Сталь

В этот раз она сидит в его машине, полностью отдаваясь музыкальному вкусу Сатаны. Вильям и Клара уехали утром на такси, оставив их один на один. За завтраком не было ни единого вопроса в сторону данной «парочки», которые пришли к молчаливому выводу называть свои отношения: «комфортом». Взаимовыгодным комфортом. 

Боковым зрением она видит, как его рука властно лежит на руле, а татуировка прямо-таки блестит ярко-чёрными чернилами. Хотя, признаться честно, сегодня она не собиралась ехать в университет.

— Я не хочу лезть к тебе с тупыми вопросами, — аккуратно начинает она, чем привлекает едва заметный поворот шоколадной головы. — Но мне бы немножко ясности.

— По поводу? — Локи делает музыку чуть тише, а серебристые радужки расширяются от эстетичности этого незамысловатого действия. 

— Н...По поводу тебя и меня. — Язык не поворачивается сказать «нас».

Локи задорно улыбается, подмечая, как она пытается избежать слов, объединяющих их вместе. И правда, хорошая кандидатура, как говорит отец.

— Ясности? — На секунду он поворачивает на неё голову, отворачиваясь от дороги. Но она упорно рассматривает едва заметные пылинки изнутри лобового стекла. — Ты моя.

— Но ты не мой, — усмехается девушка. — Не находишь это чересчур полигамным?

— Кто сказал, что я не твой? — бархатный смех Локи, затекает в её ушные раковины. — Флиртуй с кем хочешь, то же делаю и я. Но все твои желания начинаются мной и мной заканчиваются. Вот тебе ясность.  

— Получается, все твои желания начинаются и заканчиваются на мне? — Вэл едва сдерживает смех. 

Этот спектакль скоро закончится, нужно просто стать приглашённой звездой очередного акта.

— Да, определённо, — Локи смеётся ещё сильнее, только девушка замечает его серьёзный взгляд. — И ещё: не вздумай мне когда-нибудь лгать. Не думаю, что тебе это понравится. — Голос становится серьёзным, а левая рука до побеления костяшек сжимает руль. 

«Заткнись, идиот». - Локи подкусывает губу. – «И расслабься, тебе всего лишь нужно не позволить уехать ей куда-либо через несколько дней. Привязать к батарее, например». — Жемчужные тиски выпускают губу, облизывая её.

— Какие планы на эту неделю? — будничным тоном спрашивает Тайфер.

— Планы? — хмурится девушка. Он что-то знает? — Ну...эм... учиться, — пожимает плечами Вэл. — Ну, и быть не убитой, — слух Локи напрягается, — от рук Беверли Белл.

— А что с Беверли Белл?

— Она помешана на тебе, если ты не в курсе, — Валери, наконец-то, поворачивает на него голову, но Локи только довольно расплывается в улыбке.

— На мне все помешаны.

— Кроме меня, — скрещивает руки на груди Вэл.

— Н-да? А что ж ты тогда делаешь в моей машине? — хитро улыбается Локи, перемещая правую руку на её бедро.

— Ты приказал, — довольно поджимает губы девушка.

— А не убирать мою руку с твоего колена тоже я приказывал? — чуть горделиво приподнимает подбородок Тайфер.

— Ненавижу, — усмехается девушка, пытаясь скинуть его ладонь, которая железной хваткой вцепилась в ногу.

Волки внимательно смотрят на то, как «Audi» Локи Тайфера плавно входит в поворот на парковку, лениво тормозя на своём парковочном месте. Никто не ожидает увидеть сестру Вильяма, выходящую из машины Локи, а уж тем более, никто не готов к тому, что его правая рука властно ложится на её талию, придерживая около себя.

Тео закатывает глаза, усмехаясь этому цирку. Локи Тайфер и отношения равняется какому-то бреду.

— Не сутулься, принцесса. Держи марку, — улыбаясь уголками губ, чуть слышно говорит он ей на ухо.

Стыдно признаться, но, чёрт подери, ей нравится такое внимание.

— Добро утро. — Локи пожимает парням руки, пока Вэл всего лишь кивает головой, слегка приподнимая уголки губ. Как только доходит очередь до Росса, то Тайфер притягивает его к себе, говоря так тихо, чтобы услышал только оппонент. — Видишь, зайка, а я говорил, что она моя. 

— Надолго ли? — хмыкает Росс, вынимая свою руку из его ладони.

— Ну, что, Волчата? Время праздновать свой звериный пир! — ухмыляется сестра Вильяма, доставая из внутреннего кармана конверт с деньгами. 

— Ты решила отдать их здесь? — взгляд Локи вспыхивает негодованием.

— Я не решила. Я отдаю, — хитро улыбается девушка, передавая конверт брату. — Надеюсь, больше таких страшных казусов с вами не случится.

— Откуда? — Сгребает сестру в охапку Вильям, тихо говоря ей на ухо.

— Это часть от зарплаты. Ты забыл? Я сопровождала начальника на важной встрече, — Валери улыбается под серьёзный взгляд Тайфера. 

Её ложь настолько граничит с правдой, что воплощается в неё.

— Я верю тебе, — несколько раз кивает головой брат. — Спасибо. — Он снова обнимает сестру. — Я верну всё, обещаю.

Только это «Я верю тебе» — на деле пустой звук. Вильям столько лет служил для Локи психотерапевтом, что несуществующим заданием его не провести. Знает он, чем на самом деле занимается сестра. Но, как мудрый старший брат, не станет докучать ненужными нравоучениями, поздно уже. Остаётся только подыгрывать ей и быть рядом.

— Забей, мне они не нужны, — хмыкает девушка. По спине пробегают неприятные мурашки от такого тёплого взгляда брата. Не заслужила она этого. — Отпусти, я пойду к Кларе. — Поворачивает голову в сторону Локи. 

Сбежать поскорее, да и только.

— А поцеловать мужчину своей мечты? — дёргает бровью Тайфер.

— Мужчины мечты не вижу, — неопределённо пожимает плечами Вэл.

— Це-луй, — по слогам приказывает Локи, когда её губы касаются его щеки.

— Вэл, он точно не держит тебя в заложниках? — смеётся Зак, в голове которого всё равно не укладывается, что эти двое вместе. — Моргни, если да.

— Нет, — смеётся девушка, разворачиваясь спиной к компании.

— Что. Это. Чёрт. Возьми. Такое?! — максимально выдержанно, выставив указательный пальчик, спрашивает Талия, когда Вэл подходит к компании девушек.

— Возможно, что мы в отношениях. — Последнее слово Валери произносит очень неуверенно, поджимая плечи к ушам. 

Ей больше нравится думать, что это рабочий альянс, который так удачен для бизнеса. В отношениях они никогда не смогут мирно сосуществовать, а вот в альянсе – ещё как.

— Вы ЧТО?! — не выдерживает Аманда. — А ты чего молчишь? — поворачивается она к Кларе. — Это твоя обязанность была, чтобы она не запуталась в его паутине!

— Успокойтесь, он наиграется и отстанет, — улыбается Вэл, сжимая в руках ремешок от сумки.

— Хорошо, что ты не считаешь, что это всерьёз, — поджимает губы Никсон, смотря на побелевшую Беверли. 

Все они ни разу не видели Локи Тайфера в отношениях. 

— Прекратите, он же не монстр, — пытается оправдать его Клара.

— Он – сущий Сатана, Клара, — поджимает губы Элизабет, — вы только посмотрите на него!

Все, как одна, поворачиваются на Локи, который, запрокинув голову, смеётся, разводя руками. 

— Здесь наложить зловещую музыку, и этот смех в секунду перестаёт быть безобидным! — совершенно серьёзно заявляет Уокер.

Первой от смеха не удерживается Валери, закрывая ладонями лицо. А вслед за ней и все, кроме Беверли, начинают хохотать. Уголки её губ слегка приподнимаются, чисто из вежливости. 

— Мисс О'Коннор, можно вас? — Девушки резко прекращают смеяться, как только слышат голос декана.

— Да, конечно, — пожимает плечами девушка.

— Пройдёмте в мой кабинет, пожалуйста, — сдержанно улыбается женщина. 

Валери лишь неопределённо смотрит на девушек, с растерянным видом следуя за миссис Отумн.

— Я что-то успела натворить? — улыбается Валери, усаживаясь в кресло напротив декана.

— Ваша посещаемость оставляет желать лучшего, хотя, преподаватели, что странно, не жалуются на вас, — снимает очки женщина. — Но речь пойдёт не о том. Меня больше интересует вопрос, по какой причине, я только сейчас узнаю, что вы являетесь родной сестрой Вильяма Брэдли? И по какой причине, вы поступали под другой фамилией?

— Миссис Отумн, позвольте узнать, откуда у вас информация такого рода? — От улыбки не остаётся и следа, а серебристый взгляд стремительно мутнеет, отчего женщине становится неудобно смотреть на ученицу. 

— Для начала, ответь на мои вопросы, — сдержанно проговаривает Гвен.

— О'Коннор — фамилия моей матери. Во всех документах прописана именно она. Мне почти двадцать, я сама за себя отвечаю, вы поздно спохватились.

— Меня совсем не интересовала данная ситуация, если бы не ваш отец, — складывает руки в замок Гвен Отумн, а сердце Вэл проваливается на уровень желудка, но, если она встанет, оно, вполне вероятно, достигнет пяток.

— Мой... отец? — надменно наклоняет голову влево. —Это кто же? — ухмыляется девушка.

— Джеймс Брэдли. Произошла не лучшая ситуация во время вашего отсутствия. Ваш отец был здесь, искал встречи с вами. Он пригрозил мне снятием с должности, если ваша фамилия не изменится. — Женщина внимательно смотрит на то, как собеседница начинает смеяться.

— Что ж, тогда вам не о чем беспокоится, — сквозь смех говорит девушка. — Он сегодня же передумает вам угрожать.

— Я, конечно, не эксперт в семейных делах, таких влиятельных семей, как у вас. Но вы не думали примириться с вашим отцом?

— Нет. Потому что он мне не отец, — пожимает плечами Вэл под непонятливый взгляд декана. — Я – всего лишь один из победивших сперматозоидов, извергаемых из его полового органа. На этом всё. Вам не стоит переживать из-за вашей должности, декан Гвен Отумн. У него в силах многое, но у меня больше. Теперь вопрос другого характера, кому доверяете вы: этой падали или мне? И, упаси вас Господь, чтобы вы дали верный ответ. Потому что, доверившись ему, вы будете отправлены в утиль и не моргнув. Надеюсь, что на этом наша беседа окончена, — девушка поднимается с кресла, останавливаясь у дверей, слегка поворачивая голову. — Если вы сделали правильный выбор, переживать вам не о чем, — двери за девичей фигуркой закрываются. 

Она прислоняется затылком к дверям, судорожно выдыхая.

Джеймс Брэдли прибыл в Харгандер.

Девушка проводит ладонью по лицу, чувствуя себя в клетке, с одной стороны которой стоял Локи Тайфер – тиран, монстр, проклятый Дьявол; с другой – новоприбывшая падаль; с третьей – лучистый взгляд брата, который наконец чувствует себя на своём месте. 

Кому: Красавчик 13:46

Рэдж, мне нужна твоя помощь.

— Эй, Вэл? — Валери открывает глаза только тогда, когда понимает, что Клара буквально тормошит её за плечи. — Вэл, что произошло?

— Я... Я устала, — слегка улыбается девушка.

— Что-то плохое? Тебя отчисляют?

— Клара, — уголки губ Вэл содрогаются от улыбки, — лучше бы отчисляли. 

— Как на счёт клубничного десерта? Это восьмое чудо света, я серьёзно! — Клара тянет Валери за собой, а О'Коннор с радостью поддаётся. 

Наверное, поэтому она всерьёз начала называть девушку брата своей подругой: она ни разу не досаждала с ненужными вопросами. Клара просто была рядом. Как и Вэл была рядом с ней, когда это было нужно Рид.

Клубничный десерт, и правда, помог собрать Валери, а точнее её мысли в крепкий стальной кулак. Что говорить, даже нападки своего новоиспечённого парня она выдерживала с высоко поднятой головой и серебристым смехом. 

В их взаимоотношениях она пока слабо разбиралась, всё вроде было так же, как и раньше: постоянно цеплялись к словам, высмеивали друг друга. Только теперь никто не смел и лишнего слова сказать в её сторону, а влюблённые в Тайфера девочки пожирали хрупкие плечи взглядом, полным ненависти. 

К слову о Локи, он продолжал следить за любым её действием турмалиновым взглядом, и только сейчас Валери рассмотрела за железным занавесом самое настоящее, неподдельное восхищение. Это то малое, что заставляло украдкой улыбаться.

***

Она выходит из машины за несколько кварталов от офисов, одёргивая куртку. 

Валери поправляет серебристое колечко в носу, оборачиваясь. Дожили, уже кажется, что за ней ведут слежку. 

Дорога до офисов занимает около тридцати минут спокойной ходьбы, как она и планировала. По её расчётам, в восемь вечера на тринадцатом этаже должен остаться только Сид Оуэлл, чтобы принять некую Дрейк Голдфинч, по личному делу. Так уж повелось, что Оуэлл любил принимать всех наркоманов в своём роскошном кабинете, самоутверждаясь над ними, таким образом.

О'Коннор медленно входит в кабинет, закрывая за собой дверь. Его секретарша явно не сможет испортить сегодняшнее выступление, единственного свидетеля отпускают пораньше. Как досадно. 

Мужчина, сидящий за столом, смотрит на очередную наркоманку с нарочитой деловитостью и даже с чувством собственной важности.

— Мы же уже виделись, ведь так? — деловито спрашивает он, стараясь внимательно рассмотреть её лицо.

Девушка податливо снимает капюшон, садясь напротив него.

— Виделись, Сид Оуэлл. — Он узнаёт этот перелив серебристых колокольчиков, похотливо облизывая губы. 

— Надо же, твои Волки отдали долг. А ты пришла ко мне за этим, — пошло ухмыляется Оуэлл, прокручивая в пальцах правой руки пакетик с белыми колёсиками.

— Да, за этим. Только... Волки долг отдали, пора бы и тебе, — копирует его эмоцию девушка, медленно облизывая губы. 

Валери не спеша достаёт пистолет.

— Какого чёрта?! — Он резко поднимается со стула, но сделать шаг в сторону не предоставляется возможным, так как рука вытягивается, беря его на прицел. 

— Тихо, тихо, тихо, — опасно ухмыляется Вэл. Скорее, это оскал зверя, который очень гордится собой. Кто бы что ни говорил, но она любит распоряжаться жизнями таких ублюдков, которые толкают наркоту подросткам и молодым людям. — Неужели ты забыл, Сид, о сделке, которая произошла два года назад между тобой и одними очень влиятельными людьми? Мы предоставили свои услуги, но ты забыл об оплате. — Оуэлл пятится к стене, когда улыбка девушки становится ещё более кровожадной.

— Ты же не выстрелишь в меня. Ты... ты не можешь, ты сломаешь себе жизнь! С-сколько тебе?

— Достаточно, чтобы жизнь была уже сломана. — Улыбка исчезает с лица девушки, а она так и сидит в кресле, постукивая большим пальцем левой руки по подлокотнику. — Кстати, все твои рабочие ушли домой, сейчас здесь только мы, — совсем некстати говорит она.

— Что нужно сделать? — мужчина сглатывает. — Можно как-то договориться со Стаей? Я могу загладить свою вину, я...

— Попробуй, конечно. Сейчас у тебя есть такая возможность.

— Я... Я не виноват. Джеймс Брэдли пришёл ко мне на следующий день после заключения сделки со Стаей, пообещал защиту и работу, если я буду толкать наркоту подросткам. Я, у меня не было выбора, я...

— Ты думал, что мы забыли про сделку? Поэтому открыл на наши деньги бизнес и начал работать на Брэдли? И причём каким образом «работать». Ты действительно думаешь, что он сможет защитить тебя? Прямо сейчас? — девушка поднимается с кресла, облокачиваясь на стол.

— Дай мне два дня, я выплачу вам долг. Клянусь, я выплачу!

— Что ж...— Вэл отходит к двери, протягивая руку к ручке. Оуэлл судорожно выдыхает. — Нет. — Девушка резко разворачивается, затвор лязгает в напряжённой тишине, а пуля стремительно достигает цели – живота.

Вот оно – то чувство, когда после выстрела, побаливает рука, звук которого всецело поглощён глушителем. Это то, чему её учили всю жизнь.

Она сокращает расстояние между ними, пока он скатывается по стене, оставляя за собой кровавый след. Девушка присаживается рядом с ним на корточки, доставая из кармана куртки бордовый бутон розы.

— Ты же знал, что в нашем деле никому нельзя верить. Тем более предавать. А ради чего? Чтобы подсадить богатую пятнадцатилетку на экстази? На метадон? На дезоморфин? Это не хорошо, ой как не хорошо. — Облизывает губы, смотря на его красную от крови рубашку. 

— Сука, — хрипит он.

— Ну, чего же ты? Тебе повезло быть посланием для моего папаши. Это очень важная миссия, так ты искупишь свой долг перед Стаей, — улыбается она, нюхая цветок. — Тебе нравятся розы? 

— Катись к дьяволу! — скалится мужчина.

— Встреча у меня с ним завтра, — хмыкает она, приставляя дуло к его лбу, фалангой пальца нажимая на спусковой крючок. — А у тебя сегодня. — Бледная рука аккуратно укладывает бутон розы на его лоб, вместо дырки от пули. 

Оставляет на нём свой фирменный почерк. Почерк, из-за которого подкупленный офицер полиции закроет глаза на это дело, опасаясь того, чтобы такой бордовый бутон, не дай Бог, не нашли на ком-нибудь из его семьи. 

Это послание уже сегодня передадут Джеймсу Брэдли – королю Империи, чьё королевство построено на детских костях. В этой выходке он снова прочтёт непокорность своей любимой дочери.

Она останавливает свою машину только на обочине моста над Хандервотер. На переднем пассажирском сидении небрежно валяется пистолет, девушка выходит из машины, облокачиваясь на перила. 

Холодный воздух остужает мысли, а руки начинают слегка подрагивать. Пять лет назад руки дрожали точно так же от первого убийства. 

Тогда это было в порыве куража и страсти, тогда ей это нравилось – забирать жизни ублюдков. Ей поручали устранять только таких – толкающих тяжёлую дурь среди молодёжи и детей. И она с радостью распоряжалась их жизнями в попытке хоть немножечко очистить этот мир. 

Спустя пять лет пришло осознание своих действий. Каким бы не было то подобие на человека, она собственноручно лишила его возможности дышать, представала его палачом из-за того, что тот не выплатил свой долг или перешёл черту. 

А ведь в какой-то момент, кто-то очень ловкий и сильный прокрадётся и к ней, точно так же застрелит, потому что перешла дорогу, потому что не повиновалась кому-то, потому что она – угроза. 

Раньше было всё равно. Раньше она была неуязвимой: без ненужных родственных связей и друзей. А сейчас есть люди, которые её любят. Люди, которые могут смертельно пострадать от своей любви.

«... ей прострелили голову...», - всплывает в мозгу глухой тембр Локи. 

Валери судорожно выдыхает горячий воздух, образуя небольшое облачко пара. Кулачок с силой, несколько раз бьёт по периле, попадая точно ребром ладони ровно до тех пор, пока она не начинает предательски жечь от крови. Только это адское жжение в руке вовсе не помогает выкинуть голос Тайфера из подкорок мозга. 

Носа касается что-то ледяное, затем щеки. Вэл поднимает голову вверх, смотря в ночное беззвёздное небо. 

Сверху летят первые хлопья снега, будто желая отмыть её от всего произошедшего ужаса. Она продолжает смотреть в пустоту, утыкаясь взглядом в мигающий слабым светом спутник. 

 И почему живые и тёплые люди так любят смотреть на эту ужасно холодную и далёкую штуку, которая напоминает разве что о людской ничтожности и хрупкости? 

Красота неба всегда обманчива, за ней, по сути своей, ничего не скрывается. Кстати, если присмотреться хорошенько, в каждом человеке есть частичка такого неба.

Красавчик 22:17 

Что случилось? Я буду через два дня.

Вэл улыбается, читая его сообщение. Чип спешит на помощь к Дейлу. И, кажется, так будет всегда. Хочется, чтобы было всегда. Она быстро набирает сообщение, леденеющими пальцами: «Джеймс в городе. Старший братец, скорее всего, тоже».

Красавчик 22:18 

Я скоро буду, Мышка. Ничего не бойся :*

Валери убирает телефон в задний карман, ничего не отвечая. Домой не хочется точно, значит, едет к Вильяму.

— Вэл? — искренне удивляется брат, когда открывает дверь. 

Он стоит с бутылкой пива и вороньим гнездом на волосах.

— Отдыхаешь? — усмехается девушка, переступая порог квартиры.

— Выглядишь неважно, — подмечает старший брат, когда она залпом осушает остатки из его бутылки.

— Не против, если я останусь? Не хочу быть одна в такой замечательный вечер! Там, представляешь, снег пошёл, — нелепо улыбается она, стаскивая ботинки.

— Конечно, снег, давно пора. Скоро Рождество.

— Да-да, Рождество! Хэй, праздник! Воу! — истерично смеётся девушка. 

Сейчас бы самое время зареветь, как маленькая пятилетняя девочка, которая расшибла коленку. Но она не может проявить такой слабости. Снова. Слезам остаётся только течь по венам, оставляя глаза сухими и пустыми дырками в глазницах.

— Вэл?! Вэлар, что такое? — Вильям тут же зажимает её лицо в своих руках, боясь смотреть в пустые зрачки дольше секунды. Сестра лишь утыкается ему в грудь. — Так, мелкая, пошли, налью тебе чего-нибудь покрепче.

— Я не знаю, Вил, я запуталась, — отпивает девушка содержимое стакана, жутко морщась. — Что за дерьмовый виски?

— Чай, Вэл, — усмехается Вильям, когда её губы всё же содрогаются в улыбке. Парень резко поворачивается на звук из телевизора, пока Валери застывает, словно статуя из камня. — Ничего себе! — изумляется Вильям. — Козла Оуэлла застрелили, карма - сука! 

«Сука не карма, сука – я!», - усмехается Вэл, делая ещё глоток чая.

— Говорят, он тяжёлую наркоту детям толкал, — смотрит на него Валери.

— Да? — поворачивает голову на сестру Вильям. — Он сильно известен в ваших кругах?

— Достаточно для того, чтобы быть убитым, — хмыкает девушка. — У самых властных организаций есть два правила: не толкать детям и не торговать органами. Если ты этим занимаешься, то, в первом случае, на тебя начинается охота, а во втором – никто не хочет заключать с тобой сделок. Но если ты смог сколотить свою империю, то нас ждёт только война, — неоднозначно усмехается Валери. — Пожалуйста, давай не об этом.

— Вэлар, что произошло? Ты после Лондона сама не своя, а теперь ещё и отношения с Локи... Я даже не знаю, что сказать по этому поводу, потому что ты тупо ничего не рассказываешь.

— Я в заднице, как и всегда, — улыбается Вэл. —Осталось только пулю в лоб пустить.Человек, который воспитал меня, умирает. А я не знала об этом. — Маленькая слезинка всё-таки не согласна течь по венам, едва намочив нижний ряд бархатных ресниц, она застывает сталактитом на ледяной щеке. — Я почти год шлялась непойми где, я была так занята собой, что ни разу не позвонила ему. Даже Рэджи знал. Знал и молчал. Врачи сами не знают, сколько он протянет... Он переписал на меня всё... всё переписал. А я не знаю, как с этим, чёрт возьми, справится.Не знаю! Я умею только жать на спусковой крючок, когда приказывают! А он хочет,чтобы теперь приказывала я! Он поставил не на ту. Он решил уйти, когда надвигается война! И со мной им точно не видать победы, понимаешь?!

Вильям молча пододвигает свой стул поближе к Валери, крепко обнимая её. Он слабо что понимает, но суть уловил превосходно: ей предстоит слишком тяжёлый путь и борьба с их отцом. Большая ладонь успокаивающе гладит по спине, а подбородок касается макушки.

— Знаешь, когда мама умерла, я поклялся, что тебя никто не тронет. Мне было всего-то семь, а я уже хотел защищать тебя. И у меня не вышло, я не смог удержать тебя, не смог защитить. И я жалею об этом всю свою долбанную жизнь. Я смотрю на тебя и понимаю, что каждое твоё решение связано с тем, что мне не хватило духа. Но твой Коршунов, смотрит на тебя с другой стороны: как на человека, которого не сломал ряд определённых случаев. Более того, попав в такого рода организацию, сохранил себя и своё сердце. Поэтому он ставит на то, что ты справишься. Я верю в то, что ты справишься. А я буду рядом и не позволю больше так больно упасть, хорошо? 

Она поднимает на него посеребрённые радужки, пока он большими пальцами стирает единственную капельку с щеки, не считая это слабостью. Его нефтяной вязкий взгляд светится в тёплых лучах от ламп.

— Тайфер убьёт меня, — шепчет она. И так будет с вероятность в миллиард процентов. Она же солгала. 

— Он не знает? — глаза Вильяма округляются. — Можно я сначала спрошу одну вещь, которая может тебя обидеть. Ты с ним не из-за того, что он приказал?

— Нет. Я с ним потому, что мне комфортно. Это хороший рабочий ход. Но узнав о том, что я солгала ему, он меня расчленит...

— Но ты же не лгала ему, ты просто не сказала, пока что. Потому что всем продолжает распоряжаться Коршунов. Ты ведь не лгала ему?

— Нет, не лгала, — подкусывает губу Вэл. 

Ну, как сказать, не лгала. Просто не договорила. Всего-то. Ну, утаила второе задание, венцом которого стало убийство. Всего лишь. И потом Локи сам, скорее всего, много не договаривает. 1:1, так сказать.

— Ну, вот и всё, — довольно улыбается Вильям. Для него эта проблема кажется решенной. Но, к сожалению, только для него. — Что по плану дальше?

— Антихрист, — усмехается Валери. — Джеймс Брэдли, — расшифровывает она. Вильям отпускает сестру, отпивая её чай. Что за шутки?

— Не понял, — сводит густые брови к переносице.

— Он был в университете, по-отечески справлялся о моём посещении и по-дружески пригрозил декану её увольнением, если я не сменю фамилию в документах.

— Зачем ему это надо?

— Я бы тоже хотела это знать. — Валери опускает глаза на уведомление в телефоне.

Красавчик 01:20 

Вэл, будь аккуратна. Есть информация, что Вэрнарда видели в Харгандере.

— Что? — срывается едва слышимый выдох с её губ. 

В глазах тут же темнеет, будто прикладом в висок ударили. Напряжённый  взгляд брата скользит по полуоткрытым губам сестры, которые судорожно начинают хватать воздух. 

Дыхание учащается, и если бы не вовремя подхвативший её Вильям, она бы сползла с этой высокой табуретки прямо на пол. Организм не выдерживает такое количество стали внутри альвеол.

Кажется, будто шрам на коже кто-то облил бензином и поджог. 

Вильям тут же подхватывает сестру, помогая прилечь ей на диван. Различать реальность становится тяжело, когда приходит ощущение, что острое лезвие входит в левую руку. Тебе не будет больно, крошка. Лезвие скользит, образуя продольную полосу. Тебе так будет лучше. Кровь горячо обжигает плоть. Бизнес отца будет моим. Всхлип застывает в ушах, образуя вакуумную завесу. 

Резкий запах нашатыря возвращает в действительность, а испуганные глаза Вильяма ошалело бегают по лицу сестры.

— Эй, Вэлар, ты в порядке? — Вильям тут же откидывает ватку, подкладывая под её голову подушку.

— Да, думаю да, — слабым голосом говорит девушка. —Видимо, меня скоро убьёт Вэрнард, — ухмыляется она, проводя подушечкой пальца по шраму.

— Не неси чепухи, он в Нью-Йорке, что ему здесь делать?

— Он здесь. Только что написал Рэджи. Почему-то наш брат видит во мне угрозу с самого детства.

— Он болен, — поджимает губы Вильям. — Я пытался говорить с ним, но его будто запрограммировали...

— Хватит... Расскажи лучше, где Клара? Она же здесь почти каждый день, — ухмыляется Валери.

— Да, она иногда уезжает к родителям, в пригород. Но сегодня мы поссорились. — Вильям садится на диван, кладя ноги сестры на свои. 

— Поссорились? — приподнимается с подушки Вэл.

— Лежи, — строго смотрит на неё Вильям, поглаживая по ноге. — Ничего серьёзного. Она пыталась выпытать из меня, что Локи чувствует к тебе, потому что она, хотя и верит в него-хорошего всем сердцем, не хочет, чтобы он-плохой тебя ранил.

— Вы серьёзно поссорились из-за этого? — смеётся девушка.

— Да, и в правду звучит глупо, — смеётся он в ответ.

— Это звучит очень глупо!

— Не для неё. Да, забей, завтра всё будет нормально. —Вильям закидывает голову на подушки. 

— Постой-ка, а что Локи чувствует ко мне?

— Ты туда же? — хмуро поворачивается на неё брат.

— Нет, просто, очень уж интересно, как ты доказывал, что он хороший парень.

— Ну-у-у, я знаю только то, что как-то на пьяную голову он сказал, что у тебя очень доброе сердце и что он не хочет, чтобы его кто-то разбил.

— И решил разбить сам? — чуть хмурится Валери.

— Он – монстр? Да. Его таким сделали обстоятельства? Да. Ему трудно снова проявлять эмоции? Безусловно. Но я знаю, что он, если говорит: «Она моя», это значит, что он не только присваивает, но и оберегает. А разве человек, который оберегает, может разбить сердце?

— Сам на нём жениться ещё не надумал? — смеётся Валери, не желая сейчас окунаться в такую серьёзную тему, как отношения. В ответ она слышит грудной смех брата.

*** 

 Валери никогда не любила декабрь по одной огромной причине – Зимний приём в семействе Брэдли, который ежегодно устраивали Роберт и Маргарет Брэдли. 

Дедушка и бабушка самозабвенно верили, что они могут помирить любимого сына с не менее любимой внучкой. 

Валери начала появляться на этом мероприятии только после долгих уговоров родной тётки - Одри Брэдли, которая клятвенно заверяла, что её брат и племянник почти не посещают семейный дом. 

Но успешными эти появления среди семьи назвать нельзя: в шестнадцать, на её первом появлении, Вильям уговаривает её не афишировать себя под их фамилией, не дай Бог старший брат узнает о её вылазке; в семнадцать она пропускает «семейное» торжество из-за дела в Коннектикуте; а в восемнадцать случается пересечься с отцом, когда они закатывают скандал на весь дом Роберта. Появиться там в этом году – означает подписать себе смертный приговор и исполнить его руками Вэрнарда.

— Ты так и будешь сидеть? Пара уже кончилась, —слышит она отдалённый голос Клары, но рука всё ещё сжимает карандаш. — Вэл!

— Чего? — девушка растерянно моргает.

— Пошли, говорю, у нас кончились пары, — хмыкает Клара, смотря, как подруга начинает собираться.

— Вы помирились с Вильямом? — спрашивает Вэл, когда они выходят из аудитории.

— Конечно, да. Мы особо сильно никогда не ссоримся, — гордо приподнимает подбородок Клара, смеясь при этом. — Как дела у вас с Локи? — играет она чёрными бровями.

— Локи... Мы не виделись со вчерашнего дня.

— Даже не списывались? — щурится Рид. На что получает отрицательный кивок головой. — Ты это называешь «отношения»?

— Я это называю «комфорт». И всё, — ухмыляется Валери, замечая в противоположной стороне коридора Талию, которая приветственно машет рукой.

— Скоро Зимний приём у твоей семьи, — начинает издалека Клара. — Ты пойдёшь?

— Это не лучшая затея, — улыбается Валери, затягивая растрепавшийся хвост. — Вэрнард вот-вот начнёт на меня охоту.

— Да, Вильям очень опасается за то, что ты появишься там. А вот мы обязаны, — грустно улыбается Клара под непонимающий взгляд подруги. — Я была там один единственный раз, всего около часа. И, знаешь что, это общество богатых напыщенных индюков мне вообще не нравится!

— О-у, да что ты, правда? — хитро скалится Валери, один в один напоминая эмоции Вильяма, от чего Рид начинает хохотать.

— Боже, ты сейчас была одно лицо с братом!

— На то мы и семья, — смеётся девушка.

— Чем вечером занимаешься? — спрашивает Клара, попутно собирая растрепавшиеся волосы от внезапного порыва холодного ветра в лицо. — Ого, как насыпало. Первый раз такое в Харгандере, — подмечает девушка.

— Деградирую, как и обычно, — натягивает солнцезащитные очки на лицо Вэл.

— Ты адекватная? Солнца нет.

— Да? А почему тогда светло? — хмыкает Валери под заливистый смех Рид.

— М-м-м, цветы от тайных поклонников? — Клара внимательно смотрит на капот машины подруги, вернее на белоснежные лилии, лежащие на нём.

— Дай Бог, чтобы не от тайных убийц. — Валери аккуратно берёт букет в руки, вытаскивая из него записку.

«Представляю, как все достали тебя с вопросами о Зимнем приёме у твоей семьи. Чего таить, рауты у стариков отменные. Ох, прости. Не сердись. Эти белоснежные лилии, как и твоё сердце. У меня для тебя сюрприз на вечер. 

Горячо любимый тобой,

 Локи».

— Локи?! — в изумлении сводит брови к переносице Клара. — Локи подарил цветы? Что ты с ним сделала? Заколдовала?

— Клара, ущипни меня немедленно, — просит Вэл беспомощно оборачиваясь к подруге. — Ай! — шикает она, после того как Клара зажимает пальцами кожу О'Коннор через утеплённую джинсовку. 

— Видимо, у тебя появились планы на вечер, — хитро протягивает черноволосая, открывая переднюю дверь с пассажирской стороны.

— Надо в аптеку за валерьянкой заехать, — посылает ей убийственный взгляд Вэл.

— И в торговый центр, — задумчиво добавляет Клара.

— Для чего?

— Чтобы у Тайфера весь следующий век стоял.

Валери резко поворачивает голову в сторону Рид, уж от кого, а от этой милоты на ножках такого высказывания она не ожидала!