Глава 21. Крыльцо.
Двое медленно шли по территории лагеря, где-то слышались рычания и завывания. Сонхун взял за руку Чан. Впереди горел свет фонаря. Ребята бросились туда. В главном доме было немного народу. Бан Чан сидел за столом, а остальные устроились по углам комнат. В помещении повисла тишина, все уставились на парочку. Пак и Вон поспешно расцепили руки. Гаыль бросилась к подруге.
— Я так рада! Ты жива!!
— Гаыль, все хорошо! Я рада тебя видеть. Ты не пострадала здесь? Мне уже все рассказали.
— Нет, мутило только. Представляешь, среди нас был зараженный...
— Вы опознали кто это был? – Вонен села на деревянный пол рядом с подругой.
— Да, это был Юнги.
— Но как?? Он ведь давно с нами и почти не выходил с кухни. С ним же Ни-Ки работал?
— Вроде. А где он?
Девочки переглянулись и одновременно посмотрели в противоположный угол комнаты. Пак сидел рядом с Ни-Ки, что-то бурно рассказывая.
Прошло пару часов. Вернулись снайперы. Чанбин устало опустился на стул перед Чханом и что-то вполголоса начал докладывать. Чхан хмурился, а потом тяжело вздохнул. Гаыль дремала на плече Вонен, а та пыталась что-то услышать из разговора. Чхан встал:
— А теперь придется защищать лагерь всем.. Все должны будут пройти осмотр: Вонен, Феликс, Гаыль, это на вас. Дежурство будет по 4 часа. Ночью усиленный патруль. До нас почти не доходят выжившие, Зомби стало в 3 раза больше. За территорию выходить нельзя. Среди нас был зараженный. Как мы это допустили?
— Может он был ранен? – робко начал Ликс.
— Но он же был на осмотре, да и он был с нами давно.
Вонен почему-то вспомнила Лисо и её смерть, на душе стало грустно, хоть они и были соперницами. Гаыль дернулась из-за речи и с ужасом смотрела на главаря. Переведя взгляд на подругу, поинтересовалась:
— Вонён, ты чего? Поможешь в медпункте? Мы с Феликсом не управимся.
— А? Помогу, да-да, хорошо, – затуманено протянула Чан, обратно пооружаясь в свои воспоминания и поднимаясь с пола.
— Ты куда?
— Мне нехорошо. Я пойду умоюсь.
— Ладно, – Гаыль проследила за взглядом Чхана.
— Вонён, ты куда? – поинтересовался тот.
— Ей нехорошо, – за подругу ответила Гаыль и встревоженно посмотрела на закрывающуюся дверь.
Вонен дошла до туалета, свет почти не работал, переодически погасал. Девушка посмотрела на себя в зеркало, а перед ней был измученный силуэт подростка, исхудавшего, с синяками под глазами, спутанными локонами и разбитым взглядом. «Боже мой, что со мной стало???» – с ужасом подумала Чан и включила ледяную воду, подставляя под неё руки. На виски давил железный обруч, голова снова была чугунной, на плечи навалилась усталость, захотелось сесть и заплакать. Вонен умылась, но вместо того чтобы вернуться, вышла из дома и опустилась на крыльцо. Барабанил ливень, недалеко грохотал гром, переодически небо разрезали молнии. Девушка думала о своем и ежилась от холодного ветра. Ветер должен был хоть как-то развеять, но грусть накатила еще с большей силой от нового раската грома. Чан опустила голову на руки, стараясь успокоиться. Угнетающие мысли давили на голову, слезы вот-вот выступят на глаза..
На плечи ей опустилась чья-то кофта. Вонен подняла голову и увидела Пака. Парень сел рядом и слабо улыбнулся.
— Все в порядке? Чан?
— А? – темноволосая растерянно посмотрела на врага.
— Ты чего??? – парень вытер с её щеки слезинку.
— Ничего... – та чуть отстранилась и закуталась в кофту.
— Вонён?
— Да я, – голос её дрогнул. — Я, я.... – девушка посмотрела в глаза Пака, а потом уткнулась носом ему в плечо.
— Чан, ты чего? Ты плачешь? – Сонхун приобняла девчонку и запустил руку ей в волосы, перебирая их.
— Я-я..., – задыхалась темноволосая.
— Чшшшш, – парень обнял её и положила подбородок на её макушку. — Чан, что с тобой? Не плачь, что случилось??
— Да все навалилось. Эта ситуация в городе: связи нет, пропитания нет, сна тоже, мы отрезаны от мира, неизвестно кто вообще остался человеком, неизвестно что делают военные, вокруг ходячие трупы либо раненые, родных рядом тоже нет, мы одни, непонятно, что творится в лаборатории и кто это создал. Я не могу придумать вакцину, я не знаю, как это победить, – горючие слезы текли из её глаз, оставляя разводы туши.
«Почему? Почему я рядом с ней? Почему я не стебу ее как раньше? Почему я сижу рядом? Почему мы спасали друг друга? Что со мной? Я её прекрасно понимаю, на неё столько навалилось, она пытается всем помогать... Что я вообще делаю? Я ведь должен её ненавидеть. А вместо этого сижу и выслушиваю её. Она так похожа на ребенка, (в хорошем смысле)» – думал Пак, перебирая пряди темных волос. В очередной раз она показалась ему маленькой милой девочкой, которую хотелось защитить от всего мира. Парень не понимал, что стало с ним за время апокалипсиса. Ледяные пальцы сжимали его толстовку, а плечо намокло от слез.
— Вонён, – тихо позвал Пак.
— А? – Чан подняла голову с плеча.
— Я тебя понимаю, не плачь пожалуйста. Все наладится. Все будет хорошо. Правда, – Пак говорил это как будто искренне, глубоко и серьезно, низким голосом. Сейчас, смотря в заплаканные глаза, она казалась ему очень красивой, он сам еще не понимал, почему так. Они сидели очень близко. Сам того не осознавая, Пак провел по её щекам, убирая слезу.
— Спасибо, – дрожащим голосом поблагодарила девочонка. Она ощущала его горячее дыхание на своих ледяных губах. Она поддалась вперед и махнула губами по его щеке: — Спасибо...
В полумраке его глаза казались совсем черными, смятение сменилось улыбкой. Вонен же зарделась, надеясь, что это незаметно в полумраке, за ними слабо светил фонарь, свет почти не доходил до них, фонарь грозился погаснуть и оставить их в кромешной тьме. Чан уже собиралась встать и уйти, но её ладонь накрыла ладонь врага, а через мгновенье, он поддался вперед, быстро и легко коснулся её губ. А потом он накрыл её губы своими, притягивая ближе и запуская руки в её темные волосы. Веки прикрыты, дыхание сбито, сердце пропускает удар. Его язык проводит по нижней губе девушки, заставляя приоткрыть рот. Поцелуй из более мягкого, переходит в настойчивый. Парень доминирует языком во рту темноволосой, переодически покусывая её губы. Девушка сама не сопротивлялась, не могла, парень крепко и очень близко держал её, путаясь пальцами в волоса. Ладонь, накрывавшая её руку, переплелась с её пальцами, слегка их
сжимая.
Поцелуй был долгим. Воздуха между ними не хватало. Пак отстранился, расцепляя пальцы и убирая вторую руку с её шеи. Вонен пылала: щеки горели огнём, дыхание стало тяжелым и сбитым, зрачки расширились, губы припухли от укусов и длительного поцелуя. Между парнем и девушкой образовалась ниточка слюны. Сонхун резко встал и ниточка оборвалась. Чан прерывисто вдохнула, втягивая носом воздух.
— Ты... – начала она, но темноволосый её оборвал.
— И не подходи ко мне больше, – Пак зашел в дом, хлопнув дверью.
Темноволосая ошарашено уставилась на закрытую дверь, коснулась своих влажных губ и моргнула.
«Что?..»