Глава 20
When I wake up I'm afraid, somebody else might take my place [x3]
Когда я просыпаюсь, я боюсь, что кто-то может занять моё место. [x3]
When I wake up I'm afraid, somebody else might end up being me
Когда я просыпаюсь, я боюсь, что кто-то может оборвать мою жизнь.
Keep on dreaming, don't stop giving, fight those demons
Продолжай мечтать, не останавливайся отдавать, борись с демонами,
Sell your soul, not your whole self
Продай душу, но не всю себя.
Слова из песни the neighbourhood «afraid»
***
Место действия: Англия, Кембридж, отель «Вест-Моника».
Изабелла понятия не имела, как смотреть в глаза Валерио после их утреннего неприятного разговора. Ладонь в сотый раз потянулась к шее. Пульс под кожей бился, ударяясь о полумесяц, оставленным ненавистным Алессио. Ее съедала совесть, и в такие моменты она ненавидела его еще больше. Она готова была провалиться под землю, когда угрюмый Валерио вместо завтрака и доброго утра кивнул на ее шею. Он терпеливо допытывался, а Изабелла из последних сил, натянутая, как тетива лука, держала оборону, боясь даже подумать о Фальконе. Ей казалось, что Валерио мог даже прочитать ее мысли, мог ворваться в ее память, достать насильно картинку, где Алессио прижимает ее к подоконнику в церкви, оставляя поцелуи на ее коже, клеймя.
- Я понимаю, что из-за запретов родителей ты хочешь больше свободы, - Валерио дипломатично улыбнулся, но снисходительный тон больно ударил под дых.
Он думал, что засосы – это всего лишь глупая забава, протест родителям. Иза практически запыхтела, чтобы возразить. Ей стало обидно, что брат считал ее неразумным ребенком. Поцелуи были не мимолетной попыткой насолить гиперопекающим родителям. Нет! Ей правда этого хотелось. Признавать данный факт было мерзко, но правда всегда колола ей глаза.
Изабелла даже не помнила, что отвечала. История про аспиранта, с которым она познакомилась в интернете, появилась в ее фантазии неожиданно. Она отчаянно в нее поверила, выдавая выдуманное за действительное. Ей оставалось только молиться, чтобы Валерио ей поверил. Она поклялась ему, что разорвет с ним общение, пообещала, что больше не будет поступать так опрометчиво.
- Он ведь не знает, что ты дочь Консильери? – Валерио приобнял сестру, - Он не знает, в каком мире ты живешь. Лучше оставь его. Таким, как он будет лучше держаться от нас подальше.
Он говорил тихо, задумчиво смотря сквозь нее, будто Валерио обращался не к ней, а к самому себе. Изабелла кивнула, не в силах что-либо ответить. Она помнила историю, которую услышала от девушек в их клане. Сплетни вокруг ее родителей не стихали с момента их женитьбы. Все только и говорили, что мама вышла замуж не девственницей, что она сбежала, закрутила роман с каким-то парнем. Папа искал ее, а когда нашел, убил того юношу. Изабелле было неприятно, что она узнала подробности их молодости. Было бы лучше жить в неведении. Это было настолько личным, что ей казалось, будто она залезла к ним в душу. И как бы она не любила отца, ей было жаль убитого парня. Он не знал, кем была Джианна Скудери, и это незнание стоило ему жизни.
Изабелла по-другому стала смотреть на своих родителей, особенно на мать. История о том, что ее мать насильно выдали замуж за отца, не лучшая сказка на ночь.
Дедушка Скудери был ужасным человеком. Он издевался над детьми и довел жену до могилы. Бабушку Людовику Изабелла так и не увидела. На фотографиях миссис Скудери выглядела блистательно в одежде от кутюр, но выражение лица было уставшим, а взгляд потухшим, совсем безжизненным. Людовика Скудери стала для Изабеллы собирательным образом тех несчастных женщин, что постигла печальная участь быть выданной насильно замуж. Изе хотелось изменить их мир, искоренить эту традицию, но она понимала, что это невозможно... Она боялась, что когда-то это может коснуться и ее.
Дети почти всегда повторяют сценарий родителей.
Она невидимым взглядом обвела свою спальню, прислушиваясь к тишине. Все вокруг выглядело пресным и серым. Она вдруг вышла из долгого оцепенения, облако наваждения исчезло, оставляя горькое послевкусие стыда и собственного разочарования. Она была слишком глупой, забыв о своих обязанностях. Иза понимала неразумность своих поступков и раньше, но разговор с Валерио, будто встряхнул ее. Она выпала из небесного розового дворца иллюзий на бренную землю суровой реальности.
Пора бы уже повзрослеть...
Валерио весь оставшийся день молчал, сегодня он был на редкость неразговорчивым, а Флавио выглядел убийственно бледным и печальным. Расслабиться в небольшом отпуске у них не получилось. Сколько бы ты не бежал от своих проблем, от родного города, гнетущие мысли все равно настигали тебя.
От себя ведь не убежишь...
Да еще и этот город, - подумала Иза, - Кембридж так и навевает на тоску.
Было только семь вечера, но ей жутко хотелось провалиться в сон, чтобы перестать думать. Она не знала, чем себя занять. Книги, сериалы, фильмы стали неинтересными, а прогулка по лужам после проливного дождя ее не привлекала. Каспер сладко посапывал, прижавшись к ее ноге. Изабелла погладила котенка по мягкой шерстке, мысленно завидуя его безмятежности.
Спустя несколько минут сон все-таки одолел ее, и она задремала. Свет в спальне тускло отбрасывал блики на стены. Ее ресницы тревожно трепетали, засыпать ей всегда было трудно. Дыхание понемногу выравнивалось, и она уже ощущала, как приятно расслабляются ее напряженные за долгий день мышцы. Сквозь сладкий полудрем девушка расслышала, как заскрипела ручка входной двери. Тихие неторопливые шаги стучали сначала по паркету, потом по мягкому ворсу ковра. Шаги стали бесшумными.
Наверное, братья вернулись из бара, - пронеслась мысль в ее сонном разуме.
Изабелла зевнула, поворачиваясь на бок и обнимая подушку. Ей было хорошо. Ничего не снилось и не беспокоило. Темный экран перед глазами давал умиротворение. Никаких тревог, никаких лишних мыслей. Слух снова уловил небольшой шорох, но она была так далека от реальности, что не смогла разобрать от куда он исходил. Угол кровати прогнулся под чьим-то весом, но даже это не смутило Изабеллу. Она пробормотало что-то невнятное, кажется: «Валерио, свали отсюда нахрен». Но присутствие гостя никуда не исчезло. Оно по-прежнему сидело в углу. Волосы на затылке рефлекторно встали дыбом, а по коже пробежали мурашки, будто тело ощущало опасность, пока мозг спал и еще не успел проанализировать ситуацию. Изабелла почувствовала запах мокрой травы, пахло дождем вперемежку с тонкими нотками бергамота, лимона и чего-то древесного. Этот аромат ей был знаком. Сделав глубокий вдох, пробуя на вкус парфюм, Иза медленно выдыхала. Нос скривился, и она спрятала лицо в подушку. Аромат был приятным, волнующим, но на подсознании почему-то вызывал у нее внутреннюю панику, страх и...желание. Она сжала бедра, ощущая внизу живота искорки тепла. Запах все еще витал в воздухе, но она дышала урывками сквозь плотную ткань подушки. Каспер, лежащий рядом, вдруг начал громко мурлыкать. Вибрация, исходящая от его крохотного тельца, совсем сбила ее с толку. Черный экран перед глазами испарялся. Появлялись быстрые картинки, как кинопленка, сменяющие друг друга. Брови нахмурились, ладонь сжала простынь в кулак. Тяжесть сна уменьшалась. Проклятый аромат дождя и мужского парфюма не исчезал. Изабелла открыла глаза, часто моргая. Глаза бездумно уставились в стену. Боковым зрением Витиелло заметила темный силуэт с платиновыми завитками. Тело моментально напряглось, и она поджала колени к животу.
О, боже, нет, не может быть.
Иза зажмурила глаза, в надежде, что это всего лишь галлюцинация после сна.
- Хорошо спалось? – ядовитая усмешка не оставила сомнений, что он все-таки находился в ее спальне.
Изабелла, бессовестно чертыхаясь, вскочила с кровати. Ноги после сна были ватными, а перед глазами прыгали мушки. Быстрое пробуждение вскружило голову, и она покачнулась.
Алессио не сдержал рвущийся из горла смешок. Изабелла выглядела до умиления забавной в растянутой домашней футболке и пижамных брюках в цветочек. Без косметики, с растрепанными волосами, завязанными в торчащий во все стороны небрежный пучок. Видеть ее без очков было непривычно. Так, ее глаза смотрелись еще ярче, чем обычно. Оказывается, стекла скрывали их естественный блеск.
- Какого черта ты тут делаешь, Алессио?! – фраза походила больше на возмущение, чем на вопрос.
От ее пронзительного крика он наигранно поморщился, но стоило признаться, ему стало приятно, что она назвала его по имени. В основном Изабелла обращалась к нему по фамилии или различными ругательствами, которые стали в их общении нормой. А вот ему нравилось называть ее Бестией, для него это стало уже традицией.
- Ты язык проглотил? – снова крикнула Изабелла, пощелкав пальцами в воздухе.
- Нет, милая, язык, как видишь, на месте, - в подтверждении своих слов он демонстративно провел кончиком языка, едва касаясь верхней губы.
Бестия скривилась, положив ладонь на живот.
- Омерзительно, не делай так больше, а то меня сейчас стошнит.
Алессио закашлялся, пытаясь скрыть смех. Он приложил кулак к губам, чтобы не расхохотаться на весь номер, боясь в случае чего привлечь лишнее внимание.
- Тебе, я смотрю, весело? – не унималась Изабелла, хватая подушку и бросая ее в парня.
Фальконе не стал уворачиваться, получая вполне заслуженный удар в лицо.
- Я спрашиваю еще раз, - угрожающе продолжала Изабелла, - Что. Ты. Тут. Забыл?
- Соскучился, - просто ответил блондин, пожимая плечами.
- Ты что, пьян?
Алессио покачал головой.
- Нет, я трезв, - он погладил Каспера, от чего маленький нахал сильнее замурлыкал.
Предатель.
Изабелла протянула руку и шлепнула парня по плечу.
- И оставь в покое моего котенка.
Прикоснувшись к нему, Изу будто электрическим зарядом ударили. Кожа была холодной, словно лед. Поняв, что ей не стоило этого делать, девушка испуганно повела плечами. Алессио заметил ее дрожь и уголок губ дьявольски поднялся вверх. Он успел поймать ее запястье, потянув на себя. Она неженственно упало на матрас, придерживая тело свободной рукой. Черт бы побрал его рефлексы.
- Почему мы повторяем один и тот же сценарий при каждой нашей встречи? – устало спросила Изабелла, даже не предпринимая попыток освободиться.
Все равно это было бесполезным занятием.
Светлая бровь изогнулась в удивлении, а голубые глаза блеснули в озорном предвкушении.
- Хочешь внести разнообразия в наши отношения?
Девушка брезгливо фыркнула.
- Не обольщайся, у нас нет никаких отношений.
Алессио отпустил ее руку и оттянул воротник футболки вниз, оголяя шею Изабеллы, где виднелись его засосы.
- Это ничего не значит, - Изабелла грубо отпихнула его ладонь, садясь на другой угол и облокотившись о спинку кровати, - Просто ты – животное, которое не умеет держать свой язык и свои руки при себе.
Парню ее ответ пришелся не по душе. Его больше задело не оскорбление, а тон девушки. В ней явно что-то поменялось. Он наклонил голову набок, разглядывая нахмуренное, искаженное от злости лицо, пытаясь прочитать ее мысли, но в этот раз его сканер «эмоций» дал сбой. За плотно поджатыми губами и прищуренными глазами было трудно понять, о чем Бестия думает.
- Тебе лучше уйти, - тихо выдохнула Изабелла, закрывая глаза и массируя шею.
Алессио знал, что будет незваным гостем, но почему-то представлял их встречу совсем иначе. Конечно, он не надеялся на секс. Об этом даже не могло быть и речи, но он ожидал чего-то веселого и приятного, как, например, день назад в церкви.
Вместо «что случилось?», которое было бы намного разумнее задать, он кривовато улыбнулся, складывая руки на груди.
- Неужели братья поругали принцессу, и теперь у нее проснулась совесть?
Изабелла дернулась, как от пощечины, открывая глаза и краснея, от чего ее веснушки стали ярче обычного.
- Пошел вон, придурок.
Видимо, он попал точно в цель, хотя, наверное, тут была и его вина. Алессио снова посмотрел на ее шею. Стоило оставить засосы чуть ниже, тогда Бестии не пришлось бы выслушивать нотации от братьев-недоумков.
Но он не хотел, просто не мог, уйти, не получив ничего взамен. Судя по враждебному настрою Изабеллы, сегодня ему не перепадет даже поцелуй. Весьма прискорбное стечение обстоятельств, особенно с учетом того, что у него было дикое желание прикоснуться к ней. И если он не мог насладиться физическим контактом, то, возможно, ему удастся получить эмоциональную разрядку. Блондин поднял перед собой руки в знак капитуляции и выдавил из себя подобие извиняющийся улыбки.
- Ну хорошо, ты права, я – придурок.
Зеленые глаза недоверчиво обвели его сверху вниз. Ее брови с начала их встречи так и были нахмурены, а кривые линии морщин разрезали лоб.
- Чего ты хочешь, Фальконе?
- Много чего, - уклончиво ответил парень, понимая, куда клонит Изабелла.
Она снова вздохнула, будто ее грудь сдавливала металлическая плита.
- Я не это имела ввиду, чего ты хочешь от меня?
Ее пристальные глаза смотрели в его, дожидаясь ответа. Алессио, честно, не знал, что ей ответить. Пожалуй, впервые у него не нашлось разумного ответа на вполне простой вопрос, но почему-то для него он был совсем не легким.
- Ничего.
- Тогда зачем все это? Если хочешь отомстить, то это глупо. Ты ведь понимаешь, что ни я покушалась на твою семью. От меня ничего не зависит. Конечно, я могла ы предупредить Грету или Фаби, но..., - она набрала в легкие воздуха, чтобы не расплакаться, - Я не могла. Это предательство, Алессио, и как бы я не осуждала поступок Луки, я не могу пойти против семьи. Мне правда жаль, что твоей семье пришлось пережить это. Киара, - мускул на лице парня дрогнул при упоминании матери, - Фина, Грета, да даже твои дяди, которые мне не особо нравятся, не заслужили, чтобы на них нападали исподтишка. Наверное, никто такого не заслуживает.
Изабелла не понимала, на кой черт вообще оправдывается перед ним. Он ведь с братьями похитил их с матерью. Из-за него ее преследуют кошмары, из-за него ей пришлось посещать психолога, именно из-за него родители увеличили контроль, держа Изабеллу буквально в клетке.
И все же она чувствовала, что это признание было необходимым. Ее слова должны были расставить точки над I. Иза хотела закрыть тему и больше к ней не возвращаться. Возможно, это было осознанным шагом к освобождению. Ей порядком надоело навязанное чувство вины.
Откровенность Витиелло застала Алессио врасплох. Он был обескуражен. Сочувствие, которое так и читалось в ее взгляде, дрожащие губы и бледное лицо были подтверждением ее искренности. Его хватило лишь на вялый кивок. Он понимал Изабеллу. В ее словах была логика. Она была всего лишь заложницей устоявшихся порядков. Алессио понимал это и раньше, но ярость, отравляющая внутренние органы, все равно обуревала его. Он снова посмотрел на ее лицо. В нем он видел – черты ее высокомерного, чопорного и до глупости традиционного клана.
- Мы не выбираем в какой семье родиться, - прошептала девушка, еще глубже проникая в его мысли.
Фраза больно ударила по ребрам, но он сдержался, не подавая виду. Он был уверен, что она знала подробности его рождения. Читал по глазам. Алессио надеялся увидеть хоть какой-то намек на жалость, чтобы у него был повод на нее злиться, но надежды не увенчались успехом. Изабелла не проявляла к нему жалости. И где-то задним мозгом он был благодарен ей за это.
Бестия ждала от него каких-то слов, хотела вывести на «душевную болтовню», но он точно этого не хотел, не в его привычке трепаться о скелетах в шкафу, а ведь, на самом деле, скелетов было приличное количество.
Ответов с его стороны не было, но зато было бесчисленное количество вопросов, которые выстроились один за другим после прочтения еще нескольких страниц ее дневника. Алессио без смущения мог бы их задать, но он сомневался, что Изабелла даст ответы. Он хотел не просто первый попавшийся выдуманный ответ, а именно честный, развернутый.
Блондин представил, как Бестия снова фыркнет и скривит личико, отвечая что-то вроде: «обойдешься, много хочешь». Казалось бы, начало было положено, возможно, чуть позже она сможет утолить его любопытство, но для этого ему необходимо было войти к ней в доверие. Задача не из легких, но довольно решаемая.
Пока он думал, молчание затянулось. Изабелла смутилась. Все то время, что Алессио размышлял, он не спускал с нее глаз. О чем, интересно, он думал? В горле пересохло, и она прочистила его, сцепив в замок руки.
- Если не месть, то что?
Фальконе провел ладонью по платиновым завиткам.
- Любопытство, игра, азарт.
В принципе, ответ был честным. Изабелла не ожидала услышать чего-то иного.
Парень просто играл с ней, как с глупым котенком. Получал адреналин, веселился, избавляясь от скуки, а она, как мышка, попавшая в мышеловку, поддавалась ему, хотя, глупо, наверное, было отрицать, Изабелла и сама получала удовольствие от их забав.
- Пожалуй, тебе и правда пора, - мягко улыбнулась девушка.
- Обиделась?
Бестия усмехнулась, качнув взлохмаченной рыжей макушкой.
- Нет, я ведь сама это знала. Боюсь, что братья скоро вернутся.
Алессио кивнул, поднимаясь, на прощание почесав за ушком Каспера. Ему снова захотелось прикоснуться и к ней. Кожа на пальцах заколола, но он проигнорировал жжение, засунув руки в карманы джинс. Изабелла встала вслед за ним, видимо, хотела проводить. Выглядело забавно, будто они договаривались о встрече. Она держалась поодаль, не рискуя подойти ближе. Когда они вышли в гостиную, оказавшись почти на полпути к выходу, за дверью зашуршали шаги. Воздух сгустился, а сердце Изабеллы так и остановилось от страха. Она бы приросла к месту, если бы Алессио не потянул ее обратно в спальню, бесшумно закрывая дверь. Он приложил палец к губам и, посмотрев по сторонам, оглядывая небольшую комнату, лег на пол, забираясь под кровать. Изабелла, глупо моргая, смотрела, как Алессио «испаряется». Она поспешила открыть дверь балкона, чтобы выветрить запах его парфюма, и легла на матрас, обнимая подушку.
В спальню легонько постучались.
- Орешек, ты спишь?
- Пока нет, - хрипло ответила Иза, чувствуя подступившую тошноту.
Голова Валерио показалась в проеме. У него была ленивая, немного пьяная улыбка на лице, но глаза по-прежнему оставались трезвыми и внимательными.
- Все хорошо?
- Да, отлично, - она приподнялась, - А вы как посидели?
Валерио закатил глаза, давая понять, что из Флавио сегодня не лучший товарищ для распития алкоголя. Изабелла понимающе кивнула. Ей было неловко, и она старалась не смотреть вниз.
- Тебе не холодно? – Валерио показал на открытый балкон.
- Нет, я спала, мне стало жарко, решила проветрить. Перед сном обязательно закрою.
Брат одобрительно улыбнулся.
- Тогда спокойной ночи?
- Сладких снов, - помахала рукой Изабелла.
Валерио неуверенно потоптался на месте, не решаясь войти.
- Что-то случилось? – нервы у Изабеллы натянулись до предела.
- Ты ведь не обижаешься после...ну...
За пять минут уже второй раз ей задавали этот вопрос. Разве можно было обижаться на то, что она и так знала?
Иза подошла к брату, чтобы он не сделал еще один шаг к кровати, и обняла его за шею, привстав на цыпочки.
- Я никогда на тебя не обижалась. Я люблю тебя. Ты был совершенно прав, и спасибо, что не рассказал родителям и Флавио. Обещаю, что не подведу тебя.
Давать обещание было трудно, когда один из Фальконе лежал сейчас под ее кроватью.
Валерио крепче стиснул ее в своих медвежьих объятьях, целуя в макушку.
- И я тебя люблю, Орешек. Ты всегда можешь на меня положиться.
Каспер совсем не вовремя замяукал, сидя напротив кровати и пытаясь заглянуть под нее.
Засранец.
Изабелла подняла питомца на руки, обещая, что кастрирует его за предательство. Валерио чмокнул сестру в щеку и вышел из комнаты, на мгновение задержавшись взглядом на подол кровати.
Черт.
Изабелла пыталась дышать, но получалось у нее паршиво. Ее пробрал озноб. Паника билась внутри. Неужели брат что-то заподозрил? Она стояла, не моргая, уткнувшись в одну точку, пока Алессио не вылез из своего укрытия. Он высвободил котенка из мертвой хватки Изабеллы и закрыл балкон. Бестия практически не дышала. Губы посинели, а глаза остекленели. Кожа на руках покрылась мурашками. Она дрожала то ли от холодного ветра, то ли от страха. Алессио аккуратно поднял ее на руки. Он был уверен, что Валерио мог прислушиваться к шагам. Витиелло точно бы понял, когда ходят двое. Изабелла сжалась в его руках, хрупкая и озябшая. Нос пощекотали ее непослушные кудри. Аромат горького шоколада невидимо накрутил вокруг его шеи веревку. Алессио уложил ее на кровать, стараясь сделать это, как можно тише. Изабелла виновато улыбнулась, натягивая одеяло до подбородка.
Алессио выключил свет, забираясь обратно под кровать, как верный пес, охраняющий свою хозяйку. Поспать у него точно не получится. Нужно было придумать, как выбраться отсюда. Невио бы точно засмеял его, узнай, в какой ситуации он оказался. Но Алессио вдруг понял, что даже риск быть пойманным, стоил того, чтобы увидеться с Изабеллой.
Он зашел в их чат и напечатал сообщение, надеясь, что она правильно его расшифрует и ему не придется объяснять. Его смелости хватило только на шесть слов.
Алессио: «У нас тоже не было выбора».
Бестия: «Я понимаю. Ни у кого из нас его нет».
Изабелла отложила сотовый, радуясь хотя бы тому, что Алессио решил прояснить с ней давно наболевшую тему.
Не укради он с братьями их тогда с мамой, возможно, последствия для его семьи были бы намного плачевнее.
Иза не хотела искать ему оправдания. Он все равно был виноват, но странное чувство, похожее на прощение, зашевелилось в груди.