Теневой Дирижёр
Оставив столовую, Ханна направилась прямо в свой кабинет, чувствуя, как адреналин всё ещё бурлит в её венах. Она села за стол, пытаясь упорядочить мысли. Инцидент с Тоби был не просто проявлением жестокости Джерома; это была чёткая демонстрация его растущего влияния. "Промыть мозги" охранникам – это звучало как из дешёвого триллера, но Ханна видела это своими глазами. Их легкие улыбки, их нерешительность, их нежелание вмешиваться. Это было зловещим подтверждением того, что Джером находит лазейки в системе Аркхэма, используя саму монотонность и отчаяние его сотрудников против них.
Она знала, что должна немедленно сообщить руководству о поведении Билла и Джона. Но сначала ей предстояла самая важная встреча – с самим Джеромом. Она должна была встретиться с ним лицом к лицу, пока её гнев был свеж, но под контролем. Она не могла позволить ему увидеть, как сильно его действия её потрясли.
Дверь кабинета распахнулась с характерной для Джерома театральностью, прежде чем он успел постучать. Он вошёл, расплывшись в широкой, довольной улыбке, словно только что сошёл со сцены после успешного выступления.
- Ах, доктор Новак! Я надеялся, что ты не забудешь о нашей 'встрече'! – произнес он, опускаясь в кресло для пациентов, его взгляд цеплялся за её лицо, ища малейшие признаки эмоциональной реакции. – Не правда ли, утро стало куда интереснее после моего... небольшого перформанса? Ты ведь согласна?
Ханна не ответила на его провокацию. Она сложила руки на столе, её взгляд был прямым и холодным. - Ты пересек черту, Джером. То, что ты сделал с Тоби, это не 'искусство'. Это насилие. И я не потерплю этого в стенах Аркхэма.
Джером покачал головой, притворно опечаленный. - Насилие? Ах, доктор, ты так драматизируешь! Я просто пытался пробудить его! Он был таким скучным, таким... предсказуемым. Я хотел показать ему, что мир не так безопасен, как он думает. Разве это не ценный урок?
- Не за счет страха и паники других людей, – отрезала Ханна. – И что касается охранников, Джером. Ты как-то убедил их не вмешиваться. Или даже подыграть тебе. Как ты это сделал?
Его улыбка стала еще шире, глаза хищно заблестели. - Ох, доктор, это же так просто! Люди – существа предсказуемые. Особенно те, кто живет в рутине. Они скучают. Они устали. Они ищут чего-то нового, чего-то, что заставит их чувствовать. И я... я даю им это. Немного азарта. Немного веселья. Всего лишь небольшое отступление от правил. Разве это так уж плохо?
Он наклонился вперед, его голос стал ниже. - Охранники здесь – они такие же заключенные, как и мы, доктор. Только у них ключи. Но они не используют их, чтобы открыть мир, а чтобы запереть себя в этой серой скуке. Я просто показал им, что есть другой путь. Путь к... свободе. Пусть и небольшой.
- Ты манипулируешь ими, – констатировала Ханна. – Используешь их слабости. Их скуку.
-А ты называешь это 'лечением', – парировал Джером с усмешкой. – Разве не то же самое ты делаешь? Находишь слабые места и пытаешься их 'исправить'? Только я не 'исправляю'. Я освобождаю. От скуки, от предсказуемости, от самих себя! - Он жестом указал на себя. - Я – катализатор. А эти люди – просто марионетки, ждущие своего дирижёра.
Ханна внимательно слушала, как он выворачивает её слова и концепции наизнанку. Он не просто влиял на охранников; он считал, что предоставляет им альтернативу, "свободу" от их унылой жизни. Это было его извращенное видение "помощи".
- Ты не освобождаешь, Джером. Ты разрушаешь, – сказала Ханна, её голос был спокойным, но в нем прозвучала сталь. – И если ты продолжишь это делать, последствия будут серьезными. Не только для тех, кого ты пытаешься 'пробудить', но и для тебя.
Джером откинулся назад, его лицо выражало наигранное разочарование. - Ах, угрозы, угрозы! Как скучно! Доктор, ты никогда не поймёшь. Я не боюсь последствий. В Аркхэме я уже получил их сполна. И что мне еще терять? Только скуку. - Он снова склонился вперед, его глаза горели. - Но тебе есть что терять, верно? Свою репутацию. Свой 'порядок' здесь. Свою... жизнь.
Его тон стал почти нежным, но от этого не менее угрожающим. - Так что, доктор. Какое следующее 'представление' ты хочешь увидеть? Может быть, я устрою тебе парад? Или музыкальный номер? С твоими любимыми охранниками в главной роли. - Он расплылся в своей самой широкой, безумной улыбке, оставляя Ханну в полном осознании того, что его шоу только начинается, и она – не только главный зритель, но и невольный участник. Он упивался своим контролем, и его следующая цель могла быть любой, кто стоял у него на пути.