.9/1. Призрак на улицах Дерби
Дождь снова шёл третий день подряд. Узкие улочки Дерби казались вымазанными сажей — вода смешивалась с грязью, стекала по облупленным фасадам, забивалась в трещины асфальта. Коннор Расселл стоял у окна заброшенного складского помещения, пряча лицо в тени. За эти месяцы он выучил ритм этого города: смены полицейских патрулей, время доставки на склад через улицу, количество сигарет, которые курит охранник соседнего магазина, пока он стоит на крыльце в своём пластиковом дождевике.
Каждая деталь — на вес золота. Потому что любая ошибка может стоить ему жизни.
Он больше не был агентом. Он был призраком. Брошенный, забытый, один. И, чёрт побери, усталый.
Его пальцы машинально скользили по клавишам потрёпанного ноутбука. Связь — только через одноразовые SIM-карты, Wi-Fi — только из чужих квартир, где пароли он подбирал за считанные секунды. Всё, что нужно было, — это оставаться на шаг впереди. И ни в коем случае не привлекать внимания.
Он всё ещё слышал, как Ян Чжэн говорил: «Мы найдём тебя, даже если ты зароешься в землю». И Коннор знал — это не была пустая угроза. Китайский картель не прощал предательства.
ФЛЭШБЕК
Они сидели в пустом ангаре на окраине Гуанчжоу. Коннор ощущал, как по спине течёт пот. Рядом стоял Ян Чжэн, с ледяной улыбкой наблюдая за тем, как двое его людей избивают пленного — одного из информаторов Коннора. Это была демонстрация. Послание.
— Думаешь, можно играть в шпионов? — произнёс Ян спокойно. — Мы кормим тебя. Защищаем. А ты... сливаешь данные в ФБР? Ты — мёртвец, Коннор.
В тот день Коннор сделал выбор. Он нажал экстренный маяк, спровоцировал бойню, устроил побег через канализацию. Погибли люди. Сгорел целый склад. Но он вырвался. И с тех пор — бег.
Ему снились кошмары. Голоса из прошлого. Лица товарищей, которых он не сумел спасти. Время от времени он задавался вопросом: может, было бы проще исчезнуть полностью? Оставить всё — тело, имя, страх. Но в глубине души он всё ещё цеплялся за идею справедливости, пусть и в изуродованной, извращённой форме. Он всё ещё мог сделать хоть что-то хорошее. Может, искупить...
ФЛЭШБЕК
Вашингтон. Три года назад.
Заседание проходило в закрытой комнате, пропитанной табаком и усталостью. Коннор сидел за длинным столом, по другую сторону от него — агенты разведки и пара фигур из госбезопасности. На экране проектора — спутниковые снимки, фотографии лабораторий, имена. Ян Чжэн.
— Вы уверены, что сможете внедриться? — спросил кто-то из агентов.
— Уверен, — твёрдо ответил Коннор. Он чувствовал, как на спине проступает пот, но голос был спокоен.
Он понимал, чем рискует. Но тогда в его глазах ещё горел огонь. Он верил, что сможет изменить ход войны. Что правда важнее страха. Что справедливость стоит риска.
— Если что-то пойдёт не так, — сказал кто-то, — мы не сможем вас вытащить.
— Я знаю.
Он подписал бумаги, поставил точку под договором — и начал обратный отсчёт.
Шум на улице. Рывок головы. Сердце в горле.
Но это всего лишь подростки, пинающие мусорный бак.
Он выдохнул. Потом медленно потянулся за пистолетом, проверил патрон в патроннике. Руки всё ещё дрожали, хоть он и пытался скрыть это от самого себя.
В этом городе он стал чужим. Призраком среди серых зданий, где всё говорило ему: «Ты лишний. Ты мишень». Но он всё ещё дышал. Всё ещё держался.
Он научился сливаться с фоном. Носить простые серые куртки. Менять одежду, как только его кто-то начинал запоминать. Говорить с акцентом, чтобы сбить с толку, а потом молчать неделями. Иногда он работал — поддельное имя, фальшивые документы, короткие вахты на стройках. В основном, чтобы не сойти с ума от одиночества.
Однажды он заметил китайскую машину. Чёрный седан. Водитель — азиат, в солнцезащитных очках, несмотря на облачную погоду. Машина стояла у магазина на углу. Долго. Слишком долго.
Он исчез в ту же ночь. Новый адрес. Новый маршрут. Новые точки доступа.
Но внутреннее напряжение уже не спадало. Он пил кофе литрами. Не ел днями. Спал урывками, с оружием под подушкой. С каждым днём ему становилось всё тяжелее помнить, ради чего он живёт. Кто он такой. И есть ли у него будущее.
Возможно, он просто ждал конца. Или — чего-то, что напомнит ему, что он ещё не мёртв.
Что он ещё может быть полезен.
Что его ещё не забыли.
Он вернулся в реальность резко, как будто кто-то ударил кулаком по стене памяти. В голове звенело. Вкус крови на языке — он снова прикусил щёку, не заметив. На экране ноутбука мигала сессия: незаконченная расшифровка перехваченного сообщения, исходящего из IP-адреса, который показался ему знакомым.
Он нахмурился. Лог сервера показывал активность, идущую с местного уровня — кто-то искал информацию о нём. Очень аккуратно, почти мастерски. Но не так, как это делали киллеры Чжэна. Эти оставляли цифровые следы, как волки след крови.
Этот — как охотник. Как кто-то, кто хочет найти, а не уничтожить.
Он замер. Может, это была надежда. А может — новая ловушка.
Коннор нажал клавишу и начал копать глубже.
Пока что он был лишь тенью над Дерби.
Прошло три дня.
Коннор почти не выходил из убежища. Он заклеил окна черной плёнкой, выключил все устройства с беспроводной связью и спал на полу, положив у головы только ноутбук и пистолет. Он пытался разобраться в аномальном трафике, который засёк — почерк был слишком аккуратным, чтобы быть случайным.
На третий день он нашёл фрагмент кода — зашифрованную строку, которую узнал сразу.
Они использовали её, когда он ещё работал на разведку. Не публично. Неофициально. Этого не мог знать никто... кроме тех, кто знал его по имени.
Он не знал, что чувствовать. Паника? Радость? Подозрение? Всё смешалось в голове.
Он впервые за долгое время написал ответ. Простую строку:
"Если ты знаешь, кто я — скажи кодовое слово"
Ответ пришёл спустя двенадцать часов:
"Вдова. Ты не один, Коннор."
Он сидел, глядя на экран, как на чудо. Слово. Настоящее. Кто-то знал. Кто-то нашёл его. Или... наконец поймал?
Он должен был бежать. Это был единственный логичный шаг.
Но вместо этого он просто сидел.
И ждал.
Здание ФБР
Тусклый свет лампы отбрасывал длинные тени на стенах кабинета Адама Батлера в здании ФБР. Его кабинет был переполнен бумагами, мониторами и кучей файлов — типичный хаос, который всегда сопровождал работы под прикрытием. За большим деревянным столом сидела Ева Диас, её команда — Эван, Эйдан, Логан, Деклан и Ксавьер — расположились по периметру комнаты. Они все были одеты по гражданке, так, чтобы не привлекать внимания, но их взгляд был сосредоточенным, каждый знал, что это была не обычная встреча.
Адам Батлер стоял у стола, держа в руках стопку документов. Он подал каждому из них по одному паспорту с фальшивыми именами. На каждом паспорте было фото, которое подходило под описание. Но все они знали: это не их настоящие личности.
— Это для прикрытия, — сказал Адам, отдавая документы одному за другим. — Мы не можем позволить себе ошибку.
Ева взяла паспорт и внимательно его изучила. На фотографии она выглядела моложе, с другим оттенком волос. Она мимолетно взглянула на Адама.
— Итак, о чём речь? — спросила она, не скрывая напряжения в голосе.
Адам сел напротив неё, сложив руки на столе.
— Мы получили информацию, что Коннор рассекретил часть своих передвижений. Его проверяли недавно. Это не просто случайность — с ним пытались связаться, а это значит, что он либо доверяет, либо считает, что его не найдут.
— Мы все знаем, насколько это опасно, — перебил её Ксавьер, обводя взглядом всех в комнате. — Если он решил пойти на контакт, значит, это не просто ошибка.
Адам кивнул, его выражение лица было серьёзным.
— Мы отслеживаем его местоположение. Сейчас он всё ещё в Дерби, в одном из старых складских комплексов. Проблема в том, что он очень осторожен — он был там в течение нескольких месяцев, но недавно его обнаружили.
Эйдан нахмурился, прислонившись к стене.
— Это плохо, — сказал он, — у нас нет много времени, прежде чем он станет мишенью для кого-то из других групп.
Деклан тихо бросил:
— Если Чжэн нас выследит, нам всем конец.
Адам кивнул в ответ, глядя на каждого.
— Поэтому этот паспорт, — он показал документы, — это не просто для прикрытия. Он нужен, чтобы вы могли добраться до Дерби, не привлекая внимания. Каждый из вас будет под новым именем. Я знаю, это непросто, но вам нужно выжить, чтобы добраться до него. Он не так прост, как кажется.
Логан взял паспорт и положил его на стол.
— Как мы будем его искать? Что если его уже забрали?
— Тогда будем искать его через других, — ответил Адам, — но пока что наш приоритет — убедиться, что он жив. Связь с ним была. И пока у нас есть эта ниточка, мы должны её дотянуть.
Ева стояла, её взгляд был проницательным, как всегда, когда дело касалось принятия решений.
— Когда мы вылетаем? — спросила она, не теряя времени на лишние слова.
— Сегодня, рейс в семь вечера, — ответил Адам, бросив взгляд на часы. — Но помните — без шума и поспешности. Ваши новые личности будут покрытием. И ещё одно — следите за собой. Мы не одни. В городе могут быть люди, которые вас вычислят.
Эван зашёл в угол комнаты, снимая с себя куртку и оставляя её на спинке стула. Его глаза сузились, и он говорил тихо, но уверенно.
— Я знаю, что с ним можно договориться, но что если он нас подставит? Может, он не такой, каким мы его представляем?
Адам не сразу ответил. Он по-прежнему был сосредоточен.
— Коннор... не подведёт нас, — сказал он наконец. — Он в поисках выхода, так же как и мы. Проблема в том, что мы должны быть готовы к любому повороту. Даже если он решит, что ему выгоднее работать с кем-то другим, мы должны быть на шаг впереди.
Ева, с паспортом в руке, стояла у окна. Она была уверена в том, что они смогут найти Коннора, но её интуиция подсказывала, что они выйдут на что-то большее, чем просто поиск человека.
— Мы улетаем сегодня ночью? — спросил Логан, подбираясь к столу.
Адам кивнул.
— Да. Но будьте осторожны. Мы ещё не знаем, насколько всё запутано.
Деклан встал и открыл дверь.
— Время идти. Мы не можем сидеть здесь долго.
Ева кивнула и последовала за ним, её команда быстро выдвинулась на выход. Шум шагов затих, когда дверь закрылась, оставив Адама одного в кабинете. Он остался сидеть за столом, думая о том, что они могут не вернуться.
Аэродром в Лос-Анджелесе был укутан лёгкой утренней дымкой, будто город сам не хотел отпускать этих людей. На фоне бетонной полосы возвышался небольшой частный самолёт с затемнёнными иллюминаторами — арендованный через анонимную цепочку контактов, он не числился ни в одном открытом реестре. Самолёт выглядел неприметно, но внутри был оборудован по высшему классу: звукоизоляция, шифрованная связь, спрятанный арсенал.
Отряд «Монолит» стоял у машины, которая привезла их со штаб-квартиры ФБР. Все были в гражданке, но под куртками и ветровками скрывалась лёгкая тактическая броня. Каждый из них нёс с собой чёрный кейс или спортивную сумку — внутри оружие, снаряжение, устройства наблюдения. Всё тщательно отсортировано и подписано, как будто у каждого было своё место в этой маленькой мобильной армии.
Ева Диас проверяла планшет с маршрутами и кодами связи. Она выглядела спокойно, но взгляд выдавал напряжение — это не просто операция, это вытаскивание человека из-под носа у международного картеля. И она знала, что таких миссий не бывает без последствий.
— У нас есть окно — четыре часа до потенциальной активности внешнего наблюдения, — произнесла она, обращаясь к отряду. — Мы приземлимся ближе к ночи по местному времени. Встречаемся в условной точке, действуем тихо.
Эйдан, грузный и мрачный, уже закуривал у посадочной лестницы. Он знал, что Ева вот-вот окрикнет его за это.
— Ты опять будешь вонять дымом весь полёт, как сраный гриль, — бросил ему Логан, подтягивая ремни на тактическом жилете под курткой.
— Это расслабляет, — пробурчал Эйдан, стряхивая пепел. — Хуже, если я буду нервным.
— Хуже — если ты будешь дымиться прямо в салоне, — отозвался Деклан, кидая сумку в отсек. — Нам и так тесно, как в консервной банке.
Эван тихо усмехнулся, проверяя наушники и взрывозащищённый кейс с электроникой. Он чувствовал, как атмосфера с каждой минутой становится плотнее — как перед бурей. Иронично, учитывая, что они летели в один из самых пасмурных городов Англии.
Ксавьер, как всегда, выглядел так, будто летит на встречу с инвесторами: дорогие очки, пальто, причёска безупречна. Но он лично проверял маркировку на каждом пистолете, настраивал взломное оборудование, перетирал кабели в руках, как пианист перед выступлением.
— И не забудьте, — сказал он, поднимаясь на борт последним, — англичане любят вежливость. Даже если вы собираетесь взломать им камеры наблюдения.
Наконец Ева закрыла планшет, отдала знак пилотам. К взлёту всё было готово.
Когда самолёт начал выруливать на взлётную полосу, Эйдан, усевшись на своё место, пожал плечами:
— Надеюсь, Коннор — не зануда.
— После всего, что он пережил, — ответил Логан, — если он не зануда, он, скорее всего, псих.
— Отлично, — Эйдан усмехнулся. — Будет о чём поговорить по дороге обратно.
Самолёт вздрогнул, ускоряясь. За иллюминаторами остались неоновые огни Лос-Анджелеса. Впереди был Дерби — мрачный, холодный, и, возможно, последний шанс для одного беглеца снова стать кем-то большим, чем тенью.