Глава 23. Иммунитет.
«Что я наделал... Зачем? Господи, я идиот. Лучше бы я тогда умер. Зачем... Зачем! Идиот, идиот, идиот!!! Она еще и про шрамы теперь в курсе. Я такой идиот. Черт. Еще и убежал. А где она сейчас? Чхан снова открутит голову. Черт. Зачем я её тогда вообще поцеловал? Урод...» – Пак уставился на ночное небо. дождь кончился пару минут назад. Сонхун тоже был за пределами лагеря. Он лежал в траве у обрыва, где встретил Вонен. Парень сжимал лезвие и тяжело вздыхал. Ему было не по себе из-за того, что он порезал ей щеку. Он не знал что с ним происходит. «Я схожу с ума...» – думал Пак и перевел взгляд на лезвие. А потом направился к хижине.
Пробравшись к убежищу, парень затормозил у окна. Он долго стоял и пялился на девчонку, которая что-то делала за столом. Парень оперся на стекло и засмотрелся. Вскоре девчонка заснула за столом. Какая-то колба перевернулась и разлилась на пол. Сонхун зашел в хижину, колба валялась, разбившись на части, жидкость выглядела тяжёлой и маслянистой. Бумажка со стеклышком лежала в середине лужи. Пак наклонился и прочитал:
— H2SO4, серная кислота, – Пак вздохнул и взял на руки темноволосую. — Бедненькая. Ты поспи. Господи, я такой идиот. Что я делаю. Придурок. Да что ты за человек, Вонен? Боже мой. А что там за шум?
Пак положил девчонку на диван и вышел из дома. На пороге стоял испуганный старшеклассник.
— Помоги! – парень задыхался, дико и руки были в крови.
— Чего? – Сонхун уставился на него.
— Помоги!!! – черноволосый заорал.
— А? Что происходит? Хен? – Вонен подскочила на диване.
— Вонён. Помоги...
— Что происходит? Ты что тут делаешь? – она обратилась к Паку. — Хен, что такое?
— Йеджи, она...ей...ранена... помоги.
— Где она?
— Идем! – выпускник потащил за собой Вонен, а за ними кинулся Пак.
В нескольких сотнях метров за бревнами от дома лежала рыжая девушка. Выпускница стонала от боли, истекая кровью. Хен и Вонен склонились над девушкой.
— Что с ней? Объясни.
— Мы бежали из города.. Там просто невозможно находиться. Мы разделились еще в первый день. Я искал ее... она рухнула с лестницы, выживала с подругой, потом её подругу съели, а на улице я нашел ее, раненую. За нами гнались. Возможно моя сестра ранена. Помогите нам... – сбивчиво начал тот.
— В лагерь. Быстро, – сказала темноволосая.
В лагере была тишина. Гробовая. Трое вбежали в медпункт. Йеджи лежала на кушетке, она была почти без сознания. Вонен делала перевязку. Все тело старшеклассницы было в ранах.
— Зашивать ногу надо... – Вони отпрянула от рыжей.
— Все настолько плохо.
— Вон? – Пак провел пальцами по её лицу. — Чан, ты чего?
Так как будто пришла в себя:
— Паклями меня своими не трогай.
— Вонён! Сядь. Я помогу.
— Чего?
— Делай что я сказал.
Зашивать чью-то рану им приходилось в первый раз. Наркоза не было. Хенджин крепко держал сестру, во рту у неё был кляп, сделанный из бинтов. Девушка верещала, а Чан и Пак зашивали. Когда они закончили, то темноволосая опустилась на пол.
— Вонён? – черноволосый аккуратно сел напротив.
— Я в порядке.... Береги сестру. Лучше скажи мне, она заражена?
— Я не знаю... наверное нет.
— Я надеюсь.
— Вонён, что с тобой?
— Тебя мне еще здесь не хватало. Помогать мне не обязательно было.
— Ребят, вы даже в такой ситуации собачитесь? – Хен устало вздохнул и отошел к сестре.
— Я просто спросил.
— Отвали, – рассердилась Чан и на ватных ногах, но очень быстро покинула медпункт.
— Вы так и враждуете? Хотя бы на нейтралитет уйдите? Что ты за нее цепляешься? Нравится?
— Хен, блин! Сука. Да она меня раздражает. Я её не выношу.
— Не кипятись. Но вы правда...
— Заткнись.
***
Весь следующий день девушка провела в хижине, но вечером зашла к Чхану. Тот пил виски и просматривал какие-то документы.
— Чан? Как успехи? Ты совсем неважно выглядишь.
— Все в порядке, – устало протянула та и опустилась на стул.
— Что с щекой?
— Поцарапалась, – уклончиво ответила та.
— Ты точно себя хорошо чувствуешь?
— Да-да.
— Извините, не отрываю? – в кабинет заглянул Бомгю. – Ой, пардон.
— Не мешаешь. Я ухожу уже.
— Сиди, Вонен. Бомгю, что там у тебя? Ты запыханный.
— Новое заражение.
— Кто? – хором спросили те.
— Какая-то рыжая девушка. Она в медпункте...
— Йеджи. Господи, – Чан подскочила.
— Кто? Йеджи? Рыжая?
— Идем!!!
В медпункте и правда на полу лежала Йеджи, истекая слюной и кашляя кровью. Её ломало, будто она отходила от дозы наркотиков.
— Откуда?
— Мы её ночью спасли с Паком. Я была..... за пределами лагеря... Там мы их и встретили.
— Вонён!!
— Потом отругаете. Погодите... почему она не сразу им становится... иммунитет?
Все разом уставились на рыжую. Она и вправду будто боролась с вирусом, не давая захватить себя...
— Её надо в какое-то помещение, я хочу обследовать и убедиться.
— Вонён, ты подставишь всех нас. А если выйдет из под контроля.
— Я возьму под свою ответственность. Прошу. Чхан, пожалуйста.
— К тебе в хижину можно.
— НЕТ, – отрезала та.
— Почему? А куда?
— Я не могу её в свое убежище. Я потом все объясню.
В медпункт ворвался Хенджин и Сонхун.
— Ты заражен? – спросил Бомгю, который последовал за Чханом и Чан.
— Я? Нет. А она...
— Да давайте просто её грохнем, – Пак направил пистолет на рыжую, но перед ним встала Вонен.
— Нет. Не смей.
— Мы так расправляемся с зараженными, уйди.
— Нет.
— Я тебе колено прострелю.
— Пак, не перегибай палку.
Йеджи истошно заорала, ее сильнее начало ломать, а кровь пошла сильнее.
— Бан Чан. Я возьму ответственность на себя. Прошу вас.
— Хорошо. Найдем комнату для неё. Но почему к тебе нельзя в лес?
— Потому что... – замялась та.
— Эксперимент, – перебил Пак.
— Что? – Бан Чан нахмурился.
— Я пытаюсь создать вакцину и уничтожить вирус.
— Вонён, мы ничего о нем не знаем. Зачем ты вообще это делаешь?
— Я хочу спасти нас всех.
— Вонён. Хватит, – отрезал Чхан. Но все таки согласился помочь и поместить рыженькую в изолятор.