Глава 69. Ты не один
Я и Лера бродили по знакомым улицам. Сегодня Келт, Лёха и Хитвейв, который едва не сошёл с ума от радости, увидев друга, поехали в какой-то ресторан вспоминать школьные дни. А мы с Лерой пошли гулять. Нам давно не удавалось поболтать наедине, и сейчас мы наверстывали упущенное. Пили капучино с корицей, слушали песни из 13 карт и обсуждали парней, как в старые добрые времена. Как будто бы мы все ещё были теми самыми беззаботными школьницами, из которых давно выросли. И как будто бы ничего не произошло, а весть о гибели Келта и четыре одиноких года были сном. Ведь даже песни в наушниках, которые мы делили на двоих, были те же самыми, что и четыре года назад!
Ноги сами собой привели нас на школьный двор. И мы решили, как раньше, сделать пару кругов вокруг огромного здания. Школа №2 всё так же считалось одной из лучших в городе, а не директором до сих пор значился тот,что и был. И попасть в неё стало делом совсем нелегким.
Подруга взахлёб пересказывала мне новости о будущем сезоне 13 карт , когда я вдруг заметила странную картину. Три девчонки в школьной форме, которая всё так же оставалась синей, окружили четвертую. И, что-то ей сказав, повели прочь со двора к зданию школы. К хорошо знакомому мне месту, закрытому от посторонних взглядов рядом Башней с гнездом.
Коновалова и её банда утащили меня туда, чтобы избить. Мои плечи передёрнуло, когда я вспомнила, как они уронили меня на землю, как били, как во рту появился вкус крови. Но вместо страха в душе теперь был гнев.
- Постой-ка, - сказала я Лере и вручила ей свой кофе. – Надо кое-что проверить.
- Что? – не поняла подруга. – Эй, Чар, ты куда?!
- Подожди меня тут, я сейчас!
Я бегом направилась к тому самому закутку, где скрылись школьницы. Ещё не видя того, что происходит, я услышала надменный девичий голос:
- Эй! А ну, быстро встала на колени! И проси прощения. Иначе мы тебе макияж твой подправимтупорылая! Я тебе сказала приготовить деньги, где они?!
- У меня нет денег, - ответила ей другая девушка. Её голос был перепуганный и дрожал от страха.
- А мне всё равно. Надо было украсть! Никчемная!
Я появилась ровно в тот момент, когда высокая девица с бешеным лицом хотела ударить съёжившуюся светловолосую школьницу по лицу. Я не дала ей сделать этого – ловко перехватила руку. И заставила опустить. От неожиданности школьница подчинилась.
- Не трогай её, - спокойно, но уверенно сказала я.
- Обалдела? – заорала высокая девица, которая в этой маленькой шайке была главной. Новая Коновалова. И её новая банда. Люди другие, но роли те же.
- Ты вообще кто такая? Чего припёрлась? – возмутились её подружки.
- Случайный прохожий. Что тут происходит? Зачем вы к ней пристаёте? – спокойно продолжала я, встав так, чтобы закрыть дрожащую девушку. Волосы её были растрепаны, как будто бы её за них изрядно потаскали, а верхняя пуговица на пиджаке – оторвана.
- А тебе какая разница? Проваливай, пока не втащили! – смерила меня презрительным взглядом главная.
- Мне вызвать полицию? Или сходим к твоим родителям, чтобы они сделали тебе ата-та? – насмешливо спросила я, не собираясь никуда уходить. Если только вместе с этой девочкой.
- А ты нарываешься! Я тебя сейчас харакаться кровью заставлю, - выдала одна из них. – Говори, кто ты такая? Из какой школы.
- Я её знаю, - вдруг выдала другая и сделала шаг назад. – Это подруга Келта! Помните?! Помните, а?!
- Это который умер и ожил? – обомлела главная и захлопала глазами.
- Да! Я классе в седьмом училась, когда он типа умер! Помню, как они с ней за ручку гуляли!
Все три школьницы уставились на меня со смесью недоверия, страха и восхищения. Вот Келт порадуется, когда я ему об этом расскажу. Школу закончил, а до сих пор считается местной знаменитостью. Наверное, им тут и детей пугают. Как был опасным, так и остался… Вот что значит имидж!
- Что, с Келтом хотите пообщаться? – изогнула я губы в насмешке.
Девицы мигом стали, хорошими, и дружно покачали головами.
- Запомните – её не трогайте. Иначе у вас будут проблемы. Большие. Поняли?
- Да мы так шутим, - жалобно сказала главная. – Да? Мы же так шутим?
- Да, шутим, - тихонько сказала школьница у меня за спиной. Но я не поверила. Слишком уж хорошо знала эти «шутки».
- Хватит нести чушь. Мы все прекрасно знаем, что тут происходит. Поэтому пойдём к директору.
- Что? – недоверчиво переспросила главная. – В смысле? Зачем?
- Будете прилюдно раскаиваться.
Прилюдно раскаиваться девицам не захотелось, и они, начав нести какую-то чушь о том, что им жаль, быстренько убежали. А я и их несостоявшаяся жертва остались одни.
- Тебя как зовут? – спросила я девочку.
- Мила, - ответила та тихо.
- Вот что, Мила. Идём к твоему классному руководителю. Нужно рассказать ей о том, что происходит, - осторожно предложила я и протянула ей руку. – Идём?
- Отстань! – нервно воскликнула Мила, и в её глазах, полных слёз, промелькнул страх. – Ничего ты не понимаешь! Думаешь, один раз спасла, так они обо мне забудут? Нет! Они теперь вообще меня в покое не оставят!
- Я хотела помочь.
- Если хотела помочь, лучше бы деньги дала!
Мила закрыла лицо руками и беззвучно заплакала. А я нерешительно коснулась её плеча.
- Извини, если обидела. Просто не могла пройти мимо.
- Ты… просто не была… на моём месте, - всхлипнула Мила и от испуга зажала рот ладонью – чтобы больше не издать ни звука.
- Была, - мягко сказала я. – Надо мной тоже издевались. Я была у них не человеком, а Падлой. И тоже боялась рассказать об этом взрослым.
- Подтверждаю! – появилась Лера. – Блин, Катя, ты так резко умотала, что я не сразу поняла куда. Что случилось?
Я вкратце объяснила ей ситуацию, и подруга вздохнула. Вдвоём мы увели плачущую Милу на школьный двор, успокоили, дали воды, угостили шоколадкой. Когда девушка пришла в себя, то рассказала о том, что в элитную школу попала по прописке, перевелась в прошлом году. Но девочки из обеспеченных семей невзлюбили её и стали унижать. Мила думала, что после летних каникул станет лучше, но нет – теперь с неё стали требовать деньги, которых у неё не было. Рассказать родителям она боялась, учителям – тем более. Ей было стыдно и страшно, и я хорошо её понимала.
Мы разговаривали почти час. Лера рассказала то, как подвергалась насмешкам из-за национальности. Я поведала о том, как стала Падлой из-за того, что крутая одноклассница стала ревновать меня к своему парню. И чем больше мы говорили, тем больше успокаивалась Мила. Она начала нам доверять.
- Я не знаю, что мне делать, - призналась школьница. – Мне очень страшно. Я не хочу воровать деньги. Но… Не хочу, чтобы меня били.
- Зайка, об этом нельзя молчать, - вздохнула я. – Если есть проблемы, нужно сообщать родителям и учителям. В этом нет ничего стыдного. Просить помощи – это нормально. Ты говорила с мамой?
Мила помотала головой.
- Она так гордилась, что меня взяли именно во вторую школу… Они с папой даже квартиру тут купили специально, чтобы я по прописке попала… Не могу рассказать маме…
- А учителям? – допытывалась я.
- Нет… Мне стыдно про это говорить, - прошептала Мила и сжала юбку.
- Кто твой классный руководитель? – спросила Лера. – Может быть, мы её знаем?
- С этого года – Инна Марьяновна, - ответила Мила и мы с подругой переглянулись.
- Руссичка? – улыбнулась я.
- Да…
- Она у нас тоже была классным руководителем! Слушай, Мила, а давай вместе к ней пойдём? Она хорошая. Правда.
- Инна Марьяновна строгая, - пробормотала Мила.
Она никуда не хотела идти, а мы с Лерой не могли на неё давить. Честно говоря, я думала, что ничего не получится, но Мила вдруг решилась. Возможно, на неё подействовали наши с Лерой слова, а возможно, ей просто надоело бояться.
Мила дала номер телефона нашей бывшей классной, и я позвонила ей. Слава богу, Инна Марьяновна была в школе. Буквально через десять минут она примчалась к нам, не понимая, что происходит. Обняла нас с Лерой и спросила:
- А Келт-то как? Неужели, и правда, жив?
- Жив, Инна Марьяновна, - кивнула я.
- Боже… С ума сойти… Ты скажи ему, чтобы в гости пришёл, - улыбнулась учительница. И я вдруг вспомнила, как она переживала за Келта, и каким убитым её лицо было на кладбище. И правда, пусть Келт с ней встретится.
Инна Марьяновна выслушала меня и решительно повела нас троих в школу. Мила прошла без проблем, а нам бывшая классная заказала пропуски – без них не пропускали в здание.
Школа почти не изменилась, и на каждом шагу я ловила настольгию. Да и кабинет русского оставался таким же, как и прежде, разве что появились новые жалюзи, а в уголке с лучшими учениками класса висели незнакомые фотографии.
Мы рассказали обо всём Инне Марьяновне, которая с каждой минутой хмурилась всё больше и больше. Она сказала, что подозревала, что в классе что-то неладное, но доказательств о том, что одну из учениц обижают, у неё не было. А сама Мила молчала и ничего взрослым не рассказывала. Мы провели вместе несколько часов, и за это время Мила успела поплакать и с грехом пополам рассказать Инне Марьяновне о том, что происходит. Каждое слово давалось ей с трудом – это было видно. Но она всё же говорила, а потом снова расплакалась. Но, кажется, Миле стало немного легче.
Инна Марьяновна сказала, что вместе с руководством сделает всё, чтобы защитить ученицу. А саму Милу записала к школьному психологу – слишком та была запуганная и неуверенная в себе.
Перед тем как уйти, мы с Лерой по очереди обняли Милу и обменялись номерами – на всякий случай.
- Запомни. Ты не одна, - сказала и коснулась её плеча. – И ты ни в чём не виновата.
Мила смущенно улыбнулась – впервые за все эти часы.
Мы с Лерой отправились к парням на такси. Обычно мы трещали, как сороки, но в этот раз почти всю дорогу молчали.
- Почему это так работает? – вдруг спросила меня Лера. – Почему те, кого обижают, скрывают это? Думают, что это их вина, что они заслужили... И боятся говорить другим. Я ведь и сама была такой. Вечно стыдилась, вместо того, чтобы рассказать родителям. Чувствовала себя беспомощной. Ты стала для меня героиней, когда не сломалась из-за буллинга. Ты у меня сильная, Кать.
- Мы все сильные, - ответила я. – И ты, и Мила. Просто иногда страх берёт вверх. А бояться – это нормально.
Я улыбнулась подруге, и она улыбнулась в ответ.
- Вы с Келтом точно решили уехать? – спросила Лера.
- Да. Точно. Может быть, и вы с нами?
- Лёша не может бросить маму с сестрой. Да и у меня папа с ума сойдёт, если я поеду в другой город, - хмыкнула Лера. – Но меня радует, что он хотя бы принял Лёшу. До сих пор вспоминаю, как мы снова пришли в гости к родителям, а папа позвал Лёшу к себе в кабинет и разговаривал с ним часа два. О чём, до сих пор не знаю! Но после этого вроде как смирился, что мы пара.
- Я у Келта выведаю, о чём говорили твой папа и Лёха, - пообещала я. Лучший друг наверняка всё знает! Парами дружить очень удобно!
На этом мы приехали к бару, в котором нас ждали парни.