Глава 3. Ривер
Это был чистейший ад, другими словами и не описать. Мне казалось, что за свои почти двадцать один год жизни я испытал хоть какое-то подобие невыносимых страданий... но я ошибался.
Вот что оказалось настоящей пыткой. Стало настолько плохо, что охваченный паникой разум убедил меня в существовании загробной жизни... и что Бог низверг меня с облаков, чтобы я провел вечность в холодном, сыром и промозглом кольце Ада.
Я томился в белом бесплотном мареве, в месте, где переплетались жар и холод, боль и покой, настолько привыкнув к языкам племени, что приветствовал их без страха, обычно просто с раздражением или нетерпением поскорее вернуться в свое тело и сознание. Я бы не сказал, что подружился с белым пламенем, оно было, скорее, как бабушка с дедушкой, к которым тебя сплавляли на выходные, потому что дома ты уже все разнес.
Когда опаловый пожар угасал и ко мне возвращалось сознание, я пытался вдохнуть холодный воздух, чтобы расправить скукожившиеся легкие, словно вновь выходил из стальной матери, готовый начать новую жизнь, но...
...в легкие не поступал воздух.
Только вода.
В воскресшем сознании вспыхивала паника, глаза резко открывались, и я видел небо сквозь рябь и пузырьки. Иногда серое, иногда с легким оттенком голубого, иногда черное, как-то я даже видел луну.
Обезумев от клаустрофобии в жидком аду, я бился и метался, пока не понимал, что конечности скованы, а тело притягивает ко дну что-то тяжелое. Надо мной протекала жизнь, но кто-то бросил меня в водяную могилу, словно котенка от загулявшей кошки, и я не мог до нее дотянуться.
Затем мозг сдавливало, будто в черепе расширялся огненный пузырь. Рот открывался в немом крике, легкие заполнялись водой, и быстро, хотя, на мой взгляд, можно было бы и побыстрее, приходила Смерть и накидывала свой черный плащ на извивающееся связанное тело.
И это повторялось снова и снова, бесчисленное количество раз. В конце концов, я настолько привык к белому пламени, что оно позволяло мне осознанно мыслить. Я понимал, что произошло - кто-то намеренно бросил меня в эту адскую реку - и в голове билась только одна мысль.
Киллиан.
Где Киллиан?
Не обрекайте его на ту же пытку, что и меня. Я останусь здесь на тысячу лет, только скажите, что он где-то в другом месте. Киллиан сбежал или его спасли, и он ищет меня, просто пока не нашел.
Не могу сказать, сколько времени прошло, пока уровень воды в реке не понизился, но однажды, проснувшись в водной могиле, я вдохнул смесь воздуха и воды. В носу защипало и стало больно, и хотя я пытался запрокинуть голову, вытягивал шею, делал все, чтобы вдохнуть еще воздуха и успокоить ад, в который превратились мои легкие, этого было недостаточно.
В следующий раз тоже ничего не получилось, как и много раз после - в итоге все заканчивалось белым пламенем.
До этого момента.
Я кашлянул.
Еще раз кашлянул. Я кашляю.
Я, блядь, кашляю?
Широко открыв рот, я с наслаждением вдохнул самый вкусный воздух, который когда-либо вдыхал. Такой приятный и, блядь, ароматный, я никогда не пробовал такого воздуха. От облегчения по всему телу пробежали мурашки, и какое-то время я просто лежал, вдыхал и выдыхал.
Я жив. Наконец-то. Я воскрес и не умру через несколько минут.
Глаза медленно открылись. Пошевелившись, я с удивлением отметил, что тело сухое, но в ту же секунду мозг вспомнил, что имеет связь с ушами, и уловил плеск реки неподалеку.
Я прищурился, пытаясь избавиться от яркого тумана перед глазами, понимая только, что сейчас день и все вокруг серое. Я потер веки, как ребенок, не верящий своим глазам, и мир снова начал обретать четкость.
И правда, все вокруг серое. Я в Серой Пустоши, и это хорошо. Вдалеке на холмистой местности торчат черные деревья, перед ними - несколько домов в удивительно хорошем состоянии и река примерно в трех метрах от меня.
Киллиан!
Сердце подпрыгнуло, когда я увидел своего парня всего на расстоянии вытянутой руки, меня охватили одновременно облегчение и печаль. Раз он рядом со мной, значит, тоже пережил этот ад.
Я подполз к нему, но внезапно с трудом поднял руку, чтобы его коснуться - мышцы будто в желе превратились. Рука словно втрое отяжелела, но мне удалось ею потрясти.
- Киллиан? - блядь, это что, мой голос? Сухой, слабый, скрипучий, совершенно безжизненный.
Я попытался прочистить пересохшее горло.
- Киллиан? - повторил я, и на этот раз голос звучал немного лучше.
Киллиан, одетый только в старые потертые джинсы, был теплым, но еще не воскрес. Но скоро должен, и тогда мы вместе попытаемся разобраться, что делать, а главное, блядь, где мы.
Я осмотрел себя и с удивлением увидел, что на мне рваная футболка и потрепанные серые трусы. Это... странно. А где мои брюки-карго?
И мой автомат... мой М16.
Я вздохнул.
Их украли.
Но кто, блядь, нас похитил?
Потом я услышал это.
Плач?
Позади меня... кто-то плакал. Если бы Киллиан не лежал передо мной, я бы решил, что он очнулся раньше меня, но... что, блядь, происходит?
Я медленно поднялся на колени и попытался встать, но ноги, как разваренные спагетти сложились бесформенной кучей, и мне пришлось развернуться, медленно переставляя дрожавшие колени.
Позади меня оказались остатки дома, ну, просто осталось всего две стены. Похоже, когда-то в нем случился пожар, и то, что не превратилось в пепел, покоробилось и обрушилось от редких дождей, которые иногда все-таки шли в Серой Пустоши.
Плач доносился из-за этих стен.
Понимая, что прежде всего надо найти, чем защищаться, я огляделся, но любопытство победило. Если бы Киллиан не был бессмертным, я бы нашел что-нибудь, но прямо сейчас мне чертовски нужны ответы.
- Эй? - позвал я, голосовые связки еще не оправились, я хрипел, но с каждой минутой звучал все увереннее. - Кто ты?
Я пополз на коленях к стене. Жалостливый плач усилился, невероятно меня смущая, но последующие слова вообще ввергли в смятение.
- Пожалуйста, не обижай меня.
Я моргнул.
- Приятель, я не в том состоянии, чтобы кого-то обидеть, - ответил я и снова попытался встать, но смог поднять только одну ногу, поэтому согнулся на колено, передохнул и сделал еще несколько шагов. - Ты пустынник? Или... - я замолчал, осознав, что это вполне мог быть кто-то, кого похитили вместе с нами, и он очнулся раньше. - Или химера?
Едва произнеся эту догадку, подтаскивая немощное тело по серому пеплу все ближе к разрушенному каркасу дома, я увидел его.
Человек стоял ко мне спиной, в старом сером худи с капюшоном и черных джинсах, заляпанных серым пеплом. Бедняга стоял на коленях, сгорбившись и обхватив себя руками, и дрожал, опустив голову в накинутом капюшоне.
Не ответив, он просто заскулил.
- Я тебя не обижу, - повторил я.
- Ты всех обижаешь. Все говорят, что ты опасен.
Все говорят, что...
Он знает, кто я такой.
- Повернись... - медленно произнес я, мое сердце колотилось со скоростью сто ударов в минуту. Я огляделся, чтобы убедиться, что здесь больше никого нет, что они не раскинули поблизости лагерь, наблюдая за нашими с Киллианом страданиями, как за каким-то жутким сраным шоу, но вокруг было абсолютно безлюдно.
- Нет! - закричал человек.
- Пожалуйста, - сказал я, изо всех сил стараясь не терять терпение, но этому пугливому ублюдку лучше бы добровольно повернуться и начать рассказывать мне, что, блядь, происходит. Кто с нами это сделал? И почему здесь оказалась еще одна химера?
- Пообещай на мизинчиках? - захныкал человек.
Я уставился на него.
- Для этого мне надо подойти к тебе, а я не могу, - сказал я. - Но если я нарушу обещание, то сломаю себе мизинец прямо у тебя на глазах. Согласен?
Человек фыркнул, но кивнул, потом медленно поднялся на ноги и обернулся.
Нихуя себе.
Он-то что тут, блядь, делает?
Дрейку хватило одного взгляда на меня, и его лицо плаксиво сморщилось.
- Не делай мне больно, - повторил он. - Я не опасен. Я не трону Киллиана, - он вытер свои ярко-оранжевые глаза дрожащим серым рукавом худи и просто стоял на месте.
Дрейк Деккер. Кикаро Силаса и любимец всей семьи. Судя по тому, что рассказывал Илиш, Дрейка в Скайфолле любили все без исключения. Немного умственно заторможенный, но весьма активный. Илиш говорил, что у него интеллект и повадки золотистого ретривера, так что парень явно должен быть довольно милым. Настолько, что не мог нажить себе врагов, чтобы тем захотелось оставить его с двумя беглецами.
Так как, блядь, он здесь оказался? Дрейк казался здесь настолько неуместным, будто я нашел белого персидского кота на мусорной куче.
Ну или так он выглядел раньше, потому что сейчас на нем была старая затертая до дыр одежда, как на нас с Киллианом, и его чистые золотисто-русые кудри спутались и торчали во все стороны.
Чистые, потому что...
- Ты тоже был в реке? - спросил я, не оставляя попыток подняться на ноги с помощью опоры в виде обугленной деревянной балки, бывшей части каркаса дома. Кажется, мои носки и ботинки все еще мокрые, но хотя бы они еще остались на мне.
Дрейк кивнул, подошел и протянул мне руку. Меня это удивило, но я принял его помощь и поднялся.
- Я... Я просто двигался и двигался, - сказал он робким голосочком. - Это потому, что мы долго пробыли в воде, и наши мышцы привыкли к тому, что они не работают. Скоро ты сможешь нормально ходить... - Дрейк хотел сказать что-то еще, но эмоции взяли верх, и он заплакал.
Я неловко топтался на месте. Киллиан бы тут лучше справился, а я реально не знал, что делать.
Поэтому я просто задавал новые вопросы.
- Ты знаешь, как долго мы пробыли в реке?
Дрейк шмыгнул, от слез его веки покраснели и опухли, а необычные оранжевые глаза ярко блестели.
- Несколько месяцев, кажется, - ответил он. - Я проснулся... после того, как вода немного отступила, и смог вытащить руки из арматуры. Правда, мне пришлось их сломать, - он указал на реку, и я понял, что он имел в виду под арматурой.
В реке лежали бетонные плиты длиной в наш рост, с вмонтированными ржавыми кольцами, по четыре на каждой плите. Два для рук и два для ног...
- Я сломал и вытащил руки, но потерял сознание от боли и захлебнулся, - Дрейк направился к реке, я попытался плестись за ним на подгибающихся ногах, хоть и не без пары падений, но мне удалось добраться до кромки воды. - Я снова проснулся и уже смог сесть, и тогда вытащил ноги, хотя сильно их расцарапал, - Дрейк указал на две плиты. - Вы с Киллианом лежали под водой, я отрезал вам руки и ноги, чтобы освободить. Но я убедился, что вы мертвы. Я съел немного твоего мяса, но совсем капельку. И Киллиана тоже.
Что ж, если это цена за спасение из камеры пыток, то я ничего не имею против.
- Ты знаешь, кто сделал это с нами? - спросил я.
Выражение лица Дрейка подсказало мне, что он, безусловно, знает.
Но тут... я услышал тихий вдох.
Я обернулся, и меня охватил еще один прилив облегчения. Киллиан открыл рот и пытался поднять руку, мой парень дышал.
- Ривер? - слабенький голосок был таким же сухим и хриплым, как и мой.
- Я здесь, - отозвался я, прошаркал к нему и опустился рядом на колени. Убрав с его лица сухие короткие светлые волосы, чистые пряди, без единого пятнышка грязи, я улыбнулся. - Я здесь, не знаю, правда, где именно это самое «здесь»... Но, кажется, мы в безопасности, - я оглянулся через плечо и пристально уставился на Дрейка. - Мы же здесь в безопасности?
Дрейк кивнул.
- Я... я тут второй день, - сказал он, оглядывая серую местность. - Здесь страшно. Я рад, что ты проснулся. И рад, что ты меня не обижаешь.
Глаза Киллиана открылись, ярко-синие, как сапфиры на фоне бесцветного мира. Даже сейчас я поймал себя на том, что замираю на секунду, загипнотизированный этими глазами, как в тот день, когда он впервые вошел в ворота Араса.
Эти прекрасные глаза встретились с моими, и в них отразилось облегчение.
- Ривер, - прошептал он, попытался поднять руку, но она шлепнулась обратно на землю. Тогда я поднял свою и погладил его по щеке.
- Я здесь, - повторил я. - Мы в безопасности. Где бы мы ни были, мы в безопасности. Я не знаю, что случилось, но их здесь больше нет.
- Река... - Киллиан посмотрел мимо меня, и облегчение в его глазах сменилось паникой. - Я все время просыпался...
- Ш-ш-ш. Я тоже, но теперь все позади. Мы живы, и мы все еще вместе, и это главное, так ведь?
Киллиан пристально посмотрел мне в глаза и медленно кивнул. Я откинулся назад и помог ему сесть.
- И с нами тут еще кое-кто, - сказал я. - Я проснулся несколько минут назад, но, похоже, мы не единственные, кого бросили, как двух бездомных собак.
- Бездомных собак? - Дрейк заскулил позади меня. - Но я же домашняя собака.
И маленький засранец снова заплакал.
Глаза Киллиана на лоб полезли, и он посмотрел мне за плечо.
- Срань господня, - прошептал он. - Это Дрейк? Кикаро Силаса? - в синих океанах вспыхнула паника. - Силас здесь?
От этого Дрейк заплакал еще сильнее.
- Нет, - сказал я и понизил голос. - Он здесь один. Он тоже был в реке, и это он нас вытащил, - я быстро пересказал Киллиану историю кикаро. - Я не знаю, почему он здесь. Помоги мне его успокоить, чтобы узнать, кто это сделал.
Киллиан попытался опереться на руки, но рухнул на живот.
- Мы долго там мариновались, - сказал я, помогая Киллиану подняться на колени. - Дрейк говорит, месяца два, мне тоже кажется, два или три, не больше. Наши мышцы отрубились, но парнишка сказал, что мы скоро сможем ходить.
- Атрофировались, - сказал Киллиан. - Так это называется... наши мышцы атрофировались, - он посмотрел на себя, потом на меня. - Нашу гребаную одежду смыло рекой?
- Большую часть, - ответил я и оглянулся, Дрейк все еще тихо всхлипывал, скрестив руки на груди и прислонившись к стене дома. - Дрейк, это твоя одежда?
Дрейк покачал головой и ткнул пальцем на старые дома, которые я заметил, когда проснулся.
- Я там взял , - сказал он. - На мне была только рубашка, она была мокрая и вся в дырах. У них там лежит одежда.
Ну, хоть что-то.
Но это заставило меня задуматься о другом. Если прошло несколько месяцев, значит, сейчас зима. Я немного продрог, но не так, как зимой в Серой Пустоши. Может, нас выкинули в южной части?
Я оглядел пустынную местность: тысяча разных оттенков серого смешались, словно увлеченный ребенок размазал краски пальцами. Ничего, что бы могло подсказать наше местоположение, но я точно понял: тот, кто это сделал, хотел, чтобы мы не вернулись очень и очень долгое время. Если мы вообще сможем вернуться.
- Дрейк... - я попытался подняться на ноги и понял, что уже могу хотя бы стоять. Я оставил Киллиана разминать ноги и захромал в разрушенный дом на поиски чего-нибудь типа трости или костыля. - Ты ведь знаешь, кто это с нами сделал?
Дрейк смотрел себе под ноги и не поднял глаз, по его лицу снова потекли слезы.
- Это не он сделал, но его все равно накажут, - заныл Дрейк. - Хозяин Силас снова посадит его под замок. Там был он и тот, новый парень. Я сильно-сильно ненавижу нового парня и убью его за то, что он подставил Сангвина.
Сангвина?
Мы с Киллианом переглянулись и уставились на Дрейка.
- Это сделал Сангвин? - медленно переспросил я. - Сангвин выбросил нас здесь?
Дрейк вытер нос рукавом.
- Не Сангвин, это был Кроу, - сказал он дрожащим голоском. - Кроу злится на Силаса, потому что тот отправил Сангвина в нехороший дом в Серой Пустоши. Кроу задушил меня, и я очнулся в ящике, было очень шумно, вы двое тоже там лежали, и у вас из голов текла кровь. Новый хозяин ушел, но я слышал... Я слышал Кесслера.
Это имя произвело на меня эффект взорвавшийся ядерной бомбы.
- Кесслер? - зарычал я. Дрейк уставился на меня круглыми от страха глазами. - Сука, Кесслер в этом замешан?
Дрейк начал пятиться, но мое терпение лопнуло.
- Нет, ты останешься здесь и, блядь, поговоришь со мной, - огрызнулся я, делая первый твердый после воскрешения шаг к съежившемуся кикаро. - Кто, блядь, нас вывез сюда? Сангвин? Этот новый человек? Кесслер? Дрейк, говори!
Дрейк повернулся и бросился наутек.
- Вернись! - взревел я, но мне на плечо опустилась ладонь.
- Ривер, - прозвучал спокойный голос Киллиана. - Малыш, сядь. Я с ним поговорю.
Я стиснул зубы. Ярость так и бурлила под кожей, и меня крайне раздражало, что я посреди пустыни и рядом нет ничего живого, что бы можно было бы взорвать или покромсать и выпустить пар.
Кесслер бросил нас в жопе мира. Просто, блядь, оставил страдать в водном аду, хуй знает сколько времени, хуй знает где. Клянусь могилами своих отцов, я прикончу этого человека и сожру его сраный мозг на глазах у его рыдающей семьи.
- Малыш... - Киллиан уже стоял, на дрожащих ногах, держась за стену, но стоял. - Мы вместе, - он коснулся моей щеки теплыми пальцами. - Мы вместе, Ривер. Он не развез нас по разным концам света. Мы вместе.
Мой парень наклонился и поцеловал меня в щеку.
- Я поговорю с Дрейком. Оставайся здесь.
Я смотрел на реку, а в голове проносились картинки, как я убиваю Кесслера самыми ужасными способами. В этот момент я как раз представлял, как поджариваю его целиком в гигантской фритюрнице, когда услышал тихий голос Киллиана.
- Никто на тебя не злится, - мягко сказал он. - Ривер просто расстроен из-за сложившейся ситуации, но он не злится на тебя.
- Я знаю, - жалобно проскулил Дрейк. - Я просто боюсь его. Все всегда говорили, что он злой и опасный.
Охуенно верно, малыш.
- К нему просто нужно немного привыкнуть, - сказал Киллиан. - Расскажи мне с самого начала, что ты помнишь?
Дрейк шмыгнул носом.
- Я пошел в Алегрию, чтобы навестить Сангвина, - начал он. - Когда я вошел в комнату... там был Кроу.
- А Кроу... Я слышал, что с Сангвином случилось что-то плохое в детстве, а Кроу - это вторая личность Сангвина, да?
Дрейк, видимо, кивнул, потому что Киллиан продолжил.
- Так, там был Кроу... и что произошло потом?
- Я испугался, потому что он вел себя очень странно. Кроу обычно похож на... на Сангвина, но, но... - наступила пауза. - Но более... более...
- Темпераментный?
- Даа, - сказал Дрейк. - Он Сангвин, но типа двойная порция Сангвина. И вот этот Кроу был похож на двойную порцию Кроу. Он был похож на... злого Кроу. Злой Кроу схватил меня, и хотя я звал хозяина Силаса, Кроу задушил меня, и я умер.
- А когда ты очнулся, ты сказал, что был в ящике со мной и Ривером?
- Да, и я слышал, как Кесслер разговаривал с Новым Хозяином, - сказал Дрейк. - Их почти не было слышно, но я узнал Нового Хозяина, потому что он мне не нравится.
Новый хозяин...
У меня перехватило дыхание, одновременно Киллиан произнес это вслух, а я одними губами:
- Скай Фэллон?
- Да.
Блядь.
Блядь. Блядь. Блядь.
Я закрыл лицо руками и подавил желание устроить еще один гребаный Фоллокост прямо посреди Серой Пустоши. Это сделал ебучий Скай Фэллон, его ХМТ в теле Адлера. И кто вернул эту суку к жизни?
Эта пилюля оказалась чертовски горькой.
- Я закричал, потому что испугался, - сказал Дрейк. - С ящика сняли крышку, и там оказался Новый Хозяин в маске. Он не хотел, чтобы я его узнал, но я уже знал, что это он. Новый Хозяин сказал, что это Киллиан кричит, а потом ударил меня ножом в шею, и я умер.
Я нахмурился. Киллиан повернулся ко мне, и мы обменялись взглядами.
- Он не хотел, чтобы Кесслер знал, что везет Дрейка... - задумчиво произнес я. Дрейк бросил на меня испуганный взгляд, когда я подошел к ним, но больше не пытался убежать. - И тебя приковали к этим бетонным плитам вместе с нами, да?
Дрейк кивнул и указал на плиты, все еще лежащие на дне бурлящей реки, расположенные в форме треугольника.
- Я был внизу, ты - слева, а Киллиан - справа.
- Ты думаешь, Скай шантажировал Кесслера, когда они приземлились? - спросил Киллиан.
Я покачал головой.
- Не знаю. Еще я не понимаю, какого хрена Скай согласился помогать Сангвину.
- Кроу... - пробормотал Дрейк.
- Это Сангвин, я буду звать его... - я замолчал, увидев пристальный взгляд Киллиана.
- У него диссоциативное расстройство, Ривер. Это неуважительно. Это сделал Кроу, а не Сангвин.
Я уставился на него в ответ.
- Ну, извините, что я не проявил уважение к психу, когда сижу в гребаной Серой Пустоши в одних, блядь, трусах после трехмесячного маринования под водой. Продолжай, Киллиан.
Киллиан слегка улыбнулся, а я недовольно рыкнул и покачал головой.
- Я рад, что тебе весело, - огрызнулся я. - Но ты перестанешь улыбаться, как только сядет солнце и мы все окочуримся насмерть, - я заглянул в разрушенный дом и увидел кучу одеял с пятнами засохшей крови. - Дрейк, ты тут спал? - спросил я, подходя к одеялам и все еще держась за стену, чтобы не упасть.
- Да, - сказал Дрейк. - Я спал рядом с вами, когда вы воскресали, потому что вы были горячие. Потом вы стали холодные, и я укрылся одеялами. Сейчас мне снова холодно, и я хочу кушать. Может, пойдем поищем ресторан? - я приподнял бровь, а Дрейк похлопал себя по карману.
Внезапно глаза кикаро расширились от паники.
- Моя черная карточка, - в отчаянии заныл он. - Мы не получим бесплатную еду без моей черной карточки.
Приподнятая бровь дернулась.
- Ты же понимаешь, что мы в Серой Пустоши? Здесь нет ресторанов.
Дрейк посмотрел на меня без малейшего проблеска интеллекта на лице.
- Значит, нам придется есть в продуктовом магазине? - спросил он таким тоном, будто ему предложили есть из мусорного бака.
- Неет... - протянул я. - Малыш, мы в мертвом мире. Нам придется молиться мертвым богам, чтобы в этих домах нашлись консервы. Иначе мы сегодня останемся без еды.
Дрейк моргнул.
- Тогда где-то поблизости должна быть лаборатория, - сказал он и начал осматриваться. - У ученых всегда есть хорошая еда.
Я услышал странный шум и обернулся на Киллиана, который все еще сидел на земле, где разговаривал с Дрейком. Мой парень покраснел и изо всех сил сжал губы.
Он пытался не засмеяться.
Увидев мой уничтожающий взгляд, он улыбнулся.
- Это просто мило, вот и все, - он поднялся на колени и посмотрел на Дрейка. - Дрейк, ты бывал только в лабораториях в Серой Пустоши?
Дрейк кивнул.
- И на военных базах...
Улыбка Киллиана сменилась выражением трогательного сожаления.
- Судя по всему, рядом нет ничего из этого, - сказал он. - Мы за много километров от Скайфолла и, видимо, от любой цивилизации. Здесь только радзвери и мы втроем. Ни ресторанов, ни магазинов, ни лабораторий.
Глаза Дрейка заметались по сторонам, и с каждым движением его все больше охватывало беспокойство. Парень продержался еще секунд пять, и снова полились слезы.
- Ты сейчас так, блядь, так похож на Илиша, - сказал я, покачав головой. - А эта химера постоянно ревет. Я что, попал в другое измерение?
Киллиан бросил на меня строгий взгляд и похлопал Дрейка по плечу.
- Не плачь, - сказал он. - По крайней мере, ты не один, - Киллиан посмотрел на меня и улыбнулся. - Мы все должны быть благодарны, что мы вместе. Сейчас все, может, и кажется дерьмовым, но мы вместе.
Я понял, что его слова предназначались и Дрейку, и мне. Он прав, конечно, - мы вместе, и это хорошо, но этот факт все равно лишь ложка меда в бочке дерьма.
- Мне страшно, - захныкал Дрейк. - Я вас обоих не знаю. А что, если вы меня убьете и съедите? - слезы и сопли стекали по бледному лицу кикаро, и, хотя он вытирал их рукавом серого худи, их поток не спадал. - Все говорили, что Ривер злой, что Ривер убивает людей. Ривер убил моего младшего брата Тимми. Тимми был мудаком, но все равно он был моим братом.
Киллиан погладил Дрейка по руке.
- Кесслер очень обидел Ривера, - сказал он. - У Ривера свои счеты с семьей Деккер, но тебя это никак не касается. Тебе не нужно бояться Ривера. Да, Ривер? - Киллиан выразительно посмотрел на меня.
Я вздохнул и провел рукой по лицу. До меня только сейчас дошло, что этот парень теперь будет с нами таскаться по Серой Пустоши.
Но он нас спас, мы в долгу перед мелким ублюдком, и, судя по остальным химерам, могло быть намного хуже. Если бы мы застряли, например, с Калигулой, после того дерьма, что он устроил, когда забирал нас из Турриса, я бы отправил его обратно в реку. Честно говоря, список химер, которых я мог бы терпеть, крайне ограничен, и, полагаю, умственно отсталый ретривер-кикаро может быть в нем.
Однако что-то подсказывало мне, что я еще пожалею об этом.
- Ладно, - сказал я. - Пока ты не покусаешь Киллиана и не нагадишь, я тебя не трону, - этому парню повезло, что он бессмертный, иначе я бы прикончил его прямо сейчас, потому что мне, блядь, не уперлось беспокоиться за его жизнь.
- Я буду себя хорошо вести, - сказал Дрейк. - У меня даже глистов больше нет.
Эммм... поздравляю?
Но тут я понял, что он имел в виду.
- Глистов? Типа прокси-червей?
Я подошел к Киллиану и протянул ему руку, чтобы он попытался встать. От сидения мышцы на ногах не вспомнят свою долбанную работу.
Дрейк кивнул. Я поддержал Киллиана и взял его за руку.
- Давай, попробуем обойти вокруг дома, - сказал я ему. - Как только сможем пройти несколько метров, попытаемся потихоньку добраться до тех домов, - я взглянул на небо, серое солнце уже приближалось к горам вдалеке. - Через несколько часов стемнеет, но мы успеем.
Киллиан вскрикнул, когда его ноги подкосились, но я напряг руку, и он устоял.
- Не могу поверить, что прошло несколько гребаных месяцев, - сказал он. - Тебе, наверное, уже двадцать один, старина. Надо будет устроить вечеринку по случаю твоего дня рождения.
Дрейк рассмеялся, и я впервые услышал, чтобы парнишка проявлял какие-то эмоции помимо страха и плача.
- Он еще не старый. Мне шестьдесят один год, - сказал он. - Хозяину Силасу больше трехсот.
Киллиан нахмурился.
- Разве ему не двести... пятьдесят с чем-то?
Дрейк фыркнул.
- Нет, дурень, - сказал он. - Тогда бы он перестал стареть физически, когда случился Фоллокост. А как это возможно, если его создали в древнем научном центре, и он перестал стареть в двадцать четыре года? Хозяин Силас говорит, что люди сами так решили после Фоллокоста, а он просто смирился, потому что возраст больше не имеет для него значения. Хозяина Силаса создали... - Дрейк приложил пальцы к губам, как делают, когда рассказывают большой секрет, и воровато огляделся по сторонам. - Хозяина Силаса создали нацисты, - прошептал он, опустил руку и еще раз огляделся, будто ожидал, что Силас выскочит из-за скалы, разъяренный тем, что Дрейк растрепал его тайну.
Вот оно что.
- Ну, неудивительно, что его создали во время войны, - сказал я, пожав плечами. - Дрейк, возьми одеяла. Сейчас мы попытаемся дойти до тех домов и не сможем нести их с нашими дерьмовыми мышцами.
Дрейк удивленно выпучился на меня.
- Почему ты не шокирован? Нацисты были действительно ужасными людьми. Силас их ненавидит, Силас ооочень злится, когда мы говорили о них при нем. Он очень расстраивается, когда мы смотрим фильмы о Второй мировой войне, Силас терпеть не может сирены воздушной тревоги, он от них срывается и ругается. Силас ненавидит этих плохих людей. Это была большая новость, я бы удивился ей, но в то время у меня были глисты.
Я ухмыльнулся.
- При следующей встрече назову его Твинлером. Вот ору-то будет. Или Твинклер. А хотя... НЕТ, ТЫ будешь Твинклером!
Киллиан толкнул меня, когда я расхохотался во все горло, но старина Дрейки насупился.
- Ты вздумай никогда его так называть! - возмущенно засопел Дрейк. - Он разозлится. Не зли его, а то он замурует тебя в бетон!
Я фыркнул.
- Пфф, этого мудака я не боюсь. В любом случае, его здесь нет. Видишь? - я сложил ладони в рупор и заорал. - Силас сосет нацистский член!
Дрейк ахнул и прикрыл рот руками.
- Не говори так! Он такого не делает! - воскликнул он, выпучив глаза и подпрыгивая на месте.
Я не смог сдержаться, и Киллиан тоже. Мы оба расхохотались, и от этого у нас буквально подкосились колени.
- Перестаньте смеяться! - воскликнул Дрейк. Я думал, он в обморок рухнет. - Это не смешно, он правда разозлится!
Улыбка Киллиана погасла, когда он увидел, что Дрейк расстроился, что меня рассмешило еще больше.
- О, Дрейк, все в порядке. Не переживай, - мой парень сумел подняться и, пошатываясь, шагнул к кикаро. - Силаса здесь нет. Он не узнает, что сказал Ривер.
- Но Ривер ему расскажет! - завопил Дрейк. Именно в этот момент я понял, что мы все нехуево шумим, и поскольку я понятия не имел, где, блядь, мы находимся и что тут живет, нам придется умерить веселье, хотя бы на время. Да, мы бессмертны, но нас уже не было два-три месяца, и не очень-то хотелось терять еще несколько на то, чтобы воскресать из дерьма рейверов.
- Нет, он не узнает, - заверил Киллиан. - Ривер просто шутит. Разве у тебя нет братьев, которые дразнят друг друга? Ривер такой же, шутник и задира.
Дрейк успокоился, но состроил забавную надутую моську.
- Да, - сказал он и вытер глаза. - Многие так делают, - он взглянул на меня, но быстро отвел взгляд. - Силас просто очень злится, и когда он злится, он делает мне больно, а я не хочу, чтобы мне было больно.
Брови Киллиана сложились в домик.
- О, бедный мальчик, - я закатил глаза и поковылял к домам, оставив мамочку Мэсси нянчиться с шестидесятиоднолетним дедом. - Мы правда не расскажем ему. Я обещаю, и Ривер обещает. Ты можешь говорить все, что захочешь, про Силаса, да про всех них.
Несколько секунд было тихо, потом я услышал шепот Дрейка:
- Правда? Про всех?
- Да, единственные химеры, которые нам нравятся...
Я обернулся и шикнул. Меньше всего мне надо, чтобы Дрейк узнал, что мы подружились с Илишем, Джейдом, Неро и Сефом. Даже с Адлером. Мы даже не успели рассказали Твинклеру, какого хрена мы не сгорели дотла - нас схватили раньше.
Что вообще Силас знает? Придется действовать осторожно, когда нас спасут. Илиш, скорее всего, придумает какую-нибудь историю, и нам придется ее выучить.
Киллиан задумался, вдруг обе его темно-русые брови взлетели вверх, как будто его посетила гениальная идея.
- Единственный, кто нам нравится, это Гаррет, потому что он помолвлен с нашим лучшим другом.
- А, точно! - воскликнул Дрейк. Он плелся рядом с нами, пока мы с Киллианом пытались делать шаги, как годовалые дети. - Мне нравится Рено. У меня был секс с Рено. Это было весело.
Мм... Уверен, Рено тоже повеселился.
Однако одно упоминание о Рено задело какой-то нерв, и во мне запульсировала злость.
Как, блядь, он мог? Силас? СИЛАС?!
Он что, совсем ебнулся? Невозможно. Ни в какой из охулиона вселенных невозможно.
- С нами еще был Сангвин. А знаете что? Силас приказал Сангвину...
- Помолчи, - я поднял руку. У меня и без того уже глаз дергался от его болтовни, а он еще собирался выводить меня из себя разговорами о Рено. Мы выходили на открытое место, и я должен был знать, что, блядь, происходит вокруг нас. - Сейчас мне нужна тишина, - сказал я ему. - Мне нужно слушать Пустошь, чтобы убедиться, что мы в безопасности. Помолчи, пока я не разрешу тебе говорить. Понял? - если я смог заставить накачанного кокаином Киллиана вести себя тихо, когда мы бродили в Доннели, то недалекого питомца и подавно смогу.
Дрейк закрыл рот и кивнул, но начал подпрыгивать, словно не в силах сдержать бурлящую внутри энергию. В этот момент я понял, что Дрейк Деккер меня будет крайне раздражать. Даже просто находиться рядом с этим болтливым балбесом быстро утомляет.
Но больше всего меня бесило, что я едва мог идти. Ноги дрожали при каждом шаге, и мышцы уже начинали болеть. Киллиан чувствовал мое раздражение, но он знал, что надо оставить меня в покое и продолжать идти.
Не могу сказать, сколько времени у нас ушло на то, чтобы добраться до домов. В Серой Пустоши время никогда не имело особого значения, если только вы не жили в квартале или городе. Я определял время по солнцу, но даже самый умный болван не мог определить его с точностью до часа.
Сколько бы времени ни прошло - два часа, или три - мы добрались до пункта назначения, я и Киллиан чертовски замерзли, учитывая, что наши полуголые тела прикрывали только накинутые одеяла. Это оказался небольшой район - пять домов с одной стороны и пять с другой, их окружали деревья и дорога, почти полностью занесенная пеплом и пылью. Дорога вела к другим районам, но там дома казались сожженными или находились слишком далеко.
Приблизившись к первому дому, я нахмурился.
- А тут все неплохо сохранилось, - сказал я Киллиану, дергая кусок деревянной обшивки, тот оказался довольно прочным. - Видимо, в этом месте не часто идут дожди.
Киллиан так же озадаченно осматривал дом.
- Ты прав, - медленно произнес он, обхватив голыми руками свое худенькое тело.
Мы оба прошли вдоль дома, мокрые ботинки хрустели по утрамбованной золе, и когда Киллиан увидел крыльцо, ведущее к целой, но заляпанной грязью раздвижной стеклянной двери, морщины беспокойства на его лице стали глубже, он задумчиво произнес:
- Терраса совершенно цела.
Терраса?
- Что, блядь, такое терраса? - спросил я.
- Это веранда, - подсказал Дрейк у меня за спиной.
Я обернулся и уставился на него, Киллиан заржал.
- Говорите по-английски, тупорылые скайфольцы.
Киллиан улыбнулся.
- Малыш, это крыльцо, - сказал он и указал на гребаное крыльцо, которое только так и называлось. - Вот эта штука.
Я цыкнул и покачал головой, поднимаясь по ступенькам на крыльцо.
- Оно чертовски прочное... - медленно произнес я, и тогда только во мне зародилось беспокойство. Я обвел взглядом окрестности, элитные дома, которые до Фоллокоста могли считаться раем загородной жизни, и понял, что каждый из них... нетронут.
Их не испортила Серая Пустошь, едва коснулось время и дожди...
Крыши с черепицей покрыл слой пыли, но они не обвалились, сайдинг, тоже покрытый серым налетом, не отвалился, стены не просели. Единственное повреждение, которое я увидел - некоторые из них обгорели. И похоже, пожар случился давным-давно...
Беспокойство росло, и стало совсем не до шуток.
Мы с Киллианом обменялись мрачными взглядами, в которых читалась одна и та же мысль.
Эти ублюдки высадили нас в Чумных Землях.
В гребенные кишащие прокси-червями и гигантскими облученными монстрами Чумные Земли.
Место, которое в буквальном смысле являло собой весь мир, за исключением маленького островка жизни - Серой Пустоши и Скайфолла.
- Ты же не думаешь... - медленно произнес Киллиан. Услышав его тон, Дрейк растеряно смотрел то на меня, то на него.
- Именно так я и думаю, - мрачно сказал я, повернулся и направился к раздвижной стеклянной двери. - Давайте войдем. Внутри этого дома нет никаких признаков живых существ, но если мы в Чумных Землях, мне надо будет убрать радиацию, чтобы к нам не заползли прокси-черви.
Стеклянная дверь протестующе заскрежетала, явно недовольная тем, что ее потревожили спустя более двухсот лет, но она оказалась незаперта, и в конце концов мне удалось отодвинуть ее на полметра.
Внутри царила тишина. На меня сразу же пахнуло затхлостью и ветхостью, смешанными со странным запахом жести, который я замечал в местах с повышенной радиацией.
Да, в этом доме не было ничего необычного... если не считать слоя пыльного пепла, все выглядело так, словно это место заморозили. Гребаная краска покрывала стены и не думала осыпаться, как и настенные панели, ковер на полу серый, но пушистый на вид, а с потолка отвалилась лишь пара крошек гипсокартона. Если бы мы были в долбанной Пустоши, то половина, если не больше, потолка уже лежала бы на полу, вперемешку с утеплителем и старыми электрическими проводами.
Мне даже не придется убеждать Киллиана, он сам все поймет, едва переступив порог... это Чумные Земли.
'Кесслер, Скай... Я потрачу свою гребаную бессмертную жизнь на то, чтобы заставить вас заплатить за это дерьмо.'
- Заходите в дом, - сказал я, входя в гостиную. Рядом с длинным диваном стоял стеклянный кофейный столик, а на другой стороне комнаты - запятнанное зеркало над пыльным телевизором на деревянной подставке. Полки и деревянная мебель тянулись по обеим сторонам, а за ними виднелись кухня, несколько закрытых дверей и коридор.
Словно музей прежней жизни. Как все могло сохраниться настолько нетронутым? Даже дома в районе Чумных Земель, в котором мы жили с Киллианом, немного пострадали от воды. Неужели мы оказались настолько далеко, что здесь, блядь, кардинально другой климат?
Беспокойство, накормленное этими подтверждениями, выросло в тошноту. Становилось все очевиднее, что Кесслер и Скай абсолютно точно нас поимели.
И не только нас... Любимого маленького кикаро Силаса.
Кто-то чихнул. Я посмотрел в сторону - Дрейк шел на кухню, размахивая руками и качая головой, словно у него в голове звучала песня. Я посмотрел ему за спину и увидел только пару отпечатков ног на золе.
- Где Киллиан? - спросил я Дрейка.
- Он сказал, что скоро вернется, - ответил Дрейк, и я услышал, как он роется на кухонных полках. - Все эти банки-жестянки выглядят отвратительно... и какие-то пакеты с продуктами. Я ничего из этого не хочу, - Дрейк повысил голос. - Я хочу есть, так что съем совсем немного. Наемся, когда вернусь домой, а то все эти штуки выглядят как-то не очень, - он начал прыгать на одном месте, и внезапно запел. - Хочу есть. Хочу есть. Хочу есть. Хочу есть.
Я поджал губы, маленький идиот выбрал реально неподходящее время, чтобы показать мне, каким невероятно раздражающим он может быть.
- Дрейк, прекрати шуметь, - сказал я, подключив предупреждающий тон, чтобы он наверняка заткнулся. - Мне надо очистить это место.
- Мы все бессмертные. Здесь никого нет, я был здесь вчера, чтобы...
- Дрейк! - рявкнул я и резко обернулся. - Я сказал, заткнись нахуй!
Дрейк уставился на меня, сжимая в руке старую коробку с хлопьями. Огромные оранжевые глаза, такие же контрастирующие с однотонным миром, как у Киллиана, округлились, заблестели...
... и в следующее мгновение из них хлынули слезы.
Но мне было как-то похуй, кипя от злости, я протопал на кухню.
- Если ты собираешься, блядь, реветь, иди и делай это на улице, но чтобы я тебя не слышал! - закричал я. - У меня и так дохуя забот, чтобы обезопасить нас, и я заебался от того, что ты все время ревешь, как только задевают твои дебильные чувства!
- Ривер...
Я обернулся и увидел Киллиана на пороге кухни. Он что-то держал в руках, но я был слишком взбешен, чтобы обращать внимание на его находки.
- Нет, он должен слушаться, - огрызнулся я. - Если мы реально в гребаных Чумных Землях, то здесь ползает такое дерьмо, что мы можем застрять тут полуживыми зомби на столетия, блядь. Он должен... - я резко заткнулся, поняв, что Киллиан держит в руке.
Номерной знак с машины, наспех очищенный от грязи, судя по всему, плевком и рукавом.
Белый, с синими цифрами и красной надписью над ними.
И эта красная надпись... гласила: «Калифорния».
Мы в гребаном штате Калифорния.