Глава XXIV. Грифы
После их ухода, я стала ждать. Грудную клетку сжимало от переживаний. Время тянулось чертовски медленно. Нужно отвлечься, иначе в ожидании я сойду с ума.
Стала рассматривать дом. Но мысли всё возвращались к сегодняшним событиям. Это всё не может быть правдой. Нет. Какие к черту демоны? Эти погони, Адам, больница. Твою мать, во что я вляпалась? За что? Меня же прикончат. Если бы не Свят, я бы действительно умерла? Зачем он это делает? Зачем он спасает меня? Какую ценность для них я представляю?
Выходит, ангелы, демоны – это всё правда. Тогда неудивительно, что Свят так притягивает. Ведь все демоны соблазнительные. О Господи, Кора! О чем ты думаешь?! Тебя убить могут, вокруг творится непонятно что, а ты думаешь о том, какой Свят соблазнительный. А вдруг он умеет мысли читать? Я же ничего о них не знаю. Что они могут? А есть ли у них крылья? Или рога? Ну, пока что я такого не замечала.
Значит, Берт тоже демон? Сколько же их среди людей?
Интересно, девушки демоны тоже такие горячие? Было ли у Святослава что-то с ними? Что за глупые вопросы? Конечно, было. И не только с ними. Было бы странно, если бы это было не так. Так, стоп! Действительно, глупые вопросы. Не до этого сейчас.
От понимания, с кем я всё это время находилась, грудь сдавило. Черт, он же если захочет, может запросто убить меня. Для него это будет проще простого. Так ведь пишут в книгах о демонах? И как мне с ним себя вести? Но он же сказал, что отвечает за меня.
От собственных мыслей щеки покраснели. «Демон отвечает за меня» — отдалось эхом в голове. Готов отдать жизнь за меня.
Проходя по гостиной который круг, взгляд зацепился за альбом в шкафу. С любопытством, я его достала. Стала листать. Чтобы было удобнее, села на диван.
Комната была украшена картинами с изображениями ангелов эпохи возрождения. В самом центре, над камином, отличавшаяся годом создания, красовалась знаменитая картина с падшим ангелом – Люцифером. Меня и раньше привлекали эти картины в гостиной Святослава. Но теперь они заиграли новыми красками. Обрели иной смысл.
Я вернулась к альбому. В нем были как групповые, так и одиночные фото. Но на каждом был Он. Вроде бы ничего странного. Не учитывая того, что некоторые фото были из девятнадцатого века. Точнее, первая четверть из них. Года всё шли. Но везде был Он. Молодой. Как и сейчас. Он абсолютно не менялся. Любовь к черной одежде у Него была и тогда.
Наткнулась на фото из девяностых. Вокруг мужчины в черном. В те времена было много бандитов. Многие на этом бизнес строили. Ради этого убивали друг друга. И вот, Святослав стоит в обнимку с одним из них. Слева Берт. Видимо, они дружат очень давно. Справа сам Свят. А посреди их тот, кого убили в тот же день, который был написан на обратной стороне фотографии. Это было одно из самых громких убийств тех времен, о котором говорят и по сей день. Совпадение ли? Если Свят демон, то мог ли он убивать? Думаю, глупый вопрос. Я и сама слышала, что еще как может, и успешно это практикует.
Я оставила альбом. Стала ходить по комнате, не зная, куда себя деть. Вокруг на меня глазели картины. Время тянулось катастрофически долго. Я всё время только и смотрела на часы. Дошло до того, что я начала болтать сама с собой, озвучивая мысли.
— Я так вижу, ты нашла себе занятие? — раздался голос позади меня, заставляя прервать поток мыслей, и подскочить на месте от испуга.
— Твою мать! Свят, нельзя так делать! — оборачиваясь, выпалила я.
— Повтори еще раз. Как ты меня называешь? — хитро улыбаясь, он подошел ближе, всунув руки в карманы брюк. Впился своим лукавым взглядом.
В ответ я ехидно улыбнулась, еле сдерживая себя от нетерпения.
— Даже не пытайся сменить тему. Ты мне обещал рассказать всё, когда приедешь.
Мужчина склонил голову набок, играя взглядом, проходя им по всему телу, и вновь остановился на моих глазах. Что он пытается сделать?
— Когда мы успели перейти на «ты»?
— Свят!
— Ладно, ладно. Должен же я был как-то вынудить тебя снова так назвать меня.
Он кивнул в сторону дивана, приглашая сесть для удобства. Лицо его приобрело серьезность. Сам же сел в кресло напротив. Его взгляд упал на лежащий на столе альбом в синей обложке.
— О, так ты уже видела?
— Да. И прошу объяснить поподробнее.
— Хорошо. Но не перебивай.
Я села поудобнее, сложив руки на груди, и закинув ногу на ногу. Мужчина приступил.
— Так. Начну с вопроса. Ты знаешь своего отца?
— Да. Мы жили втроем до моих девяти лет.
— Забудь. Это не твой отец, — махнул рукой Святослав.
Я, не заметив того сама, вложила в свой взгляд максимум скептичности и непонимания. О чем это он? Откуда он знает о моем отце?
— А кто тогда?
Тот в ответ пожал плечами, хитро улыбаясь. Явно здесь что-то не то. Чего это он так лыбиться в такой ситуации? Вроде как диалог должен быть серьезным, а он как ребенок.
— Это уже не особо важно. Среди живых его нет. Да и среди мертвых тоже.
— Конкретнее, пожалуйста, — противоположно его веселому тону потребовала я.
— Постарайся поверить. Иного выхода у тебя нет. Твой отец – Вельзевул, демон гордыни, — говоря последние два слова, он слегка подался вперед, внимательно наблюдая за моей реакцией.
— Что? — не сдерживая нервный смешок, спросила я. — Ты шутишь?
— Разве всё, что сейчас творится с тобой, похоже на шутку? Происходящее всё еще не убедило тебя в обратном?
Не могу поверить. Мозг отказывается это воспринимать. А может, я уже знала правду? У меня были такие мысли, подозрения, что здесь замешана мистика, и это не просто мои галлюцинации. Но я их отгоняла, считая это бредом. Как же так? Как же так вышло? Кто я?
Свят откинулся на спинку кресла, скрестив пальцы в замок. Прочистил горло, снова став серьезным.
— Это было слегка резкое начало. Но я не умею подбирать выражения. У меня это не заложено природой, — стальным тоном произнес мужчина.
— Не понимаю... — пялясь в одну точку пробубнила я.
— Твоя мать тебе родная, это так. Она тебя выносила и родила. Но не от человека. Я тоже не верил в это, но доказательство передо мной.
— Как это произошло? — всё еще не веря, спросила я. Не верю. Но иного выбора у меня нет.
— В молодом возрасте твоя мама узнала, что бесплодна. Не могла смирится с этим. Медицина ничем помочь не могла. На то время она была не так развита. Обратилась к нашему миру за помощью. И вот итог - родилась ты, — скучающим тоном прояснил Святослав, будто это что-то нормальное и обыденное.
Всё это выглядит, звучит так не по-настоящему. Словно в фильме. До этого я лишь читала и видела фильмы о демонах. Человечество сделало их существование настолько обыденным и привычным, что сейчас невозможно понять, правда ли это, или я сошла с ума. Как теперь реагировать? Что делать?
На секунду стало страшно. Я сижу рядом с демоном. Я до сих пор не могу принять этого. Приму ли я когда-нибудь факт его существования? Доживу ли я до того дня, когда приму это? Выживу ли я вообще?
— Когда у нас узнали о твоем рождении, никто не придал значения. Ну подумаешь, отчаянная девушка хочет родить ребенка? Ну решила с нашей помощью это сделать. Сколько раз такое бывало, особенно до появления современной медицины в человеческом мире. Только вот, странность в чем: такие дети обычно не жили дольше трех лет. После того, как ребенку исполнялось три года, за ним приходили и забирали его душу, получая годы его жизни. Такие дети просто напросто не смогли бы существовать в человеческом мире. Это как у вас на земле скрестить два разных вида животных – глупая затея. Такое существо не выживет. Ну а нам его положенные человеческие годы не помешают.
— Тогда почему я еще жива?
— Ты не такая, как они.
— Поясни? — попросила я, с замершим сердцем ожидая его ответа.
— Ну во-первых, твою энергию очень сложно увидеть и ощутить. Она не принадлежит ни человеку, ни демону, и даже не ангелу. Для нас она не ощутима. Что-то вроде как люди не воспринимают инфразвук. К нашему миру ты не относишься, поэтому попасть к нам не можешь. Можешь существовать лишь здесь и сейчас. По крайней мере, у нас тебя забрать к себе не получилось. В аду и в рае могут находится лишь души, без физической оболочки. Та остается между миров, невидимая для земли и наших областей существования. Люди же смогут попасть к нам только в одном случае – когда вернуться душой в тело они уже не смогут, то есть лишь после смерти. Поскольку ты человек наполовину, то разъединять твои тело и душу нельзя, да и это не получится. В тебе много дьявольского, отчего неосознанно твои тело и душа станут сопротивляться, не подпуская к себе чужих, как это было в детстве. Твое человеческое тело приняло дьявольскую душу, будто переболело вирусом и закалило тебя, слившись в одно целое.
— Так вот, почему вам пришлось меня искать так долго?
— Именно. Когда наши сообразили, что не хватает души, тут же спохватились. В двадцать первом веке люди намного реже обращаются к нам за помощью, поэтому следить за такими душами проще. Стали искать тебя. Рыскали везде, обходили все города.
Воспоминания о том, как люди стали попадать в психбольницы, сами возникли в голове. Что же там творилось? Выходит, пока дьяволы искали меня, ни в чем не повинные люди стали сходить с ума, когда видели на пороге своего дома нечисть.
— А во-вторых? — снова спросила я в нетерпении.
— А во-вторых, когда тебя нашли, если ты помнишь, забрать тебя не вышло.
— Да. Там было окно. Это я помню.
— Нет. Дело не в окне. Дело в тебе. Ты не подпустила его к себе. Несмотря на то, что он намного сильнее тебя. Точнее, должен был быть намного сильнее. Обошла гипноз, несмотря на то, что тогда ты была еще совсем маленькой. На тебя он не действует, я уже пробовал. А когда вести о тебе разнеслись по нашим, Вельзевула нашли те, кто тебя ищут, и казнили его.
Мое тело покрылось мурашками. В памяти тут же всплыли воспоминания той ночи. Силуэт в окне. Его когти. Как он рвется ко мне через окно. Окно ли это было?
— Свят, в ту ночь... это было наяву? Он пытался забрать мое тело, или...?
Мужчина остановил меня.
— Быстро соображаешь. Нет. Это было не физически. Он пытался забрать твою душу во сне.
Вот почему мама не проснулась. Я не бежала к окну, не падала с батареи. Я спала. Это всё было во сне. Но умереть я могла наяву. Я могла умереть.
— В общем, — продолжил Святослав, — после этого тобой стали интересоваться все, и не только демоны. Точнее, то, что осталось от демонов. Еще тысячу лет назад они решили, что достойны большего. Захотели быть автономными. Им не нравились наши правила и обычаи. Решили отделиться и создать собственную империю. Решили устанавливать свои законы на земле и в аду. Захотели свергнуть нашу власть. Взять правление в свои руки. Прозвали себя Грифами. Им очень даже идет, учитывая особенности настоящих грифов. Что-то вроде падших ангелов, когда те пошли против Бога, только в тот раз это коснулось нас – демонов.
— Зачем я им?
— Этого сказать не могу. Но у наших паника. Если тебя убьют, то жопа будет всем. Это сравнимо с концом света.
— Так они всё же хотят убить меня?
— Да. Поэтому нам пришлось играть на опережение. Если найдут они - нам конец. Если мы – конец им. Ты для них пешка, которую нужно убрать. Срочно ликвидировать, иначе по твоей воле произойдет то, что помешает им в будущем. Ты для них представляешь угрозу.
— Но зачем это вам? — делая акцент на последнем слове, поинтересовалась я.
— Не буду врать, мы не благодетели. У нас, конечно, тоже есть свои цели. Но не настолько кровожадные, хоть нам это и свойственно. Мы лишь хотим сохранить мир между мирами. Если Грифы доберутся до власти, если дьяволы не смогут их сдержать, то во всех мирах начнется настоящая резня. Они действительно способны своей ненавистью убить всё и всех, и привести нас до конца света. На земле начнутся ядерные войны, в аду сменится власть, что приведет к погибели ангелов в раю. Может показаться, что нас, как дьяволов, это не должно пугать, но не когда на кону стоит абсолютное преображение мира и наша смерть, что есть обязательным условием этого переворота. Мы хоть и вспыльчивые, но за столько веков существования обрели разум, и знаем, чем такое может закончится.
Помолчав с минуту, переваривая услышанное, я решилась подать голос:
— Это... это всё?
Мужчина задумался на мгновенье, продолжая смотреть на меня. Мое сердце замерло в ожидании очередной новости, которая перевернет мою жизнь. Он хотел что-то сказать, но одернул себя, не позволяя это сделать.
— Да, это всё. Есть еще вопросы? — холодно бросил Святослав.
Вопрос возник сам собой, и я тут же озвучила его, боясь потерять мысль и забыть, о чем хотела спросить.
— Да, есть. Насчет того, что я вижу... мертвецов? Что это? Это ведь на самом деле так? Ты же знал об этом, когда приехал ко мне под дом и увидел меня в истерике?
— Да, — ровным тоном, не скрывая и не недоговаривая ответил мужчина. — Ты их видишь и всегда видела, как и все демоны, но узнала об этом лишь сейчас.
— Почему?
— Ты могла их видеть в других местах, но не предавать этому значения. В твоем доме их не было до того, как мы тебя нашли, ну а кроме дома и учебы ты больше нигде не бываешь. Наши тебя нашли, и чтобы подбить меня рассказать тебе поскорее правду, они стали отправлять тебе кошмары и полтергейстов. Они тебя не тронут. Первые проникают в твой сон, творя там настоящие кошмары, потому их так и прозвали. Вторые лишь пугают и пакостят. Большого вреда, тем более тебе, они не принесут.
В голове творилась каша. Я даже не могла придумать, что еще спросить. Мозг отказывается воспринимать услышанное.
— Все понятно. Мне... мне нужно всё обдумать.
— Конечно. Можешь идти в ту же комнату, где ночевала до этого. Я тебя беспокоить не стану. У тебя есть весь вечер. Если что... я буду здесь. Если станет страшно, приходи.
От него это было так странно слышать. Странно, но приятно. Что на него нашло? Он беспокоится обо мне? Сначала этот поцелуй, теперь эти нежные слова.
— Спасибо, — мягко ответила я.
Внезапно мужчина встрепенулся, придя в себя. Дернул плечами, усаживаясь в кресле удобнее. Снова холодно выдал:
— Ну всё, иди уже.
Даже не стану удивляться. Чего я еще ожидала? Что эта ледяная глыба когда-то растает? Наивная Кора. Он скорее белый костюм наденет, чем скажет что-то милое, и после этого не съязвит и не нагрубит.
Не проронив больше ни слова, я вышла с гостиной. Следующий час я молча лежала на постели, глядя в потолок. Пыталась собрать мысли воедино. Пыталась поверить. Пару раз больно ущипнула себя, чтобы проверить, в сознании ли я. В конечном итоге, сама того не заметив, уснула.