Пролог. Большой-маленький Секрет
Это был один из вечеров в Реальном Мире. В Мире, лишённом не только волшебства, но даже веры в него. И напрасно. Кое-что знал это, как никто. Фёдор Нечитайло. В Карточном Мире он - всемогущий создатель и Чёрный Джокер, а в Реальности - художник комиксов и хранитель одного большого-маленького секрета.
Этот секрет прямо сейчас лежал в его кармане джинсов. Колода.
Волшебная колода, которую когда-то получил в дар или в наказание от сомнительной женщины-гадалки, чьё лицо стёрлось из его памяти ещё раньше, чем он узнал о том, какой подарок получил от неё.
Он не сомневался, что с такой силой можно было сотворить много дел: и хороших, и плохих. В последнее ему верилось больше. Колода принесла ему больше хлопот, чем пользы. Этот секрет был достаточно маленьким, чтоб помещаться ему в карман, но в то же время настолько большим, что не позволял забыть о нём.
Теперь же он брёл в сторону того места, где, отталкиваясь от его туманных воспоминаний о том злополучном вечере, он тогда нашел шатёр в пустоши. Он не нарочно подгадал время для этой прогулки, возможно, со смутной надеждой, придти туда таким же уставшим, с удивлением найти этот шатер и загадочную женщину. Может даже поговорить с ней и объяснить то, что от "щедрого подарка" отказывается. "На них нет никакой управы в самом деле!" — жаловался ей в мыслях Фёдор.
Но даже в его собственных мыслях женщина вместо понимания и сочувствия в ответ ему лишь загадочно и таинственно смеётся: "Я понимаю, о чём ты. С теми, кто не может приказать им, они несправедливо жестоки. Они будут приносить неприятности".
—Именно! Просто пусть забирает назад! — и так сильно он увлёкся этой фантазией, как не заметил, что ему навстречу по сумрачной улице шёл силуэт в капюшоне. Места на пустом тротуаре хватило бы и троим, но незнакомец искал стычки, чего и добился, врезавшись в парня нарочно. Да с такой силой, что неподготовленный художник немного отклонился к стене ближайшего дома.
—Хэй! — с ноткой обиды окликнул его Фёдор, немного потирая правое плечо, но вслед не последовало ни извинений, никакой реакции. Силуэт в мешковатой одежде без принтов или марок просто растворился в темноте жуткого и не ухоженного переулка.
—Придурок, — сердито ругнулся Фёдор, продолжая свой путь. Испарились все мысли о таинственной гадалке или о надежде отдать ей бедовую колоду. Фёдору просто захотелось вернуться домой, чтоб этот вечер не нашел способа испортиться еще больше.
Вернувшись к квартире, Фёдор механически потянулся к ключам, которые всегда клал в один и тот же карман, как вдруг понял, что ключей-то нет. Смирив первую волну паники, он стал вспоминать свою дорогу от дома. У него не было ни единого повода даже лезть в левый карман. С собой у него не было ни денег ни документов, потому сильно бояться не стоило. В правом лежали и ключи и волшебная колода, которая, как и ожидалось, тоже исчезла. Об этой потере он не сильно заботился.
"Ну, удачи, приятель", — со зловещим сарказмом подумал он, но следом же подумал о том, что вполне возможно, таинственная гадалка тоже смеялась после того, как сама избавилась от колоды. "Если бы это в действительности был могущественный артефакт для получения всего, чего только захочет человек, то почему она отдала его так просто? Может у неё тоже были неприятности с ними, потому она нашла "простачка", кому можно её отдать, а потом исчезнуть? Если оно так, то я даже понимаю".
—Удачи, приятель... — по-прежнему без сожалений или милосердия, но задумчиво и мрачно повторил Фёдор, лишь у собственной догадливости интересуясь, а каковой будет первое знакомство клонов с "новым приятелем". И самое главное - каковое будет у него с ними.
Вернувшись на место, он действительно обнаружил на земле ключи, что поблёскивали в тусклом свете уличного фонаря,будто сигнализируя о том, что они здесь. Очевидно, они вора точно не интересовали.
—Вот вы где! — обрадовано сказал он, поднимая их с земли. Он улыбнулся и крикнул в темный переулок так, словно воришка ждал там и мог его слышать:
—А тебе удачи, "друг"! Спасибо за одолжение! Ха-ха! Надеюсь, первым "подопечным" у тебя будет Вару или Пик. Будет весело. Ха-ха! — и он пошел домой ощущая легкость, которую почти забыл на вкус за долгие три года хранительства волшебной колоды.
Но мы перенесёмся в другое место. Место вне нашего пространства и времени. В мир, где правят бал карты. В нужный нам момент истории, когда Правители ещё не догадывались о том, что власть над колодой сменилась.
В Карточном Мире проходило важное ежесезонное событие, называемое Двадцать Третий Съезд Правителей.
Как вы прекрасно помните, Съездах Правителей Совет Двенадцати владык Карточного Мира решают важные политические вопросы, заключают сделки и контракты, обсуждают спорные моменты, а после того, как насущные вопросы исчерпают себя - проводится Лотерея Козыря, когда Высшая Сила выбирает козырную масть на следующий Козырной Сезон.
Работы было невпроворот, потому вопросы никак не хотели заканчиваться. Разумеется, не обходилось и без нотки насилия, которое всегда шло ядовитыми миазмами со стороны пиковой масти.
—И таким образом мы добьёмся полной независимости энергоснабжения городов от Генераторов Вероятности Правителей (у кого они ещё остались). И в то же время невозобновляемые источники энергии, которые у нас есть относительно недавнего времени, а именно: нефть, каменный уголь, фрагорит и прочие, не будут расходоваться в таких объёмах, которые спрогнозированы на сотню лет вперёд. Вот графики для наглядности. Вопросы есть? — спросил трефовый король отходя чуть в сторонку, чтоб голограммная доска продемонстрировала всё, что он на ней написал. Однако остальным десяти присутствующим Правителям это цифровое месиво с примесью латинских букв и графиков внушали только инстинктивный ужас. Вару, валет пики, обратился к Пику, своему королю шёпотом:
—Я, кажется, начинаю понимать за что умных в средневековье сжигали на кострах, — Пик поднял голову. Он потерял нить повествования в момент, когда Куромаку предложил записать это на доске и там появились уравнения.
—Под его бубнёж приятно спится. Не отвлекай его, — махнул рукой Пик и снова сложил руки перед собой так, чтоб на них удобно положить голову.
—Товарищи пиковые… — сурово заметил Куромаку с видом строго преподавателя университета, — а я перед кем тутыыф распинаюсь? — спросил он. Вару посмотрел на Куромаку. Пик лениво приоткрыл один глаз.
—Вам всё понятно? — спросил король треф. Пик недовольно заворчал, жмурясь:
—Да мы поняли, — Астрея за его спиной вздохнула, узнавая в нём саму себя на парах, конечно, в те дни, в которые она приходила. Как она не сомневалась, глядя в лицо Куроми, стоявшей по левое плечо у места короля треф, она всё поняла до слова. Самостоятельно вникать в смысл сказанного Астрея не хотела. Очень уж было лень. Да и её конкретно это не касается.
—На вашем месте я бы отнёсся к этому проекту со всей серьёзностью и ответственностью, товарищи пиковые. Это революцонный проект, который напрямую изменит само восприятие энергии и её потребления, — укоризненно и почти обиженно сказал Куромаку, жестом сворачивая голограммную доску. Пик уствало вздохнул и ответил:
—Маку, ну что ты в самом деле? Ты каждый Съезд предлагаешь новые "революционные технологии", которые меняют мир. От поющего горшочка до вечного двигателя, — и Правители немного заулыбались, понимая, что это правда.
—Это называется "умная" мультиварка, между прочим очень полезная в хозяйстве вещь. А "вечный двигатель" - плод научнофантастической литературы или псевдонауки, к которой я, к твоему сведению отношения не имею. Второй закон термодинамики… — и прежде чем здесь разверзлась бы пучина лекции, Пик остановил его:
—Горшочек, вари, — насмешливо сказал Пик, прерывая назревающую лекцию. Куромаку фыркнул и тяжело опустился на место с тихим: "Перед кем я вообще тут распинаюсь?"
Кажется, заметив потерю энтузиазма, Пик поспешил поправиться:
—Маку, не делай это выражение лица, пожалуйста. Мы ценим твою работу, но ты торопишься.
—Конкретнее, —всё ещё сердито спросил Куромаку, не глядя на него и постукивая пальцами по столу. Вару усмехнулся и сказал:
—Траву хоть трогал, ботан? Снежок? — и валет пощёлкал над своей головой пальцами, цокая при этом языком. Это представляло собой очень странное зрелище. Пик кивнул и сказал:
—Вот именно, — Астрея при этих словах про себя сказала с усмешкой: "Сам-то когда в последний раз снег вживую видел?"
Куромаку прищурил на него серые глаза и поставив руки на стол так, словно собирается встать, спросил с вызовом:
—Вы что оба этим сказать хотите? — Пик ответил, постукивая себя по голове и не отводя взгляда от него:
—Горшочек, не вари, — у Куромаку был такой вид, будто Пик его настолько оскорбил, что он даже не знал, как ему реагировать. Зонтик, валет треф, продолжил за Пика, смягчая ситуацию:
—Не обижайся, пожалуйста. Не думаю, что они хотят ругаться с тобой. Они имеют ввиду, что мы не успеваем за тобой. Ты очень увлечённый человек, Куромаку. И мы это понимаем, но может ты сбавишь обороты и отдашь выигранное время на отдых? Мир не рухнет если ты один сезон не будешь предлагать перевернуть ту или иную индустрию и отдохнёшь, — но было поздно.
—Не утешай меня, Зонтик, я выполняю работу, за которую я получаю. Я представляю проекты, а принимать их или нет - ваше дело. Неспособность это сделать - не моя проблема. В конце концов никто из вас в действительности не был обязан меня слушать, — Вару развёл руками:
—Вот, умный же, и сам всё понимаешь, — Куромаку ему не ответил, уже обращаясь к Куроми за своей спиной. Только Зонтик их услышал, так как сидел рядом. Король треф попросил её убрать мигрень, пока он кого-нибудь из сидящих напротив не убил. На это Куроми утвердительно кивнула головой. Она закрыла глаза и её синяя печать третьего глаза на лбу мягко засияла. Астрея заметила с какой тревогой и неодобрением это встретила Николь, бубновая дама. Разумеется, не выразив это вслух, Николь как-то странно уставилась на свои пальцы, сплетённые в замок на белоснежном столе.
—Раз так, то предлагаю тянуть козырь, — наконец сказал Куромаку, дав Куроми знак остановиться.
Ни у кого не было возражений, однако выбор козыря начался раньше, чем Правители успели даже встать с мест и приготовиться к ежесезонной лотерее. Ветер поднимал в в воздух мелкую пыль, что закружила хоровод вокруг стола, как тут Правители поняли, что источником ветра был не грядущий выбор козыря. В воздухе заплясали чёрные молнии.
—Что-то не так! — воскликнула Эмма, — так быть не должно! — Вару поддержал:
—Права, чёрт возьми! Это не мы! — Пик ответил:
—Но это не возможно! Правители управляют Лотереей! Она не может начаться сама собой! — один за другим зажглись без их воли боевые ценности на левых щеках и запястьях левых рук. Первые были валеты. Все четверо зажглись без проблем. После были дамы. Николь сказала:
—Стол будто взбесился! Нужно позвать Джокера-сана! — Феликс ответил:
—Мы не успеем! Лотерея уже началась! — короли тоже присоединились к выбору козыря. Королевская Дюжина в полном составе. У Высшей Силы тяжёлый выбор, но вместо паузы, знак на стороне трефовых засветился и озарил всё холодным серо-голубым светом, словно он пробивался сквозь слой воды, потому причудливо искрился. Выбор окончен, козырь избран. Ромео, король черви, пощупал щёку.
—Что это было?! — спросил он, — разве стол? Это потому что мы задержались? Но мы же и дольше засиживались, не выбирая козырь! Всё равно не подходит! — Вару раздражённо потёр виски пальцами, говоря королю черви:
—Ромео, прекрати думать, у тебя плохо получается.
За столом началось шумное обсуждение случившегося. Попытка позвать Красного Джокера ни к чему не привела. Дама черви, до сией минуты остававшаяся молчаливой, вступила в беседу:
—Ох, точно что-то случилось, — сказала червовая дама, принцесса Хелен, потирая в руках свой платок, — обычно он отзывается сразу, когда его настойчиво зовут столько карт, — она просто сказала вслух то, что волновало всех.
—Верно, но раз Джокера нам не позвать, — Куромаку рефлекторно повернулся к Данте, королю бубен, — Данте, сделай нам милость, покажи "фокус", — Данте в ответ кивнул и сказал:
—С удовольствием, дорогой брат. Покажу, дай мне минуту, — Данте вынул из-за пазухи курительную трубку и ничем не заправляя её, дунул на неё огнём, зажигая её. Данте сел на стул, откинулся на спинку и расслабился, что делать мог быстро.
Правители следили за ним, но это могло сбить кого угодно, кроме короля бубен. Прошла минута. Данте сделал глубокую затяжку и выдохнул на стол первую порцию алого дыма, пахнущего как жжёная хвоя, корица и мандарины, который не рассеивался. Рубиновые глаза короля бубен вспыхнули магическим пламенем.
—Я не даю гарантии, что покажу, но если это находится в пределах моей видимости, то мы узнаем.
Дым опутал стол и когда рассеялся все поняли, что он ничего не показал. После недолгой паузы Вару сказал:
—Эм, Данте, здесь ничего нет, — Данте задумчиво снова взял трубку и ответил:
—И таким образом мы знаем как минимум то, что источник наших бед вне зоны нашей досягаемости, — Пик сжал кулаки и спросил:
—И что это значит? — Куромаку ответил:
—Есть только одно место, которое Данте не может окинуть своим взором без проводника. Реальный Мир…