Любовный баг

Хосок на трясущихся ногах поднялся по лестнице, держась за запястье Юнги. Почему момент, когда он открывал дверной замок, показался таким долгим? Хосок думал, что не выдержит этого. Возможно, Юнги потребовалось больше времени только потому, что Хосок сзади дотронулся до груди Юнги и укусил за ухо. Юнги открыл дверь после трёх неправильных попыток ввода кода замка.

Как только Хосок вошёл в темное пространство, он обнял тело Юнги и оттолкнул его. Он нашёл кровать по её очертаниям, опрокинул его и сразу же забрался сверху. Он собирался его поцеловать, но Юнги уклонился от его лица и оттолкнул Хосока.

— Мне нужно время... чтобы подготовиться.

Хосок проигнорировал его слова, схватил за подбородок и поцеловал. Юнги изо всех сил старался убрать от себя лицо Хосока.

— Я должен подготовиться... Ах, сонбэ... Пожалуйста...

Хосок расстегнул брюки Юнги и спустил их. Затем Юнги приподнял верхнюю часть тела и сердито закричал.

— Прекратите! Дайте мне время подготовиться.

Удивленный неожиданным развитием событий, Хосок не успел ничего понять, а когда Юнги сорвался с места, только и услышал, как за ним захлопнулась дверь. Он обернулся и посмотрел - должно быть это была входная дверь в ванную. Чувствуя себя опустошенным, он встал и подошел к ней. Он постучал, приложил ухо к двери, но оттуда не исходило ни звука.

— Ты в порядке?

— Подождите минуту, пожалуйста.

И раздался шум воды. Это было похоже не на душ, а на льющуюся в раковину воду. Ошеломленный Хосок какое-то время сидел на полу, прислонившись спиной к стене.

Когда чрезмерное возбуждение немного стихло, он встал и прислонился к стене, чтобы нащупать выключатель, а затем выпить воды. Освещенная комната была отделена от кухни. Она была чистой, будто совершенно новая, а мебели было настолько мало, что казалось, что здесь совсем пусто.

В комнате не было ничего, кроме кровати, двух столов, книжного шкафа, вешалки для одежды и небольшого комода. На кухне была газовая плита, полка и небольшой холодильник. В холодильнике, который он открыл, было семь банок кофе, несколько яиц, пакет молока и две бутылки воды.

Он вытащил бутылку с водой и, пока выпивал её, вернулся в комнату. Ему негде было присесть, поэтому он расположился на кровати. Белая простыня была аккуратно накрыта тёмно-синим одеялом.

«Значит, здесь он спит каждую ночь...»

Хосок почти почувствовал, как кровь снова начинает приливать к определённому месту, поэтому перевел взгляд в другие места.

На полке не было ни одного обычного романа, только большие книги по программированию. Это был худший книжный шкаф, который он когда-либо видел. Куртки и футболки свисали с верха двухэтажной вешалки, а внизу свисали брюки. Всего было шесть комплектов верха и два комплекта низа. Ему всё было знакомо, и он ничего не видел впервые. Почему-то он подумал, что Юнги соблюдал дресс-код, а порядок надевания комплектов был фиксированным.

Было два стола. Один казался для учёбы, а на другом огромном офисном столе был установлен монитор. На первый взгляд, это было сочетание двойного монитора UHD, диаметр которого превышает 40 дюймов, с прозрачным корпусом и высококачественными деталями, дорогой марки механической клавиатуры, игровой мыши и колонок.

— О, наверное, около 300*.

_________________
*Видимо, Хосок имеет в виду цену рабочего стола Юнги.

Этот письменный стол казался дороже, чем весь остальной дом вместе взятый. Хосок усмехнулся, подумав, что контраст между вешалкой и компьютером действительно очевиден.

— Хосок сонбэ.

Как только он услышал голос Юнги, он подпрыгнул, как пружина, и побежал в ванную.

— Что случилось? Ты в порядке? Где болит?

— Я немного трезвый, - сказал спокойно Юнги.

Почему так не везёт? Это значит, что нельзя пойти дальше? Хосок тревожно сжал кулаки. Подождав некоторое время, он снова услышал голос по ту сторону двери.

— Я старался... Я усердно учился, но... Я совсем не уверен в себе.

— ...

— Пожалуйста, возвращайтесь домой.

— Что?

У Хосока отвисла челюсть. Он, конечно, понимал давление отношений с мужчиной. Кроме того, он знал, что секс будет в несколько раз хуже из-за характера Мин Юнги. Но прямо сейчас ему было неловко уходить вот так, после того, как наслаждался всем тем, чем должен был наслаждаться. Подумав, что он собирался сказать, и несколько раз сдавшись, Хосок открыл рот.

— Разве это я открыл дверь и сам зашёл? У нас была взаимная договоренность.

Его голос был достаточно холодным даже для самого себя. Ответ пришел после небольшого колебания.

— Я знал, что вы разозлитесь. Но я не могу...

— Я не злюсь. Я просто не понимаю.

— Я не могу сделать так, как на видео. Вот и всё.

Юнги ясно сообщил ему, что его ожидания не оправдались. Дыхание Хосока стало тяжёлым. Его сердце, которое несколько мгновений назад, казалось, взорвётся от удовольствия, теперь наполнилось гневом.

— Ты говоришь, что не хочешь больше меня видеть? Это игра или что?

— Нет. Я, должно быть, сошёл с ума. Пожалуйста, уходите.

— Вот именно, ты чокнутый! – Хосок крикнул очень сердито.

С Юнги всё было хорошо, но время от времени он так доставал Хосока. Но Хосок еще никогда не был потрясен настолько.

— Почему ты такой невежественный?

— Я попросил вас уйти.

— Не прячься, выходи, ублюдок. Если ты собираешься сказать что-то подобное, то скажи это, глядя мне в глаза.

Без ответа. Что случилось с Мин Юнги? Каждый раз, когда он собирался забыть, происходило что-то сводящее с ума. И это было хуже всего.

Хосок выругался около двери. Он выглядел как сварливый мужчина, который не мог заняться сексом, поэтому чувствовал себя плохо, но он не мог позволить себе даже сохранить лицо. Юнги некоторое время молчал. Потом в дверь постучали и ударили кулаком.

— Для сонбэ это, конечно, легко! Лежать смирно — вот и вся роль!

— Что, чёрт возьми, это означает? Я не могу так продолжать, так что выходи и убеди меня. Иначе я никуда не уйду.

— Выйти? Вы снова сойдёте с ума, сознание будет затуманено... Вы начнёте целовать... прикасаться и трогать, вот как это будет!

— Если твое сознание затуманено, оставайся таким, не пытайся прийти в себя!

— Что это за чушь? Из-за вас ничего не работает!

— Почему ты не можешь нормально поговорить!

Хосок закричал, ударился затылком о дверь и поскользнулся. Может быть, то, что он пытался сделать с этим парнем, было глупо. Тот, кто идет только известными путями и никогда не сделает ни единого шага по подозрительной дороге. Трус, который делает только то, к чему привык.

— Ты так всю свою жизнь живёшь. Делаешь то, что надо делать, носишь то, что нужно носить, ешь то, что нужно есть, и ни на дюйм не отклоняешься от своего грандиозного плана.

— У меня всё было отлично, пока не вмешался сонбэ!

Опять начинается. Юнги не сделал ничего плохого, и во всем виноват Хосок. Его голова пульсировала. Это было более болезненно, потому что он действительно вмешивался в его жизнь и сбивал его с толку. Но это было не так уж односторонне. Если Хосок разрушил повседневную жизнь Юнги, всё бы было наоборот. В равной степени внимание, которое Хосок уделял Юнги, его время и усилия для создания игры, было обоюдным. Но этот ублюдок понятия не имел, что происходит между двумя людьми. Есть только преступник и жертва. Он просто хотел позаботиться о своей повседневной жизни. Хосок не мог вынести этого факта, потому что был оскорблен.

— Выходи, чёрт возьми.

— Не хочу.

— Выходи, пока я ещё не разозлился.

— Просто уйдите, пожалуйста.

— Не провоцируй меня. Ты не знаешь, что я сделаю, если ты не выйдешь.

— По правде говоря, даже если вы попробуете...

— Если я попробую, что? Ты думаешь, я не смогу выломать эту дверь?

— Посмотрим, сможете ли. Посмотрим, насколько вы не верите в полицию!

Мин Юнги был рожден, чтобы раздражать Хосока. Хосок оглядел комнату с раздражающим видом и сказал:

— Твой компьютер кажется очень дорогим.

— Нет! Не смотрите в компьютер, - быстро ответил Юнги.

— 10.

— Ох... Я же отказал.

— 8. Уже поздно. Тебе следовало сказать это до того, как я вошёл сюда.

— Моё сознание затуманено. Я слишком много выпил, потому что сонбэ продолжал наливать мне...

— Я тебя не слышу. 7.

— Никто не может заставить кого-то заниматься недобровольным сексом.

— 5... Выходи сейчас же. Я поговорю об этом с маленьким другом в твоих штанах.

— Он упал.

— Осталось три секунды.

— Ох, правда... Я хочу убить вас.

Он такой наивный парень. Дверь распахнулась раньше, чем истекло время. Хосок, который до этого избегал его, прислонился к стене и посмотрел на Юнги, лицо которого покраснело. Три верхние пуговицы были застёгнуты, но ниже пуговиц не было, из-за чего открывался вид на его живот. Он выглядел смешно, но сказал с серьезным выражением лица:

— Я серьезно. Я так нервничаю из-за сонбэ, что у меня могут быть проблемы.

«Что, чёрт возьми, не так с этим ублюдком?»

Хосок некоторое время стоял неподвижно, глядя ему в глаза. Он был настолько непреклонен, что был шокирован так же, когда Юнги внезапно пришёл в ресторан и сказал, что ему есть что сказать. То же самое было, когда он спокойно заявил, что станет его сексуальным партнером. Поэтому он подумал, что на этот раз Юнги будет в порядке, поскольку он из тех, кто настаивает на своём, если в чем-то убеждён. Почему же в этот раз всё так?

— Объясни немедленно. Не забывай, что я тоже человек, а не NPC*.

___________________
*Non-Player Character - персонаж в ролевых играх, которым управляет не игрок, а компьютер.

— Это значит, что это не то, что можно так легко сказать.

Юнги, который смотрел в пол с выражением боли, поднял глаза.

«Легко... легко?»

— Разве это не так? Ты пытался избавиться от всего мгновенно, будто закрываешь веб-сайт. Как ты думаешь, отношения такие простые?

— Для сонбэ всё будет легко! С таким умением, вам даже всё равно... Даже не знаете, в какой ситуации сейчас я.

— Так скажи мне, что ты чувствуешь. Потому что я не видел ничего, кроме большого желания.

— Я давно пытаюсь сказать. Но в голове всё еще пусто, и я чувствую себя странно...

— Странно? В чём проблема?

— Не говорите так безрассудно!

Юнги закричал. Хосок вздрогнул и немного отступил. Он был в таком плохом настроении, что думал, что ударит человека. Некоторое время перепалка продолжалась. Юнги выглядел очень рассерженным. Поднятые вверх глаза были такими острыми, что порезаться о них было бы пустяковым делом.

Как долго это длилось бы? Его черные глаза слезились, а выражение лица Юнги постепенно искажалось. У него было плохое предчувствие.

— Юнги?

Ноги Хосока двинулись сами по себе. Когда они встретились взглядом, он мог ясно видеть слёзы в уголках глаз. Дрожание мимических мышц, потрескавшиеся губы. Хосок бессознательно потянулся, чтобы дотронуться до его щеки, но, по понятным причинам, попытка была заблокирована.

— Ты плачешь?

Юнги посмотрел на Хосока, а затем отвернулся. Как только он схватил его за руку, Юнги сильно встряхнул ее и заставил отступить. Он собирался снова пойти в ванную, поэтому ворвался внутрь, а Хосок просунул руку в щель в двери. Когда Юнги не смог закрыть дверь, то, не зная, что делать, он убежал в узкий угол ванной. Он закрыл лицо ладонями и ударился лбом о стену. Это был не просто маленький плач. По его щекам текли слезы.

«Ох... Это обман.»

Хосок временно потерял свою боевую мощь. Шипы, которые он вырастил вокруг своего сердца, чтобы защитить себя, были вырваны. Резкие слова в адрес Юнги стали однообразными и ломкими. Честно говоря, разве плакать во время драки не слишком?

Хосок на время оставил Юнги одного. В безмолвном пространстве громко звучало только прерывистое дыхание. Через некоторое время он открыл кран и умылся.

— Ты успокоился?

К счастью, Юнги, похоже, стало лучше. Он прошёл мимо Хосока, сел на кровать, завернулся в одеяло от шеи до щиколоток и облокотился спиной к углу кровати. Это была защитная поза, когда были открыты только глаза, а всё остальное тело завернулось в одеяло, будто гусеница в кокон.

Цокнув языком, Хосок достал со стола немного салфеток и положил к ногам Юнги, а сам сел на край кровати как можно дальше от него. Так прошло время.

— Вы не знаете, сонбэ. - Юнги неожиданно рискнул. — Неважно, как много я мастурбирую, я не могу решить эту проблему... Всё начинается по новой, и я схожу с ума.

Хосок решил выслушать Юнги вместо того, чтобы перебивать его вроде «У меня также».

— Я всё время думаю только о сексе, и живу в последние дни бессмысленно. Я знаю, сонбэ думает, что это легко, но не для меня...

Юнги подробно объяснил, насколько это было тяжело, и какой ущерб он получил из-за Хосока. Ему было немного страшно сказать, что он предпочёл бы химическую кастрацию, но Хосок молча слушал, не перебивая. Но чем больше он слушал, тем больше он сомневался в своей ситуации, а не сочувствовал.

Хосок не знал, что сказать. Что это нормально, что это человеческие инстинкты, и что другие люди живут точно также? Хосок тщательно выбирал в своей голове, что сказать. Мин Юнги был склонен выборочно и поверхностно воспринимать слова других людей, поэтому ему приходилось уделять особое внимание тому, что он говорил.

— Ты случайно не... девственник?

— Нет.

— Так почему же это сложно? Ты будто ученик начальной школы, у которого никогда раньше не было эрекции.

Отказ. В этот момент у Хосока не было достаточно времени, чтобы пропустить резкие слова.

Юнги фыркнул. Его рука выскользнула из-под одеяла и взяла салфетку. Он поднёс салфетку к носу и высморкался.

— Раньше я хорошо контролировал сексуальное желание. Это означает, что я никогда не чувствовал себя некомфортно, когда испытывал возбуждение. Это всё потому, что вы странный.

— Я странный?!

— Когда дело доходит до извращений... Я... Знаете, если бы я применил на практике все мысли, о которых я думал, когда смотрел на сонбэ, мне бы пришлось провести остаток дней в тюрьме.

— ...

— Верно. Разве это с вами что-то не так? Быть красивым – не грех. Это я просто грязный извращенец. Почему вы сделали меня таким? Я обречен. Всё из-за вас.

«Ты пытаешься соблазнить меня или обвинить?»

Он, как обычно, ходил взад и вперед. Хосок запоздало уловил суть того, что хотел сказать Юнги. Значит, иссохшее чужое желание только сильнее на него реагирует. Это был настолько провокационный материал, что из него можно было снять фильм, но было жаль, что он был потрачен на неубедительное признание. То, что делают все режиссеры эротических фильмов, но не Мин Юнги.

— Так попробуй со мной. Ты не знаешь, на что это будет похоже.

Это была последняя капля для человека, который не мог отказаться от своих диких инстинктов. Юнги устало покачал головой.

— Как я могу сделать это с сонбэ? Неважно, насколько я возбужден, мне это не нравится... Я определённо не могу этого сделать. Кроме того... в то, что находится сзади... Я не уверен, что смогу вставить туда свой половой орган. Вы выглядите так, будто у вас были большие надежды, извините, что разочаровал вас.

— ...

Этот эгоцентричный идиот... Юнги даже не считал, что другая сторона тоже была мужчиной, и думал, что 100% будет тем, кто вставит, потому что он был мужчиной. Хосок вздохнул.

Мин Юнги. Отсутствие социальных навыков и сочувствия настолько велико, что словами не описать. Он единственный в мире. Последние 25 лет он общался с окружающими его людьми только формально, не выстраивая ни с кем глубоких отношений.

«Я устал, очень устал.»

Эмоциональное напряжение было слишком сильным, чтобы он мог уснуть. Он не знает, сколько раз катался на американских горках из-за этого парня.

«Чёрт, это не может быть правдой.»

Хосок долго сидел, закрыв глаза ладонью.

— Прежде всего, я понимаю, что ты имеешь в виду. Пойдём спать, поговорим завтра. Мы оба сейчас не в себе. Ты должен протрезветь.

— ...

— Не собираешься отвечать?

Хосок, который отвернулся при мысли о том, что «этот ублюдок снова меня злит», заткнулся. Юнги спал, прислонившись головой к стене.

— Просто спи.

Его спящее лицо всё еще было опухшим, но при этом выглядело невинным. Он сжал кулак, но Хосок отвернулся, потому что ему некуда было деться.

Сидя, согнувшись, он задумался. Пришло время медленно решать, что делать в будущем. Если вы чувствуете, что собираетесь закричать, лучше выйти из игры. Вы уже работали как раб и сделали отличную картину, но рабочая нагрузка скоро возрастет, когда появится прототип.

«Блять... что в этом такого сложного?»

Если вы чувствуете влечение, продолжайте; в противном случае остановитесь. Принцип простоты был нарушен. Работа, сексуальное желание, любовь. Его беспокоил остроконечный треугольник. Возможно, самый разумный вариант - сдаться, как сказал Юнги.

Хосок со вздохом встал и умыл лицо в ванной. Когда он вышел, его внимание переключилось на компьютер, который выделялся в этом пространстве.

«Нет! Не смотрите в компьютер!»

Естественно хотеть делать это ещё больше, если вам говорят не делать этого. Перед тем, как покинуть дом Юнги, Хосок подошел к прозрачному футляру и нажал кнопку питания. Хотя он был выполнен в темных тонах, светодиодные лампы излучали цвета радуги в корпусе.

Благодаря передовым характеристикам загрузка была мгновенной. Поскольку это был персональный компьютер, не было даже пароля, и сразу же появился черно-белый фоновый экран с повторяющимися клетчатыми узорами. Это было похоже на шахматную доску на большом двойном экране. Было всего три иконки.

Мой компьютер, корзина и...

— Хм?

Хосок придвинул голову ближе к экрану, потому что подумал, не прочитал ли он это неправильно, но в названии папки было ясно написано: «Чон Хосок».

Он не мог представить, что это было. Это папка, в которой хранились его слабые места, или собрание документов, которые он подготовил для подачи иска? Хосок с тревогой дважды щёлкнул по папке.

«Что это такое?»

В папке было полно фотографий Хосока. Были сохранены десятки фотографий и более десяти видеороликов. От школьных фотографий, о которых он даже не мог вспомнить, когда делал их, до тех, которые недавно разместил в социальных сетях. Фотографии были отсортированы по году, дате, месту и источнику.

«Не знал, что ты дрочил на меня, извращенец.»

Остальные папки были ещё более впечатляющими. Любимые предметы, стили, спортсмены и хобби Хосока были тщательно организованы в документы. Дата обновления плейлиста на YouTube - сегодня, то есть это было проверено утром.

Ситуация была абсурдной, как сцена из комедии, но тепло медленно разливалось в его сердце, которое сильно колотилось и прыгало под кожей. Улыбка исчезла.

«Мин Юнги, ты... ты уверен, что это простое желание?»

Он закрыл папку «Чон Хосок» и продолжил изучение компьютера Юнги.

Как человек, который хочет создавать игры, он установил всё, что было выпущено за последнее время. Не только онлайн, но и популярные игровые наборы. Курсор мыши проник в папку загрузок.

Он сразу вспомнил, что в машине Юнги сказал, что заплатил за видео, чтобы учиться. Таким образом, в папке было пять видеофайлов, скачанных два дня назад. Хосок нахмурился, увидев их названия.

«Огромные члены, фетиши, фаллоимитаторы и даже... оргия с инцестом, групповой секс, пытки, бондаж?»

При двойном щелчке видео воспроизводилось одно за другим.

На первом видео были показаны двое мужчин в лабораторных халатах, которые закрывали глаза голому мужчине и изучали его. Началось всё с капания воска с горящей свечи на голую кожу, далее стимуляция с помощью вибратора, что, в конечном итоге, привело к серьезным телесным повреждениям.

Как только он включил второе видео, всё началось со сцены, где мужчина с огромным членом трахает и избивает очень худого и маленького парня. Было бы ещё нормально, если бы он не зашел так далеко, ведь он изнасиловал своего партнера до такой степени, что тот не мог открыть глаза и, наконец, выступила кровь.

Третье видео – оргия. Четвертое видео – групповой секс. Пятое – экстремальная игра, о которой даже ничего и не скажешь. Все персонажи видеороликов (даже если они играли) кричали от боли.

«О, понятно, поэтому...»

Было слишком очевидно, о чем Юнги подумал после просмотра этих пяти видеоклипов. Из-за своей индивидуальности он, должно быть, скачал с 1-го по 5-е место в рейтинге популярности, и, должно быть, это был сайт, посвященный только хардкору.

Хосок оставался неподвижным в течение пяти минут. Хотя у Юнги был вид, что он хочет Хосока, он продолжал настаивать и говорить, что ему есть что сказать и что он должен подготовиться. Он не мог этого сделать. Это выяснилось, когда он узнал историю его отказа.

У каждого человека есть соответствующая скорость. Если вы попытаетесь плыть слишком быстро, лодка может перевернуться. Он подумал, что знает, что нужно сделать сейчас, пока ещё не поздно.

Хосок удалил все видео и встал со своего места. Он подошёл к кровати, где крепко спал Юнги. Он заснул несмотря на неудобство, поэтому Хосок снял одеяло, обёрнутое вокруг его тела, и положил его прямо на кровать. Накрыв его одеялом, он присел перед ним на корточки и посмотрел ему в лицо.

Когда Юнги бодрствует, его лицо, в основном, или серьёзное, или угрюмое, но его спящее лицо могло быть таким спокойным.

— Эй, засранец.

Ответа не последовало.

— Меня впечатлила твоя сегодняшняя болтовня.

Несмотря на это, Хосок все равно продолжил говорить.

— Я больше не думаю о том, чтобы сдаться. Я хочу, чтобы ты знал это.

Было странно, что он просто мило выглядел, хотя и был таким чокнутым.

— То, что я сегодня оставил незаконченным...

Тыльной стороной ладони Хосок коснулся щеки Юнги. Большой палец скользнул по скулам.

— Я продолжу позже, так что хорошо запомни это чувство.

Затем он собирался тихо уйти, но не удержался и поцеловал его в лоб. Он не мог отказаться от своих давних чувств и прошептал Юнги на ухо, прежде чем встать:

— Мечтай обо мне сегодня, несмотря ни на что.