14
🖋 Глава 14. Сердце в раме
Выставка открывалась в конце ноября. Утро выдалось прозрачным, почти безветренным, с тем редким светом, который бывает только в самые уставшие от осени дни. Галерея преобразилась: белые стены, расставленные по периметру светильники, запах свежих панелей, и работы Валентины — те самые, что она прятала от себя годами.
Она стояла у окна и не могла дышать.
— Я не знаю, зачем всё это, — прошептала она, когда Егор подошёл сзади.
— Чтобы больше не бояться себя.
Она вздрогнула, не от слов — от точности. Он знал. Чувствовал. Видел.
— Что, если всё это… слишком откровенно?
— Тогда пусть это будет твоей правдой.
Он сделал паузу.
— Впервые не в тишине, а в свете.
---
Когда пришли первые посетители, Валентина не смотрела им в лицо. Просто стояла в углу, в своей длинной серой рубашке, с рукой в его ладони. Егор не отпускал. Ни на секунду.
На одной из стен висела особенная картина — без названия. Просто абстракция: глубокая, сине-чёрная, с размытым силуэтом в центре. Кто-то прошёл мимо, кто-то задержался.
— Кто это? — спросила женщина лет сорока, задумчиво глядя на работу.
Валентина обернулась. И впервые произнесла вслух:
— Это человек, которого я однажды потеряла. И которого всё равно продолжаю любить.
Каждую секунду молчания. Каждой кистью. Каждым прикосновением к холсту.
---
Когда галерея опустела, и оставались только они двое, она подошла к той самой картине. Провела пальцами по краю рамы.
— Мне страшно, что теперь ты всё знаешь.
— Я знал всегда, Валя. Просто ждал, когда ты захочешь сказать.
Она развернулась, подошла к нему вплотную.
— Я хочу. Но не словами. Слов слишком много было — внутри.
Она взяла его ладони.
— Я могу просто — быть?
— Да.
Он обнял её.
— Ты можешь просто быть. Я здесь, чтобы это выдержать.
---
Позже они стояли в её мастерской. За окнами падал мокрый снег. Она включила старый проигрыватель, нашла медленную, почти забытую мелодию.
— Потанцуем?
Он рассмеялся:
— Ты же терпеть не можешь танцы.
— Я терпеть не могла прикосновения. А сейчас — хочу, чтобы ты был ближе.
Он взял её за талию. Медленно. Осторожно.
И они танцевали. Между холстами, под музыку, которая звучала, как дыхание. Не нужно было слов. Не нужно было прошлых объяснений. Всё, что было между ними, наконец стало — здесь и сейчас.
Необъяснимым. Хрупким. Настоящим.