вечер дома
Вечер был как-то особенно спокойным, а я сидел на кухне, наблюдая за тем, как Аделина суетится у плиты. В её движениях было что-то удивительное — я не мог понять, почему, но в тот момент мне показалось, что именно в таких моментах и состоит вся суть жизни. Не в победах, не в подиумах и кубках, а в таких простых, но невероятно важных моментах. Когда она рядом, когда её смех заполняет пространство, а кухня — это не просто место для готовки, а пространство для нашей жизни.
— Ты не собираешься мне помочь? — она вдруг повернулась ко мне с прищуром, и я почувствовал, как мне стоит начать действовать. Слишком много раз я сидел и бездельничал, наблюдая, как она готовит. Сегодня было иначе. Я собирался взять инициативу в свои руки.
— Я как бы хотел, но мне нужно, чтобы ты показала, как правильно порезать эти овощи, — сказал я с хитрой улыбкой, когда заметил, как она с уверенностью берёт нож и приступает к нарезке овощей.
— Ты же взрослый, Адам, — она покачала головой, но я успел заметить её улыбку. В её голосе была та лёгкая насмешка, которая всегда поднимала мне настроение. — Ты вообще хоть раз резал овощи, а не использовал свои кубки и поварешки?
— Это я просто экономлю время. Ты же знаешь, я тренируюсь, мне надо держать себя в форме, — ответил я, подходя к ней поближе, стараясь снять с неё часть работы. Мне хотелось её немного поддразнить, но и не забыть помочь. Иногда эта граница между подколкой и заботой о ней была настолько тонкой, что я всегда балансировал на ней, чтобы не перейти её.
Она тихо засмеялась и повернулась ко мне, всё-таки ставя мне на блюдце пару ножей.
— О, да. Ты не только «держишь себя в форме», ты ещё и абсолютно не умеешь готовить. Я вот думаю, может, ты будешь моим «помощником», а я буду готовить. Я хоть научусь чему-то за эту жизнь.
— Ну ты не правду говоришь! Я умею жарить яйца! — вырвалось у меня, и мы оба расхохотались. Я чувствовал себя как-то легко, весело. Вот он — домашний уют, не загромождённый никакими переживаниями или заботами, просто мы вдвоём, в нашей кухне, готовя ужин.
— Ты ещё скажи, что умеешь делать салат. А то я боюсь, что если мы останемся вдвоём, то будем всё время есть фастфуд. — Она с таким прищуром мне это сказала, что я не удержался от подколки.
— Да, ну конечно, если это всё, что ты ожидаешь от своего мужа, то тебе точно нужно это пересмотреть. Я тебя удивлю! Я и салат могу сделать. Только без всяких там помидоров, потому что я их не люблю.
— О, господи, ты даже помидоры не любишь?! Это ж просто... я не знаю, что сказать, — она чуть не рассмеялась в лицо мне, но я не сдавался.
— Ну ты меня знаешь, я в этом плане особенный. Но если ты хочешь, я буду готовить как ты. — Я подмигнул ей, и она покачала головой, словно понимая, что я никогда не изменю своих привычек, но это её устраивает.
Мы продолжали готовить, шутили, спорили, но самое главное — я чувствовал, как становится всё легче и легче. Мы обсуждали мелочи, такие как любимые блюда, что было бы лучше на ужин, но в этот момент мне было абсолютно всё равно, что мы едим. Важно было, что мы делали это вместе, что каждый момент в нашей жизни, даже самые обыденные, становятся маленькими радостями, которые мы переживаем вдвоём.
— Как ты вообще всё успеваешь, Аделина? — спросил я, когда она вытирала руки и встала к плите. — У тебя же так много работы, ты ведь не успеваешь отдохнуть вообще. Не устаёшь?
Она взглянула на меня, слегка удивлённая. Я видел, как она задумалась, а потом, как всегда, её лицо мягчело.
— Ты знаешь, иногда бывает сложно, правда. Но ты меня всегда поддерживаешь. Ты и правда умеешь создавать комфорт даже в самых трудных ситуациях. Ты не просто человек, с которым я готова пройти по жизни, ты тот, кто понимает и поддерживает меня, даже когда я сама не знаю, что мне нужно. Мне не нужно много для счастья, просто чтобы ты был рядом.
Я подошёл к ней и поцеловал её в лоб, глядя, как она улыбается, несмотря на все свои заботы.
— Ты всегда со мной. А это значит, что я никогда не устану. Даже если мир вокруг будет сжиматься, с тобой будет легче дышать.
Она мягко усмехнулась, и я знал, что в этот момент я был именно там, где должен быть. У нас всё было впереди — и смех, и споры, и ругань, и тёплые вечера на кухне, но главное — мы были вместе. И это было самое главное.
— В следующий раз давай устроим что-то более романтичное, чем готовка, — предложила она с улыбкой, а я только кивнул, представляя, как мы проведём следующий вечер.
Мы закончили готовить и сели за стол, наслаждаясь своим ужином. Это было не только о пище, а о том, как маленькие моменты, наполненные любовью и радостью, создают тепло в сердце. Мы продолжали обсуждать разные вещи, и я знал, что наши будни, которые могут быть полны споров и смеха, в итоге станут самой настоящей основой нашей жизни.
Когда посуда была наконец убрана, и ужин почти готов, Аделина как обычно решила пойти в душ. Я же остался в кухне, сидя на стуле и наблюдая, как она уходит. Мне всегда нравилось смотреть на неё, когда она двигалась по комнате. Она была настолько естественной, её движения такими плавными и уверенными. С каждым её шагом я всё больше влюблялся в её образ, её силу и ту магию, которая исходила от неё.
Я всё ещё сидел за столом, наблюдая за тем, как она исчезает за дверью ванной. Мы только что устроили маленькую битву за посуду, а теперь... теперь, как всегда, я стоял в её мире, где не было ни победителей, ни проигравших, только мы двое.
И вот, когда тишина охватила квартиру, я позволил себе расслабиться. Мы проводили много времени вместе, и каждый день, даже самый обыденный, всё больше становился нашим маленьким чудом. Но в тот момент, сидя в пустой комнате и представляя, как она стоит под душем, я почувствовал сильное желание быть с ней. Я знал, что ночь обещает быть долгой и жаркой. Моё тело с каждым разом всё сильнее тянуло меня к ней.
Не успела она вернуться, как я уже был на ногах, не отрывая взгляд от ванной двери. Я подумал, что теперь мы можем забыть про споры, про кухню и посуду. Мы всё равно будем рядом. И, несмотря на все наши мелкие войны, это всё равно будет наш дом, в котором каждый момент для нас становится особенным.
Когда она вышла из ванной, её волосы слегка влажные, а тело в лёгком полотенце, я не мог удержаться. Я подошёл к ней, и она тихо взглянула на меня.
— Ты же знаешь, что я и так уже давно твой, — прошептала она, приближаясь ко мне. Я, не раздумывая, притянул её к себе. Поцелуи были такими страстными, что это казалось чем-то почти диким, но в то же время таким родным.
Мы не говорили много. Мы не нуждались в словах. Все эмоции, которые накопились за день, словно слились в этот момент. Наши тела говорили за нас. И, как всегда, эта ночь снова стала нашей.