Дополнительная глава I
Часть I
«Давно забытые чувства.»
I've been lost in your eyes all afternoon
Я был потерян в твоих глазах весь день.
The more I drift, the closer I get to you
Чем больше меня несло, тем ближе к тебе я становился.
It's the way you move [2x]
Всё дело том, как ты двигаешься. [2x]
Ooh, ooh-ooh
У, у-у!
I knew I'd stay with you after just one touch
Я знаю, что остался бы с тобой после одного лишь прикосновения.
Слова из песни: 30 seconds of Mars «Stuck»
***
Место действия: Англия, Кембридж, отель Вест-Моника.
Валерио наблюдал, как Изабелла возиться с котенком, весело смеясь и вытирая визжащий мокрый комок полотенцем. Ее волосы, небрежно собранные, походили на взрыв макаронной фабрики, а стекла очков запотели от пара в ванной, пока она намывала питомца от уличной грязи.
- Тебе не кажется, что она от нас что-то скрывает? - Флавио сидел напротив него за барной стойкой, потягивая апероль.
Улыбка медленно сползла вниз, и блондин посмотрел на брата, стараясь скрыть подозрения в своих глазах.
Да, он тоже чувствовал, что Изабелла вела себя немного странно. В принципе, она всегда была слегка чудаковатой, но в последнее время её настроение было сложнее предугадать. Так продолжалось уже долгое время. Они догадывались, что всему виной было их похищение с Джианной, но братья учтиво не комментировали это при сестре, стараясь не влезать ей в душу и не бередить тяжелые воспоминания.
И если Валерио еще удавалось абстрагироваться, то Флавио это давалось сложнее. В силу характера он был весьма пессимистичным, и с трудом расставался с вещами, которые его беспокоили. Валерио был рад, что унаследовал непринужденный, в какой-то степени даже легкомысленный характер дяди Маттео. Именно это качество помогало ему справляться с теми неурядицами, что творились в их жизни.
Похищение сестер, пожалуй, для них обоих было больной темой. Когда украли Марселлу, Валерио был еще мал. Видимо, страшное событие для семьи настолько взбудоражило его детский мозг, что он запомнил все до самых незначительных мелочей. Он помнил каждую мучительно-длинную ночь в своей спальне, когда мама плакала в гостиной, дожидаясь отца и Амо с «работы». Мама думала, что он спит, но не спал. Никогда не спал с того дня, как украли Марселлу. Он помнил каждую слезинку, которую пролила его мать. Помнил нервную улыбку тети Джианны, которая пыталась вести себя, как и всегда. Помнил красные глаза тети Лили, которая приезжала к ним каждый день, навещая маму. Помнил, как осунулся отец от бессонных ночей и потери аппетита. Его некогда грозный, внушающий страх отец - Капо с красноречивым прозвищем «Тиски» постарел всего за один день. Высокий сильный мужчина, будто уменьшился в росте на несколько сантиметров под тяжестью невыносимой ноши, что легла на его плечи. Дядя Маттео больше не шутил, не улыбался и не забирал Валерио покататься на мотоцикле в тайне от мамы. Валерио никогда не видел веселого Маттео таким...серьезным и встревоженным, за исключением еще того дня, когда Троица похитила Джианну и Изабеллу.
Дни в то время наполнились тьмой. Дома всегда было тихо, как в склепе, а на улице не переставая лил дождь. С того времени Валерио ненавидел дожди.
Наверное сам Бог уберег его от угрызений совести. Он был мальчишкой и не смог бы помочь Марселле. Где-то далеко внутри он даже был рад тому, что еще не до рос до церемонии вступления в клан.
Чего не скажешь о Флавио.
Сару украли год назад, но рана от этого кровоточила до сих пор. Валерио не знал, как Флавио справляется с чувством вины в одиночку. Он видел, как Кансио ненавидит себя за то, что не уберег сестру от тех мучений, через которые ей пришлось пройти. (прим. Есть догадки, что Сару украли и изнасиловали, поэтому ей пришлось выйти замуж за Максимуса, чтобы никто не узнал об этом. Следующая книга Коры будет про них).
Валерио понимал опасения Флавио насчет Изабеллы. Они не хотели, чтобы пострадала еще одна сестра, но давить излишней опекой на Изу Валерио не хотел. Флавио моментами мог перегибать палку, становясь до невозможности строгим и подозрительным. Даже, когда они дурачились или выпивали, он никогда не переставал был бдительным.
- Я думаю, что тебе стоит расслабиться, - Валерио старался говорить спокойно и беспечно, - Перестань уже быть душнилой.
Флавио ответ брата пришелся не по душе. Он скептически приподнял бровь.
- Ее история звучит неубедительно.
Валерио закатил глаза.
- Даже, если и так, что ты хочешь сделать? Устроить ей допрос?
Флавио промолчал, давая понять, что он совсем не против предложенной идеи. Валерио понизил голос, чтобы Изабелла не стала свидетелем их словесной перепалки.
- Флавио, черт возьми, мы забрали её сюда, чтобы она отдохнула. Ее уже вызывали на допрос, забыл? Я не хочу, чтобы ты поднимал эту тему. Даже не смей портить ей каникулы.
- Я не собирался ей ничего портить, - процедил Кансио, нахмурив брови, - Я просто хотел...
- ...всё контролировать, - закончил Валерио, - Перестань, Флав, дай ей забыться. Ей и без твоих нравоучений тошно. У Джианны и Маттео совсем крыша поехала, они её никуда не выпускают. Она, как пленница, сидит дома и ходит на сеансы к психологу.
- Они пытаются её защитить - полностью принимая их методы воспитания, грубо рыкнул Флавио, - Она их единственная дочь.
Валерио начинал злиться и сжал кулаки. Ему хотелось ударить брата, чтобы привести его в чувства. Иногда Флавио заносило не в ту степь, и он становился раздражающим моралистом.
- Просто заткнись, - по слогам отчеканил Валерио шепотом, массируя виски, - Еще слово, и я клянусь, это добром не кончится.
- Ты безответственный кретин, - недовольно выплюнул Флавио, который ни черта не собирался затыкаться.
Валерио встал с высокого барного стула, хватая брата за ворот футболки. Их разделяла стеклянная столешница, и он уже хотел занести руку для «профилактического» удара, но вовремя подоспевшая на мордобой Изабелла, прервала их своим визгом.
- Ну чего вы опять не поделили!?
Она обняла Валерио за талию, оттаскивая его подальше от Флавио. Её силенок бы явно не хватило, но Валерио поддался ей, делая шаги назад.
- Пустяки, Орешек, - его голос все еще скрипел от злости.
Изабелла встала между ними, нервно поправляя очки.
- Я не хочу, чтобы вы ссорились, - она боялась любого проявления насилия.
Ее нервы были очень «далеко не к черту», и она могла расплакаться в любой момент. Братья заметили, как задрожали её губы, и испустив долгий вдох, моментально расслабились.
- Никто не ссорился, Изи, - мягко сказал Флав, - Всего лишь спор о футболе.
Валерио ущипнул сестру за носик.
- Перестань уже за нас переживать. Мы - большие мальчики.
Изабелла театрально сморщилась.
- Да, оно и видно.
Котенок под ногами запищал, и Валерио поднял ногу, боясь наступить на него.
- Ты уже придумала ему кличку?
Изабелла подняла белый комок шерсти, обнимая.
- Каспер, думаю идеально подходит, - счастливая улыбка коснулась её губ, и братья заметно оттаяли.
- Как призрака? Очень оригинально, - сказал с сарказмом Флав.
Изабелла показала ему язык, усаживаясь на диван. Валерио заметил на её шее бледный полукруг. Он напрягся, понимая, что это могло быть. Он понятия не имел, откуда у Изабеллы засос, но очень постарался не меняться в лице. Флавио мог заметить его странную реакцию. Валерио повернулся к брату спиной, смотря на сестру. Со стороны казалось, что он просто любуется ею, но глаза приросли к тонкой шее с высоким воротником от рубашки. Она замазала кожу тоналкой, но неровные края чьих-то губ все равно не остались незамеченными.
Неубедительная история стала еще более неубедительной. Валерио сел на подлокотник дивана, закрывая Изабеллу от глаз Флавио. Он думал о том, что поездка в Англию оказалась не просто её прихотью, а имела какой-то определенный интерес. Возможно, тут жил тот, кто и оставил ей эти засосы?
- Кстати, а ты звонил Еве? - Изабелла отвлекла его от раздумий, задевая локтем и продолжая гладить Каспера, - Я давно с ней не общалась. Как она поживает?
Валерио откашлялся, отодвигая назад мысли о засосе Изабеллы и сосредоточился на вопросе.
- А, Ева? У нее все хорошо. Я звонил ей вчера. Она передает тебе привет.
Флавио ударил по столешнице бокалом, разливая апероль по гладкой поверхности. Изабелла вздрогнула, поворачиваясь к брату.
- Ты чего?
Флав покачал головой, наливая новую порцию в чуть не разбивавшийся фужер.
- Рука дрогнула.
Беспокойство заискрилось в её глазах. Флавио выглядел непривычно потерянным и опять-таки очень нервным. Вены на его лбу взбухли, а плечи напряженно поднимались.
- Может тебе уже хватит на сегодня? - она кивнула на бутылку.
Флав вышел из за барной стойки, уходя на балкон с алкоголем в руках.
- Я в порядке, - Кансио поднял уголок губ в неуверенной ухмылке и вышел из комнаты.
Изабелла смотрела, как он облокотился о перила, продолжая поглощать апероль. Ночью в Англии, даже летом, еще было прохладно. Ветер теребил подол его футболки, и она сильнее забеспокоилась.
- Что с ним твориться?
Дежавю.
Валерио уже слышал этот вопрос пятнадцать минут назад, но адресован он был в сторону Изабеллы.
- Не обращай внимания, - успокоил он сестру, - У него сложный период. Наверное до сих пор переживает за Сару.
Изабелла досадно поджала губы. Она сожалела, что Флавио мучился. Ей и самой бывало нелегко вспоминать прошлое...
Валерио сдержался от вопроса, который крутился у него на языке, пообещав, что поговорит с сестрой завтра. Накала страстей на сегодня было достаточно. В номере и так воздух стоял наэлектризованный от паршивого настроения Флавио.
Он погладил Изабеллу по взлохмаченным волосам, стараясь не смотреть на засос.
- Орешек, иди спать. Уже поздно. Я сам с ним поговорю.
- Хорошо, спокойной ночи, - Изабелла ушла в свою спальню, придерживая спящего котенка.
Валерио вышел за братом на балкон, отмечая, что на улице пахло сыростью. Намечался дождь.
Блядство.
- Все нормально?
Флав ему не ответил, смотря вниз с высоты пятнадцатого этажа на людишек и проезжающие желтые машины такси.
- Может расскажешь, что с тобой происходит? Ты, как с цели сорвался. Всю последнюю неделю злой, как собака.
Валерио редко видел брата таким. Бывали моменты, когда Флавио ни с того ни с сего захлестывала беспричинная злость, но потом он приходил в себя и становился «обычным», но сейчас его так называемые «критические дни»затянулись. Его нервозность передавалась и Валерио, а он не терпеть не мог долго злиться. Валерио предпочитал выплескивать злость двумя способами - сексом и стрельбой по мишеням.
- Неважно, - пробормотал Флав, не намереваясь продолжать диалог.
Валерио тихо обматерил его, уходя в свою спальню. Ему порядком надоел сегодняшний день, и он хотел, чтобы он поскорее закончился. Он не собирался выуживать из Флава подробности. Если брат хотел побыть наедине, то Валерио уважал его желание.
*от лица Флавио.
«Неважно»
В последнее время он слишком часто употреблял это слово.
Неважно, что Изабелла что-то скрывает от них.
Неважно, что федералы что-то замышляют.
Неважно, что Валерио заинтересовался Амандой.
Неважно, что он постоянно думал о Еве и её чувствах.
Да, чтоб его черти драли.
Флавио прикоснулся губами к бокалу, ощущая разбитые края, чувствуя, как осколки режут язык и кожу на губах. Он пил апероль, чувствуя вкус собственной крови. Раны жгло, но это его ничуть не смущало. Возможно, физическая боль могла помочь ему забыться.
Забыться, чтобы перестать чувствовать непреодолимую тягу к той, которая ему не принадлежала.
Ева Ареско.
Он ненавидел себя за то, что когда-то полюбил её. Он любил её так долго, что даже потерял счет времени.
Она была дочерью Орацио Ареско - предателя Наряда, родного брата Валентины Кавалларо. Когда-то давно её отец предал родной клан и стал шпионом Луки Витиелло. Он бросил семью и сбежал из Чикаго в Нью-Йорк вместе с беременной невестой. Теперь он являлся младшим боссом Бостона, а его дочь была обещана Валерио...
(Прим. от автора: по канону Валентина, Ария, Лили и Джианна двоюродные сестры, а их дети - троюродные, поэтому они не могут быть вместе. Инцестом попахивает...
А так как мне очень хотелось добавить такую сюжетную линию, я убрала родственную связь Валентины и сестер Скудери. Да, эдакая импровизация. В моем фф они не родственники. Инцеста нет, все нормально)
Какая ирония.
Она была обещана его брату, а он готов был рвать на себе волосы от досады, что на месте Валерио был не он. Флавио впервые завидовал Валерио. Впервые завидовал тому, что он был сыном Капо, что имел привилегию претендовать на Еву.
Орацио Ареско был самым слабым среди боссов Фамильи. Сколько бы он ни старался, клан не признавал его своим.
Предатель раз, предатель всегда.
Кто бы доверял человеку, который бросил родителей и сестру, предал Капо в угоду врагу?
Никто.
Орацио - чистокровный итальянец женился на азиатке, пошел против традиций и правил. Консерваторы Фамильи оказались ничем не лучше консерваторов Наряда. Их брак не принимали ни там, ни тут, но благосклонность Капо завязывало людям языки. Прилюдно они склоняли головы и молчали, но за глаза поливали семью Ареско грязью.
Пара уединилась в далеком Бостоне, дожидаясь пополнения. Сначала родился сын, а через пять лет дочь...
Дочь, что вставляла кол в сердце Флавио.
Лука хотел укрепить позицию верного босса, улучшить его репутацию, поэтому обручил Еву с Валерио, навсегда лишая Флавио надежд и мечтаний.
Валерио даже не воспринимал её, как свою невесту. Он не относился к ней должным образом, не проявлял того внимания, которого она заслуживала. Он был с ней вежлив и уважителен, но не более. Продолжал встречаться с любовницами, но не публично, чтобы не замарать её репутацию. Хотя бы за это Флавио был ему благодарен. Валерио поддерживал с Евой общение, часто звонил ей, дарил подарки, а на общих мероприятиях был её кавалером. Он делал все, что от него требовалось, но это было неискренним. Флавио видел по глазам, что, как женщина, Ева Валерио совсем не привлекает. Брат часто смотрел на нее с жалостью, и это злило Флавио до сумасшествия.
Ева не нуждалась ни в чьей жалости.
Она была забавной, умной, общительной и женственной, безупречно красивой и такой желанной, что у него при каждом взгляде кружилась голова.
Флавио знал её почти с юности, когда был еще глупым подростком, только вступившим в пубертат. Он думал, что это временное наваждение спадет с первым полноценным сексом, но все оказалось намного хуже.
Годы шли, а интерес к Еве не утихал, а лишь становился сильнее.
Он выбросил бокал вниз, смотря, как тот разбивается на тысяча осколков, как его собственные мысли о Еве. Вдали гремел гром, темные облака прорезали молнии. Первые капли дождя падали на крыши домов, асфальт, мраморный пол балкона и на него, пропитывая насквозь одежду.
Он хотел, чтобы дождь остудил его, но злость по-прежнему вертелась в груди.
Валерио не стеснялся приударить за Амандой, даже не думая о том, что у него была невеста. Флавио даже не хотел представлять, что будет, если об этом узнает Ева. Он готов был избить Валерио за его ветреность по отношению к ней.
Озноб пробрал до костей, и он зашел обратно в номер прямиком в горячий душ, смывая с себя раздражение на Валерио, гребаные правила семьи и свои чувства.