Ненавижу / Данон

Съёмочная площадка. День.

Студия была заполнена привычной суетой: операторы проверяли камеры, светотехники бегали с кабелями, ассистенты бегали с бумагами, а режиссёр громко отдавал команды. Кристина стояла у звукового пульта, проверяя настройки. Её лицо выражало привычную концентрацию, но внутри всё кипело.

Данон, который должен был появиться ещё двадцать минут назад, только что вошёл в студию, небрежно кидая шутки направо и налево, как будто ничего не произошло.

— О, привет, — сказал он, заметив её. — Я не опоздал, правда?

Она резко повернулась, её глаза буквально сверлили его.
— Опоздал? Ты шутишь? У нас тут съёмки идут, а ты появляешься, когда тебе вздумается!

— Да ладно, я же здесь, — он пожал плечами, будто ничего серьёзного не произошло.

— Здесь? — её голос повысился, и все вокруг начали оборачиваться. — Ты думаешь, этого достаточно? У нас из-за тебя всё идёт не по плану. Это просто неуважение ко всей команде.

— Да что ты преувеличиваешь, — он усмехнулся, но его улыбка выглядела нервной. — Всё под контролем.

— Под контролем? — её голос стал ледяным. — Ты даже не знаешь, что у тебя сегодня по сценарию, не так ли?

— Знаю, конечно, — попытался оправдаться он, но её взгляд мгновенно сбил его с толку.

— Да ты издеваешься! — воскликнула она, бросая папку на пульт. — Каждый раз одно и то же! Ты приходишь с этой своей идиотской улыбкой, делаешь вид, что всё нормально, а потом мы все разгребаем последствия!

Её крик заставил всю студию замереть. Даже Илья Эксайл, на чей канал они сегодня снимали видео, на секунду отвлёкся от разговора с Кокошкой, наблюдая за сценой.

— Эй, может, не так громко? — сказал Данон, глядя на людей вокруг.

— А может, ты начнёшь вести себя как профессионал?! — её голос сорвался, и она шагнула ближе. — Ты меня уже заебал своим поведением. Я не могу нормально работать с такими людьми, как ты!

Его лицо исказилось на мгновение — то ли от злости, то ли от смущения.
— Это слишком, — тихо сказал он, но в его голосе не было привычной уверенности.

— Слишком? — она фыркнула. — Слишком — это терпеть тебя каждый раз. Ты вообще понимаешь, что вокруг тебя не кружок фанаток, а люди, которые работают?

— Всё, хватит, — вмешался Илья, выходя из-за камеры. — Кристина, сделай перерыв.

— Да, конечно, — бросила она, хватая свою сумку. — Потому что это именно мне нужен перерыв, не ему.

Она развернулась и вышла из студии, оставив за собой громкую тишину.

Данон остался стоять на месте, чувствуя на себе взгляды всей команды. Его лицо покраснело, но он старался не подавать виду.

— Ну, ты и облажался, — прошептал Ярик, стоявший неподалёку.

— Да иди ты, — бросил Данон, всё ещё глядя на дверь, через которую ушла Кристина. Внутри он чувствовал смесь вины и злости, но главное — страх, что она действительно его ненавидит.

Коридор студии. После съемок.

Когда съемки за кончились, Кристина шла по длинному коридору студии, сжимая пальцы в кулак. Она пережила этот съемочный день. Но её раздражительность никак не отспускала. Её шаги гулко отдавались эхом, пока она не свернула в небольшой закуток, где стоял её стол с ноутбуком и кучей проводов. Она бросила сумку на стул и с силой выдохнула, пытаясь успокоиться.

"Этот придурок опять всё испортил."

Её мысли кипели. Его лицо, эта его идиотская самоуверенная улыбка, словно он никогда в жизни не делал ничего плохого. И почему, чёрт возьми, её сердце билось так быстро, когда она думала об этом?

Звук шагов позади заставил её обернуться.

— Ты что, преследуешь меня? — резко спросила она, увидев Данона.

— Преследую? — он нахмурился, но в его голосе звучала насмешка. — Я просто хотел объясниться.

— Объясниться? — она скрестила руки на груди, глядя на него с таким презрением, что он, кажется, невольно отступил на шаг. — А что ты хочешь объяснить? Что ты безответственный? Что ты постоянно всё портишь? Я...

— Ты меня ненавидишь? — перебил он, его голос был низким и напряжённым.

Кристина замолчала. Это было неожиданно.

— Ты хочешь это сказать? — он шагнул ближе, его взгляд был прямым, почти обжигающим. — Потому что я не верю.

— А во что ты веришь? — её голос сорвался, она снова шагнула к нему, чтобы не чувствовать себя слабой.

— Что ты так же, как и я, не можешь выбросить из головы то, что произошло.

Она замерла. Их лица были на расстоянии вытянутой руки.

— Ты ошибаешься, — прошептала она, её голос дрожал, хотя она пыталась сохранить твёрдость.

— Правда? — он наклонился чуть ближе, его голос стал мягче, но в нём звучал вызов. — Тогда почему ты не уходишь?

— Потому что... — начала она, но не смогла найти слов.

В следующую секунду он наклонился и поцеловал её.

Это не было мягко или осторожно. Его губы накрыли её с такой силой, что она невольно упёрлась руками ему в грудь. Но вместо того чтобы оттолкнуть, она сжала его худи в кулаках.

Её разум кричал, что нужно остановиться, но тело опять предало её. Его руки обхватили её лицо, пальцы коснулись шеи, и она почувствовала, как всё внутри неё разрывается.

Она ответила на поцелуй с такой же страстью, как будто это была война, а не уступка.

— Ты отвратителен, — прошептала она, отрываясь на секунду, но тут же вернулась к нему.

— А ты та ещё сука, — ответил он, его голос был хриплым, прежде чем он снова поцеловал её.

Её спина ударилась о стену, и она почувствовала, как его рука скользнула вниз к её попе, притягивая её ближе. В голове пульсировала мысль: "Почему я это делаю? Почему я не могу его остановить?"

Но она знала ответ.

Её дыхание стало прерывистым, пока она не смогла больше терпеть. Она резко оттолкнула его, её руки всё ещё дрожали.

— Вали отсюда, — прошептала она, хотя её голос звучал совсем неубедительно.

Он посмотрел на неё, его глаза были тёмными и блестели от напряжения.

— Скажи это ещё раз. Скажи, что ты не хочешь большего.

Она ничего не сказала. Просто отвернулась, стараясь выровнять дыхание.

— Это не изменит того, что ты меня ненавидишь, — добавил он, отступая. — Но я знаю, что, ты хочешь меня так же, как я тебя.

Она закрыла глаза, слыша, как его шаги затихают за дверью. Её пальцы всё ещё ощущали тепло его кожи.

И её ненависть к нему становилась ещё сильнее — потому что он был прав.