глазах мой парень превращался в человека, которого я ненавижу, и теперь я знал почему.
Этот ублюдок не имел права так поступать. Киллиан - мой парень.
Он - мой Силас, а я - его Скай.
Скай защищал Силаса ценой своей жизни, и если у кого-то хватало глупости обидеть Силаса или, что еще хуже, обидеть так, что это затрагивало его психику... Я уверен, за этим следовало суровое наказание.
И мое наказание Маверик никогда не забудет.
Все знающие его люди никогда не забудут.
Никто и никогда больше не обидит Киллиана безнаказанно.
Пришло время мне снова оправдать свою репутацию.
Я слишком долго стоял в стороне.
Слишком.
Блядь.
Долго.
Маверик застонал и вскрикнул, когда я вошел в него. Ощущения - невероятные. Теплая сперма Киллиана смешалась с кровью Маверика. Я готов был кончить на месте.
Но сначала я должен попробовать это.
Я зарылся лицом между ягодиц Маверика и слизал вытекающие сперму и кровь. Этот вкус наполнил тело огнем и завел меня до предела.
Киллиан рядом со мной принял еще порцию кокса и протянул мне горку на сжатом кулаке. Я поднял голову, кровь и сперма прилипли к щетине и размазались по щекам, и снюхал порошок.
А потом снова засунул член в ирландскую задницу с дьявольской ухмылкой, которая быстро превратилась в блаженную улыбку. Кайф. Чистый кайф.
Мои бедра сразу набрали жесткий, быстрый ритм, нос и горло онемели от кокаина. Удовольствие обострилось - из-за дискомфорта Маверик крепко сжимал сфинктером мой член, а влажные и теплые сперма и кровь стали идеальной смазкой.
Но я ощущал не только это. Наслаждение было крышесносным, но бешено толкаться бедрами меня побуждало садистское ликование от того, что я сделаю дальше.
Я - не терпила, блядь.
'Я - Жнец.'
Во мне росло не только сексуальное возбуждение. Я всем естеством чувствовал, как она нарастает с каждым размашистым толчком члена.
И копится.
Улыбка стала шире, когда я почувствовал давление в затылке и в груди - она собирается и уплотняется в моем теле.
- Ривер? - нервно позвал Киллиан, когда мои бедра затряслись. Он все это время стоял рядом со мной, но я смотрел не на него, а на Маверика, который хватал ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег, смотрел в никуда застывшим взглядом и даже не догадывался, что его ждет.
'Я - Жнец.'
- Ривер? - повторил Киллиан, на этот раз громче, схватил меня за руку и крепко сжал. - Остановись.
'О, любимый, я не остановлюсь. Я только начал.'
Яркий свет заиграл на бледной коже Маверика, отбрасывая темные тени наших силуэтов на стене.
- Ривер? Ты, блядь, испускаешь радиацию! - закричал Киллиан, когда свет стал ярче. - Ты, блядь, взорвешь нас к херам!
Я усмехнулся и, когда Маверик повернул голову на загадочный свет, сказал Киллиану:
- Я не испускаю радиацию.
Глаза Маверика расширились.
- Нет! - внезапно закричал он, попытался вырваться, но я набросился на него, как кошка на убегающую мышь. Я обхватил его за шею обеими ладонями и рассмеялся, потому что даже пальцы мои уже светились.
Давление внутри росло с каждой секундой, наполняя тело, как воздух свинцовый шар. Ощущения такие, словно под кожей вспыхивали миллионы холодных молний, но они живые. Я - живой. Я живее, чем когда-либо, блядь.
Маверик закричал.
- НЕТ! - закричал он. - Блядь. Нет. Нет! Прости. Прости меня. Я никогда не прикасался к нему. Умоляю! - его мольбы оборвали мои горящие пальцы, сильно сжавшиеся на горле. Рев в ушах поглотил голоса Маверика и Киллиана: энергия, которую я впитывал из воздуха, концентрировалась в теле со звуком падающего с огромной высоты водопада.
Меня окружало прекрасное сияние, жаль, что я не могу увидеть себя со стороны. Оно осветило комнату, исказив реальность - каждый предмет вокруг казался нарисованным. Темноты не осталось, то, что раньше было черным, я превратил в яркое.
То, что было грязным, я очистил.
Я могу быть маяком...
...но сегодня принесу вечную полночь.
Я - Жнец.
Я слишком долго стоял в стороне.
Все стало ослепительно белым, я различал только кости на моих рук и пальцах. Словно я умер и попал в чистилище, ничего не осталось... Несомненно, я стал богом.
Но нет... не я буду танцевать в одиночестве в этом вечном блаженстве. Не отправлюсь в последний путь, который каждый проходит в одиночку. Я никогда не узнаю, что такое пустота. Мои жертвы станут призраками, а я - тот, кто отправит их во тьму.
Когда давление внутри достигло критической точки, я понял, что время пришло. Обхватив лицо Маверика руками, я уставился на него с улыбкой.
И с оглушительным воплем я направил всю собранную радиацию в голову Маверика.
Разрядка вышла оргазмической, внезапно стравленное давление, от которого тело слабого человека разорвало бы на куски, вознесло меня на небеса. Я вложил все, что концентрировал внутри, в этого человека с криком наслаждения и победы.
Через мгновение свет исчез, ощущение пропало, и мир внезапно вернулся в обычное состояние - будто ничего и не произошло.
Со стоном я рухнул на пол, и Киллиан уже ждал меня в свои объятия. Я моргнул и попытался отдышаться, перед глазами все плыло и мерцало.
Вот так все и закончилось. То, что было ослепительно белым, превратилось в тусклые серые и черные оттенки. Все, что было чистым, снова стало грязным. В конце концов, время все портит.
Глаза привыкли к смене освещения и уставились на полуобмягший член, из которого вырвалась последняя слабая струя спермы.
Затем мой взгляд поднялся и остановился на Маверике.
Рожденный бессмертным смотрел в бездну широко раскрытыми от ужаса глазами и ртом, открытым в беззвучном крике. Его лицо было серым, тело одеревенело...
...и остывало.
В глаза Габриэля словно песка насыпали. Кажется, он проспал несколько часов, но разве Стерлинг не должен был разбудить его, чтобы он заступил на дежурство? Стерлинг, без сомнения, хотел спать из-за своих наркотиков. Или, может, он перешел на стимуляторы и решил дать Габриэлю поспать свое дежурство?
Но тут ноздри Габриэля защекотал приятный аромат, или, может, проснувшийся мозг только сейчас распознал его, как приятный. Глаза полуночника медленно открылись и осмотрели пляшущие отблески огня на стене, лицом к которой он лежал, остановившись на часах над закрытой дверью.
Габриэль повернулся к огню и увидел то, что со временем стало привычным зрелищем: Ривер и Киллиан сидели рядом друг с другом перед костром, над которым дымился котелок, в котором блондин что-то помешивал.
Тушеное мясо. Вот что он почувствовал - тушеное мясо.
- Мы же ужинали несколько часов назад, разве нет? - пробормотал Габриэль, потом сел и зевнул, заметив, что на улице все еще темно. Хотя сейчас зима, так что, возможно...
- Это завтрак, - ответил Ривер, и в его голосе слышалось рычание, но не агрессивное. - Поедим и поедем. Сейчас пять утра, вы двое, считайте, что выспались.
Габриэль встал, подошел к дымящейся кастрюле и заглянул в нее.
- Так много... - медленно произнес он, но прежде чем успел начать нудеть об экономии, выпучил глаза, потому что проснувшийся мозг внезапно вспомнил, куда ездили Ривер и Киллиан. - Вы нашли нашего брата?
Ривер и Киллиан кивнули с затаенным облегчением.
- Нашли, но он испугался и сбежал, оставив свою еду, - сказал Ривер, когда Киллиан протянул ему половник с мясом. - Картофель и морковь, разное мясо... это криптоджин, мне кажется. Решили бросить его в кастрюлю. На вкус довольно сносно.
- Он сбежал? Но кто это был? - спросил Габриэль. Стерлинг зашевелился у него за спиной. - Как он выглядел?
Киллиан начал раскладывать рагу по тарелкам. Мясо выглядело так, будто его сначала обжарили, а затем измельчили или нарезали мелкими кусочками, почти превратив пюре. Габриэль никогда раньше не пробовал собачатины и предположил, что криптоджин по вкусу может быть на нее похож, только жестче.
- Светлые длинноватые волосы, заостренное лицо с выступающими бровями. Не разглядел, какого цвета глаза, но у него подкачанное тело, словно он тягает железо круглыми сутками, - сказал Ривер. - Испугался, убежал.
У Габриэля сжалось сердце.
- Кловис? - прошептал он и повернулся к брату. - Так это и правда был Кловис?
Стерлинг подошел к костру, и его брови тоже удивленно приподнялись при виде котелка с рагу.
Ривер пожал плечами.
- Наверно. Кем бы он ни был, он оставил после себя вкусную еду.
Габриэль сел, и Стерлинг опустился на стул рядом с ним.
- До башни Сиэль недалеко, так что может вернуться домой, если у него закончатся припасы, - сказал Габриэль, забирая миску у Киллиана, Стерлинг взял следующую. - Кловис... немного странный.
Ривер снова пожал плечами.
- Мы все странные, - сказал он и поднял взгляд. - Ешьте быстрее, нам скоро выдвигаться. Тушеное мясо с собой не повезем, так что съедим все, что приготовили.
Габриэль положил кусочек в рот и пожевал. Вкусное мясо, ни на что не похоже. Текстура необычная, но в целом очень неплохо.
Ну да ладно. Это еда - и еда вкусная.
В итоге Габриэль попросил добавки.