Господин не мирных дней...

Как нежданно мечты воплотились в жизнь.
Скорость удачи будоражила сознание, что не успевал осознать всю данную реальность.
Слава успеха, обрушившись на плечи мантией короля, ослепила взгляды золотая корона.

В душе с каждым днём зарождалась болезнь безупречности, самодовольного успеха судьбы.
Все казалось чудным, долгожданным и великолепным, пока по закону подлости, желаемое ранее внимание не становилось раздражительностью от лишних глаз.

Там, за чертой назад, ты мечтал, чтобы тебя услышали и узнали все. Теперь, хотелось уединиться от всех, спрятаться.
Казалось тобой стали пользоваться все, все время обвиняли в чем, не понимали, не слушали.

Словно тоже самое, только уже не тихое и смиренное.
Преследовали твое тело, но не интересовались душой.
Все только дальше покатилось в зелёную тоску разочарования, с которой приходилось бороться привычным равнодушием, отрицанием правды...

От чего Наваки все не как не мог признаться сам себе, чувствуя, как его жизнью правит кто-то незримый им.
Хорошо или плохо, но он нашел виновника своей судьбе, обвинил во всем Вальмонта.

Давно не мог найти покоя в своей неспокойной душе, молчаливо надеялся, что вновь увидеть его, чтобы понять, спросить, знать. Хотелось увидеть его хоть ещё раз, посмотреть в серебряные глаза, и так прозреть.

Но, страх позвать его был намного сильнее, разум отрицал невозможное, даже если видел и слышал все это нереальное для себя.

- Он меня заколдовал... - нахмурился, стоя перед зеркалом, застегивая серебряные пуговицы, на короткой, черной, кожаной куртке.
Введя пятерню руки в черной перчатке в волосы, что отдельными локонами торчали в сторону, тяжело вздохнул. Обернувшись на дверь, где появилась Ярика в красивом, зелёном платье, с Александром на руках.

- Знаешь любимый, - прошла к окошку Ярика, - в следующий раз мы будем ждать тебя дома, иначе нас просто убьют из-за тебя твои фанаты. Наверное, сегодня поедим домой по темноте, Александр устал уже...

- Что? Я не хочу оставаться один, завтра вместе поедим домой, - надел, на руку кожаный браслет с драгоценными камнями, обиженно отвел взгляд на дверь, через которую было пора отправляться на свой очередной концерт, что собирал стадионы и сводил с ума фанатичных поклонников...

- О Боже, да они точно с ума сошли,... - выглянула в окно Ярика. Смотря, как толпа девчонок, которым не достались билеты, пытается ворваться в двери большого театра, на выступление своего рок музыканта, очаровательного и прекрасного Наваки.
Как повторяли на каждом углу, влюбленные в него бесчисленное количество фанатов, что мгновенно выросло всего за три месяца его существования на  шоу работе.

- Они просто от меня без ума, - улыбнулся, выглянув в окно, довольно взглянул на хмурую жену, усталого сына на ее руках, – просто любят меня, понимаешь?

- Тебе недостаточно того, что мы тебя любим?

- Вы это главное, а фанаты это ерунда, так, наживное.
Вот еще пару месяцев поработаю, и свалим, куда подальше в большой город, заживем шикарно. Ну, разве, не клевый план?

- Не знаю, - пожала плечами, - ты хоть замечаешь, как изменился Наваки?
Я про то, что ты обманываешь даже нас, что у тебя все отлично в жизни, а по глазам видно, что ты просто разочарован во всем еще больше!
Стал нервным, меня не слушаешь. А с Александром, когда последний раз играл? Он же скучает без тебя, только и сидит, молча, ждет, когда ты вернешься, Бог знает откуда. Даже не звонишь, если пропадаешь, забываешь нас из-за своих проблем и дел.
Наваки, скорее остановись, стань прежним, ведь нам тебя не хватает...

- Не понимаю, что я сделал плохого? Если, что делаю, для вас же стараюсь, а ты только и пытаешься меня, в чем обвинить. Если я виновен в чем, то скажи причину, а не эти банальные разочарования в мою сторону. – Быстро пошел, к двери. Обернувшись, устало, посмотрел на свою семью, прошептал, – простите, такой уж я родился, с дурацким характером, что всех только раздражает... - вышел за дверь звезда сцены, хлопнув дверью, быстро пошел по коридору. Остановившись у своего продюсера Араина за столиком, со вздохом лени, посмотрел на делового начальника.

- Между прочим, ты уже как десять минут должен на сцене стоять, там уже паника в зале, - приподнял брови, слушая, как дико орет народ, – что с твоим лицом?

- Что не так? – сильнее нахмурил брови Наваки, взяв со стола бутылку красного вина, сделав пару глотков, - в чем проблема?

- Выражение лица говорю, смени, а то твои фанаты открытым текстом будут читать, что они тебя бесят.
И хватит пить, рухнешь на сцене! – Потянулся за бутылкой Араин, когда Наваки уже осушив ее, сам отдал, взяв бокал с шампанским, допил и его.
После огляделся с целью срочно утолить жажду, где вдруг появилось страшное чувство срочно залить странную тоску и беспокойство, плюс вину, что опять грубо разговаривал с Ярикой, одурманить беспричинную печаль алкоголем. – Наваки! – подскочил Араин, когда тот, подойдя к другому столику, стал наливать себе бокал белого вина, - остановись уже!

- Да отвали! – крикнул на него Наваки, спокойно допив, вытер рукавом губы, поднял ресницы на злого продюсера, что плавно раздвоился в его глазах быстрого опьянения.
Вздохнув, Наваки махнул рукой, пошел в сторону двери, за которой его ждала нетерпеливая публика, - все, достали меня.
Спою в последний раз, хочу просто домой...

- Черт... - присел на стул мрачный Араин, сложив руки на груди покачал головой, глядя вслед молодому парню, - ну и поганый же характер...

- Он уже на приделе, нам и делать особо нечего, сам себя довел до нервного срыва.
Ох, и, правда, такой нервный тип, что ему надо от жизни?
Не понять мне дураков... – со вздохом протянул молодой парень, что беззаботно присел рядом с продюсером.
Закинув ногу на ногу, с усмешкой посмотрел на чуть пожилого человека, что пожав плечами, уставился на трех красивых девушек. Они встали позади  красивого парня с распущенными по плечам, черными, как смоль волосами до талии.

Араин покраснев, всмотрелся в высокую блондинку, с копной кудрявых волос, нежно уложенных диадемой из жемчуга.
Другая блондинка с длинными волосами цвета желтой пшеницы, прикрывала веером пухлые губы в самодовольной ухмылке.
Трития брюнетка, похожая на царицу Клеопатру из мира древнего Египта, медленно гладила ладонью в прозрачной перчатке по блестящим волосам своего короля, что щелкнув пальцами перед лицом продюсера, заставил обратить на себя внимание. – Прием человек. Ты меня слушаешь? Нет, не слушает, кажется и не видит совсем.
Эй, мистер продюсер, я здесь...

- Прости Рэнэсли, - вздрогнул Араин, взглянув на белую овчарку, что при внимательном взгляде оказывается волчьей породы.
Где белый волк, встав, передними лапами на стол, загородил Рэнэсли весь обзор.

- Нет, ну что вы сговорились, игнорировать меня? - оттолкнул его в сторону рукой с тяжелым вздохом, скинул на пол цепь.
Волк, виновато взглянув на Рэнэсли, покорно уселся рядом, завилял хвостом, когда две блондинки, потянув руки, погладили зверя по спине. – Так вот, о чем я говорил, забыл... - задумался на минуту шикарный, очень красивый молодой человек. Одетый в дорогой черный плащ, белую рубашку с кружевным воротником, где облик его, как и милых дам, напоминал эпоху королей на светском балу прошлого тысячелетия.

- Рэнэсли, ты хотел сказать, что наш человеческий друг, уже закончил свою работу.
Дальше мы сами... - прошептала ему на ухо брюнетка,  улыбнувшись,  погладив Рэнэсли по черным волосам.

- Да, можешь забыть Наваки и как договаривались, забирай все его деньги.
Только, проследи сегодня, чтобы никакие случайные или нет люди, не шастали по гостинице, ясно?
Я все сказал для тебя, теперь, - встал Рэнэсли, направляюсь к двери, что вела в концертный зал, - пойдемте как нашей звезде, послушаем, как он там воет на луну...

*
Еле спев первую песню, Наваки пропустил первый куплет второй песни.
Удары оглушительной музыки с каждой секундой добивали все его сознание, в придачу голова кружилось от алкоголя, притуплялось наваждением шума, криков, восхищенных взглядов.

Мысли медленно уходили в иную сторону, где он думал совсем об ином. Забывал слова, словно пел не он, а кто-то так совсем другой человек, что пользовался его уставшим телом на любование всем.

Что ты привязался, ко мне... думал Наваки, я тебя не знаю и знать не хочу! Проваливай из моей головы Вальмонт, ты меня уже так достал... или исчезни, или появись! Только, я не собираюсь тебя звать, ведь нет тебя. Ты ненастоящий, просто так, нереальный Ангел...

- Эй! Что за подстава?!!
Ты петь собираешься сегодня?!! – Кто-то громко закричал в толпе. Наваки, словно очнувшись, растерянно посмотрел на худого парня, что продолжил кричать, подначивая, толпу к недовольству. – Что за идиотизм, я же деньги заплатил за билет!
А ну пой придурок!!!

- Скотина... - прорычал Наваки. Бросив в сторону микрофон, сам не понял когда спрыгнул в толпу, направляясь к бунтовщику в целях побить его.
Так и думал, я порву на части, прикончу гада! - Придурок, сам ты придурок... - прорычав, Наваки приоткрыл губы, где чуть удлинились белые клыки зубов...

Голубые глаза угрожающей искали в толпе сбегающего прочь парня, что вскоре все же получил оглушительный удар кулаком по лицу от звезды рока.
Бедного парня отключившегося с одного удара, кинулся защищать.
И  в итоге, концерт перерос в шумную, массовую драку...

Кто-то сильно ударил по щеке Наваки, отшатнувшись, он снова полетел вперед от толчка в спину. Удар по голове, оглушил мгновением, свалил на колени. Бесполезно пытаясь встать, он, прищурившись, посмотрел вверх, где так и сверкали, кулаки, уже брызнула первая кровь.

Вот Дьявол! Пополз среди ног Наваки, пытаясь выбраться из бешеной толпы.
Как перед его лицом показалась рука помощи, облаченная в черную, бархатную перчатку. Наваки, подняв глаза, посмотрел на высокого юношу.
Он мило улыбался ему, смотрел темно янтарными глазами, от которых сердце вздрогнуло странным ощущением тревоги, волнения.

Это он... вспомнил его Наваки, что видел незнакомца за витриной своего кафе с тремя девушками и белой собакой.
Приняв его руку, Наваки встал на ноги. Не успел и слово сказать, как Рэнэсли сжав его руку, потянул прочь с шумного концерта.

- Спасибо... - забрал свою руку Наваки, смущенно осмотрев трех улыбающихся девушек, взглянул на парня, что приподняв брови, кивнул ему.

- Пожалуйста, что не сделаешь ради своего кумира...

- Эм... - сделал шаг назад, - ну пока. - Кумира... подумал Наваки, поднимаясь по лестнице. Обернулся на безупречных людей, почувствовал себя рядом с ними незначительной серостью, словно исчез на их фоне знаменитый кумир миллионов...

- Пока, пока... Наваки, милый... - послала ему воздушный поцелуй брюнетка, обняла за плечи Рэнэсли, что, только отвёл блестящий взгляд от Наваки.

Наваки резко отвернувшись, скорее поспешил наверх.
На втором этаже, скорее добежав до своего номера, остановился. Вытерев рукавом, кровь с губы, поправил взлохмаченные волосы. Спокойно вошел в номер.
Ярика сидела рядом, со спящим Александром, читала книгу в свете тусклой, неоновой лампочке.

Она, молча, пронаблюдала, как Наваки достал из кармана пачку сигарет, подошел к окну, открыв его, залез на подоконник. Прикурил сигарету от зажигалки, глубоко вздохнул, оглянувшись на жену, что тихо позвала его.

- Наваки, что ты делаешь?

- Курю, - отвернулся, приподняв брови, усмехнулся сам над собой, - я ведь не бросал курить, просто забыл...

- Что с тобой случилось? – встала с кровати, подойдя, осмотрела взъерошенного мужа с разбитой губой, кровью на щеке. – Ты ударился?

- Да, упал со сцены... - опустил ресницы.

- Наверное... - чуть наклонилась к нему жена, чувствуя резкий запах алкоголя, - ты опять пил...

- Ну и что? Хотел, и пил и курю...

- Хватит сходить с ума, - выхватила сигарету из его руки, выкинула ее в окно, строго сказала, - больше не кури, особенно когда Александр рядом.

- Он все равно не видит меня, может оно и к лучшему?

Ярика поникнув плечами, обернулась на спящего Александра, что просто молча, слушал разговор родителей, отвернул голову, поджав губы, пытался сдержать свои слезы. Хотелось кинуться к отцу, обнять, но... чувствовалось, как он не желает внимания к себе.
Молчание и раздражительность только отталкивает, даже если ты того сам не желаешь...

- Теперь иди в ванную и умойся, переоденься. – отвернулась Ярика, вернувшись к кровати, присела на край. Взяв книгу, обиженно посмотрела на строки, не в состоянии прочитать и слова. Прошептала, когда Наваки спрыгнув с подоконника, пошел к двери спальни, - ты куда?

- В ванную, она ниже на этаж... - приподнял брови Наваки, - можно?

- Иди, - нахмурилась, - только скорее, я спать хочу.

- Как скажешь, - тяжко вздохнул Наваки.

Выйдя за дверь, снова прикурил сигарету.
Запустив руки в карманы черных джинс, медленно пошел по коридору, чувствуя как его, еще шатает из стороны в сторону алкоголь.

Дерьмовое состояние и настроение, ничего не хочется. Вальмонт, что все надежнее владел его мыслями, как он считал последнее время, сейчас стал казаться снова не реальным. Отчего-то мнение «ничего нет за гранью разумного, совсем ничего...» разочаровало его.

Пять лет тебя не вспоминал, и сейчас не хочу.
Пять лет... считал Наваки, пытаясь заставить себя поверить, что и правда не думал о нем так долго. Хотя чувство тоски выдавало обратное, постоянно присутствие его в душе и сердце с первого взгляда на него.

И непонимание, что ему от этого мнимого ангела надо?
Просто посмотреть, и больше не винить себя, не думать, что сошел с ума. Тошно!
И это не скорое похмелье.
Просто тошнит, от себя самого, ведь все делаю не так, дурак.

И не только я виновен, просто судьба была поганой.
Ведь сначала Соби отнял у меня всю жизнь, после явился живой и здоровый, живет себе без забот, когда я в то время помирал из-за чувство этой поганой вины.

И Вальмонт, явился такой нереальностью, после моя жизнь стремительно изменилась.
И пусть стало лучше, только это счастье из-за него же, кажется издевательским.

Постоянное ожидание, что в один миг он все отнимет, все сильнее предчувствие расплаты, страшно. Миг, его поцелуя, моего первого поцелуя... - задумался Наваки, - как когда-то сказала Ярика, поцелуй связывает две души незримыми узами навечно.
Какая глупость... - вздохнул Наваки, замер, смотря на недавних знакомых.

Красивый Рэнэсли, облокотившись спиной о стену, сложив руки на груди, смотрел на него с лицом усталого ожидания.
Три девушки, обернулись, одарили его очаровательными улыбками.

Сделав нерешительные шаги вниз по ступеням, Наваки кинул сигарету в проем овального окна, запихал руки в карманы, спустился ниже по лестнице.

- Мы тебя ждем Наваки, - прошептал Рэнэсли, - ты не против, уделить нам немного своего драгоценного внимания?

- Да, - подошел ближе, не понимая, что его так смущает перед ним. Сердце стучит быстрее, волнуется душа.
Странно, но гнев и стенания разума умолкли, смотря в темно янтарные глаза Рэнэсли, стало иначе на душе, что то случилось со всем существом, словно очутился в ином мире своей души... – что вам?

- Нам ничего, - покачал головой Рэнэсли, - а тебе все...

- Что все? – Приподнял брови Наваки, взглянув, как блондинка открыла двери гостиничного номера, позвала его со словами.

- Все для тебя Наваки, все что хочешь, сделаем для тебя...

- Не понимаю... - опустил ресницы. Вздрогнул, когда к ним подбежал белый волк, присев рядом с Рэнэсли, уставился на него, веля хвостом, – это волк? – удивился Наваки, - или собака...

- Ты не любишь зверей? – спросила черноволосая девушка, наклонившись, взяла волка цепь, что тянулась за волком следом без дела, – он уйдет, если ты хочешь.

- Все равно, - пожал плечами, взглянул на девушку, - но зверей я не очень-то жалую...

- Ясно, - улыбнулся Рэнэсли, - волк нам не будет мешать.

- Мешать чему? – обернулся на блондинок. Они, взяв его под руки, повели в открытые двери, волк остался ждать снаружи. – Постойте, мне некогда, нужно идти... - растерялся Наваки, когда красотка ласково провела ладонью по его лицу.

Другая девушка, впустила хрупкие пальчики ему в волосы.
Наваки, замер, чувствуя как девушки, нежно и осторожно стали медленно, приятно скользить по его телу ладонями, уже растягивая на нем кожаную курточку.

- Что вы делаете... - еле прошептал Наваки, борясь с притягательным наслаждением, что уносило его в желаемое продолжение такого наваждения прекрасного очарования, что не только видно в лицах и телах этих странных, красивых людей, но и чувствуется каждой клеткой тела поддающимся соблазну приятных прикосновений.

- Не бойся Наваки.
Расслабься, сдайся желанному наслаждению любви... - ухмыльнулся Рэнэсли, приобняв его одной рукой за талию. Провел пальцами левой руки по волосам.  Наваки, повернув голову, растеряно осмотрел его лицо.
Даже вздрогнул от его обаятельного, притягивающего янтарного взгляда, прошептал чуть улыбнувшись.

- Что ты делаешь, ты же парень... - посмеялся Наваки, пытаясь совладать с алкогольным кружением в глазах, что ускорялось из-за взволнованного душой желания. Сильного возбуждения всего тела, что парализовало на месте, противостояло побегу от такой ловушки прекрасного.
Наваки боролся с собой, осознавая, что его ждет Ярика, пора скорее уходить от греха подальше...

- Какая разница кто я, - наклонился ближе Рэнэсли, - главное, что ты чувствуешь? Тебе приятно Наваки, нравится? – впустил ладонь под его  рубашку, скользнул прохладной ладонью вверх по животу, чуть коснулся пальцами его шеи.
Чуть наклонив голову назад, Наваки тихо простонал, закрывая глаза, приоткрыл губы со вздохом, когда красавица с черными волосами, поцеловала его в живот. Другая стала целовать в шею, кто-то стал расстегивать ремень на его брюках...

- Нет... - прошептал Наваки, - я хочу уйти, отпустите...

- Не обманывай себя Наваки, - тихо говорил Рэнэсли, - ты не хочешь уходить, желаешь остаться и продолжать.
Хочешь получить незабываемое наслаждение, отпустить всю сковавшую тебя усталость, гнев, разочарование, раздражение, что накопившись, мучает твою душу.
Я знаю, тебе нелегко, тебя никто не понимает, только поучает своими никчемными мнениями о жизни. Хватит.
Забудь сейчас все, забудь даже свое имя, отдайся свободе, которую приняв, освободишь свое тело от оков тяжелого существования. Прими соблазн как подарок свободы, удовольствия как путь к освобождению.
Никогда ты еще не испытывал того, что мы подарим тебе, настоящую семью.
Где после, ты почувствуешь себя совсем другим человеком, живым и свободным...

- Ты, похож на него... - прошептал Наваки. Смотря из-под прикрытых ресниц на Рэнэсли, что снял с него рубашку, мило улыбнулся, проведя ладонями по его плечам, рукам.

- На кого, я похож?

- На, него... - с дрожью осознавал Наваки, что красивое лицо этого парня лет двадцати шести, так почему-то напоминает ему Вальмонта, или просто он так же нереально красив. Или у меня ведение, мне все это кажется?

- Кто он? Хочешь, позови его... - Рэнэсли осторожно поцеловал его губы. Наваки отвернувшись от поцелуя, прошептал, закрывая глаза.

- Не целуй меня...

- Как же? – взяла его лицо ладонями красивая блондинка, похожая на невинного ангела с длинными, кудрявыми волосами, большими синими глазами, - мы все хотим тебя поцеловать...

- Целовать... - закрыл глаза со стоном Наваки, разочарованно в себе, принял свою слабость к такому соблазну удовольствия, сдался наслаждению без принуждения...

*
Ярика тем временем вышла из спальни, оглядела пустой коридор. Тяжело вздохнув, быстро пошла к лестнице, где спускаясь, замерла, глядя на белого волка у двери.

- Нет..., - испуганно покачала головой, осторожно приблизилась к зверю, что смотрел, на нее темно синим взглядом.
Поджав губы, Ярика обошла его, потянула руку к ручке двери.
Как волк, встав на задние лапы, плавно, быстро обернулся в молодого юношу.
Белые волосы плавно упали до плеч, белый плащ тяжестью шелка развился ниже белых, высоких сапог. – Ч... - прошептал белый волк, обхватив Ярику одной рукой за плечи, другой убрал ее руку с двери. Улыбнулся, скользнув взглядом по ее рыжим волосам.
Где после оттолкнул девушку в сторону, указал пальцем на лестницу позади, приподнял брови со спокойными словами.

- Иди Ярика, спи спокойно милая.

Опустив ресницы, Ярика смахнула слезу со щеки, развернувшись, быстро убежала прочь.

Волк, вздохнув, снял через голову черный, кожаный ошейник, намотав тяжелую цепь на руку, взялся рукой за ручку двери, осторожно шагнул вперед со словами.

- Наверное, уже пора... - закрыв за собой двери на ключ, парень убрал за острое ухо прядь серебряных волос. Посмотрел с улыбкой предвкушения на Наваки, с которого сняли майку, отпустили на колени.

Схватившись пальцами за белый ковер, Наваки низко отпустил голову, позволяя ласковым рукам снимать себя брюки.
Простонав от удушливого желания, Наваки приоткрыл губы со вздохом, приоткрыл ресницы. Увидел сквозь пелену наваждения, как перед ним сел на колени молодой юноша с белыми волосами, темно синими глазами.

Улыбаясь потерянному Наваки, что замер не дыша. Оборотень, протянул в руках ошейник и быстро застегнул на его шее со словами.

- Передаю тебе...

- Ааа!!!!! – закричал Наваки, оглушив на мгновенье сам себя, схватился рукой за холодную цепь, другой потянул за ошейник, отчаянно пытаясь снять его с себя. – Нет, нет! Прочь! Нет... - уже заплакал Наваки, когда его силой прижали к полу. Крепко схватили за руки, тихо посмеялись над его перепуганной паникой страха...

- Не бойся... - погладил по волосам Рэнэсли, сидя сверху на спине Наваки, низко наклонился, прошептал ему на ухо. – Прости, мы напугали тебя.
Что ты так дрожишь, это всего лишь игра... - улыбнулся красивый Рэнэсли, убирая пальцами прядь волос за  ухо. Белые клыки сверкнули в его соблазнительной усмешке.

- Нет, я не хочу... - закрыл глаза Наваки, - хватит...

- Хочешь, это же видно Наваки... - улыбнулась черноволосая красавица с большими, зелеными глазами притягательного очарования, - хочешь...

- Сними, - потянул за ошейник Наваки, взглянув на парня с белыми волосами.
Отвел взгляд на спокойное лицо Рэнэсли, почувствовал, как сильнее забилось сердце, словно запаниковав, душа, больно перевернулась в животе.
Что со мной, не могу... больше... терпеть... - сними ошейник... - снова шептал Наваки, вцепившись руками в белый плащ волка, который, наклонившись к нему, схватил его руками за волосы, приподняв его, притянул к себе, скользнул языком по его щеке, слезам.

- Сдайся себе Наваки, хватит врать себе, отрицать желаемое... - улыбнулся белый волк, смотря как Наваки, закрыв глаза, простонал от только усилившегося желания.
Потерялся мыслями, краснел от стыда, чувствовал как со страхом приятной боли, бесповоротно накрыло волной порочного соблазна. Сила воли разумного приличия, погибла со стоном страсти...

- Скажи мне, что хочешь... - шептал на ухо Рэнэсли, целуя Наваки в плечи.

- Скажи, как ты хочешь... - целовала его обнаженная богиня желания в губы, где были и другие, горячие губы, которым Наваки открывал на встречу свое губительное желание, забывался в дурмане нежной страсти...

Наваки замер, задержав дыхание, когда Рэнэсли повернул его к себе, обняв, посмотрел близко в глаза, улыбнулся ему очаровательной улыбкой, рассматривая лицо и губы Наваки.

- Хочу... - прикрыл ресницы Наваки, по его щеке скользнула слеза к его губам... - да, я хочу тебя...

Рэнэсли обхватил его губы губами, Наваки тихо простонал, ощущая, как он проник языком в его рот, стал страстно целовать.
Руки дрожали, но будто сами поднялись, крепко обнял Рэнэсли, словно выбрал его желанием подсознания, отвечая на его горячий поцелуй с незнакомым раньше, реальным удовольствием...