Апатия
Посмотрев на своего одноклассника в ответ, Финляндия даже немного опешил, так как он не ожидал столь быстрого пробуждения эстонца. Но всё же взяв себя в руки, финн заставил свою внешнюю оболочку стать снова спокойной, на самом деле ощущая внутри себя целую бурю эмоций. В свою очередь, Эстония попытался отвести взгляд в сторону, стараясь не смотреть даже краем глаза на сидящую напротив страну.
— Долго будешь молчать? — спросил Фин, только через пару секунд понимая, что допустил грубую ошибку, говоря так холодно и отчужденно. Эстония еле заметно вздрогнул, но это все равно увидел его собеседник, поэтому и слегка сжал ткань кофты в своих руках.
Прости, мне не стоило так начинать разговор. Как и тогда давить на тебя... — произнес Финляндия, опуская глаза вниз. Эст, повернув голову на одноклассника, сильно удивился такому повороту событий. Для него уже был необычен тот факт, что финн вообще остался с ним, так он еще и извинился. Но чувства самосохранения и осторожности заставляли эстонца не верить словам одноклассника, так как они могли быть ложью и простым лицемерством.
— Ты в порядке? — поинтересовался финн, опуская свои руки и действительно немного обеспокоившись о своем собеседнике. Эстония лишь молча посмотрел на Финляндию в ответ, будто пытаясь разглядеть в его белых и ледяных глазах правду.
— Я так понимаю, что ты меня теперь ненавидишь? Хотя это было и так логично... — ответил Фин, томно вздыхая. В данный момент ему не хотелось мешать своему однокласснику восстанавливаться, к тому же, парень видит, что его присутствие здесь только злит эстонца. Поэтому приняв решение просто удалится из прохладного помещения, Фин встал со стула и пошел по направлению к двери.
— Ты куда? — спросил Эстония, после чего его собеседник остановился.
— Я пойду в класс, если ты так хочешь остаться один. Кстати, ты бы так не пугал, а не то я реально подумал, что тебе кранты... — ответил финн, уже касаясь дверной ручки и немного надавливая на неё.
— Ну... вообще-то, я просто думаю, что ты лишь используешь меня для своих, и не только, корыстных целей. Я просто не хочу снова становиться игрушкой... — произнес Эстония, немного приподнимаясь и принимая сидячее положение, при этом приобнимая свои локти. Фин на секунду остановился, после чего, отпустил металлическую ручку, оборачиваясь. Альфа хотел что-то сказать в ответ, но звуки просто не выходили изо рта, а в голове было пусто. Фин просто смотрел на своего одноклассника, глаза которого смотрели в ответ на него, образуя замкнутый круг, так как никто не мог ничего сказать друг другу. Через пару секунд финну таки удалось отвести взгляд от омеги, но теперь его бледное лицо начинало знакомо покалывать и нагреваться. Вся эта тишина вокруг просто сводила с ума, а этот беззащитный вид Эстонии и его кристальные глаза заставляли в голове Финляндии появится самые разные мысли, половина из которых и довела лицо парня до такого состояния. На секунду финн даже задумался: а действительно ли он считает эстонца просто игрушкой для манипуляции или генератором вечный спектаклей? На самом ли деле он видит в Эсте только неудачника? Фин уже и сам не уверен. Его мысли спутались в один большой клубок, заставляя голову снова болеть. Парень понимает, что теперь не может поднять на него руку и это его злит только сильнее. Какая-то левая омега, что такая же, как и остальные, заставила его своим видом и характером будто упасть на дно, опозориться, стать слабым. Этого не должно было произойти, ведь это буквально может лишить финна его строгого статуса, благодаря которому к нему относятся с уважением и любят остальные. Даже Швеция. Фин давно догадывался о том, что настоящей любви никогда не было и не будет, поэтому он изначально не хотел впускать того в своё холодное сердце. Всё для того, чтобы просто не продолжать страдать в одиночестве.
— Ладно, удачи тебе в выздоровлении. — сухо ответил финн и открыл дверь, выходя из медицинского кабинета. Как только дверь закрылась, эстонец немного поник, понимая, что теперь его одноклассник ненавидит его жалкий вид. И всё же Эст просто хочет верить, что Холодная страна всё еще понимает его и где-то глубоко в душе пытается извиниться...
Зайдя в класс, Финляндия коротко объяснил учителю причину своего опоздания, после чего спокойно сел за свою парту, краем глаза наблюдая за Швецией.
— Серьезно? Это ты таким оправданием пытаешься скрыть то, что ты прижал этого идиота к стенке? И это я еще мягко выражаюсь. — проговорил швед, начиная хитро улыбаться. Но на самом деле, его сжигало своеобразное чувство зависти и ненависти.
— Ты "того"? Почему сразу об этом? Я правду говорю, мы поссорились, и он... потерял сознание. Ничего такого не было. Достал уже... — довольно раздраженно ответил финн, открывая свою тетрадь и начиная записывать в неё всё то, что было написано на школьной доске.
— Ну ладно... — тихо ответил скандинавец, так же переключаясь на учебу. Но только на словах и внешних действиях. На самом деле бета мысленно сжигал Эстонию, уже попутно придумывая для него своё конкретное наказание. Шведу было противен сам факт того, что эстонец вообще существовал, а то, что он мешал ему в его планах, вообще выводило из себя. У Швеции никогда не было чувства сострадания, он даже иногда себя не жалел. Как такой, как Эст, имеет право разговаривать с его другом и находиться в его классе? И что он себе позволяет, пытаясь выставить себя в глазах остальных как можно чище и красивее? Швед таких людей терпеть не может, особенно если это одна из мерзких и низших омег, которые здесь, считай, вообще не имеют прав, кроме своей единственной полезной функции — удовлетворения тех, кто выше и сильнее их, а еще более лучший. Таким, как Эстония, нет здесь места. Они должны быть униженны и уничтожены. Без объяснений...
***
Последний урок прервал школьный и громкий звонок, после чего, все резко встали и начали собираться домой. Но только не Финляндия, который, как всегда задумавшись, этого не заметил. В его голове сейчас был никто иной, как Эстония. Точнее, он думал о его недавнем поведении. Неужели омега так сильно боится его, что даже остерегается обычных слов? Так и есть. Но Фин вовсе того не хочет. Наверное, впервые он захотел того, чтобы к нему просто относились, как к обычной стране, а не чуть ли к королю. Разве он многого просит? Наверное, таки много, раз на это никто не решается. Никто не хочет проблем.
— Эй, ты идешь домой? — спросил Дания, кладя руку на плечо друга. Его немного удивило то, что финн самым последним выходит из класса, что не было похоже на его обычное поведение.
— Что? А, да, иду, сейчас... — ответил Финляндия и оперативно собрался, попутно наблюдая за тем, как датчанин спокойно покидает класс. Но накинув сумку на своё плечо, финн вдруг остановился. Он только сейчас понял, что омега не появлялся до конца всего рабочего дня, что было очень необычно. Его вещи кто-то просто переносил в другие классы, в надежде, что истинный владелец скоро появится. Но этого так и не произошло, поэтому Фина это слегка забеспокоило. Никто, разумеется, обратно к нему домой их нести не будет, ведь никому это не выгодно и не надо. Но решив всё же найти Эстонию, Финляндия вышел из класса и пошел в кабинет медсестры.
Открыв двери и зайдя внутрь чуть прохладного помещения, Фин увидел медсестру и Эстонию, которые о чем-то говорили. Как только они заметили присутствие финна, эстонец тут же застыл на месте и заметно побледнел, своими стеклянными глазами продолжая внимательно наблюдать за одноклассником. А Мари просто повернулась обратно к своим бумагам.
— За тобой пришли, собирайся домой. — спокойно проговорила женщина, и судя по взгляду Эста, он хоть и мог подумать, что за ним кто-то точно должен прийти, но он точно не ожидал, что это будет Фин. Медленно встав с места, европеец устремил взгляд на пол, немного нервно теребя край своей синей кофты.
— "Пришли"? — переспросил Финляндия, после чего, медсестра подняла голову и устало вздохнула, молча кивая в сторону омеги. Финну ничего не оставалось, как согласится на то, чтобы отвести пострадавшего до дома. Иначе если он потеряет сознание снова, это может обернуться трагедией. Поэтому смирившись со своей участью, северянин на мгновение обернулся в сторону входной двери, как бы намекая эстонцу на то, чтобы он выходил из помещения. И Эстония, хоть и осторожно, но прошел мимо Финляндии и быстро вышел из кабинета в школьный коридор. Последовав за своим одноклассником, Фин всего на секунду обернулся назад, чтобы посмотреть на Мари, но лишь увидел то, что она загадочно улыбнулась, опуская голову и продолжая свою работу. Не придав этому значения, парень последовал за Эстонией.
Главная Фэндомы Комиксы Кантриболс (Страны-шарики)
— Твердый хрусталь — 326
Анализа
автор
Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Кантриболс (Страны-шарики)
Пэйринг и персонажи:
Финляндия/Эстония, Финляндия/Швеция, Норвегия, Дания, Россия
Рейтинг:
NC-17
Размер:
планируется Макси, написано 212 страниц, 45 частей
Статус:
в процессе
Метки:
Aged down
Hurt/Comfort
Алкоголь
Ангст
Буллинг
Взросление
Драма
Заболевания сердца
Кноттинг
Нервный срыв
Нецензурная лексика
ООС
Омегаверс
Отклонения от канона
Отношения втайне
Первый раз
Повседневность
Подростки
Подростковая влюбленность
Попытка изнасилования
Психология
Развитие отношений
Романтика
Страдания
Течка / Гон
Унижения
Учебные заведения
Награды от читателей:
Пока нет Наградить фанфик
Описание:
Финляндия даже не представлял, в какую историю он ввяжется, если поможет своему самому нелюбимому и униженному всеми однокласснику. Но ведь это была всего лишь чертова формальность и не более, верно? Да, определенно, так и есть. Скорее всего...
Посвящение:
Всем...
Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию
Примечания автора:
Я старалась...
326
в 41 сборнике
393 отзыва
Апатия
6 сентября 2019, 15:59
Выбрать цвет текста Выбрать цвет фона 100% Выбрать размер отступов 100% Выбрать размер шрифта
Посмотрев на своего одноклассника в ответ, Финляндия даже немного опешил, так как он не ожидал столь быстрого пробуждения эстонца. Но всё же взяв себя в руки, финн заставил свою внешнюю оболочку стать снова спокойной, на самом деле ощущая внутри себя целую бурю эмоций. В свою очередь, Эстония попытался отвести взгляд в сторону, стараясь не смотреть даже краем глаза на сидящую напротив страну.
— Долго будешь молчать? — спросил Фин, только через пару секунд понимая, что допустил грубую ошибку, говоря так холодно и отчужденно. Эстония еле заметно вздрогнул, но это все равно увидел его собеседник, поэтому и слегка сжал ткань кофты в своих руках.
₽
Мини-погрузчик за 14000 руб. в месяц!
— Прости, мне не стоило так начинать разговор. Как и тогда давить на тебя... — произнес Финляндия, опуская глаза вниз. Эст, повернув голову на одноклассника, сильно удивился такому повороту событий. Для него уже был необычен тот факт, что финн вообще остался с ним, так он еще и извинился. Но чувства самосохранения и осторожности заставляли эстонца не верить словам одноклассника, так как они могли быть ложью и простым лицемерством.
— Ты в порядке? — поинтересовался финн, опуская свои руки и действительно немного обеспокоившись о своем собеседнике. Эстония лишь молча посмотрел на Финляндию в ответ, будто пытаясь разглядеть в его белых и ледяных глазах правду.
— Я так понимаю, что ты меня теперь ненавидишь? Хотя это было и так логично... — ответил Фин, томно вздыхая. В данный момент ему не хотелось мешать своему однокласснику восстанавливаться, к тому же, парень видит, что его присутствие здесь только злит эстонца. Поэтому приняв решение просто удалится из прохладного помещения, Фин встал со стула и пошел по направлению к двери.
— Ты куда? — спросил Эстония, после чего его собеседник остановился.
— Я пойду в класс, если ты так хочешь остаться один. Кстати, ты бы так не пугал, а не то я реально подумал, что тебе кранты... — ответил финн, уже касаясь дверной ручки и немного надавливая на неё.
— Ну... вообще-то, я просто думаю, что ты лишь используешь меня для своих, и не только, корыстных целей. Я просто не хочу снова становиться игрушкой... — произнес Эстония, немного приподнимаясь и принимая сидячее положение, при этом приобнимая свои локти. Фин на секунду остановился, после чего, отпустил металлическую ручку, оборачиваясь. Альфа хотел что-то сказать в ответ, но звуки просто не выходили изо рта, а в голове было пусто. Фин просто смотрел на своего одноклассника, глаза которого смотрели в ответ на него, образуя замкнутый круг, так как никто не мог ничего сказать друг другу. Через пару секунд финну таки удалось отвести взгляд от омеги, но теперь его бледное лицо начинало знакомо покалывать и нагреваться. Вся эта тишина вокруг просто сводила с ума, а этот беззащитный вид Эстонии и его кристальные глаза заставляли в голове Финляндии появится самые разные мысли, половина из которых и довела лицо парня до такого состояния. На секунду финн даже задумался: а действительно ли он считает эстонца просто игрушкой для манипуляции или генератором вечный спектаклей? На самом ли деле он видит в Эсте только неудачника? Фин уже и сам не уверен. Его мысли спутались в один большой клубок, заставляя голову снова болеть. Парень понимает, что теперь не может поднять на него руку и это его злит только сильнее. Какая-то левая омега, что такая же, как и остальные, заставила его своим видом и характером будто упасть на дно, опозориться, стать слабым. Этого не должно было произойти, ведь это буквально может лишить финна его строгого статуса, благодаря которому к нему относятся с уважением и любят остальные. Даже Швеция. Фин давно догадывался о том, что настоящей любви никогда не было и не будет, поэтому он изначально не хотел впускать того в своё холодное сердце. Всё для того, чтобы просто не продолжать страдать в одиночестве.
— Ладно, удачи тебе в выздоровлении. — сухо ответил финн и открыл дверь, выходя из медицинского кабинета. Как только дверь закрылась, эстонец немного поник, понимая, что теперь его одноклассник ненавидит его жалкий вид. И всё же Эст просто хочет верить, что Холодная страна всё еще понимает его и где-то глубоко в душе пытается извиниться...
Зайдя в класс, Финляндия коротко объяснил учителю причину своего опоздания, после чего спокойно сел за свою парту, краем глаза наблюдая за Швецией.
— Серьезно? Это ты таким оправданием пытаешься скрыть то, что ты прижал этого идиота к стенке? И это я еще мягко выражаюсь. — проговорил швед, начиная хитро улыбаться. Но на самом деле, его сжигало своеобразное чувство зависти и ненависти.
— Ты "того"? Почему сразу об этом? Я правду говорю, мы поссорились, и он... потерял сознание. Ничего такого не было. Достал уже... — довольно раздраженно ответил финн, открывая свою тетрадь и начиная записывать в неё всё то, что было написано на школьной доске.
— Ну ладно... — тихо ответил скандинавец, так же переключаясь на учебу. Но только на словах и внешних действиях. На самом деле бета мысленно сжигал Эстонию, уже попутно придумывая для него своё конкретное наказание. Шведу было противен сам факт того, что эстонец вообще существовал, а то, что он мешал ему в его планах, вообще выводило из себя. У Швеции никогда не было чувства сострадания, он даже иногда себя не жалел. Как такой, как Эст, имеет право разговаривать с его другом и находиться в его классе? И что он себе позволяет, пытаясь выставить себя в глазах остальных как можно чище и красивее? Швед таких людей терпеть не может, особенно если это одна из мерзких и низших омег, которые здесь, считай, вообще не имеют прав, кроме своей единственной полезной функции — удовлетворения тех, кто выше и сильнее их, а еще более лучший. Таким, как Эстония, нет здесь места. Они должны быть униженны и уничтожены. Без объяснений...
***
Последний урок прервал школьный и громкий звонок, после чего, все резко встали и начали собираться домой. Но только не Финляндия, который, как всегда задумавшись, этого не заметил. В его голове сейчас был никто иной, как Эстония. Точнее, он думал о его недавнем поведении. Неужели омега так сильно боится его, что даже остерегается обычных слов? Так и есть. Но Фин вовсе того не хочет. Наверное, впервые он захотел того, чтобы к нему просто относились, как к обычной стране, а не чуть ли к королю. Разве он многого просит? Наверное, таки много, раз на это никто не решается. Никто не хочет проблем.
— Эй, ты идешь домой? — спросил Дания, кладя руку на плечо друга. Его немного удивило то, что финн самым последним выходит из класса, что не было похоже на его обычное поведение.
— Что? А, да, иду, сейчас... — ответил Финляндия и оперативно собрался, попутно наблюдая за тем, как датчанин спокойно покидает класс. Но накинув сумку на своё плечо, финн вдруг остановился. Он только сейчас понял, что омега не появлялся до конца всего рабочего дня, что было очень необычно. Его вещи кто-то просто переносил в другие классы, в надежде, что истинный владелец скоро появится. Но этого так и не произошло, поэтому Фина это слегка забеспокоило. Никто, разумеется, обратно к нему домой их нести не будет, ведь никому это не выгодно и не надо. Но решив всё же найти Эстонию, Финляндия вышел из класса и пошел в кабинет медсестры.
Открыв двери и зайдя внутрь чуть прохладного помещения, Фин увидел медсестру и Эстонию, которые о чем-то говорили. Как только они заметили присутствие финна, эстонец тут же застыл на месте и заметно побледнел, своими стеклянными глазами продолжая внимательно наблюдать за одноклассником. А Мари просто повернулась обратно к своим бумагам.
— За тобой пришли, собирайся домой. — спокойно проговорила женщина, и судя по взгляду Эста, он хоть и мог подумать, что за ним кто-то точно должен прийти, но он точно не ожидал, что это будет Фин. Медленно встав с места, европеец устремил взгляд на пол, немного нервно теребя край своей синей кофты.
— "Пришли"? — переспросил Финляндия, после чего, медсестра подняла голову и устало вздохнула, молча кивая в сторону омеги. Финну ничего не оставалось, как согласится на то, чтобы отвести пострадавшего до дома. Иначе если он потеряет сознание снова, это может обернуться трагедией. Поэтому смирившись со своей участью, северянин на мгновение обернулся в сторону входной двери, как бы намекая эстонцу на то, чтобы он выходил из помещения. И Эстония, хоть и осторожно, но прошел мимо Финляндии и быстро вышел из кабинета в школьный коридор. Последовав за своим одноклассником, Фин всего на секунду обернулся назад, чтобы посмотреть на Мари, но лишь увидел то, что она загадочно улыбнулась, опуская голову и продолжая свою работу. Не придав этому значения, парень последовал за Эстонией.
₽
Мини-погрузчик за 14000 руб. в месяц!
В прохладном кабинете осталась только Фаунчер, которая, после ухода обоих учеников, улыбнулась немного шире, переплетая пальцы рук между собой и частично кладя на них голову, при этом смотря на закрытую дверь своего кабинета.
— Эх... изведет он тебя, Эсти. Славный ты малый, но мне жаль тебя. Хотя... блин, почему меня это заботит? Наверное потому, что у него из-за этого могут начаться большие проблемы... — для самой себя тихо проговорила медсестра, после продолжая свою работу...
Выйдя во светлый двор, Финляндия обернулся и посмотрел на Эстонию, что шел за ним, слегка обеспокоенно оборачиваясь по сторонам и немного опуская голову вниз, стараясь идти быстро и без запинок. Уже где-то на половине всего пути эстонец заметно устал, но решив всё же не отставать и быстрее достичь своего дома, чтобы наконец оказаться в безопасности, он продолжил идти, не сбавляя шаг.
— Эст, куда ты так спешишь? Ты же сейчас от переутомления можешь потерять сознание. Опять. — проговорил Фин, останавливаясь. Эстония так же замедлил свой шаг и остановился, смотря на своего попутчика.
— Я не хочу тебя чем-то обязывать. К тому же, ты и так мне вчера очень сильно помог, не нужно больше так обо мне беспокоиться. Правда, мне уже лучше, так что иди домой и не утруждай себя, ладно? — как можно вежливее и мягче ответил эстонец, после оборачиваясь и так же быстро идя в сторону своего дома. Финляндия даже не успел сказать ничего в ответ, но чувство стыда за то, что он в прошлом так с ним обращался, а теперь Эст попросту боится его, не давало покоя. Не долго думая, парень пошел следом за одноклассником, решая настоять на просьбе медсестры. К тому же, это ему никоим образом не помешает, так как финн сейчас полностью свободен.
Догнав Эстонию, Фин сбавил свою быструю скорость и, уже идентично шагам Эста, пошел за ним, ступая чуть ли не ногу в ногу, как на марше. Это не позволило европейцу услышать чужие шаги позади себя, поэтому он шёл дальше, ни о чём не догадываясь. Через пару минут эстонец замедлился, вскоре вовсе останавливаясь.
— Ай... чертово сердце... — тихо выругался омега, касаясь чуть дрожащей рукой своей грудной клетки. В его ушах стоял звон вместо всех звуков вокруг, поэтому кое-как добравшись до скамейки, Эстония присел на неё, переводя дыхание. В этот момент и у Финляндии немного сжалось сердце. Он никогда не видел своего одноклассника таким. Максимум то, что эстонец был подавленным. В этот момент финну хотелось просто подойти и помочь Эсту даже не смотря на все разногласия и недавнюю вражду. Почему-то Фин именно сейчас почувствовал ту самую, мерзкую ранее, жалость к другим. И больше сдерживать в себе все эмоции он не мог. Слишком долго европеец смотрел на страдания других. Настолько долго, что стало уже до жути тошно. Слышать их беспомощные крики, отбивания и даже кровь — всё это уже начинало конкретно бесить. А сейчас Финляндии просто хотелось помочь этому, униженному всеми, ученику, который просто хотел спокойно жить дальше. Он не был виноват в том, что родился и живёт по сей день. Но к своему сожалению, Фин понимает это слишком поздно, ведь события уже приняли необратимый ход и остановить страх в сердцах других уже было очень трудно.
— Ну конечно оно будет болеть... таблетки... — через минуту продолжил Эстония, тихо обращаясь к самому себе. Возможно, его это утешает, но теперь даже финну стало не по себе. Таблетки? От чего? Какие? Он пьет их от нервов, или для чего? Слишком много мыслей поселилось в голове Финляндии, и парень их уже не отрицал.
— Таблетки? — переспросил альфа, наконец открывая своё присутствие и подходя ближе, при этом немного обходя деревянную лавочку. Эстонец испуганно, но довольно приглушенно, вскрикнул, резко оборачиваясь в сторону финна и явно пытаясь быстро найти оправдание своим словам. Страх был настолько сильным, что перед глазами всё поплыло, и это заметил Фин.
— Эст, ты в порядке? — произнес парень, уже начиная жалеть, что вообще показался омеге и испугал его до чертиков. Это были явно не таблетки от нервов.
— Т-ты... ты всё слышал? — робко спросил эстонец, начиная частично задыхаться. В сердце резко закололо, шум в ушах стал немного сильнее.
— Да, но что это за таблетки? От нервов? — поинтересовался Финляндия, замечая, как и без того бледная кожа его собеседника еще больше побелела от такого вполне ожидаемого вопроса.
— Только не говори России... и Беларуси... п-пожалуйста, Фин, н-не надо... — сжав свою голову Эстония опустил свой стеклянный взгляд на мокрую землю, переставая молить финна ничего никому не рассказывать.
— Вопрос был не в этом. Что, черт возьми, ты принимаешь?! — немного повысив голос, спросил северянин, схватив эстонца за плечи и силой заставив его посмотреть себе в глаза. Тело Эста мелко подрагивало от напряжения и боязни, но ничего сказать он по-прежнему не мог. По его спине "пробежали мурашки", после чего, Эстония тихо всхлипнул. Сейчас ему меньше всего хотелось казаться слабым, но к сожалению, он просто слабак и неудачник, который не может взять себя в руки.
— Это было с-снотворное. Я н-не могу уснуть, эти вечные к-кошмары однажды доберутся до м-меня. — наконец признался эстонец, который потерял уже всякую надежду на то, что у него вообще будет будущее. Он борется зря, так как уже рассказал свой главный страх недругу. А дальше всё по наклонной: новые унижения, передозировка дома и смерть. Хотя, если так подумать, эстонцу это будет даже на руку — чем быстрее покинет этот мир, тем быстрее перестанет страдать. Взгляд омеги резко и сильно поник, а любые блики солнца в его глаза исчезли без следа. Он будто окончательно умер, добровольно сдавшись в руки своего жестокого обидчика. В душе пусто, в голове так же, а взгляд стеклянный, будто человек уже труп — жуткое и, одновременно, жалкое зрелище. И видя своего одноклассника таким, Финляндия даже хватку ослабил, почти что не держа Эстонию вовсе. Такое отчаянье он не видел уже давно. Хотя, признаться честно, он видел его чаще всего у как раз таки самого эстонца, который просто просил своих обидчиков прекратить пытки и унижения.
— Эст... ты меня слышишь? — осторожно спросил Финляндия, даже немного не веря в происходящее. Неужели он буквально сломал недавний объект своих насмешек, наконец доведя его до полной апатии? Альфа сам не хочет в это верить. Хотя Швеция и остальные, вероятнее всего, радовались бы этому. А вот финну совсем не весело.
— Давай, Фин, скажи, что я слабый... — тихо произнес Эстония, полностью прикрывая уставшие глаза. С них уже не лились прозрачные слезы, они застыли лишь на его лице. После этой реплики Холодной стране стало уже не на шутку страшно. Нервно сглотнув, парень попытался что-то ответить, но ничего не удалось. Он просто понял, что Эст уже мертв внутри.
— Нет, и не подумаю. — кое-как ответил финн, хоть его голос и предательски дрогнул. Снова открыв свои глаза, эстонец будто в очередной раз разочаровался в том, что еще живой — такие же эмоции были написаны в его глазах. Сейчас финну просто хотелось утешить европейца, привести его в чувства. Это ощущение вины было слишком сильным, чтобы после него не осталась рана на душе. Смотреть на того, кто уже полностью разочаровался во всем и себе самом было поистине ужасно.
Но резко встав, Эстония, на ватных и почти не ощутимых, ногах развернулся в сторону своего подъезда.
— Спасибо, Фин... — тихо проговорил омега, не оборачиваясь. Его голос звучал настолько холодно и необычно, что финну стало не по себе.
— Ты куда? — спросил парень, вставая на ноги и немного поправляя сумку на своём плече. Ответа не последовало, что было довольно странным, ведь это было совершенно не похоже на обычное поведение Эста. Через силу открыв массивные железные двери, эстонец прошел внутрь своего знакомого подъезда, после чего, скрылся за ними. А Финляндия так и остался просто стоять на месте, лишь смотря вслед своему однокласснику. Душу нещадно терзали сомнения, так и хотелось остановить омегу. Но опять взяв себя в руки, финн обернулся в противоположную сторону от входных дверей, стараясь как можно тщательнее убедить себя в том, что эстонцу просто нужен отдых. Да вот только банальная логика не даёт желанного спокойствия. Он просто не может его забыть, забыть его страдания и боль, которые он прочитал в чужих глазах. Глазах страны, которая теперь больше не напоминает самого себя...
Придя домой и апатично скинув сумку около самой входной двери, в которой её хозяин больше не видел причин для закрывания, Эстония прошел на кухню и, немного поискав ручку, что-то написал на небольшом и слегка пожелтевшем листочке, оставляя своеобразную записку на кухонном столе. Пройдя в свою комнату, омега достал из кармана свой телефон и начал писать своему брату — России. Это было всего лишь одно маленькое сообщение, которое его любимый братец вряд ли прочтет в течении нескольких часов. Поэтому без колебаний отправив его, эстонец томно вздохнул, подходя к окну и смотря на вид, что открывался за ними. Прекрасное весеннее солнце освещало округу, птицы летали и насыщали воздух своим красивым пением, пока прекрасные цветы распускались на клумбах после сильного дождя. Не долго думая, Эст зашторил окна в своей спальне, после этого прикрывая и двери комнаты. Сейчас в его голове не было никаких мыслей, он делал всё будто на автомате. То, что должен. У омеги даже не возникало никаких посторонних мыслей, даже слез не было. Ему уже не было над чем особо печалится, поэтому в ту же секунду взяв со стола последнюю упаковку со снотворным, Эстония мигом выпил всё её содержимое, всё до последней таблетки. Уже теперь, чувствуя легкое помутнение в рассудке, его уже ничего не заботило или останавливало. В голове появилась лишь одна мысль, противится которой эстонец уже не мог...
Продолжение следует ...