The Black Swan | h.s. [rus]

Мы все были заняты делом.

Гарри всё ещё не говорил о Митче, и я, честно говоря, не хотела его заставлять.  Мне понравилась его искренность в ту ночь на заднем сиденье. Мне нравилось, как он делился чем-то, что казалось таким личным. Я хотела, чтобы он знал, что может открыться мне, а не заставлять меня вытаскивать из него клещами. Я хотела, чтобы он знал, что может поделиться со мной чем угодно. 

— Я так нервничаю, — проворчала я, расхаживая по студии. 

— Брось это.

Я вздохнула. — Ух ты, мне стало лучше, ты действительно знаешь, как успокоить девушку, — Гарри ухмыльнулся, и я продолжила ходить, уверенно вытягивая руки над головой. — Чем можем заняться сегодня?

— Я иду на вечеринку.

— Я могу пойти?

Он поднял бровь. — Это не твоя компания.

— Почему ты так говоришь? — я честно надулась, ужасно желая вписаться в его мир, — Я могу быть тусовщицей, — он состроил гримасу. — Да ладно, я могу пойти?

— Если ты наденешь что-нибудь сексуальное.

— Договорились.

Он кивнул. — Тогда давай приступим к работе, нам предстоит длинный день.

То, как он гонял меня, было невообразимо, он кричал и кричал, очень громко хлопал руками каждый раз, когда я лажала. Моё тело было ужасно напряжено.

— Ребята, — Винсент просунул голову внутрь. — День примерки.

Мы глубоко вздохнули и направились к нашему художнику по костюмам. Она завершила мой наряд Белого лебедя. 

— О... — я посмотрела на своё отражение.

Он был таким красивым, этот ... элегантный белый материал, пачка из перьев. Я чувствовала себя ... удивительно и сразу не поняла, что это было моё отражение. Я искренне надеялась, что смогу соответствовать этому наряду, но теперь, когда на самом деле ... я была потрясена. Я действительно занимала это место, что ударяло по мне как кирпич снова и снова. 

— Это прекрасно ... о, вау.

— Скоро я закончу костюм Чёрного лебедя.

— Не торопись, — я была ошеломлена. 

Она смеялась. — В некотором смысле наступает решающий момент.

— Точно, — сглотнула я. — Он подходит как сон.

Вышел Гарри, и он выглядел стильно. Мы стояли рядом, и я улыбалась.

— Я так взволнована!

Его лицо было абсолютно непроницаемым, он просто пошёл переодеваться. Я нахмурилась и сделала то же самое, поблагодарив нашего костюмера.

— Почему ты встал не с той ноги? — я ворчала, когда мы шли. 

— Выступление приближается, а ты всё ещё не готова.

— Я ... я почти.

— Кого, блять, волнует, что ты почти, Одетта? Да, ладно, — он покачал головой. — Слишком многое поставлено на карту.

— Перестань давить на меня, правда, это не помогает.

— Что? — он толкнул меня к стене. — Что поможет тебе стать Чёрной Королевой, а? Я устал от того, что больше не вижу изменений.

— Ты практически спишь со мной, — отрезала я, — Ты проводишь время со мной; пару раз мы куда-то выбирались, вау, это не делает чёртова лебедя. Я пытаюсь. Я пытаюсь проникнуть в эту тьму и найти её во мне, когда танцую, но это не так просто. Теперь отойди! — я толкнула его. — Мне не нужно, чтобы ты продолжал пинать меня, когда я и так на дне!

Он наклонил голову и странно улыбнулся. — Посмотри на это... — он обошёл меня. — Заступаешься за себя, ты, — сказал он мне на ухо, — Ты должна воплотить её здесь, — он ткнул мне в грудь. — Без наряда, без сцены, пришло время быть ею, Одетта.

— Я не собираюсь быть плохим человеком.

— И не надо, но, по крайней мере, имей какую-то свою позицию, по крайней мере, какой-то стержень и мысли, и не бойся сказать, что ты думаешь, и владей тем, кто ты есть. Не будь чертовски пугливой, не будь этой кроткой девчонкой, которая от всего прячется. Ты выделяешься технически; конечно, у тебя высокие достижения, но сводится ли всё к танцу?  Так? Ты заперта в Одетте. У тебя ничего нет, кроме твоего амплуа, и это не материал Чёрного лебедя, у неё была жизнь, она сделала себя, а ты ... ты была создана своей матерью. Вот и всё. Не так ли? Ты на самом деле та девушка, которая живёт одна и смотрит «Офис»? В тебе больше ничего нет?

— Потому что ты океан? — я нахмурилась.

— Айсберг, ты не можешь представить, сколько скрыто под водой, и я чертовски горжусь этим. У тебя ничего нет, Одетта, ты ничто, — он повернулся и вышел, оставив меня моргать.

Я чувствовала дрожь в коленях, когда вышла в оцепенении. Был ... был ли он прав? Чёрт возьми, он прав. Кем я, чёрт возьми, была? Была ли я просто запрограмированой балериной? Я танцевала всю свою жизнь. Я не ... я никогда не была в цирке или никогда правда не читала много книг, никогда не задумывалась, могу ли я быть писателем, или клоуном, или ... что если бы я могла стать знаменитым математиком? Я гуляла по улицам Нью-Йорка, холодный воздух обдувал мои щёки. Я немного плакала, по щекам катились слёзы, на ветру они становились ледяными. 

Я понятия не имела, кем ещё могла бы стать. Я любила готовить, мне нравилась одежда, но ... но на этом всё? В самом деле? Это было всё, чем была Одетта Графф, она была танцовщицей. Я не более чем пачка и пуанты.

Эти мысли что-то разожгли внутри меня, они так разозлили меня. Я побежала к Саре, позволив ей одеть меня. Я вышла и просто ... собиралась увидеть этот город, действительно увидеть его. 

Я была в чёрных кожаных узких штанах,  белой блузке с блестящим верхом и кожаной куртке, также при себе у меня была чёрная сумка. Я пошла в зоопарк, что может показаться глупым, но что, если я люблю животных? 

— Ух ты, — я улыбнулась, увидев удивительную фреску белого медведя. Я никогда не думала об этих животных раньше. После зоопарка я направилась в Метрополитен-музей, чтобы исследовать мою художественную сторону. Что если бы я могла рисовать? Что если ... что если я не хочу, чтобы балерина была моей собственной характеристикой? Я всегда думала, что так и должно быть, но так ли это? Я не была уверена.

Я исследовала город, делая остановку, чтобы перекусить, а затем продолжала исследовать. Я видела те части города, о которых даже не подозревала, я спустилась в метро, ​​просто сделала это. Я не знала, куда направлялась, не знала, что делала. Я собиралась немного пожить и выяснить, кто я и есть ли что-то здесь для меня. 

Я продолжала ехать в темноте в этом вагоне, одна, так как было уже поздно. Я подтянула колени к груди, нахмурившись.  Я чувствовала себя такой потерянной, этот балет заставлял меня сомневаться в каждой части меня.

Я вышла из метро, ​​просто прогуливаясь, затем поднялась на улицу; как, чёрт возьми, я оказалась в Сохо? Без понятия, это было не слишком далеко, полчаса езды на метро. Я начала бродить и нашла какой-то сомнительный клуб. Я вошла, будучи безрассудной, но кто знает, действительно ли это было в моём характере? 

Я вошла, услышав пульсирующую музыку, громкие биты и, увидев, танцующие тела.  Обычно меня это не привлекает, но мне нужно было немного жизненного опыта, слова Гарри кричали в моей голове. Я взяла напиток и села, не в настроении танцевать, но просто находиться в таком окружении было лучше, чем свернуться калачиком дома и плакать.

Я немного потанцевала, но снова заняла своё место у бара. Я качала головой в такт, когда мужчина сел рядом со мной.

— Почему ты перестала танцевать? — он улыбнулся. — Я только собирался присоединиться к тебе.

— Ха, я запрограммирована на танцы.

— Не думаю, что кто-то может быть запрограммирован на танцы.

Он был красивым молодым человеком с короткими чёрными волосами, зелёными глазами и острой линией подбородка. Он выглядел немного старше меня, честно говоря.

— Я Аарон.

— Одетта.

— Приятно познакомиться, — он пожал мне руку. — Могу я принести тебе ещё один напиток?

— Нет, нет, на сегодня мне хватит.

— Давай, ещё один.

— Ужасно напористый, не так ли? — я уставилась. Вау. Я на самом деле, на самом деле использовала свой голос. Обычно я бы просто улыбнулась и отмахнулась от него, но не в этот раз. — Нет, спасибо.

— Хорошо, знаю, нет значит нет, — он улыбнулся. — Я направляюсь в уборную, надеюсь, ты пересмотришь своё отношение к танцу?

Он ушёл, и я покачала головой, затем достала телефон в надежде увидеть ... увидеть, может быть, сообщение с  извинениями от Гарри? Я не была удивлена, что там ничего не было. Я положила свой телефон обратно в сумочку и встала, на секунду подошла к краю бара,  затем вздохнула, возвращаясь, увидев, что Аарон вернулся.

— Я думал, что ты меня бросаешь, — он улыбнулся.

— Я не пошла с тобой, — улыбнулась я, говоря игриво. — Да, я передумала, — я отпила свой напиток и поставила его. — Только ненадолго.

— Хорошо, здесь можно повеселиться.

Я улыбнулась. — Ты действительно хочешь получить этот танец.

— Да, пожалуйста.

Я вздохнула и встала, допивая свой напиток, затем взяла его за руку и, мы взорвали танцпол, игриво танцуя. Я ... я ненавидела тереться друг о друга, может быть, это делает меня скучной, но ... мне действительно нравилось делать это с Гарри или в шутку с Лиамом.

— Я пойду, — я улыбнулась и отошла.

— Нет, останься, — он потянул меня обратно.

— Нет, спасибо, я ухожу, было приятно познакомиться, — я выдернула руку и ушла. Когда я шла по улице, то видела, что он тоже уходит, оглядываясь на меня. Я ускорилась, а затем внезапно споткнулась. Я заморгала, моя голова гудела. Я вытащила свой телефон, медленно чувствуя, как моё тело ... как будто отключается.

— Что? — рявкнул он.

— Я думаю, мне подсыпали наркотики, — мой голос был невнятным. — Я так зла на тебя, — выдохнула я, спотыкаясь.

— Одетта? Где ты? — Гарри кричал.

— Сохо, Йеллоу Стоун, — я почувствовала, как кто-то схватил меня. — Убирайся! — я надрывала лёгкие, увидев Аарона.

— Давай, детка, я посажу тебя в такси.

— Нет, — моё тело обмякло, и я упала. — Уходи, — он попытался схватить меня, но я подняла каблук и своей хрупкой ногой пнула его в промежность, в эти тупые узкие штаны, которые были на нём. Этого было достаточно, чтобы сбить его. Я начала ползти по снежной и холодной земле, заползла за угол, обнаружив коробку, и забралась в неё, чувствуя своё тело, но не разум, и закрылась. Я продолжала повторять, чтобы мои ноги двигались или мои руки ... мой голос, но ничего не работало. Я не могла говорить. Почему я не могу говорить? 

Я слышала, как Аарон зовёт меня, я смотрела, не в силах кричать о помощи, надеялась и молилась, что ... он не найдёт меня.