Carpena

Высоченные потолки банкетного зала, блестящая люстра, которая переливалась всеми цветами радуги. Атмосфера до того привычная, что уже до тошноты надоевшая. Брам выслушивал болтовню знакомого престарелого богача, чуть надув губы. Скучно. Но с детства он шатается на подобного рода мероприятиях и всегда надо вести себя соответствующе. Вежливо и подконтрольно. Как играть по нотам.

Брам знает как и когда правильно улыбнуться, как правильно сыграть бровями. Его смех, редкий и бархатистый, был натренирован, как нюх у овчарки, и использовался им как коронный приём в самые необходимые моменты.

Золотая ложка во рту никогда не мешала ему, наоборот, он научился с ней обращаться. Брам Вандевельде знал около пяти языков, играл на двух инструментах, очаровательно пел и имел ряд неожиданных для богача хобби. Плохо понимал в точных науках, но об этом никто не в курсе. Его жизнь отличалась от жизни обычного человека и, при этом, оставалась точно такой же.

Так что, когда один из наследников Вандевельде вдруг стал интересоваться гонками, поначалу это восприняли как шутку. Ему ведь наверняка передадут огромную долю в семейном бизнесе! Зачем тратить время и силы на что-то такое дурацкое как гонки? Однако Брам загорелся, а семья не могла ему запретить, потому что с самого детства он был избалован и привык, что за всё, что он хочет, Брам может заплатить.

Доля и так перейдёт к нему. А гонки уже вопрос личный.

Однако для этого приходилось периодически выходить в свет. Занятие, которое ему быстро надоело. И вот, он снова здесь.

Кассандра увидела его и поспешила добраться до Брама с приветливой улыбкой. На ней было элегантное красивое синее платье, искрящееся в золотом свете зала.

— Mademoiselle. — Он сдержанно улыбнулся в ответ, чуть склоняя голову.

— Брам, здравствуй! Я рада встрече.

— Да неужели?

Они посмеялись, но веселье все равно отдавало напряжением. Брам откланялся от собеседника и, отделавшись от старика, отошёл с Кассандрой в сторону.

— Я думал не отстанет.

— Ты что, только что использовал даму как спасение от пенсионера?

— Это знакомый отца, он никогда не уйдёт на пенсию. Несмотря на возраст, так и не выучил базовые правила приличия.

— В таком случае составишь мне компанию? — Спросила она, принимая локоть Брама. — Я не ожидала, что ты все-таки придешь, что заставило передумать?

— Никогда не вредно лишний раз сделать пожертвование. И появиться лично, чтобы обо мне перестали распускать самые гнусные слухи в интернете. — Сказал он пренебрежительно, оглядывая зал. — В интернете! Обязательно было портить мою репутацию?

— Я ничего не делала. — Она хитро ему улыбнулась. — Но мне нужно было твоё участие. А так ты бы не пришел.

— Touche. Хотя всё равно сержусь-сержусь...

Он пробормотал это так отвлеченно, что было понятно, Браму по боку на способы, которыми Касандра пыталась его сюда завлечь. От этого в кармане у него не опустеет.

У него были и свои интересы встретиться с гречанкой. Их общее дело. Браму хотелось узнать сразу про несколько вещей. О том, что там с Киллианом, и что она знает о слухах в мире спонсоров. Забавно. У них получилась очень разрозненная команда, скрепляемая двумя небезызвестными братьями, которые сейчас не очень хорошо ладили и общей проблемой. А они все ходят вокруг да около и шкерятся друг от друга.

— Это что, Гонсалу? — Брам удивился, замечая португальца в самом углу.

— Он выглядит совсем понуро. Что с ним?

Брам не ответил.

Едва ли он мог понять это чувство, но прекрасно мог представить. Монтейру, который раньше как тайфун рассекал по трассе, готовился уходить из спорта, а объявление об этом могло появиться в конце любого сезона. Совсем скоро грид опять начнёт меняться, как шкура у змеи.

— Интересно, о чем он думает. — Вырвалось у Кассандры.

— Боюсь представить.

Гонсалу заметил его через весь зал. Брам кивнул ему в приветствии и двинул дальше. Кассандра здоровалась то с теми, то с другими, пока они, наконец, не нашли столик, подальше от всех остальных. Нашли минутку поговорить.

— Почему не пригласила Киллиана? — Спросил он словно невзначай. — Вы же... друзья.

— Киллиан занят.

— О! А он не приревнует? А то если роскошная женщина появляется на общественном мероприятии в компании красивого богатого мужчины, могут поползти слухи! — Брам ухмыльнулся в свой бокал.

— Я тебя умоляю, — Кассандра закатила глаза.

— Это относится к тому, что между вами или к моей шутке? — Брам уловил едва заметное раздражение в её лице и фыркнул. — Давай уже поговорим по делу, раз всё так.

— По какому делу?

— По делу, которое заставило тебя сесть со мной за дальний стол.

Кассандра вздохнула и оглянулась.

— Я знаю, что ты был в Рока Гросса.

— Да, потому что я спрашивал у твоего приятеля адрес. — Он ухмыльнулся. — И?

— Ты всегда так под кожу лезешь? — Кассандра прямо посмотрела ему в глаза. — Я тут с тобой поболтать пытаюсь!

— Я такой, когда очень переживаю. — Сказал он хмуро и с сарказмом. — Да, я был там. Ещё вопросы?

— Зачем?

— Проведать нашего общего знакомого, что за допрос? — Он скосил взгляд в её сторону. — Он вообще-то чуть не умер недавно.

— Какой заботливый. Ты знаешь, что ты плохо врешь?

— Я просто не пытаюсь. Терпеть не могу ходить вокруг да около. — Брам сощурился. — Скажи уже, что надо?

— У тебя есть проблема.

— И?

— Проблема может быть знакома и мне.

— Мило. — Он откинулся назад, чтобы быть к ней ближе и опустить тон. — Каким образом?

— Если ты догадываешься, то верно.

— С-с-с...?

— Да.

— Gentiment. — Повторил Вандевельде едва заметно ухмыляясь. — А твоя гипотеза?

— Мне кажется ему нужно не место. Киллиан еще не понял.

— А та компания, «Glancefer», кто хозяин? — Брам вгляделся в толпу.

— Седая женщина слева. Клэр, та еще тётка. Так вышло, что здесь ещё и владелец одной букмекерской конторы, который давным-давно с ней рука об руку. Давненько не встречались, и посмотри на них! Щебечут как птички. — Она вертела браслет на запястье. — Мне кажется, что тот, о ком мы все забеспокоились, не хочет сесть на чье-либо место. Он должен метить выше.

— Очень интересно, но я не понял, как с этим связана ты.

— Я просто пытаюсь помочь.

— Как самоотверженно. Допустим, Абрам хочет в верхушку, для чего? Он не больше, чем алкаш. Предлагаю опасаться вот этой рыбки, по моему она может плавать глубже, чем остальные. — Сказал Брам, поглядывая на Клэр. — Glancefer таскались за Абрамом попятам всю его карьеру.

— Но не бросили, когда дела стали идти плохо. — Кассандра покачала головой. — Мне кажется тут что-то ещё.

— Ещё? Дай угадаю...

Он не успел договорить. К ним тут же подплыла компания, которая начала расспрашивать их о том, о сём. Приглашать на гольф. Кассандра вела себя так, словно её беседу с Брамом совсем не прервали. Всё её существо обещало авторитет, который она вот-вот завоюет. Только стоит подождать. Обворожительная девушка. Брам оценивающе изучил её повадки и хмыкнул. Неудивительно, что Карпена вьётся вокруг неё как пёс. Впрочем это не его забота. Теоретически, с ней могла бы получиться неплохая дружба. В конце концов с такими надо дружить.

Уведомление. Он извинился, вышел из-за стола и пошёл в сторону балкона.

Роскошное пространство под открытым ночным небом с редкими группками людей, тихое, спокойное место, где тут и там были расставлены официанты с подносами, заставленными шампанским. Брам очаровательно улыбнулся одной из официанток, принимая бокал. Лишний раз угостить кого-то своим вниманием ему ничего не стоило.

Вандевельде открыл телефон и захотелось знающе ухмыльнуться. Немногословно, как обычно. «Привет. Где?». И это все, что ты напишешь, Педро? Сухо. Впрочем, другого Брам и не ожидал, наоборот, он был счастлив и такому повороту событий. Ведь если Карпена станет ему помогать, то добиться расположения Миранды Майкл будет намного проще. Она всегда ценила талант. И никогда не воспринимала всерьёз слова Брама.

«Здравствуй, Педро. Передумал?» — написал Брам, опираясь спиной об ограду.

«У меня тоже есть пара вопросов.» — Быстро поступил ответ. Потом Педро переслал предыдущее сообщение.

Вандевельде вздохнул. Это... было не самой лучшей локацией для поездки. Тем более для Педро, с его то травмой. Он уже успел подумать о последствиях.

«Аргентина.»

Немедленно, ответ: «Ты сошёл с ума. Нет.»

«Может быть? Я могу задать твои вопросы сам, главное напиши. Но я полечу, у меня же свой джет как-никак.»

«Понял. Подумаю. Спасибо, пока.»

Бельгиец хмыкнул от последнего сообщения и закатил глаза, убирая смартфон в карман.

Как странно. Вся его жизнь вновь перевернулась с ног на голову за последние несколько месяцев. Вот он переписывается со своим бывшим соперником так, словно они приятели. Вот-вот отыщет свою старую наставницу. Что он ей скажет?

Миранда была не просто призраком прошлого. Не просто дань уважения. Если бы не она, Брам никогда бы не начал заниматься этим спортом. Ему бы не хватило дерзости сесть за руль. Майкл научила его многому. О гонках, о жизни. Найти её было очень важно. А теперь, когда представится шанс убедить её очистить своё имя, он будет последним ослом, если не воспользуется. Не рискнёт хотя бы попытаться отплатить ей за все уроки и дружбу.

Брам не надеялся на то, что она вернётся в болид. Но она могла бы вернуться как наставник кому-то ещё, или как руководитель. Она могла бы сохранить свою репутацию в истории. Миранда исчезла на пике возможностей, на полуслове. Её судьбу загубил человек, который распорядился своей победой худшим способом. Сликвуд ничего не добился после её ухода. И никогда бы не смог.

Вандевельде не знал, как она отреагирует, если они встретятся. Может, выгонит. Характер у нее...

Брам не хотел ехать один. Если говорить по правде, ему было просто страшно. Вот и всё.

Он сделал глубокий вдох. Прохладный, но все равно по-летнему мягкий ночной воздух приятно охладил не только эмоции, но и шею, стоило ветру добраться до балкона. Шампанское чуть грело в груди. Его мысли поползли ближе к насущному. Дракос занимается хорошим делом.

Снижение порога вхождаемости в автоспорт... Да уж, это звучит как мечта любого ребёнка, прилипшего к телевизору, пока болиды носятся кругами на нечеловеческих скоростях. Раньше то с этим было тяжело, а сейчас... Одни и те же фамилии сменяют друг друга. Здесь либо дети олигархов, либо легенд, либо случайные гении вроде Карпены. И то, карман его семьи тоже сложно было назвать пустым, когда он появился в паддоке.

Несправедливо. Искусственно.

Брам развернулся и посмотрел вниз, на улицы города. Гламур богатой жизни часто закрывает обзор на трудности простых людей. Еще одна причина благодарить Миранду, она искоренила в нём брезгливость к бедности.

Тут то до него донеслись голоса.

— Они оба лажают, как мне убедить их поставить на Джилла, если после того, что сопляк натворил, они ни за что не согласятся? Даже этот старик будет в их глазах надежнее австралийца!

Лицо Брама вытянулось, стоило ему уловить обрывок разговора. За углом бетонной перегородки, на похожей платформе, стояло двое. Они разговаривали тихо, чтобы никто не услышал, но с позиции Брама все было очень даже разборчиво. И, если «старик» это он, то...

Вандевельде стал греть уши.

— Это твоя работа, вот и разбирайся. Сейчас надо потерпеть, а потом у нас будет новое лицо. Надёжное. И таких выкрутасов как у Джилла не будет.

— Когда? Я устал изворачиваться. Ты знаешь, сколько бабла мы просрали из-за ваших обещаний, Клэр?

— В следующем году. На дольше восемьдесят восьмого не хватит.

У Брама неприятно стало гореть в предплечьях. Это была ярость.

— Почему вообще они? Машина так себе.

— Ну, с кем удалось договориться.

— Мда, моральный кодекс Джека всегда болтался на соплях, а теперь, стоило помахать перед ним пачкой денег и документацией лидеров...

— Помолчи, если кто-то услышит...

— Никого здесь нет. А Сантос?

— Сантосу, этому великонравственному святоше, на тебя всё равно, Роб. Всем на тебя всё равно, раз на то пошло. Ты в этой истории — беспозвоночное. Ходи, слушай, делай, что говорят и разбогатеешь.

— Ты такая хамка, но я знаю, что за всеми этими шипами меня тоже ждёт вознаграждение. Всё-таки это меня ты подпустила ближе всех...

Брам, невозмутимо поджав губу, слушал поток секретной речи, глазами наблюдая то, как по экрану смартфона бежит красная дорожка аудиозаписи диктофона. Вот так благотворительность! Он получил такой кусок информации, что только этих двоих можно запросто найти способ засудить. Но этого было мало. Лишь козырь в рукаве. Однако одним только козырем победы не добьёшься.

Итак, на них еще и ставки делают. Не ново.

Остро стоял вопрос, зачем гонщикам гонять, если их откровенно используют? В чем суть таких гонок, если все они прописаны и подстроены от начала до конца? В чем смысл соревнований, если соревнуются не пилоты, а богачи, меряясь ставками и кознями друг против друга. И тут Брам вспомнил о Гонсалу.

От такого запросто могут опуститься руки, но у Вандевельде вместо этого чесались кулаки. Выпускавший свои эмоции на трассе бельгиец был вынужден унимать шумящую в ушах кровь другими способами. Он убрался подальше с балкона, в сторону уборной. Вовсю шло представление какого-то молодого артиста.

Голова работала. Лидеры... Сейчас в кубке конструкторов лидирует далеко не McAllister. Нет, наверху сейчас... Adrena.

Вандевельде подошёл к зеркалу и умылся. Осторожно, чтобы не намочить пиджак и рубашку. Поправил волосы, выдохнул. Мало того, что его обозвали старым в его каких-то тридцать лет, так ещё и намеренно портят результаты, как ему и казалось. Хотелось вытрясти из них всю дрянь, показать, как к нему на самом деле надо относиться, но Брам терпел. Из него сделали посмешище. Что ж. Как будет угодно.

Он вновь достал телефон и набрал Джиллу. Гудок, другой... Тони ответил и, судя по голосу, был не очень рад звонку.

— Брам, ты видел время?

— Живо дай к телефону Маргариту. — Пробубнил он, проверяя, нет ли никого в кабинках. Он мог лишь догадываться, что она с ним.

А она должна была быть с ним.

— Не понял...

Тут у Тони отобрали трубку и из динамика раздался женский знакомый голос. Как по часам.

— Слушаю? — Маргарита, судя по звуку, отошла подальше от Тони. Видимо, сама закрылась на балконе.

Брам выдохнул и заговорил по датски:

— Среди имейлов, которые ты видела, было упоминание другой команды?

— Да. — Выдохнула она, потирая нижнюю губу. — Но там не было никаких данных, только какие-то странные записи, я тебе уже рассказывала, и... В основном время, место, все в таком роде...

— Рита, прошу, скажи, от кого были эти письма? У тебя есть на руках фото или ты уже удалила?

— Да чтобы я и удалила... — Ухмыльнулась она.

На неё через стекло балкона недоуменно смотрел Джилл, сердце девушки щемило от того, в каком она неудобном положении. Девушку злило, что Брам ради чего-то сломал все её старания, но.. если он так сделал, значит это важно. Да и она не решилась бы пререкаться хоть с кем-либо из Вандевельде.

— А потом ты оставишь меня в покое? — Спросила Маргарита тихо, тоже на датском.

— Chérie, просто расскажи Джиллу обо всем и живи себе спокойно, развивай карьеру модели, не знаю! Он тебя не кинет, а мне скажи, пожалуйста, что ты нашла.

— А если мне это... — Она сжала губы, не договорив.

— Тебе нет смысла врать ему, Рита. Все прошло, начни всё заново как ты и хотела. — Уверил её Брам тихо, надеясь, что хотя бы она прольёт свет на ситуацию.

Ей очень хотелось начать новую жизнь. Очень хотелось оставить сомнительное прошлое там, где ему и место — позади, но не могла. Для этого было необходимо быть честнее. Но надо ли ей это?

— Сейчас скажу... — Она достала собственный телефон, зашла в папку, закрытую паролем, а потом в другую, с названием, замаскированным под системную. Там лежали файлы и скриншоты, которые Маргарита всегда хранила на случай, если приспичит использовать какой-то компромат. — Письмо пришло от... Сейчас, тут плохо видно... Какая-то Валери Горман.

У Брама сбилось дыхание, а с лица пропал весь цвет. Он был готов услышать имена пилотов или инженеров, даже каких-нибудь аналитиков. Кого угодно. Но не её. Это казалось так неестественно. Зачем она здесь? Как?

— Спасибо, Рита. Ты помогла.

— Не пытайся меня вызвонить больше. — Сказала девушка и сбросила, закрывая лицо руками. Предстоял очень непростой разговор с Джиллом.

Брам потёр лицо руками. Слишком много новостей за сегодняшний вечер. Ему стоит убираться отсюда, пока он не услышал что-нибудь ещё, только уже на уровне государственной тайны. Та еще сплетня. Но трещать об этом не хотелось.

Кассандра настигла его у самого лифта. Она зашла в него, встав рядом с Брамом.

— Уже уходишь? Спасибо, что прише...

— Это была Валери. — Сказал шёпотом Брам.

Кассандра со скоростью молнии обернулась в его сторону. В её лице был вызов, ведь кто так запросто поверит в подобные обвинения. Но Брам был совершенно серьёзен и ошарашен. Озадачен даже. От этого и у неё понемногу стало саднить на душе.

— Что..? Наша Валери?

— Уже не ваша. — Поправил Брам. — Она... Нам надо многое обсудить, но не здесь. А еще ты была права. И вообще...

— Хорошо. Обсудим всё потом.

Лифт проехал ещё пару этажей, а потом со звоном остановился на парковке. Она положила руку ему на предплечье и обратила на себя внимание.

— Спасибо, что ты с нами, Брам.

Вандевельде посмотрел на неё так, словно не верил, что так могут обращаться к нему. Горький вкус на языке отражал ощущения. Он любил гонки, потому что они были его отдушиной, а сейчас у него и это пытаются отобрать. Да уж...

Он взял её ручку обеими ладонями и галантно пожал.

— До свидания, Кассандра.

— До скорого, Вандевельде.