Чертовка
Плейлист на эту часть:
Позови меня с собой - Palina
Агония (speed up) - ailie
Приятного прочтения)
тгк: Milly Bosh
_______________________
Она не могла пошевелиться и уже стала невольной заложницей своих беззвучных мыслей. Сюда шёл человек, которого она меньше всего ожидала, или меньше всего хотела, здесь увидеть. Сильный медиум, талантливый парень и похититель женских сердец. Олег Шепс. Его образ - чёрный, как ночь. Он не шёл, он плыл своей походкой к ним сюда, где стоит Ира. Чувство, которое вело её сюда, вдруг притихло, словно встретить его и было целью чуйки. Девушка смотрела на приближающуюся фигуру и не могла выдавить из себя и слова. Она не знала, что её сюда привело, но увидев Олега всё поутихло и мужчина, сам того не зная, завладел ею.
—Здравствуйте. – без улыбки сказал Шепс. Все хором поздоровались и узнали Олега, а Ира не могла заставить себя даже моргнуть. Его бархатный голос отдавался прямо в сердце, в самом сердце. Приятными вибрациями разливался по телу.
—Добрый вечер, Олег. – Илья, ведущий этого выпуска, поприветствовал экстрасенса. — Как вам деревенька? Как настрой вообще? – разбавлял он напряжение, которое оставил после себя Гецати.
—Никак. Просто никак. – сухо отвечал Олег. — Я с самого въезда сюда чувствую себя плохо. Мне как будто верёвку на шею накинули насильно и душат откуда-то исподтишка. – сказал медиум, а толпа ахнула. Они поняли, что экстрасенс уже чувствует, для чего его позвали сюда.
Шепс приступил к испытанию. Своими длинными пальцами он исследовал конверт с фотографией Валеры. Он что-то рассказывал, какие-то мелкие подробности о его жизни. Тётка кивала, подтверждая все слова медиума. Толпа была уверена, перед ними стоит не Олег Шепс, а их Валера, который пытается связаться с ними через экстрасенса. Все эти фокусы девушку не удивляли, но его энергетика, парящая в воздухе, сковала все чувства. Не смотря на то, что она считала его силу выдумкой, он смог зацепить её своей харизмой. Своими глазами, которые он никогда не отводил и смотрел точно завороженный.
—Матушка... – хрипел Олег и смотрел прямо в глаза Раисе Максимовне. Женщина снова растрогалась. Она чувствовала не руки медиума, а руки своего сыночка, по которым скучала. — Верёвка душит. – рассказывал Шепс о последних чувствах Валеры и показывал жестами верёвку на шее. — Слезы, как будто сами бегут ручьями. А он ничего поделать не может. Задыхается и плачет. – продолжал Олег, а соседи всё кивали головами, плакали и переглядывались. Экстрасенс двинулся дальше и подошёл к брюнетистому пареньку. Одногодка Валеры и его друг. — Я не хотел, Ромка, правда, не хотел. Ты же меня знаешь. Браток, говорит. – передавал медиум слова Валеры. Рома улыбался, но слезы блестели на глазах юноши. Он был рад слышать слова друга, но не при таком раскладе. — С девчонками самому теперь гулять придётся. Тебя хоть хватит на всех, трудяга? – Олег говорил, а сам улыбался той же кривой улыбкой, что и была у Валеры. Рома еле посмеялся и накрыл свои слезящиеся глаза рукой.
Ира стояла самой последней и была неприметной среди всех главных лиц. Олег поочерёдно подходил к каждому и рассказывал такие вещи, которые никто, кроме их самих знать не мог. Иру трясло. Трясло от осознания, что все её скептические установки крошились, как печенье с каждым его словом. К ней Шепс так и не подошёл. То ли не посчитал нужным, то ли время уже поджимало. Это было не важно. Ира попыталась облегченно выдохнуть, но присутствие Олега не давало этого сделать.
Олегу задавали вопросы. Уже позже девушка поняла, что Олег – последний экстрасенс из тройки. Он отвечал на всё с поразительной точностью и уже был готов закончить испытание, как вдруг обернулся и начал вглядываться в лица.
—Что такое, Олег, вы почувствовали что-то ещё? – спрашивал Илья, но Шепс молчал и продолжал бегать глазами. Его голубые глаза остановились на Ире. На девушке, которая вот-вот упадёт от стресса. Время вышло, испытание закончилось, но Шепса не покидали видения. Микроавтобус с остальными экстрасенсами подъехал, и они сидели в машине в ожидании консилиума.
Олег подошёл к Ире и уже впритык смотрел ей прямо в глаза. Он проникал в сердце, в самые дальние уголки разума, оголял её душу. Она чувствовала, как он копошится в её сознании, как он видит то, чего обычному человеку увидеть не под силу. Но отмотая время назад, он даже не глянул на нее, пропустил, и Ира слилась в толпе. Что-то вдруг заставило его вернуться. Сейчас, смотря в его глаза, она была уверена, что вот-вот упадёт, но он не давал это сделать. Своим взглядом держал её на ногах и не прерывал контакт.
—Болит, да? – грубая рука Олега легла на бархатную щеку Иры. Слеза, которая копилась от волнения и страха от того, что она не может себя контролировать, капнула, и обожгла дорожкой лицо. Его ладонь накрыла место пощёчины. Раиса схватилась за сердце и махала головой, объясняя, что происходит подругам вокруг. Но Олег не отводил взгляда. Он точно смотрел ей в глаза, ожидая ответа. Ира легонько кивнула. — Ты самая неверующая, но самая смелая. – добавил Шепс, усмехаясь. Олег разговаривал с ней, а внутри всё горело и тряслось от смешанных чувств. — Не злись ты на неё, на каргу старую. – он гладил её щеку большим пальцем. Ира поняла, что Олег переключился и передаёт слова Валеры. «Карга старая» – так всегда они называли её наедине.
—Что за карга, Олег? Ира, вы понимаете, о чем идёт речь? – задавал вопросы Илья, но эти двое не слышали его. Ира тонула в глазах Шепса, а он в это время выпивал из неё все силы. Ноги девушки подкашивались, и с каждой минутой контакта их глаз, она слабела.
—Ты ветками то место закидай. Не ходи без меня туда больше. Потом вместе ещё когда-нибудь сходим. – продолжал Олег. Его рука с щеки легла на плечо Иры. Она всё понимала, каждое его слово. — Это же ты ему тогда звонила? – сказал Шепс уже своим голосом. — Но ты себя не вини, чертовка, ты бы всё равно ничего не сделала, судьба у него такая. – «Чертовка» так её всегда называла тётка и дед. Только дед это делал любя, знал, что это её прозвище и призвание, а Раиса это делала со злостью, словно не понимала всей нежности в словах деда. — А записку ту, сожгите к чертям, не его рукой она написана, вы же это и так знаете, зачем храните? Зло уже наказано, и все по заслугам получили. – потом Раиса Максимовна объяснит, что в ветровке Валеры в кармане нашли записку с корявыми выведенными буквами. «В моей смерти прошу никого не винить» глупо и банально, но полиция верила.
Его рука лежала на плече Иры. Она чувствовала тяжесть, которая скоро повалит её с ног, но, не прерывая контакта, Ира стояла. Все жители понимали, о чем говорит медиум. Они шептались, разговаривали и плакали. Но для этих двоих их словно не было. Сейчас только они вдвоём существуют на этой дороге. Девушка смотрела в его глаза и видела, как взгляд менялся. Глаза приобретали другой взгляд, прищур и в лице как будто Олег менялся. Раньше он был пустой, как будто чистый и открытый для чтения. Но сейчас его глаза заливались другой краской. Они словно наполнялись другой личностью, которую до этого Олег держал в себе из-за всех сил. Ира поняла, что сейчас экстрасенс снова поймает поток новой информации.
Шепс закрыл глаза. Он подошёл к Ире сзади, положил руку ну грудную клетку. Медиум прижался к её спине своей грудью и прислонился к её уху. Девушка чувствовала каждый глухой удар его сердца, каждое прикосновения, вдох и выдох. Его горячее дыхание обжигало шею и мочку уха. Рука Шепса обнимала её, словно он её придерживал, потому что знал, что её силы на исходе и Ира сейчас упадёт. Он не по-человечески рычал что-то, шипел ей на ухо. Страх сковал её руки, ноги. Не смог сковать только слезы, которые текли по щекам без остановки. Вся съемочная площадка была в шоке. Таким медиума они видели впервые.
—Ты неспроста чертовка... – вслушиваясь в его рычание, девушка пыталась отделить определённые слова. — Ты же такая же... Такая же, как я... – говорил Олег. Но голос был совсем не его. Голос был ниже и шел откуда-то от сердца, из самых недр души. — Ну чего же ты плачешь, чертовочка... – он проскользил губами по шее девушки до ключицы. Его колкая щетина царапала, и по телу пробегали мурашки. — Не плачь, это не страшно. Ты же не просто так сюда пришла... Ты ко мне пришла. – продолжал Олег. Ира поняла, что с ней сейчас говорит не Валера и, может, не сам Олег. А кто-то или что-то иное. Это что-то высасывало из неё энергию. — Я чувствую, что ты тоже как я. Только не чертовка тебе имя, чертами злых погоняют, а ты другая. Ты особенная. Белая совсем, светлая... – глаза жителей лезли на лоб, и никто не понимал, что имеет в виду экстрасенс. Но Ира слышала его голос, эхом повторяющийся в голове, позволяла ему продолжать и не хотела знать, про что говорит Шепс. Не хотела верить.
Его шёпот заставлял сердце разрываться, а голова кружилась. За пеленою слез она видела лишь яркие фары микроавтобуса. Ира почувствовала, как по её шее стекает капля. Это слеза. Олег тоже плакал, только не понятно от чего. Он вернулся обратно к уху, снова царапая щетиной, и его пухлые, тёплые губы прижались к уху. Он тяжело дышал. Влажное дыхание Олега было слышно даже внутри. Он был везде. В голове, внутри, в сердце.
Шепс прикоснулся своим горячим и мокрым языком к мочке уха Иры. Девушку накрыла новая волна мурашек. Она вот-вот растает в его руках, как лед в костре. Он пылал, а Ира мерзла. Мёрзла и грелась от его тела. Вдруг Шепс снова обошел её и обнял. Его крепкие руки скрестились на спине и сжимали Иру. Она цепенела. Люди вокруг с замиранием сердца наблюдали за действиями экстрасенса.
—Олег, что происходит, у вас всё под контролем? – мутно слышались слова Ильи, который переживает за происходящее. Но им было плевать. Сейчас они существовали только друг для друга.
Шепс взял её обеими руками за голову, заставляя смотреть прямо в его глаза. Ира не особо сопротивлялась. Она послушно смотрела в глаза медиума, которые были наполнены слезами и сожалением.
—Не оставайся здесь, Ира. Не оставайся, слышишь, тебе нельзя тут быть, Ирочка, ты сама в этом болоте увянешь, понимаешь? – говорил Олег, а по щекам его стекали слезы. Своё имя слышать из его уст было слишком необычно. С фургона выбежал силуэт. — Совсем душа почернеет, чертовкой и впрямь станешь. – продолжал судорожно повторять Шепс.
—Илья, уберите камеры! — послышалось со стороны машины. Олег упал на колени перед Ирой. Никто не понимал, что происходит. Все были теперь в ужасе.