Глава 15
За все время управления кланом Сейн поняла, что неожиданные встречи со своими родственниками на самом деле вовсе не неожиданные. Особенно, если где-то на горизонте появлялся Нолан Адел.
Кузен Сейн жил припеваючи, пользуясь средствами, оставленными дедушкой. Часть из них он вложил в бизнес и с разрешения главы открыл несколько ночных элитных клубов, проход в которые имела лишь привилегированная часть населения. Сейн не лезла в его дела, рассчитывая на ответное равнодушие.
Их отношения можно было назвать нейтрально-положительными, хотя многие до сих пор сомневались в их правдивости. Сложно представить, что Нолан Адел, некогда надежда всего клана, первый внук и главный претендент на место главы, проиграв в гонке своей младшей кузине, сможет держать лицо и не захочет сместить Сейн со своего поста.
К разочарованию Фелин Адел, которая поставила на своего сына все, Нолан, действительно, не испытывал к Сейн неприязни, смерившись с выбором дедушки.
Ворвавшись в ее кабинет, он широко раскинул руки и улыбнулся, словно они не виделись долгие годы.
– Кузина!
Сейн проследила, как он шустро преодолел расстояние, подошел к креслу и положил ладонь на ее плечо. Попытка жаркого приветствия провалилась, когда кузен наклонился вниз, а глава – в сторону, чтобы избежать объятий.
– Опять вся в делах.
– В отличие от некоторых, – заметила Сейн. – У меня нет времени отдыхать на островах и попивать дорогой алкоголь из кокосов и ананасов.
– Видела фотографии? Я рад. Приветик, Алита.
– С возвращением. – Девушка наклонила голову в приветствии и легко улыбнулась.
Сейн не успела сказать, что это Лекса и Триса обсуждали его отдых, отсутствие вкуса в одежде и глуповатую улыбку, которой он каким-то образом притягивал к себе внимание окружающих. Разумеется, их словам поверил бы только слепой.
Нолан взял от семьи Адел только лучшее. Густые черные волосы с синими отливом, глаза цвета аметистов, высокий рост и крепкое телосложение. У Нолана были острые скулы, длинные тонкие пальцы, благодаря которым он превосходно играл на фортепиано, обворожительная улыбка, сражающая всех женщин в радиусе нескольких метров.
Тетя Фелин неустанно повторяла, что ее старший сын родился точной копией Хеда Адела, и это явно должно было оказаться плюсом в пользу Нолана.
Сама Сейн старалась не зацикливаться на внешности своего кузена как раз потому, что он был слишком похож на мужчин их семьи. Потому что он был слишком похож на папу.
Расстегнув верхние пуговицы на синей рубашке, Нолан уселся в кресло напротив Сейн.
– Матушка звонила.
– Жаловалась на меня? – с хищной улыбкой спросила Сейн. – Это в ее стиле.
– Выражала обеспокоенность по поводу происходящего в клане.
– Она тратит слишком много времени на дела, которые ее не касаются.
– Дела клана не могут не касаться нашей семьи. Может, ты встала у руля, но никто из нас не останется в стороне. Ты же знаешь.
Сейн потратила несколько лет, чтобы заставить собственную семью жить в страхе за жизнь и не допустить ни единой мысли о предательстве. Но даже это не гарантировало ей защиту от удара в спину, на который мог решиться самый отчаявшийся из Аделов.
Нолан продолжал жить в прошлом, когда кланом правил дедушка, а родители Сейн были живы. В те времена они действительно походили за семью, где каждый боролся друг за друга. Впрочем, даже это было притворством. Первым, кто показал свое истинное лицо, оказался отец Нолана, старший дядя Сейн.
– Хочешь помочь? Тогда проследи, чтобы телестанция больше не доставляла мне проблем.
Нолан был таким же руководителем станции, как и его мать, поэтому Сейн надеялась, что хотя бы он услышит ее.
– Я пытаюсь, но это сложно делать, когда моя дорогая кузина так хороша в решении проблем. Не хочу, чтобы люди думали, будто я не обладаю навыками управления.
– Один раз ты уже проходил через это, так что быстро сориентируешься.
Сейн не подала вида, что ее слова имели более глубокий смысл, чем казалось на первый взгляд. Красноречивый намек на то, что в Нолане уже сомневались после фиаско на дне рождении дедушки, когда следующим главой объявили другого.
Алита рядом на секунду перестала перебирать бумаги. Нолан же, как обычно, надул губы и сощурился.
– Злюка, – буркнул он. – Статус главы высосал из тебя всю человечность.
– С человечностью я не смогла бы управлять кланом.
Нолан недовольно цокнул языком, но спорить не стал. Он, как никто другой, знал, что глава клана принимает сложные решения, и даже родственные связи не способны смягчить ситуацию.
Сейн поднялась с места как раз в тот момент, когда дверь в кабинет снова открылась. Конелл расслаблено вошел, держа в руках черный пиджак, но замер, увидев незнакомое лицо.
– Я помешал?
– Как раз вовремя. – Сейн прошла мимо Нолана и оглянулась, не заметив с его стороны каких-либо действий. – Мне нужно уехать по делам.
– Конечно-конечно. Не смею тебя задерживать.
Нолан направился к выходу и задержался возле Конелла. Сейн не видела, каким взглядом кузен смотрел на детектива.
– Значит, это вы тот самый Конелл Пирс, который так красноречиво отказался от положения в Экосе?
Кусачая формулировка. Сейн вздохнула. Неудивительно, ведь дедушка учил навыкам общения всех своих внуков одинаково. Скрытый вопрос, который предназначен для выведывания дополнительной информации.
– Он самый.
– И как оно? – спросил Нолан, понизив голос и убрав из него все веселье. – Стоило того?
Сейн почему-то ждала, что Конелл недоуменно посмотрит на нее, но детектив не просто так уже вторую неделю чудом выживал в компании главы Адел и ее драконов.
– Конечно, – безмятежно ответил он, опуская руку.
– Власть Сейн вас не тяготит?
– Эта власть облегчает мне работу. – Милая полуулыбка. – Не представляю, как она может тяготить.
Сейн тихо хмыкнула, а Алита не сдержалась и улыбнулась. Конелл Пирс, презирающий драконов и мафию, так качественно играл свою роль, выражая преданность, что ему верил каждый. Конечно, Нолан всегда был слишком внимательным, и с этого дня Сейн придется быть еще осторожнее, чтобы кузен не начал лезть не в свое дело.
– Всего хорошего, Нолан. Конелл, ты идешь со мной.
Детектив не стал задавать лишних вопросов, кивком попрощался с Ноланом и последовал за Сейн.
– И что это было? – спросил Конелл, когда они вышли на улицу. – Твой кузен что-то вынюхивает?
– Тебя напугал невинный вопрос? – поинтересовалась Сейн, останавливаясь у машины. Ее личный водитель уже открывал дверь. – А по тебе и не скажешь.
– Меня напряг тон, с которым этот вопрос был задан. Так говорят люди, которые уже нашли какую-то информацию, но делают вид, что не имеют к тебе никакого отношения.
Сейн не понравилась эта формулировка, как и то, что Конелл, возможно был прав. На Нолана работали десятки неофициальных наемников, которые не имели к драконам никакого отношения. Сейн не могла отследить их всех, поэтому старалась тщательно скрывать свои истинные мотивы. Но с каждым днем делать это становилось все сложнее и сложнее.
Конелл сидел в конце стола на нижних этажах хорта и заинтересованно поглядывал на папку, которую Сейн вытащила из машины. Она лежала на другом конце, маня неизвестностью. Детектив был уверен, что в ней есть интересная информация, которую глава Адел откопала за эту ночь.
– Недавно я встречалась с Демисом, – начала Сейн, убирая руки в карманы широких штанов. – И разговор с ним натолкнул меня на одну интересную мысль. Эллис, пожалуйста.
На экране позади Сейн появилось с десяток фотографий тел. Увидев лицо Гейла в углу, Конелл сглотнул.
– Конелл, что ты знаешь о экспериментах с нексу? – спросила Сейн.
Драконы одновременно повернули к нему головы, и Конелл вновь вернулся в начальную школу к жестоким детям, которые не знают, что такое тактичность.
– Где-то пятьдесят-шестьдесят лет назад ученые обнаружили у людей нексу и начали изучать его природу. Если не ошибаюсь, тогда с этим не особо продвинулись, поэтому следующие эксперименты возобновили спустя тридцать лет.
Сейн кивнула, принимая ответ.
– Неос стал первым городом, который хоть немного преуспел в этом направлении. К несчастью, достижением, достойным уважения, это назвать сложно. – Глава оглянулась и глянула на снимки. – У меня есть основания полагать, что эти пятнадцать убитых могут иметь отношение к экспериментам с нексу.
– Звучит как что-то притянутое за уши, – начала Лекса, лениво попивая колу через трубочку. – С чего ты вообще взяла?
– Двадцать лет назад ученые Неоса запустили первую цепочку экспериментов. Они проверяли изменение силы, пытались подавить или, наоборот, увеличить нексу у одного человека. Особенно их интересовало, может ли нексу одного... стать частью другого.
Конелл затаил дыхание. В детстве на первые страницы газет иногда попадали новости о незаконных экспериментах, проводящихся на территории Нексу. Тогда он мало обращал на это внимание, но, попав в полицейскую академию, ситуация приобрела новые краски.
– И как? – Триса ехидно улыбнулась. – Получилось?
– Все они были неудачными.
– Почему? – спросил Конелл.
– Человек рождается с нексу определённой мощности не просто так. Это сила, которую мы можем выдержать. По статистике только у двадцати пяти процентов населения есть нексу. Это доказывает, что его может стать меньше. Но не больше.
Сейн отошла от экранов и медленно направилась вдоль стульев, на которых сидели драконы. Они заговорщицки переглядывались и посматривали на главу.
– Ученые пытались вытянуть нексу из одного человека и наделить им другого. Насильственное вытягивание энергии приводит к смерти. При чем к смерти того, кто ее поглощает.
– То есть человек, который лишается нексу, остается невредимым?
– Довольно неподходящее слово для данной ситуации. Человек, с детства умеющий контролировать энергию вокруг себя, по определению не может быть невредимым. Но да, это так. И даже те, кто просто пытается вытянуть нексу, сталкиваются с последствиями.
На экране появилась одна единственная фотография левого предплечья. На бледно-синей коже проступал синяк, больше похожий на трупный. Конелл присмотрелся и понял, что кое-что все-таки отличалось. Внутри пятна образовалось множество маленьких черных точек, словно кто-то потыкал там маркером.
Конелл впервые видел такие отметки, хотя, казалось, многое знал о экспериментах. В одно время они просочились на территорию Экоса, но управление городом быстро пресекло самодеятельность и тщательно следило, чтобы об этом даже боялись думать.
– Такие синяки появляются на теле у тех, кто пытается поглотить чужой нексу. – Сейн кивнула Эллис, и та щелкнула мышкой. – Такие синяки есть у каждой нашей жертвы.
Конелл вскочил с места, когда на экран вернули приближенные снимки. Объясняться Сейн не стала, потому что смысл ее слов был предельно ясен.
– Получается, эксперименты возобновили? – задал очевидный вопрос Шейн.
– У меня нет достаточной информации, чтобы заявлять о таком.
В венах забурлила кровь. Конелл впился взглядом в уже знакомый снимок Гейла, который рассматривал каждый день в поисках ответов.
– Почему их не заметили сразу? Эти синяки.
– Потому что, на первый взгляд, они не отличаются от обычных. Некоторые врачи даже не знают, как выглядят эти синяки.
– Кто организовывал предыдущие эксперименты? – быстро спросил Конелл, пока мысли текли ровным потоком.
– Глава Блэйз и предыдущий глава Ора. Несколько ученых из клана Линн тоже имели к этому отношение.
Конелл резко развернулся к Сейн.
– Это то, что нужно. – Детектив указал на снимки. – Какова вероятность, что они все снова взялись за старое? Мы можем использовать эту связь и тогда...
– Я знаю, о чем ты думаешь. И поверь, этот план не сработает.
– Почему? – удивленно спросил Конелл. –Тебе не придется ничего делать. Мы обнародуем эту информацию, и общество самостоятельно выдвинет соответствующие обвинения.
В помещении наступила тишина. Конелл понял, что у него было недостаточно информации, поэтому предположение для других прозвучало глупым и бессмысленным. Сейн едва заметно склонила голову в бок и нахмурилась. Явно раздумывала, стоит ли что-то рассказывать чужаку. Сегодня был удачный день для Конелла, потому что гордая глава не стала утаивать информацию.
– Участники тех экспериментов были выходцами не только из младших кланов.
Конелл недоверчиво скривил губы.
– Хочешь сказать...
– Одним из спонсоров был человек из клана Адел. – Секундная пауза. – Если точнее, им был мой дядя.
– А еще человек, приближенный к главе Гэйлон, – продолжила Алита.
Лицо Сейн не изменилось, даже голос не дрогнул. Она рассматривала Конелла. Наверное, ожидала реакцию, которую позволила бы ей словесно напасть на него.
– И что с ним стало? – спросил Конелл, беря пример с Сейн и контролируя голос. – С твоим дядей.
– Мой дедушка был ярым противником экспериментов с нексу. Он позаботился, чтобы его подчиненные боялись даже подумать о них. К сожалению, мой дядя считал себя неприкосновенным из-за кровной связи с главой. – У Конелла по спине побежали мурашки от спокойного голоса и внезапно появившейся улыбке Сейн. – И поплатился за это жизнью.
Отсутствие какой-либо реакции со стороны драконов подсказало Конеллу, что присутствующие было осведомлены о случившемся. Ни одного у из них лице не проскользнуло сочувствие, наоборот, там сквозило презрение. Удивительно, но это... обрадовало Конелла.
Эксперименты с нексу были опасны, противозаконны и негуманны, а в мире было так мало влиятельных людей, которые не видели в них способ нажиться.
– В добавок, это был отец моего старшего кузена. Нолана.
Конелл почему-то вспомнил улыбку молодого мужчины, которая сопровождала его во время разговора с Сейн. Это была маска? Или Нолан Адел смирился со всем, что преподнёс ему его же клан?
– Поэтому мне нужна информация, которой владеет Нора Макей. – Невесомая легкость пропала из голоса Сейн. Она уперлась руками в верхушку стола и не мигающим взглядом уставилась на Конелла. – Она единственный известный нам человек, который что-то знает. Нора работала с Макеем, значит, могла быть осведомлена об экспериментах.
В прошлый раз Нора сказала, что Гейл искал информацию про оружие с нексу. Она могла соврать или скрыть причастность детектива к экспериментам. Но сколько бы Конелл не думал, он не мог даже предположить, зачем Гейлу участвовать в таком.
– Я пытаюсь, – с натяжкой начал Конелл, почувствовал, что Сейн морально на него давит. – Нора очень осторожна в высказываниях. Она чего-то боится, поэтому...
– Если она не заговорит, я буду единственной, кого ей придется бояться.
– Сейн...
– Я не собираюсь рисковать своим кланом ради человека, который отказывается принимать помощь. Даю тебе три дня, Конелл. Если за это время ты не вытащишь из неё информацию, это сделаю я. И поверь, у меня неплохо получается совмещать допрос с пытками.
Сегодняшняя ночь выдалась холодной. Конелл пожалел, что не заехал домой перед их с Шейном и Тобиасом незаконной вылазкой. Вряд ли он потратил бы на это много времени, но прощальный взгляд Сейн впился в Конелла ледяными клешнями и не отпускал до сих пор.
Он, детектив Экоса, собирался проникнуть в квартиру и осмотреть вещи Норы Макей. Без ордера. Только потому, что так сказала Сейн Адел. Вернее, она пригрозила ему и даже намекнула на последствия для Норы.
Тобиас припарковался в двух кварталах к северу. Они проделали путь по крышам, где Конелл смог еще раз ощутить всю прелесть порталов.
– Сейн правда способна на пытки во время допроса? – спросил Конелл, когда Тобиас остановился перед дверью в квартиру Норы.
Шейн тихо растворился в темноте коридора, изучая этаж на наличие непредвиденных сюрпризов.
Достав какое-то устройство, похожее на флешку, Тобиас вставил его в экран возле двери и ответил:
– Года три назад я со своими парнями из команды жутко напился и поспорил, что смогу проникнуть в ее квартиру незамеченным и стащить несколько бутылок вина из ее личной коллекции. – Тобиас ввел цифры на табло. – Как ты, наверное, догадался, ничего у меня не получилось. Сейн меня поймала и в наказание устроила допрос.
– И сколько она тебя допрашивала?
Тобиас глянул на Конелла через плечо, словно раздумывая, стоит ли будоражить эту часть прошлого.
– Пока я не заплакал.
Конелл не сдержал смешок, вырвавшийся против воли. Закрыв губы руками, детектив увел взгляд в сторону, пытаясь представить себе эту картину.
– Я был пьян, ясно? – начал оправдываться Тобиас. – Перестань лыбиться.
Улыбка Конелла все никак не хотела уходить. Представить Сейн во время допроса у него получилось, а вот плачущего Тобиаса не очень.
– Все готово, Эллис, – сказал парень, прислоняясь к уху.
Через пару секунд и в наушнике Конелла раздался девичий голос.
– Все правильно установил? А пароль ввел? Если нет, меня смогут отследить.
– Да верно все, верно.
Эллис что-то нажала, и на экране появился строка с убывающей полоской.
– И часто ты работаешь сверхурочно? – поинтересовался Конелл, включая микрофон.
Лампочка над ними не работала, поэтому лица освещались тусклым голубоватым светом.
– Дома все равно никого нет, – улыбаясь, ответила Эллис. Конелл услышал звуки телевизора на фоне. – Да и мне не сложно.
«Не сложно взламывать дверь в чужую квартиру».
– Нравится нарушать закон или использовать свои навыки в деле?
– Нравится быть полезной, – честно ответила она.
Конелл поругал себя за этот вопрос, адресованный восемнадцатилетней девушке. Он не знал причин, которые вынудили драконов оказаться в клане Адел. Поэтому и осуждать не имел права.
Дверь открылась с тихим писком. Конелл с Тобиасом удостоверились, что в коридоре никого не было, и зашли внутрь. Где-то на соседнем здании сидели драконы клана Гэйлон, контролируя ситуацию извне.
– Мы зашли, – сказал Тобиас через наушник.
– Принял, – ответил Шейн.
Квартира Норы выглядела пустой. То есть, абсолютно пустой. В гостиной стоял потрепанный диван с двумя стеклянными столиками и тумба, на полу лежал пожелтевший от солнца ковер. Из стены от коридора до кухни торчали гвозди, и судя по потертым пятнам там висели картины или фотографии. Один лишь книжный шкаф у окна, до отвала заполненный книгами, что-то говорил о хозяйке квартиры.
Пока Тобиас исследовал спальню и ванную комнату, Конелл пробежался взглядом по книгами. Судя по путеводителям и энциклопедиям, Нора много путешествовала или любила изучать другие независимые города. В ее коллекции почти не было художественных произведений, зато числились труды философов и психологов, а еще несколько научных изданий о нексу. Почему-то они и привлекли внимание детектива.
Конелл надел перчатки и взял первый том. По законам такие книги запрещалось продавать в магазинах, но можно было использовать в университетах или на практиках в лабораториях. В Экосе Конелл учился по похожим книгами в полицейской академии. Толстые неподъёмные фолианты доставляли дискомфорт не только своими размерами, но и изнуряющей информацией, которая вызывала у студентов мигрень.
«Откуда у Норы эти книги?».
Она могла найти их на черном рынке или взять у преподавателя, у которого училась. Хотя зачем человеку, работающему в сфере информационной безопасности, так подробно изучать нексу? Изобилие заметок на полях и закладок с непонятными символами говорили о том, что Нора тщательно изучила эти книги.
Или...
«Это Гейл изучал?».
Если да, то теория Сейн о причастности убитых с поглощением нексу и пропажей людей Демиса могла иметь смысл.
– Сразу видно, что таскалась с детективом, – раздалось из спальни. – Здесь вообще ничего нет!
– Может, попытать удачи в другой квартире? Которая в клане Линн?
– Бесполезно, – протянул Тобиас. Выглянув из-за угла, он улыбнулся. – Мы там уже были.
«Разумеется».
Конелл, движимый старыми привычками, обошел комнаты самостоятельно и убедился, что квартира выглядела опустевшей. Словно хозяева были в затяжном отпуске. Кровать заправили обычной простыней. Подушки и все ванные принадлежности убрали в шкаф. Из вещей там висели только поношенные куртки с чеками в карманах и классическая женская одежда, в которой Нора, скорее всего, ходила на работу.
На кухне не работал даже свет. Воду отключили, видимо, чтобы обезопасить себя от непредвиденных затоплений. Тумбы были покрыты толстым слоем пыли, а на одиноком столе без стульев стояла ваза с протухшей водой, которую почему-то не стали выливать.
Тобиас раскачивался на пятках в гостиной, задумчиво хмуря брови.
– Есть успехи? – спросил Конелл, указывая на ультрафиолетовый фонарик в его руках.
– Неа.
Они помолчали несколько минут.
– Надо позвонить Шейну. Он мастерски находит нужные улики. А ты пока прошерсти книги. Может, там остались какие-то пометки.
К удивлению Конелла, Тобиас оказался прав. Вместо книг детектив решил изучить нижнюю полку за стеклом, на которой нашел несколько записных книг и кассеты с небольшим проигрывателем. Пока Тобиас громким шепотом доказывал Шейну, что не он тупой, а Нора слишком умная, Конелл быстро пролистал записные книжки и отложил одну единственную, где отличался почерк. По немного знакомым линиям стало ясно – это принадлежало Гейлу.
Зарисовки зданий и просто мысли, записанные на полях. Ничего подозрительного. Ничего из того, за что Конелл смог бы зацепиться или понять, чем Гейл занимался в Неосе. Книжка больше напоминала скопление заметок человека, который много гулял, обращал внимание на детали и постоянно о чем-то размышлял.
Например, что рынок в клане Блэйз с каждым месяцем становился все больше и больше. Или о том, клан Линн красиво украсили к Новому году.
Вчера я стал свидетелем крупной аварии на площади Ора. Погибло четыре человека.
Конелл несколько раз вчитался в слова. Почему Гейл писал про аварию? Или украшенные улицы с рынком. Пролистав еще несколько страниц Конелл все-таки нашел кое-что общее. Заметки касались только младших кланов.
А это значит, что они появились уже после того, как Гейл засомневался в причастности Сейн к оружию.
Кусок одной страницы был коряво вырван. На обратной стороне отпечатались цифры и буквы, но рассмотреть их значение Конелл не смог. На некоторых страницах стояли восклицательные знаки, поэтому детектив сфотографировал их, а потом глянул на кассеты. На полке вокруг них не было пыли, а на стекле остались отпечатки пальцев.
Конелл достал проигрыватель, пробежался пальцами по пластику и вытащил первую кассету, потому что только на ней был опознавательный знак. Детектив с подозрением посмотрел на букву «к», выведенную неаккуратным почерком.
От света огромной вывески на соседнем здании в квартире Норы играли тени. Конелл ловил их движение, пока ставил проигрыватель на стол и вставлял кассету. Тобиас нахмурился, заканчивая разговор с Шейном, а потом на всю гостиную разнесся голоса Норы:
– Я все сделала. Как ты и сказал, за мной следили до Стейлоса, но Демис позаботился о преследователях. – Конелл и Тобиас переглянулись, услышав знакомое имя. – Он не особо обрадовался нашей затее и предупредил, что это не должно отразиться на Сейн. Я оставила заметку в твоем дневнике на всякий случай. Если считаешь это необходимым, то избавься от нее.
Последовала недолгая пауза, которая сопровождалась шуршанием листьев и далекими сигналами автомобилей.
– У нас получится? – вдруг спросила Нора. – Мы сможем выжить и уехать? Я устала, Гейл. Моя месть не будет стоить ни одного ниена, если ты... Если ты умрешь. Давай попробуем выжить, хорошо?
Дождавшись писка, Тобиас рванул к полкам.
– Ты нашел дневник Гейла?
Конелл молча кивнул и протянул Тобиасу книгу. Тот быстро сообразил, что вырванный кусок бумаги мог содержать в себе ту самую заметку.
Дракон не скупился на нецензурные выражения, пролистывая страницы снова и снова, а Конелл хмуро смотрел в одну точку.
«Они хотели уехать, но не смогли. Гейла убили, а теперь пытаются убить и Нору».
Какую жизнь она представляла? На что вообще рассчитывала? Несмотря на смутную картинку, сообщение Норы оказалось информативным. Месть не имела ничего общего с разоблачением, по которое говорила девушка в прошлый раз. Произошло что-то серьезное, что заставило ее пойти против собственного клана.
Тобиас решил прослушать остальные кассеты, но всех была запись каких-то научных выступлений и музыка. Конелл шагнул в полутьму между аркой на кухню и книжным стеллажом и изо всех сил сжал в руках клок бумаги, который нашел в коробочке из-под кассеты.
Возможно, Нора не могла помочь ему напрямую, но она старалась сделать это своими методами. Что означал набор цифр и букв, Конелл не знал. А вот маленькое послание внизу было предельно ясным.
«Будьте осторожны, детектив».
Минутка нытья: писать детектив сложно(
Закончили ныть!
Надеюсь, глава вам понравилась. Кто-нибудь уже строит предположения? Или как я пока ничего не понимаете :D
В следующей главе вы получше узнаете Ночных драконов Сейн, их историю и причины, которые сподвигли их работать на клан Адел.
И еще один вопрос: уже появились любимые парочки или герои, которые, на ваш взгляд, хорошо смотрятся вместе?
Люблю и крепко обнимаю всех:*