Глава 3, другая жизнь
Наваки, еле вылез из-под теплого одеяла. Встав на ноги, с сонными глазами доплелся до тесной ванной.
Взглянув на свое отражение, с печалью подумал, что придется принять ванную перед занятиями в училище.
Хочется опять прогулять, лень даже двигаться, ничего не хочется в жизни и от жизни.
Но, без посещения занятий к нему опять придут из детского дома, будут пилить своими нравоучениями, после точно лишат стипендии.
А ведь зарплаты от подработки в кофе по выходным не достаточно, чтобы просто купить себе, чего поесть.
Так нерадивый студент, оставшийся на второй год с одними двойками в журнале учителей, все-таки отправился за парту принужденной системы существования.
Где с усталым вздохом, посмотрел на контрольный тест, по которому только понял, что, оказывается, подходит к концу урок физики. Поставив наугад галочки, не читая вопросов, Наваки отдал лист проходящему мимо учителю.
Взяв лист, учитель со вздохом покачал головой.
- Ну, хоть бы минуту выдержал для приличия, чтобы сделать вид, что ты хоть подумал над тестом. Контрольным, между прочим...
- Я и так подумал, - приподнял брови Наваки, откинувшись на спинку стула, - может, я соображаю, быстрей всех.
- Ну, ну... - посмеялся учитель, вместе со всем классом. Где его сосед по парте, долговязый, прыщавый студент в очках, обратился к хмурому пофигисту.
- Знаешь, я мог бы тебе помочь, если бы ты попросил.
А то смотри, переведут в класс для отстающих ещё раз на второй год...
- Не собираюсь просить, ничего и никогда... - фыркнул Наваки, со вздохом посмотрел в окно с дрожью воспоминаний своей минувшей галлюцинации, как сам решил для себя. – Я же не собака, чтобы выпрашивать...
- Кстати, у меня собака ощенилась. Тебе нужен щенок?
- Я не переношу собак, - покосился на него, - и хватит разговаривать со мной, откуда столько смелости набрался? Молчал целый год рядом со мной, так продолжай в том же темпе...
- Я просто так, - пожал плечами парень, - как хочешь.
Подперев подбородок кулаком, Наваки лениво поник плечами, пытаясь бороться со сном, что одолевал его на уроках.
- Наваки! – Воскликнул учитель, чем заставил обратить на себя неохотное внимание голубых, безразличных глаз студента, – все ответил правильно! Списал, наверное! Я даже не знаю, что теперь тебе поставить? Пять уж точно рука не поднимется написать. Как это ты так успел, ответь без единой ошибки?
- Просто, - удивился сам себе Наваки, - мне везёт, наверное...
*
И Наваки чрезвычайно стало везти всю учебную неделю напролет. За рядом двоек, упорно потянулись одни пятерки.
Оказывается... - задумчиво шел к кафе в пятницу Наваки с самодовольной улыбкой на губах, с мыслями: Я умный! Надо - же, такому случиться...
После случилось следующее: хозяин кофе, к сожалению Наваки вдруг умер вчерашним днём. И оставил в наследство все свое небольшое кофе, как оказалось своему настоящему внуку.
Где объяснили Наваки, что дед сам не знал о его существование, а когда узнал, отдал ему свою квартиру и машину, постарался так, чтобы внука устроили к нему на работу.
Только не стал раскрывать Наваки тайну своего родства с ним, боясь, что тот просто откажется от всего, пошлет его из-за обиды куда подальше. Ведь прочитав мрачное дело о характере и полной апатии к жизни внука Наваки, решил, что лучше выждать какое-то время.
Позволить внуку просто узнать деда, чьи родители просто бросили Наваки при рождении ещё в род доме из-за ошибки в несовершеннолетним возрасте. Не вдаваясь в мысль, что невинное существо, которое породили на свет, будет таким же живым человеком со своей душой и сердцем.
Но, дед так и не успел признаться Наваки в своем молчании, ушел до срока в мир иной.
Наваки молчаливо принял все новости и перемены без удивления, просто равнодушие ко всему вокруг, побеждало любое волнение, как самозащита от странного мира жизни.
Волнение оживляло его тело лишь при воспоминании того, что он сбил неделю назад собаку на дороге. С замиранием дыхания вспоминал прекрасный образ явившегося ему Ангела по имени Вальмонт, с ошейников в руках.
Ладно, - думал Наваки, стоя субботним утром в теперь своем кофе, - путь и привиделось, слава Богу! Но он ведь Ангелом был, что значит это просто добрый знак! Точно! – улыбнулся, - ведь стало так странно везти.
Ангел так Ангел, - Наваки присел на стул, сложив руки на груди, прошептал вслух.
- Какой хороший мне ангелочек попался, не считая его поганого ошейника... - помрачнел Наваки, услышал, как в одинокое кафе вошел посетитель. Вот блин! Подскочил, здесь жратвы лишь на день осталось. Кто готовить то будет теперь? Я то, точно, не черта не умею делать, особенно работать...
- Простите... - улыбнулась рыжеволосая девушка, которую обнаружил за столиком, выйдя в зал кофе, – вы работаете? А то никого нет...
- Я... - только вымолвил Наваки, с круглыми глазами глядя на красавицу, молодую девушку с большими, зелеными глазами. Длинными рыжими волосами, заплетенными в два хвоста на голове, короткой юбочке и джинсовой, голубой курточке.
Очаровательное, невинное создание с милыми канапушками, добрым, живым взглядом смотрела на окаменевшего юношу, что не мог отвести взгляда от нее. Прекрасная девушка улыбнулась, опустила длинные ресницы, убрала прядь волнистых волос за ушко. Покраснела от смущения, не подозревая, что странный, симпатичный парень, который так смотрит на нее, переживает в душе и сердце, свою внезапную влюбленность...
***
Удача. Она приходит тогда, когда уже не ждёшь. Любовь к другой душе стирает все твое прошлое, все твои прежние цели, печали и любые воспоминания.
Любовь проникает в тебя своей силой целиком и владеет каждой твоей мыслью, движением и новым ощущением мира.
Мир сменился в более радостный цвет для Наваки, что с этого дня встречи со своей любовью, как он сейчас оценил свои чувства, ведь постоянно улыбаться даже без причины.
Где погода за окном, словно покорившись его чувствам, сменила серость, мокрый снег с дождем, на теплую погоду, золотой осени.
Светило жаркое солнце, пели птицы, и люди, словно чувствуя твою внезапную доброту и счастье, стали внимательны. Доброжелательны в своем отношении, где раньше не примечали мрачного парня.
Наваки впервые не вспоминал свою вину, где десять лет назад из-за него утонул первый и последний друг. И он обвинил во всем слепых щенят, с тех пор возненавидел собак и всех животных вместе взятых.
Позабыл, что коротал свои дни в не дружелюбном молчании брошенной всеми на произвол судьбы души. Отвечал всем взаимным не дружелюбием, или все отвечали ему на безразличие тем же?
Позабыл и бред с явившимся, ему прекрасным Ангелом, оставил его в тени позабытого сна.
Все изменилось, словно... - жизнь просто отдает мне то, что задолжала... - думал Наваки, где с утра пораньше уже при параде, выжидал у окна возвращение рыжей красавицы.
Она уходя вчерашним днем, сказала, что придет с утра.
Девушка пришла, стала третьим посетителем к обеду.
Наваки всем своим посетителем предлагал только кофе, и уже заканчивающимися булочками в буфете.
Все надеялся, что появиться по объявлению, что повесил на дверь, новый повар и официант.
- Вот, пожалуйста... - поставил на столик стакан сока и других вкусностей, что купил ещё с вечера, - все за счёт кофе, – улыбался, пряча дрожащие руки за спину, смущённо смотря на милую девушку. Она скромно опустив длинные ресницы, прикрыла зелёные глаза, улыбнулась.
- Спасибо.
- Кушаете пожалуйста, - покивал Наваки, собираясь на кухню, - я принесу вам десерт из мороженного, - скорее скрылся на кухню. Где пометавшись по небольшому помещению, рухнул на стул, прикрыв лицо ладонями, пытался отдышаться, успокоить это бешеное сердце.
Что делать, что?!!
Не мог разумно и нормально думать влюбленный Наваки. Прежнее течение его мрачных, философских мыслей, обернулось в полное отсутствие размышлений о судьбе.
Только этот чудный каждый миг жизни, что казалось ему, нуждается в срочном решении его закреплении. Странном страхе, что если что упустит, вновь все потеряет...
*
- Я хотел сказать... - поставил мороженое, в бокале перед девушкой, сам нерешительно, скромно сел напротив, сложив вспотевшие, дрожащее ладони на коленях, - ты выйдешь за меня замуж?
После долгого молчания, Наваки красный от смущения, поднял на ошарашенную девушку голубые глаза.
Она неподвижно сидела на стуле, держа в руке позабытую вилку, с которой без внимания упал кусочек мороженного на стол. Девушка, только поморгав, вдруг мелодично рассмеялась, со вздохом покачала головой, мило глядя на бедного, смелого, красивого Наваки.
- Но, ты даже не знаешь, как меня зовут...
- Главное, что я тебя люблю. Выбрал тебя душой, навсегда оставил в сердце. Поверь, одна ты навсегда, и мне больше никто не нужен...
- Ярика, - отвела смущённый взгляд в свет теплого утра за окном рыжая девушка, - меня зовут Ярика.
- Чудесное имя, наверное, не у кого больше такого нет. Как и такой как ты, нигде нет в целом мире. Как мне повезло, что ты пришла ко мне... - вздохнул, вновь вскинул черные, густые ресницы на девушку, улыбнулся, – ты выйдешь за меня замуж Ярика?
- Ты такой странный... - улыбалась, - может, хоть узнаешь меня, а то вдруг пожалеешь, что так быстро решил связать свою судьбу навеки с моей судьбой...
- Навеки, так навеки. Не зря же меня зовут Наваки... - пожал плечами.
- Но твое имя означает навеки? - приподняла брови Ярика, - красивое имя.
- А твое имя, значит самая красивая и добрая, замечательная во всей Вселенной?
- Просто имя, - пожала плечами, - кто-то назвал, я даже не знаю кто... - отвела взгляд рыжая девушка, - я... - посмотрела в его голубые глаза, - хочу быть хорошим другом Наваки, может и хорошей женой.
Только сначала, узнай меня и проси моей руки, спустя время, которого будет достаточно для того, чтобы понять, что я та самая единственная для тебя.
Тогда, когда ты поймешь, что никогда не придашь, не бросишь меня. Иначе, я могу умереть...
- Я не брошу тебя, - покачал головой, - если хочешь, подождем это время. Главное, чтобы ты теперь, не бросила меня.
Оставайся со мной Ярика, и я все сделаю ради тебя. Буду жить, ради тебя. Потому, что... - протянул руку через стол, взял ее за худенькую ладонь, улыбнулся со словами, - я уже люблю тебя.
Я люблю тебя. Говорил Наваки каждый день уже на протяжении второй недели дружбой с Ярикой. Она оказалась так же одинока, жила раньше с приемными родителями, теперь переехала к любимому жениху Наваки.
Вдвоем, они быстро привели кафе в порядок, вместе красили и ремонтировали, смеялись и обнимались дни напролет, и еще не решались поцеловаться. Потому, что как сказала Ярика, поцелуй это такая - же ответственность, как свадьба.
Ведь так ты заключаешь незримую сделку с судьбой, где навеки отдаешь себя другой душе, что так же отдает тебя взамен тебе.
И пришел такой день, когда Наваки и Ярика обменялись кольцами и клятвами любви и преданности друг другу.
Любовь и счастье туманили теплом долгую, снежную зиму, после жарче преподносили зеленое лето, и где к долгожданной осени у Наваки родился сын...
- Наваки, - вышел акушер из палаты, где Наваки весь на нервах с букетом белых роз в руках, дрожа, томился в ожидании, скорее увидеть своего сыночка, – Наваки..., - повторил доктор, не глядя в глаза взволнованному, молодому отцу, – можешь, увидеть свою жену и сына.
Только... - поднял серый взгляд доктор. Наваки с ударом в сердце, принял его странный, казалось испуганный и непонимающий взгляд. После смущенный доктор сказал негромко, - только, вот... - тяжко вздохнул, - у тебя родился сын слепой. И... в общем... я не знаю, как мне это вообще тебе объяснить? И самому понять, ведь... это просто нереально, но у него...