Орхидея Любви

— Отпусти, — кашель усилился, от чего я начала брыкаться и стукать его по плечу. Влепив пощечину, я задыхаясь, побежала в комнату. Закрыв дверь на замок, ручка сразу начала дергаться. Я схватилась руками за рот, чтобы он не услышал моей истерики. Я пытаюсь одновременно вернуть себе дыхание и пытаюсь одновременно задавать себе кучу вопросов. Но не воспринимается информация в голове лишь тонна разных видов каш. Да, черт возьми именно каша в голове.

Я завизжала, когда дверь была выбита с петель. Это не Эмиль, это чудовище. Я пячусь назад и неуклюже падаю на кровать, ногами сдаю назад, а он приближается. Очень скользкий страх проходит по моему телу.

— Эмиль, — хочу достучаться до хорошего и чуткого, но больше не прокатит. — Родной! — не успела успокоить, как послышалось резкое и змеиное шипение.

— Заткнись, — очень страшное и безжалостное лицо стояло перед мной. — Лучше бы и правда избавился бы от тебя там ещё. И не вырывал бы сейчас себе сердце, — его нечеловеческий голос и проклятья в мою сторону истощали меня. Я будто разряженная батарейка, с каждой секундой наступает крах и полная разрядка. И это приводит к отключению. Внутри души просто тайфун смерти.

— За что ты так со мной? — я шмыгаю носом. Понимаю, что все лицо в слезах, вытираю нос от появившегося насморка.

— Зачем? — глаза его были расширены до предела, грудная клетка поднималась. Подходит ближе и понимаю, что он может меня прибить, как муху. Раз даже дверь снес с петель. Он явно хочет мне навредить. Подходит ближе, а я сдаю назад. И тут он хватает меня за руки и склоняется надо мной. Сморщился весь и чувствуется отвращение в мою сторону. — Может тогда бы такая месть подошла для твоего папаши ублюдка, — дурной и истощающий голос пугал меня.

— Что? — лишь только это и смогла выдавить. Не дождешься и словечка, встал с меня и швырнул маленький столик в сторону. От чего я руками закрыла уши. И начала сильнее плакать. Раби выбежала из комнаты.

— Увлекся тобой, мозги знатно запудрила. Даже забыл детективу сказать, что поиски морального урода прекращаются. Забыл, и не зря забыл, — с комода полетел тот самый букет, который подарил он мне. Мне остаётся только молчать и понять его психические действие. Его будто озарило что-то, он с осуждающим взглядом и весьма психическим смехом произнес. — А может, ты специально мне бросилась под машину? — он точно в себе? Он резко взвыл, следующий букет был разорван в клочья. — Что ты молчишь? — я не могу, я захлебывалась слезами. Задыхалась от своих рыданий. От обиды я еле, но с громкой интонацией взывала со словами.

— Что ты несёшь? Да я жить не хотела в тот момент. Жить не хотела, — спрятала лицо в ладонях. Закрыла пуще прежнего, мне обидны слышать все эти слова. Я вспоминаю тот ужасный вечер. То опустошенное состояние. Он вернул меня в то время.

— Что я несу? Твой отец — это тот самый убийца, которого я искал. А он был рядом, совсем рядом, я ещё и был совсем близок с его дочерью. — во время очередного монолога он разбил зеркало, которое стояло на комоде. Я замерла, сжимая в руках своё одеяло, будто оно сможет меня укрыть и спасти от всего этого. Моё сердце бешено стучит, оно словно хочет попить моё тело. — Молчишь? Нечего сказать? Тебе лучше сейчас и не говорить, я не приму не единого твоего слова за правду. Я не удивлюсь, если это был такой план. Не может же быть такого? Ещё как может! Я всю жизнь его искал, всю жизнь размышлял о том, как именно буду мстить. Но вот же он, оказывается ходит рядом, а я не замечаю его. Совпадение, что он твой отец? Совпадение, что ты дочь убийцы?

— Ты свихнулся на своих поисках, — не могу я это слушать. Я теряю трезвость ума. — Какой ещё план? Мой отец не идеальный, но убить человека, это низко. Я не буду оправдываться, раз ты даже слушать меня не хочешь и желаешь мне смерти, — я не воспринимаю ничего, кроме «твой отец убийца». Кучу ножей, невидимых в моем теле. Как? Не может так быть, чтобы он.

— Я упеку его в тюрьму. Я добьюсь своего и мне плевать, что ты дочь настоящего гниды. Настоящего подонка! — размахивал руками его громкий голос пронзал мне сильно в уши. Будто вокруг него не один громкоговоритель. — Он лишил мою семью существовать на этой земле. Я не дам ему спокойной и богатой жизни в компании, — когда он назвал компанию, где работает мой отец. Меня начало сильно трясти, что все это реальность. — Как говорят яблоня от яблони. Ты ведь хитрая и коварная. Соблазняла по его приказу?

Я молчу, мне обидно всё это слышать. Я не хочу оправдываться, и сил у меня на это нет. Я молчу и он воспринимает это молчание как в знак согласие.

— Ты убила во мне всё, — бьет кулаком в свою грудь и морщиться от боли в ней. — Ты убила меня полностью, осталось только закопать труп, — он направился к выходу, остановился и повернулся своим восковым лицом, мертвым взглядом окинул моё безжизненное лицо. Я сидя на кровати, тряслась от холода. — Ты хуже, чем ядерная смерть. Я не выношу твое присутствие рядом и больше не позволю этого, — он захлопнул входную дверь так, будто и она слетела с петель. А я сижу на кровати, опустив лицо вниз. Остекленевший взгляд, слёзы здесь, и они не исчезнут. Лишь только когда я умру.

От лица Эмиля...

Моя молитва подействовала в реальной жизни. Но в обмен она забрала больше. Забрала всего меня, впустила яд в кровь. Я заражен, чтобы быть рядом с родителями.

Пару часов ранее...

Выбираю в супермаркете для своей принцессы Орхидею. На работе есть, а дома нет? Непорядок! Самый счастливый пошел на кассу, оплатив симпатичную покупку, я направился к выходу.

Завибрировал в кармане телефон. И ужаснулся, когда на экране увидел имя детектива. Черт, я вовсе забыл ему сообщить, что наши поиски остановлены. И больше к этому мы не будем возвращаться. Я взял трубку, намеревался опередить и закончить разговор с благодарностью о помощи и перевести ему остаточную сумму. Но все оказалось куда страшнее, оповестил, что он нашел его.

Повез орхидею домой и пошел навстречу с ним. Сидим в кафе в полном одиночестве. Я соблазнился, что убийца найден. Но я выбрал свой путь, зачем мне знать это? Я выбрал свою Адель, и мне не нужна месть.

— Тот самый Геннадий Агапов. Который был замечен вами на кладбище, — не успев противостоять словам. У меня в голове лишь крутилось Фамилия в голове. Агапов, Агапов, Агапов. Адель Агапова, Адель Агапова, — сто процентов совпадение. Не успев задать вопрос, детектив продолжил дальше и всё как в тумане. — Состоит в браке с Лидией Агаповой. Имеется единственная дочь Адель Агапова, — не может, не может такого быть! — Эмиль, вы слышите меня? — а дальше вовсе ничего не смыслил. Детектив до самых малейших угроз всё предоставил. Начинаю вспоминать наше проведенное время с Адель. И понимаю, что будто все неслучайно. Я не верю, что наше знакомство случайность. Я озлоблен на мир? Сейчас да и я должен разобраться.

* * *

Я не живой. Сейчас я мертв. После встречи с этой стервой. Дождь и ужасная слякоть вперемешку со снегом — хорошо описывают погоду внутри моего сердца. Я обижен на всех, и на себя в том числе. Думаю о том, что больше не увижу её лица. Она даже не стала объясняться. Я больше не хочу. Я больше ничего не хочу, кроме одного:

— Заберите меня к себе, я устал бороться. Слишком слаб, чтобы самому распрощаться с жизнью, хоть и такое проживать больше не намерен. — мокрый, пропитаный дымом и алкоголем, я стоял у могилы своих родителей.— Молчите, — вздохнул — Мама, дорогой мой отец. Почему вы меня не забрали к себе? Это какая-то карма? Подскажите, родные мои. Как стать к вам ближе? Жаль, что здесь нету места для меня. Рядом с вами лежал бы рядом. С вами я был бы самым счастливым, заберите, — я не сдержался со своей болью и упал на колени. Слёзы скатывались, я не смог и сил не было держаться. Я лёг на мокрый снег. — Она мне подарила мгновенье счастья, — завопил от боли, дышу с трудом. — Она подарила, она и забрала.

Будто высшая сила подняла меня. И я весь грязный и мокрый. Да ещё при этом еле стоящий на ногах. Пошел на проезжую часть ловить автобус.

Дошел до квартиры. Может, вода смоет всю боль? Нет, такое не смоешь. Увидел стоящую орхидею. Взял в руки и с ужасом рассматривал, вспоминая самое ужасное. С треском эта чертова орхидея полетела об дверь. Земля рассыпалась по всей прихожей и эти убогие цветы стали мраком для меня. Стали смертью.

Стою по душем и вою волком. Град слез вместе с водой стекали по моему лицу. Я облокотился о плитку и ревел. Ревел так, что голос срываю от внутреннего мрака. Как она так подкралась до моего уже ранее больного сердца. Как? Это обманчивый вид любви. Я вовсе сел и схватился за волосы. Вода стекала по лицу, и я хотел исправиться в ней. В этой душевой кабине.

На протяжении следующего дня. Я позволил алкоголю взять надо мной верх. Мне нравится это состояние, не чувствуется, что я только телом жив. Облокотился о край кровати, открывая следующую бутылку. Залпом пытаюсь нажраться так, чтобы мой пульс исчез из этой реальности. Попытки делать вид, что все в порядке не буду. Глотаю эту водку с превеликим удовольствием. Заглушая при этом тонкие струны

От Автора

Что вы думаете по поводу этого?

Ожидали такой итог?

И на самом деле ли это так?

Эстетика главы