Ты прямо Ромео.
Розэ
После ухода родителей Рианны, вечеринка набирает нешуточные обороты. На столах появляется алкоголь, который парни тайком пронесли в ресторан, да и музыкальный репертуар резко меняется... Каждый хочет поставить свою музыку. От песни про новый «Кадиллак» меня уже слегка подташнивает – совершенно не мой стиль. Какая безвкусица...
Вскоре я начинаю откровенно скучать. Конечно, пару раз мы с Джису спускались на танцпол, приковывая к себе взгляды остальных... И даже исполнили в караоке свою «короночку» – «Ты же меня прости-и-ил» Гагариной. Но ничего не спасает тусовку именинницы. Девчонки по углам о чем-то шушукаются, бросая на нас косые взгляды... Мальчиков симпатичных нет. Рианна позвала лишь парней из нашей школы, а это полный отстой. Конечно, есть Ким Сок Джин – луч света в темном царстве. Но и он где-то весь вечер теряется. А еще мне жутко натерли босоножки от Джузеппе Занотти... В общем, не вечеринка, а просто мрак. И хорошо, что я еще задержалась... А ведь Джисуня, бедняжка, тусуется здесь с самого начала!
Потеряв из вида Джису, направляюсь на просторный балкон, по пути прихватив с подноса тарталетку. Сентябрьский вечер по-летнему теплый. В темно-синем небе красуется бледная луна, а в симпатичном искусственном пруду отражаются первые звезды. Жую тарталетку, свободной рукой поправляю накинутый на плечи жакет, пританцовываю под доносящуюся из зала музыку...
Идиллию прерывает внезапный шорох в кустах. Внимательно оглядываю освещенную и ухоженную территорию ресторана. Сверху отлично вижу знакомый черный снепбек с вышитым логотипом «Стусси». Меня бросает в холодный пот. Что он тут забыл? Еще и пробирается сюда не как нормальный человек, а как дикарь какой-то – через кусты. Позорище! Естественно, никто бы не впустил Чимина в шикарный ресторан, где установлен дресс-код. А где Пак и где дресс-код? Не удивлюсь, если он и на торжественную часть вручения аттестатов припрется в рваных джинсовых шортах и со скейтом под мышкой.
Отпрянув от перил, резко разворачиваюсь и нос к носу сталкиваюсь с Джису.
– Вот ты где! – улыбается подруга. – А я тебя по всей территории ищу. Меня подруги Рианны атаковали. Чувствую себя взрослой теткой на детском празднике. Вопросы, вопросы... А свои мозги включить, не?.. Не пробовали? Спрашивали, где костюм брала. Нормальные? Я им что, «Гугл»? Может, мне им весь свой гардероб расписать?
Вдруг Джису резко замолкает и внимательно разглядывает мое лицо.
– А ты чего такая напуганная? Прячешься от кого-нибудь?
– Ш-ш! – шиплю я. – Пока нет! Но, чувствую, надо...
Я киваю головой в сторону перил. Джису осторожно подходит к ним и посматривает вниз. Разумеется, сразу под балконом замечает разгуливающего по территории Чимина. Джису отскакивает и с нескрываемым восторгом глазеет на меня:
– Нет, а Чимин – непробиваемый чувак!
– Непробиваемый идиот! – кривлюсь я. – Что он здесь забыл? Сам же вечно выпендривается, что его бесят наши модные школьные тусовки со списками приглашенных...
– Думаю, мы обе понимаем, из-за чего он тут. Вернее, из-за кого, – красноречиво глядит на меня Джису, а затем играет бровями.
Мне остается только закатить глаза.
– И когда он отвалит? Тусил бы со своей новенькой... Из драмкружка, – сердито говорю я. – Неужели дала ему от ворот поворот? Конечно, кто Чимина выдержит больше одного дня?
– Что за новенькая из драмкружка? – удивляется Джису.
Конечно, я ей рассказала только о лапочке Джине. Вот еще – новую пассию Пака обсуждать... Много чести!
– Потом как-нибудь просвещу, – морщусь я. – Ничего интересного.
Пак слышит наши приглушенные голоса и напоминает о себе.
– Макар, ты?.. – вопрошает он громко в темноту.
Я сразу зажимаю рот ладонью и на всякий случай делаю пару шагов назад. Зато Джису вновь перевешивается через перила.
– Ее тут нет, – весело говорит подруга. – Я одна. По телефону разговариваю.
Представляю себе, как Чимин стоит посреди нарядной территории ресторана, задрав голову в черном снепбеке. Как же он не вписывается во всю эту нарядную обстановку с коваными беседками и красивыми клумбами...
– Привет, Джису! – здоровается Чимин.
– Привет-привет! – отзывается Ким и звонко хохочет: – Господи, Чимин, где ты взял эту розу?
Я стою в стороне и потихоньку закипаю. Почему Джису всегда дружелюбна с ним? С Чимином нужно вести себя грубо, только тогда он отвянет. Но Джису не раз признавалась, что Чимин ей симпатичен, и если бы он не был таким «маньяком», то мог бы сойти за вполне приличного парня.
– Сорвал на участке, – отзывается Чимин.
А меня накрывает новый приступ раздражения. Кто рвет цветы на частной территории? Я снова вообразила себе, как Пак в сумерках стоит под балконом с розой в зубах... Холостяк недоделанный!
– Ты прямо Ромео, – улыбается Джису.
– А где моя Джульетта? – вопрошает насмешливым тоном Пак.
Джису оборачивается ко мне. Глаза Ким весело искрятся.
– Я сейчас поднимусь и найду ее, – предупреждает Чимин, в моем случае скорее угрожает.
Я подаю Джису знаки, что ухожу. Подруга кивает: мол, конечно, беги. Я его задержу. Для этого и нужны настоящие друзья... В случае беды – прикрыть.
Я, словно Золушка, несусь прочь с балкона. Разве что туфельки по пути не теряю, потому что они страшно жмут. Вот что случается, когда хватаешь единственный оставшийся размер босоножек своей мечты на распродаже.
Бегу через танцпол, и танцующие расступаются, поглядывая на меня с интересом. В коридоре замедляю шаг. Не хочется привлекать к себе внимание. Да, я люблю быть в центре движухи, но сейчас не до этого. Теперь иду торопливо, гордо задрав голову и попутно оглядывая места, где можно спрятаться от Пака. Не будет же он вечно караулить меня на вечеринке.
Кажется, я слышу где-то поблизости веселый голос Чимина. Тянуть больше нельзя! На первом этаже замечаю дверцу. Похоже, за ней – какое-то подсобное помещение. Не раздумывая ни секунды, тяну дверную ручку и быстро прикрываю дверь, потому как теперь за мной явно кто-то гонится. Представляю себе довольную ухмылочку Пака, и меня еще сильнее злость берет.
Ожидаю, что попаду в помещение более-менее просторное и там хотя бы будет гореть свет. Но на деле это комнатушка метр на метр, в которой царит такая темнотища, что хоть глаз выколи. Лишь узенькая полоска света сочится из-под двери, но и с ней здесь особо ничего не разглядишь. Когда глаза немного привыкают к темноте, я замечаю, что стою в окружении швабр, ведер и полочек с моющими средствами. Пусть Чимин только сунется сюда – мало ему не покажется! Обязательно чем-нибудь огрею.
Здесь тесно и душно. А еще слышны грохот басов и завывание одноклассниц, которые в эту самую секунду, пока я стою, зажатая между швабрами, «плачут на техно». Сержусь на Пака и на себя: мне вечно приходится попадать в глупые неприятности из-за него. Играем в кошки-мышки десять лет. Его это заводит, а меня лишь сильно раздражает.
Сколько мне тут сидеть? Засекаю пять минут и сваливаю... Правда, только сейчас понимаю, что оставила где-то сумочку с телефоном. Проклятие! Как я пойму, что прошло пять минут? Даю мысленный отсчет! Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь...
Внезапно дверной замок щелкает, и в каморку проникает высокая тень. Чимин выследил меня? Как это все бесит! На ощупь хватаю Пака за грудки и понимаю, что передо мной – вовсе не он... С балкона я успела разглядеть, что Чимин заявился к ресторану в толстовке и шортах, а тут – футболка... И еле уловимый знакомый аромат мужского парфюма. Не Пака. Я чувствовала запах на сцене актового зала... У меня перехватывает дыхание.
– Розэ, полегче, – хрипловато смеется Джин, и теперь от волнения я чувствую в ногах слабость.
Такого поворота событий я никак не ожидала! Конечно, видела Джина в зале, когда еще только пришла сюда, но мы лишь едва заметно друг другу кивнули. Мне вообще показалось, что он меня сегодня избегает. По крайней мере, пока мы тусовались с Джису и я пыталась поймать на себе его взгляд...
– Привет, – еле слышно произношу я. – Никак не ожидала тебя здесь встретить.
– Похоже, ты кого-то ждешь, Розэ? – спрашивает Джин, и я чувствую, что он улыбается.
Представляю его ямочки, и сердце учащенно стучит, а в голове – сплошной туман.
– Да я... – начинаю бормотать что-то невразумительное, что совсем на меня не похоже. – Я думала, здесь туалет.
Сказала это, а сама готова сквозь землю провалиться от стыда. В моем воображении в следующий раз мы должны были встретиться в драмкружке, когда Яков Ефимович раздаст нам с Джином главные роли... Джин обязательно влюбился бы в меня, увидев на сцене. Ведь знаю, что на подмостках я хороша. А встретились в чулане со всяким хламом... Да еще и, по моей легенде, «по дороге в туалет».
Джин снова негромко смеется, а я понимаю, что до сих пор держусь за его футболку. Руками упираюсь в крепкую грудь... Хорошо, что в подсобке темно, иначе бы он понял, как сильно я сейчас смущена.
– А сам-то что здесь забыл? – выпустив Джина «из объятий», ехидно спрашиваю я.
Ехидство – защитная маска. Не хочется никому показывать, что меня так легко выбить из колеи.
– Искал тебя, – прямо заявляет Джин, и мне совсем не хватает воздуха. Вот так поворот!
– А... а зачем?
Джин в темноте осторожно дотрагивается до моих волос.
– Пообщаться, – говорит он.
– Очень странное место для общения, – заключаю я с улыбкой.
– Да. И мне интересно, как ты здесь оказалась. И вообще очень интересна ты, Розэ.
От его слов я начинаю волноваться еще больше.
– И ты мне интересен, – наконец признаюсь я.
Что ходить вокруг да около? Скажу как есть.
– Это хорошо. Правда, сейчас имеется кое-какая проблема...
– Какая же? – шепотом спрашиваю я. – У тебя есть девушка?
– У меня клаустрофобия. И мне очень-очень страшно, – доверительно сообщает мне Джин, и я выдыхаю с облегчением.
А еще понимаю, что никакой клаустрофобии у него, разумеется, нет. Просто он, как и я, хочет, чтобы мы стали друг другу ближе.
– Бедняжка! – притворно вздыхаю я. – Очень-очень страшно, говоришь? Давай я тебя обниму?
Набираюсь смелости и обхватываю Джина за талию. Он сразу обнимает меня в ответ, утыкаясь носом в мои волосы.
– Тебе полегчало? – спрашиваю я, даже не пытаясь утихомирить разволновавшееся сердце.
– Намного, – отвечает мне на ухо Джин. – Мне стало очень хорошо.
Так мы и стоим, обнявшись, в тихой темной комнатке под глухие басы и едва доносящиеся до нас вопли одноклассников. Пахнет лимонным моющим средством... Можно представить, что мы не в чулане, а на побережье Средиземного моря. И уловить запахи солнца, соленой воды и цитрусовых...
Конечно, мечтать не вредно. Я вдруг понимаю, что Джису, возможно, отправилась на мои поиски. А еще мне нужно отыскать сумочку с телефоном...
– Нам надо выходить, – с сожалением говорю я, хотя стояла бы так целую вечность. – Наверняка Джису меня потеряла.
– Может, встретимся как-нибудь вне школы? – спрашивает Джин, и по голосу его я понимаю, что и ему не особо хочется выпускать меня из объятий.
Нет, как все-таки здорово мы смотрелись бы с ним вместе...
Покидаем чулан по-прежнему в обнимку. Джин напоследок крепче прижимает меня к себе, и я еле удерживаюсь от того, чтобы положить ему голову на плечо. Эх, если нас сейчас заметит Джису... Я даже не знаю, как ей обо всем сказать. Почему-то до сих пор не решилась поведать лучшей подруге, что Ким Сок Джин мне очень нравится. Даже когда рассказывала о том, что Джин записался в драмкружок, старалась делать это с самым безразличным видом. Как-то странно... Ведь обычно я сразу делюсь с Джису всем-всем-всем... Но Джина хочется придержать в секрете.
Но Джису мы не встречаем. Зато Чимин сидит в конце коридора на высоком широком подоконнике и сверлит нас рассерженным взглядом. Пробрался сюда, проныра!
– Поищу Джису, – внезапно смутившись, говорю я, высвобождаясь из объятий Джина.
Конечно, мне плевать, что подумает Пак. Просто не хочется, чтобы он раньше времени растрепал в школе о том, что мы с Джином нравимся друг другу. Если Джису узнает об этом не от меня... Она страшно обидится.
Но рассказывать об Джине волнительно. Ведь это могут быть мои первые серьезные отношения. Меня немного потряхивает. Хочется дать волю эмоциям: счастливо смеяться, кричать и бежать по коридору вприпрыжку... Дома бы я ни за что не сдержалась, но сейчас, попрощавшись с Джином, иду по коридору с невозмутимым видом, как ни в чем не бывало, походкой от бедра.
Миную Пака. Тот сидит на подоконнике и смотрит на меня немигающим и сердитым взглядом. Будто он – отец, а я блудная дочь, вернувшаяся домой под утро. Ничего-ничего, пускай побесится. Не все ж ему выводить меня из равновесия? Интересно, кстати, куда он дел розу? Передарил кому-нибудь, наверное... Например, имениннице. А Рианна, конечно, сразу и поплыла...
– Ничего не забыла? – спрашивает Чимин и достает из-за спины мою сумочку.
Держит теперь ее за цепочку на одном пальце, слегка покачивая.
– Отдай! – вспыхиваю я и поспешно выхватываю сумку. Глупо себя веду, ведь Чимин сам мне ее предлагает. Но мне внезапно приходит в голову мысль, что он мог рыться в моих вещах и шарить в телефоне... Хотя это на него и не похоже.
– И чем вы занимались? – усмехается Чимин, не сводя с меня внимательного взгляда.
Мы с Олегом не занимались чем-то непотребным, но отчего-то мне хочется еще сильнее разозлить Пака. Я достаю из сумочки зеркальце и помаду. Внимательно рассматриваю свое отражение, касаюсь кончиками пальцев губы, а затем провожу по ним помадой, словно поправляю макияж после поцелуев.
– Да так, ничем особенным, – отвечаю наконец, захлопнув зеркальце.
Чимин вымученно выдыхает и опускает глаза.
– Дура ты, Макар, – говорит он. – Счастье свое упускаешь.
– Ты, что ли, мое счастье? – смеюсь я, усаживаясь рядом с ним, и привычно издевательски толкаю Чимина плечом.
Но он спрыгивает с подоконника, будто я ему вмиг стала неприятна, и нащупывает в кармане шортов пачку сигарет. Я знаю, что обычно он не курит. Только когда волнуется или сильно переживает...
Ничего не ответив, Чимин направляется прочь по коридору, минуя главный зал, из которого доносится грохочущая музыка. Я с задумчивым видом гляжу ему в спину. И снова злюсь на себя. Ведь вместо мыслей о том, что несколько минут назад произошло в чулане – все-таки меня впервые пригласили на свидание, – прокручиваю в голове вредные привычки Чимина...
Как все-таки хорошо я его знаю.