Пламя Ворона

Пресные будни, проведенные на корабле, проползли для Ибис в сумбурной, изнуряющей суете, в бесконечном уходе за многочисленными ранеными. Дни тянулись, одновременно сливаясь в одну монотонную серую массу и при этом не преподнося красноглазой и малейшей возможности отдышаться. А те огрызки времени, что всё-таки ей доставались, она старалась пустить на поток внезапно посетивших нишу её черепа размышлений, в том числе и о будущем.

Об этом загадочном слове, признаться честно, раннее девушка не думала совершенно. Всё ей казалось предельно ясно и понятно: она всю жизнь проживет в своей родной деревне, кочуя от места к месту, выйдет замуж, возможно, за того же самого Зака, или за любого другого полузверя, которого тщательно подберёт ей Тетушка Барбара, родит ему детей и продолжит пасти овец до глубокой старости. Но все её ароматные планы бумажным листом в один день сжал в кулаке мерзкий и циничный аристократ Жан. А за золотыми вратами его поместья любые помышления о будущем мгновенно пререкались мутными, гнусными страхами. Будущего для неё тогда попросту не существовало, она не видела ни единого верного шага, что вывел бы её из той западни, в которую она угодила. Она была потерянной, обезличенной, переставшей ожидать завтрашнего дня. И вот, тем, кто вывел её из цикличного кошмара в ненавистном доме Нуаре Де'Поль, стал он - Окрылённый. И ныне красноглазая твердо для себя решила: суть её новой жизни - помогать Рейвену во всём, в чём только сможет. Стать его опорой, поддержкой, преданной подручницей, к которой он доверчиво сумел бы повернуться спиной.

И, как сейчас девушке казалось, её будущее стало намного интересней. Ныне новый шаг для неё более не ужасающий прыжок в пустоту, теперь он - захватывающее приключение, неизвестно, к чему в итоге её приводящее. Рейвен заразил блондинку неким азартом касательно приближающихся времён, ей хотелось побыстрее опробовать свежий, неповторимый вкус как уже наступившего дня, так и всех дней грядущих. Жизнь отныне обернулась для неё в волшебный лабиринт, каждая дверь которого ведёт к чему-то пугающе-неизвестному, но при том безмерно увлекательному.

Прибытие в порт провинциального городка, куда держал курс «Вендетта», стало для Ибис ярким, уникальным событием. Душа девушки, ни разу в жизни не пересекающая пределов родной Империи, восторженно трепетала, беспокойно метаясь от зверски колотящегося сердца до предательски-глуповатой улыбки, зажевать которую никак не удавалось. Ей чудилось, что даже ветер, стекающий с того берега, пах совершенно иначе, а бездонный купол безоблачного неба над головой грозился вот-вот обрушиться на землю, таким близким он виделся, глубоким и насыщенным.

Когда вдали засинело мутное очертание города, радости девушки не было предела. И она, в дуэте с неугомонной Арго, чей восторг ничуть не уступал подруге, подняли на уши целый галеон, и тогда уже вся команда трещала ликующими воплями, ибо спустя несколько недель напряжённого ожидания того, что в любой момент их может настичь людская армада, они наконец-то почувствовали себя в долгожданной безопасности.

День, когда «Вендетта» громко причалил к одной из местных пристаней, выдался на удивление ясным и солнечным. Чистые небеса, будто бы светящиеся сами по себе, покрывали чудовищно-ледяной воздух побережья, целиком и полностью сотканный из жгучего мороза. Кое-где на склонах белели ровные полотна нетронутого снега, и не думающего таять под колючим солнцем. Ибис тут же поняла, откуда пронизывающий насквозь её косточки рваный ветер приносит свою ехидную колкость - горизонт могущественно затмевали необъятных размеров горные массивы, поросшие многолетним слоем вечной мерзлоты.

Знакомый вид скалистых зубцов, по которому она так скучала, медленно стек к её сердцу родной, столь близкой и незаменимой теплотой. Жизнь в Столице на долгое время отняла у девушки это, будто бы лишила на время живого кислорода. Ибис действительно не хватало гор.

Девушка стояла на деревянной пристани, схватившись руками за тугие, толстые канаты, коими она ограждалась, и с неподдельной нежностью ласкала представшие пред ней виды взглядом, словно боясь им этим навредить. Здесь всё было по-другому, в этом красноглазая была уверена. Даже ослепительно-сверкающий океан, отделяющий сейчас её от Империи, казался чище и "добрее", он, мягко облизывая бревна пристани, будто бы дружелюбно приветствовал неожиданных гостей.

Внезапно, на хрупкие плечи Ибис взвалилось нечто увесистое и тёплое, а по мгновенно блеснувшим фигурным пуговицам, девушка тут же догадалась, кому принадлежало это пальто.

- Мороз стоит страшный, - Прозвучал знакомый бархатный голос откуда-то со стороны, - Не стоит себя ему подвергать.

Ибис обернулась. Как и ожидалось, подошедшим к ней оказался Жан, слегка потрёпанный, но при всём довольно улыбающийся.

- Я не для того тебя столько времени выхаживала, чтобы сейчас ты простудился. - Поспешила возразить парню красноглазая, но тот вовремя остановил её лёгким жестом.

- Не переживай, мне не холодно.

Несмотря на изношенную, уже довольно неряшливую рубашку, в особенной мере запачканную на рукавах, Жан всё-таки умудрялся выглядеть элегантно. Буквально всё выдавало в нём его истинную аристократическую натуру, начиная с наружности, с изящной осанки, невесомых движений кистей и не менее лёгкой походки, и заканчивая его изысканной манерой говорить, что довольно нелепо выделялось средь грубого говора невоспитанных зверолюдей. Движения его были осмысленными и во многом предельно аккуратными, в отличии от неотёсанных замашек остальных обитателей корабля. Его руки, некогда сцепляющие Ибис соколиной хваткой, ныне становились всё более смиренными, боящимися лишний раз притронуться к блондинке и, в случае чего, прикасающимися к ней воздушной, эфемерной тенью. Эти руки, вопреки тем рукам, что повстречала Ибис впервые на пастбище, из жемчужно-гладких обратились в жестоко изувеченные множеством шрамов, щедро оставленных Клеей.

- И всё же, это того не стоило. - Робко потупилась Ибис, устремляя свой взор в пучины играющего под пристанью океана.

- Сколько добра ты сотворила в моей жизни? - Риторически поинтересовался голубоглазый, - Пора бы и мне отплатить тебе тем же.

Доброта Ибис его поражала, приводила в замешательство. Эта девушка помогала ему даже в тот момент, когда единственным чувством, испытываемым к нему, у неё имелась исключительно ненависть. Она прощала его, спасала, помогала во всём и, по итогу, лишь благодаря ней он до сих пор не стал трупом, наоборот, достиг того, о чём и в самом сказочном сне не мог вообразить - примкнул к полузверям!

И теперь Жан ощущал самый главный долг в своей жизни - отплатить Ибис за всё это стократно, любыми способами рано или поздно затмить все свои злодеяния и весь губительный вред, что причинил изначально этому ангелу. Ему больно было воображать, сколько рубцов, оставленных им, изуродовали её чистую, невинную душу. Сможет ли он когда-либо её исцелить?

- А здесь тоже водятся чайки. - Завороженно заметила Ибис, наблюдая за далёкими белоснежными силуэтами вдалеке.

- Конечно.

- Вроде те же птицы, и всё же, здесь они иные. Не такие, как в Империи. Здесь вообще всё по-другому!

- Разве? - Жан, словно убеждаясь в словах девушки, бегло огляделся. «Присоедини всё это побережье к Империи, ничего бы не изменилось,» - Справедливо рассуждал он.

- Неужели ты этого не чувствуешь? - Девушка прижала руки к груди, желая передать ему свои красочные впечатления, - Да здесь даже дышать легче! Послушай, чайки, и то кричат на другом языке!

- Это действительно очень живописное место. - Согласился парень, наконец-то разобравшийся , что к чему, - В детстве, когда мы путешествовали с матушкой, мне тоже казалось, что каждое место лучше предыдущего. Но потом я осознал, что абсолютно всему на Земле присуща красота и что не существует ни одного края здесь, обделённого своей прелестью.

- Даже Империя.

- Даже Империя. - Подтвердил голубоглазый, - Северные Горы, там, где стояла твоя деревня, разве это не очаровательная земля?

- Я любила их. Всей душой. Просто пойми, что мне сложно воспринимать Империю, как нечто прекрасное. - Ибис неловко улыбнулась, заглядывая в глаза парню, - Но даже Столица, если не брать в расчет всю ту гниль, что её наполняет, довольно красивый город. И я надеюсь, что мы сделаем его лучше.

- Обязательно сделаем! - Бесцеремонно вмешался в разговор бодрый Рейвен, - Чего прохлаждаемся? Сегодня нас ждут великие свершения.

- Насколько великие? - Усмехнулся Жан, оборачиваясь к Окрылённому.

- Ну, для начала нам стоит встретиться с одним моим старым знакомым, насколько я знаю, он продолжает обитать в этом порту.

Внезапно прибывший корабль, «Вендетта», одновременно и гордо и враждебно увенчанный Имперским флагом, определенно ошеломил работников порта, коими, к удивлению Ибис, являлись люди.

И вправду, эта картина выглядела настолько диковинно, что девушке невольно хотелось протереть глаза. Ибо люди, кои идеально вписывались во все высокие статусы и должности в Империи, здесь выполняли самую грязную работу не жалея сил, а на их изначальное место, не без издёвки, вогрузились их бывшие рабы, полузвери, что совершенно не пытались скрыть всего своего чистейшего удовольствия, жадно глотая пьянящую власть.

На прибывших исподлобья глядели десятки озлобленных, пропитанных ненавистью глаз измученных людей.

Полузвери решили беспощадно отыграться.

Признаться честно, Ибис не хотела, чтобы в Империи было так же. Она отдала бы душу за то, чтобы люди и полузвери жили в мире, чтобы ни одна раса не возвышалась над другой. Но при том девушка прискорбно понимала, что "идеальная Империя", какой она её видела, всего навсего пустые мечты, всей своей сутью противоречащие грубой реальности. И всё же, если бы возможность построить мирные отношения между людьми и полузверями неожиданно появилась, Ибис бы преодолела все преграды, дабы её не упустить.

Также она понимала, что мотивы Окрылённого координально разнятся её взглядов. Он был тем, кто хотел расплаты, кто надевал на себя шкуру вершителя собственной справедливости. И горячая ненависть к человечеству его заражала собою тысячи чужих разумов. Рейвен отличался от Ибис во всех гранях своего непредсказуемого характера. В то время, как всё людское было ему чуждо, девушке приходились по нраву столь абсурдные вещи, как человеческая музыка или пышные просторы Столицы. Пока им безусловно двигала жажда мести, её путеводителем было беспрекословное прощение. Он каждодневно сгорал от эмоций и страстного азарта, а она без устали стремилась к мелодичному покою своей души. Он искал впечатлений, срывался с цепи, кричал, разрывая горло, и вёл за собой необъятные массы, вторящие ему и взывающие ко кровожадной войне, а к ней шли лишь раненые, сломленные, потухшие. К ней шли за помощью, за заботой, за её безграничным милосердием. Она безвозмездно разбивала свою любовь, раздавая каждому нуждающемуся по кусочку. Рейвен ярко заявлял о себе, а Ибис пребывала средь его последователей неприметной тенью, безликой, малозначительной, но ослепительно светящейся где-то в глубине себя, не жалея делиться этим светом с каждым, кому больно.

Они были совершенно разными.

- Кто вы такие?! - Грубый бас рассек воздух прямо перед Ибис.

- И как мне теперь жить, зная, что ты меня не узнал, Сандро? - Рассмеялся в ответ Окрылённый, выступая вперёд.

Мужчина, вышедший к ним, тут же озарился:

- Рейвен?! Какими судьбами, дружище?

Старые знакомые обменялись крепкими рукопожатиями, так и светясь от долгожданной встречи.

Так называемый Сандро был мужчиной пугающих размеров, широкоплечий, крепкий и в меру устрашающий. Сложно было сходу догадаться, с каким именно зверем он был смешан. Пышная, рыжая борода, увесистые скулы и массивные крылья плоского носа. И лишь его простая улыбка, обнажившая мощные клыки, да дёрнувшийся позади хвост с кисточкой позволили девушке распознать его львиную суть.

Голову его покрывал ветхий, почти выцветший берет с козырьком в бледную клеточку, а тело облачала на удивление чистая обыкновенная рубашка старого морского работяги.

- Неужели ты настолько быстро совершил переворот в Империи? - Бросил тяжёлый вопрос Сандро в Окрылённого.

- Ох, если бы. - Мрачно покачал головой тот, и уже обращаясь к своим последователям, воскликнул, - Можете пока перекусить. Тут много таверн. А я на минуту.

И всё же, несмотря на его предложение, приземлившегося на стоящую у берега шлюпку вместе с другом Рейвена окольцевало ощутимое количество товарищей, в число которых входили и Ибис с Жаном.

- Итак, почему же ты остаёшься в порту? Сейчас у тебя много возможностей для продвижения дальше.

- Родное место, понимаешь ли. Всю жизнь здесь проработал. Почти все наши ребята ушли, а я, вот, остался.

- И как? Как вообще у вас тут дела?

Сандро многозначительно затянул с ответом, но всё же нехотя выдавил:

- Всё сложно.

- В каком смысле? - Напрягся желтоглазый.

- В Королевстве сейчас неспокойно. Восстания человеческие ни на день не прекращаются! - Мужчина разгорячился, - А ночью и вовсе покурить не выйти, одни головорезы. Не дремлют люди, мстят. Да ещё как! Ты ж помнишь Вендетту?

Рейвен уверенно кивнул. Город, в честь которого он назвал своё судно, забыть он бы не посмел.

- Так вот, весь до тла выгорел! Сожгли его, и камня на камне не оставили.

- Вендетту? - Тихо переспросил тот, глаза которого воспламенились отчаянным отрицанием.

- Вендетту! - Подтвердил собеседник, - Того глядишь и всё Королевство в прах обратят.

Рейвен тяжело выдохнул, пытаясь безболезненно опустить эти факты в кипящие мысли, и, зарыв ладонь в волосы, он всё-таки поддался налившим сердце эмоциям:

- Чёрт, да что я сделал не так?!

В горяче выброшенная фраза отрезонировала в ушах слушателей пылким эхом. Глухая тишина сковала их шеи, не позволяя никому что-либо возразить. Да и нужно ли было? В воздухе повисла всеобщая единая мысль: «Неужели Окрылённый засомневался?»

- Я так понимаю... - Рискнул нарушить непререкаемое молчание Сандро, - В Империи дела тоже не очень?

- Мягко говоря.

- Поэтому ты сейчас здесь?

- Я много думал, - Рейвен поднял глаза, - И понял, что Империю мне не победить. Не победить мне, но победить Королевству.

Ибис тут же напряглась. Неужели он говорит о...?

- Я говорю о войне. - Опередил её догадки Окрылённый, - Мы атакуем Империю с двух сторон. Сейчас она ослаблена мной, нам всего-то нужно добить её армией Королевства. Уверен, Король Михель меня в этом поддержит.

- Слушай, Михелю сейчас итак не сладко, - Попробовал возразить Рейвену Сандро, но тот его перебил:

- Я поставил Михеля на место Короля, хотя сам должен был им стать. Он обязан мне.

- Ты подвергаешь свою Родину войне с Империей! - Выделил последнее слово мужчина, - Равноправной схваткой тут и не пахнет.

- Не забывай, что там я также буду руководить революцией. Империя попросту не выдержит такого натиска.

- Делай, как знаешь. - Сдался Сандро, - Я тебе доверяю, друг.

Окрылённый неспеша поднялся с места и расцвел в свойственной себе решительной улыбке:

- Разве я когда-то подводил свою Родину?