Ненавижу / Данон

Тишина студии больше не казалась уютной. Она давила на Кристину, заставляя её чувствовать тяжесть того, что только что произошло. Данон сидел напротив, всё ещё полураздетый, и с той самой самодовольной улыбкой, которая одновременно бесила её и притягивала.

— Ты думаешь, что это всё что-то изменит? — наконец нарушила молчание Кристина, скрестив руки на груди.

— Конечно, — спокойно ответил он, надев футболку. — Например, теперь я знаю, что ты меня не ненавидишь.

Она закатила глаза.
— Ты прекрасно знаешь, что это была ошибка.

— Ага, конечно, — он усмехнулся, привалившись к пульту. — Если хочешь это так назвать.

— Именно так я это и называю, — она посмотрела на него, её взгляд был холодным, но голос выдавал внутреннее смятение. — Мы просто... переборщили.

— Правда? — он встал, облокотившись на стол, его взгляд прожигал её. — А почему я в это не верю?

— Потому что ты, как всегда, самоуверенный придурок, — отрезала она, подняв с пола футболку и натянув её через голову. — Но я серьёзно. Этого больше не повторится.

Он поднял руки в жесте сдачи, но его глаза всё ещё искрились весельем.
— Ладно, как скажешь. Но... мне показалось, что ты не особо возражала.

Она резко обернулась, её взгляд был полон злости.
— Да, я не возражала, но это не значит, что это что-то изменит.

— Понимаю, — он стал серьёзным, его голос стал ниже. — Это меня и пугает.

Её дыхание сбилось. Эти слова, сказанные с неожиданной искренностью, выбили её из равновесия. Но она тут же вернула себе контроль.

— Мне не важно, что тебя пугает, — сказала она, подняв подбородок. — Я не хочу, чтобы это... — она махнула рукой, обозначая их ситуацию, — как-то влияло на мою работу.

— Конечно, профессионализм превыше всего, — кивнул он, его тон стал более жёстким. — Но ты же понимаешь, что притворяться больше не получится?

— Я не притворяюсь, — резко ответила она. — У нас ничего нет. И никогда не будет.

Он сделал шаг к ней, и её тело мгновенно напряглось, готовое либо оттолкнуть его, либо... снова поддаться.

— Скажи это ещё раз, — сказал он тихо, глядя ей прямо в глаза. — Попробуй соврать мне в лицо.

Она открыла рот, чтобы ответить, но не могла. Его уверенность, его близость — всё это снова сбивало её с толку.

— Уходи, — наконец выдохнула она, отступая к двери. — Просто уходи.

Он смотрел на неё ещё несколько секунд, а потом медленно кивнул.
— Как скажешь.

Развернувшись, он вышел, оставив её одну в студии.

Она опустилась на стул, закрыв лицо руками. Её мысли были хаотичными, эмоции смешанными. Этот человек... он не просто выворачивал её изнутри — он заставлял её сомневаться в том, кем она была.

Кристина сделала глубокий вдох, пытаясь прийти в себя.
"Это всё. Это было один раз, и больше не повторится."

Но внутри она уже знала, что это ложь.

Позже вечером.

Она сидела дома на диване, уставившись в пустой экран телевизора. Её телефон лежал рядом, молчаливый, но каждая вибрация заставляла её сердце замирать. Она не могла перестать думать о нём — о его руках, его голосе, о том, как он смотрел на неё.

Она подняла телефон, открыв сообщения.
Около часа назад Сабина написала:
"Ты куда пропала? Ты жива там вообще?"

Кристина быстро набрала ответ:
"Да, всё норм. Просто была занята."

Но вместо того чтобы отправить сообщение, она вдруг заметила, что думает о том, чтобы написать Данону.

Она сбросила телефон на стол.
"Нет. Это не повторится."

Но даже в этот момент её тело предательски дрожало, вспоминая каждую секунду их момента в студии.

Поздний вечер. Квартира Данона.

Он сидел в темноте, держа в руках полупустую бутылку пива. Его квартира, обычно наполненная звуками игр или музыки, сегодня была пугающе тихой. Взгляд был устремлён на экран телефона, где открытым оставалось последнее сообщение от Аня.

Ань:
"Ты вообще понимаешь, что делаешь?"

Он не ответил. Потому что сам не знал.

Данон сделал глоток, чувствуя, как алкоголь разливается по его телу, но не снимает напряжения. В его голове снова и снова возникала её фигура, её голос, её руки, цеплявшиеся за него, как будто она тоже не могла отпустить.

"Она ненавидит меня."

Но теперь он знал, что это неправда. Ненависть не выглядела так. Ненависть не оставляла на губах вкус, от которого невозможно избавиться.

Он снова посмотрел на телефон. Его пальцы застопорились над клавиатурой.

Данон:
"Ты прав. Я делаю всё не так."

Он сжал телефон, но отправлять сообщение не стал. Он знал, что это ничего не изменит. Кристина сейчас наверняка сидела дома и пыталась убедить себя, что между ними ничего не было.

Или... она думала о том, что будет дальше?

Его ладонь сжалась в кулак.

"Я должен всё это отпустить."

Но отпустить её казалось невозможным.

Поздняя ночь. Квартира Кристины.

Она снова стояла у окна, глядя на ночной город. Мысли бились в голове, как бабочки в стеклянной банке.

Почему он так на неё действует? Почему каждый раз, когда она думает, что поставила точку, всё начинается заново?

"Он, наверное, уже забыл."

Но её тело всё ещё помнило, как он касался её, как его голос звучал, как будто он говорит правду, которую она сама боялась признать.

"Нет. Это не повторится."

Её глаза задержались на экране телефона. В голове крутилась мысль: "Может ему позвонить?" Но она тут же отмахнулась.

"Откуда у меня вообще может быть его номер?" — подумала она, но тут вспомнила. У них был общий чат в телеге, в котором были все, кто участвовал в съемках Иксайла.

Её пальцы замерли над экраном. Открыть этот чат, найти его... Она быстро закрыла телефон и снова отбросила его на диван.

"Это безумие."

Но спустя несколько минут, не выдержав, она всё же открыла чат и нашла его контакт.

Три гудка.

— Алло? — его голос был низким, слегка хриплым. Он не ждал звонка в только поздний час.

— Зачем ты так? — выдавила она.

Он секунду молчал, будто не мог поверить, что это был её голос... она ему позвонила?!

— Как "так"? — он замолчал на секунду. — Я не понимаю, о чём ты.

— Зачем... всё это? — её голос дрожал.

— Я думал, ты всё понимаешь, — тихо ответил он.

Её сердце забилось сильнее.

— Я ничего не понимаю, — она почти шептала.

— Ты правда хочешь это обсудить? — его голос был мягким, но напряжённым.

Она не ответила.

— Тогда скажи, — продолжил он. — Ты правда хочешь, чтобы я оставил тебя в покое и всё это закончилось?

Её губы открылись, чтобы сказать "да", но слова не вышли.

— Нет, — наконец прошептала она.

— Тогда не проси этого.

Его голос был твёрдым, но в нём звучала какая-то безысходность. Она закрыла глаза, чувствуя, как её тело слабеет под напором эмоций.

— Ты же знаешь, что это все как-то неправильно, — сказала она наконец.

— Знаю, — он засмеялся, но в его смехе не было радости, а лишь нотка отчаяние. — Но мне плевать.

Его слова ударили её сильнее, чем она ожидала.

— Я не могу, — сказала она, её голос сорвался. — Я просто... не могу.

— Тогда скажи мне это наконец в лицо, — его тон был холодным, но решительным. — Завтра.

Она повесила трубку, чувствуя, как слёзы накатывают на глаза.

"Я не должна этого делать."

Но она знала, что завтра она всё равно его увидит.