Шифтинг или нереальная любовь

Тренировки Эбигейл и Драко продолжались до пасхальных каникул. Они почти не общались во время занятий, просто оттачивали боевые навыки. Джонсон действительно улучшила свои умения благодаря этим встречам, поэтому могла передавать свои знания тем людям, что были против нового режима. Отряд Дамблдора вновь был возрожден, однако все стало намного серьезней и жестче. Гриффиндорка прекрасно понимала, что кучка неопытных студентов не смогут противостоять хотя бы немного Пожирателям, поэтому старалась получать максимум знаний от Малфоя. Он был хорошим учителем и приемы тоже были действенными. Эбигейл старалась не думать о том, каким образом он все это учил.

С каждым днём чувство тревоги и ожидания возрастало все больше и больше. Эбигейл знала, что происходит, что будет происходить через день, через месяц, однако это не могло успокоить ее. Она не была уверена в том, что все пойдет так, как в книгах. Вдруг из-за ее бездействия все умрут, вдруг сценарий поменялся. Она не знала, точнее не была уверена. Ей хотелось сделать все самостоятельно, уничтожить чертовы крестражи, однако что-то внутри нее не давало это сделать. Казалось, что она боится идти против канона, изменить всю историю, но главное, что она боиться довериться самой себе. Девушка до сих пор корила себя за неспособность помочь друзьям.

По телу пробежали мурашки. Эбигейл будто окатили ледяной водой, в выручай-комнате вдруг резко пропал весь воздух, а в сердце воткнули со всей дури лезвие. Она вспомнила. Сегодня настал тот день, когда Гарри, Рона и Гермиону схватят. Они будут в Малфой-Мэноре.

Волшебница болезненно взглянула на Драко. Они уже завершили тренировку, поэтому парень не спеша поправлял воротник белоснежной рубашки. В последнее время он все чаще забывал бриться и расчесываться. Его волосы достаточно сильно отрасли и начали кудрявиться. Он порой отменял их встречи по личным причинам, однако Эбигейл никогда не расспрашивала его. Было легче не залезать в чужую душу, если со своей болью справиться не можешь. Она скучала по нему, но не могла действовать лишь под действием чувств. Уж слишком большая ответственность возложена на нее, чтобы обр всем забыть и позволять любви одурманить ее.

Эбигейл знала, что он отправится сегодня в Мэнор. В голове мысли сменяли друг друга с невероятной скоростью, да такой, что голова начинала гудеть. Ей нужно было отправится с ним, у нее нет другого выбора, нет другой возможности встретиться с друзьями, спасти их. Нужно было лишь успеть до того момента, как Нарцисса свяжется с сыном, а иначе он не возьмет девушку.

Драко вопросительно уставился на Эбигейл, видимо заметил, что та смотрит уже которую минуту.

— Что-то хотела? — девушка чуть вздрогнула, возвращаясь в реальность.

— Моя семья приедет в Мэнор на каникулах, — Эбигейл выпрямила спину и засунула в карманы мантии трясущиеся руки, чтобы выглядеть более уверенной, — Я повздорила с отцом в последнюю нашу встречу, так что могу ли я с тобой отправиться? Там уже и встречу родителей.

Драко озадаченно выгнул бровь и слегка наклонил голову. Его взгляд прошелся по каждому сантиметру лица однокурсницы. Он будто сканировал ее на наличие лжи.

— Не слышал ничего по поводу ужина, Эби. — он строго уставился на нее.

— Видимо, ты был занят девушками, — в душе что-то неприятно кольнуло, — Мне мама ещё неделю назад послала сову.

— Про каких девушек ты говоришь, Джонсон? — Эбигейл хотела провалиться сквозь землю. Почему она решила сказать именно это?

— В последнее время ты все чаще проводишь своё время с Пэнси. Рада, что вы столько лет неразлучны. — Малфой демонстративно цокнул языком и устало потер переносицу.

— Так ты любительница подглядывать за людьми, Джонсон. — его улыбка походила на улыбку чеширского кота.

— Когда ты уезжаешь?

Парень вальяжно приблизился к Эбигейл и встал прямо позади нее. Его дыхание она чувствовала прямо на макушке, отчего захотелось жалобно завыть.

— Через пару минут.

* * *

Малфой-Мэнор был устрашающе красив. Эбигейл бывала здесь раньше, однако воспоминания не могли передать весь масштаб здания.

Сады раскинулись вокруг, создавая картину природной красоты, скрывающей в себе множество секретов и собственных загадок. Только вот вся эта красота не ощущалась нужным образом, ведь такого черного неба Эбигейл никогда не видела. Воздух был таким концентрированным, что сложно было даже сделать вдох.

При входе в поместье Эбигейл ощущала ауру старого благородства, состаренной роскоши и неизменного влияния Темных сил, пронизывающее все уголки этого места. Девушка никогда не встречалась с такой ужасной энергией. Ей захотелось вернуться в Хогвартс, лишь бы убежать с этого места, вымыться с ног до головы. Хотелось смеяться от того, что она собственноручно попалась в ловушку. Родители убьют ее, когда узнают о том, что сделала их дочь.

Драко провожал Эбигейл в парадный зал, откуда доносились громкие голоса, казалось, будто кто-то спорит.

— Я не хочу впутывать его во все это...

Голоса моментально затихли, когда молодые люди переступили порог гостиной. Две пары ошарашенных глаз уставились на Эбигейл. Она заставила себя сделать глубокий вдох, чтобы не заплакать. Нарцисса моментально натянула приветливую улыбку и направилась к Драко, расставляя руки для объятий. Слизеринец охотно принял их, легонько сжимая тонкую ткань материнского платья.

— Дорогая, рада тебя видеть, — женщина подошла к Эбигейл и добродушно улыбнулась, — Ты к нам на Пасху?

Эбигейл хотелось ответить, однако что-то застряло в горле, отчего она не могла вымолвить ни слова. Ей становилось дурно от взгляда Люциуса. Она была уверена, что если бы не ее статус, то он в это же мгновение кинул в нее убивающее. Он был бы рад избавиться от такой назойливой фигуры.

— Зачем ты привел ее? — отец семейства кинул презрительный взгляд на Драко, — Ты разве забыл, с кем она водилась?

Драко поднял взгляд, встретившись с отцовским. Желваки выдавали его, однако всем остальным он оставался непоколебим.

— Наши семьи давно дружат, отец. Разве есть что-то необычного в том, что я захотел пригласить на каникулы свою близкую подругу.

Люциус убийственно уставился на сына. В его голове была настоящая война. Он не мог сказать открыто девчонке о том, что она является нежелательным гостем, ведь ее семейство занимает хорошее место в обществе, но она являлась связующей между Пожирателями и Поттером. Она была единственной, кто оставался все это время в тени. Все искали Золотое трио, совершенно позабыв о четвертой подружке. Люциус считал ее незначительным лицом, которое вечно терлось рядом с отбросами, хотя могла обзавестись полезными знакомствами, однако с Драко они дружили в детстве. Он понимал, что сейчас они начали общаться с новой силой. Его сын был влюблен в нее, хотя скрывал это. Мужчина думал над тем, смог бы его сын предать семью ради какой-то девки.

— Пусть она идет в гостевую комнату и не выходит оттуда, пока ее не пригласят.

Эбигейл мысленно ругнулась. Это была ужаснейшая ситуация, это был приговор на верную смерть. Люциус ни за что на свете не будет верить ей, зная тот факт, что ее друзья- самые нежелательные лица.

Драко коротко кивнул и, взяв девушку под локоть, утащил к лестнице, что вела на второй этаж поместья.

Парень чуть ли не запихнул Эбигейл в одну из гостевых комнат. Как только они вдвоем оказались внутри, то он наложил заглушающее на дверь и яростно посмотрел на волшебницу, у которой глаза были на мокром месте.

— Немедленно объясняй мне, что черт возьми ты задумала! — Эбигейл подняла на него свои красные глаза, прикусив щеку изнутри.

— Я не уверена, что могу доверять...тебе, — девушка порывисто вздохнула, — Это может убить меня, Драко.

На секунду ей показалась, что он был ошарашен этими словами, но моментально стер все эмоции со своего лица, оставляя лишь не читаемую маску.

— Только я смогу тебе помочь, Джонсон, — парень взглянул на дрожащие руки девушки, — Тебе нельзя волноваться, иначе тебя заподозрят.

— Я знаю. — рявкнула гриффиндорка.

Драко смотрел на нее на протяжении нескольких секунд, после чего удалился из комнаты. Эбигейл не могла понять, что ей делать дальше.

Она не на своей территории, да и к тому же совершенно одна. Она точно умрет сегодня от пыток Беллатрисы, когда та поймет, кто Джонсон такая, а точнее когда узнает мотив ее появления в поместье. Это был конец.

Дверь снова открылась. Драко подошел довольно близко к волшебнице и протянул руку. Эбигейл посмотрела на стеклянную емкость в ладони. Он принёс ей какое-то зелье.

— Это умиротворяющее зелье, — он всунул ей его, — Ты обязана выпить его, иначе сойдешь с ума. — Эбигейл, недолго думая, выпила все содержимое.

— Гарри, Рон и Гермиона появятся здесь с минуты на минуту, — кровь схлынула с лица Драко, отчего лицо стало смертельно-бледным, однако Эбигейл должна была ему рассказать, — Ты можешь убить всех нас, а можешь помочь. У меня не было времени придумать план, однако я должна сделать все возможное, чтобы спасти моих близких. Я знала, что это произойдет сегодня, именно поэтому я напросилась с тобой, Драко. Их доставят сюда егери, после чего посадят в темницу в подвале, пока Гермиону будет пытать твоя тетя. Тебя, Драко, будут спрашивать. Ты должен будешь им сказать, кто перед тобой. Ты сразу все поймешь, но будешь лишь делать вид, что не знаешь их, потому что ты боишься всего этого дерьма, как и все мы. Драко, я не прошу мне открыто помогать, ведь я не хочу, чтобы тебя убили, но не раскрывай их личность. Не говори их имена, прошу тебя.

Драко смотрел на нее невидящими глазами. Эбигейл понимала, что просить помощи у него было бессмысленной затеей и очень опасной, но он был единственным, кто остался с ней в этот момент.

— Твои родители решили принять метку, Эби, — девушке захотелось закричать от этого, — Он убьет сначала их, а потом тут же найдет тебя, Эби. Он убьет вас. Это предательство.

— Но...мои родители не могли, — Эбигейл была благодарна тому зелью, что дал Драко, ведь она была готова разрушить все поместье от своих чувств, — Они бы никогда не сделали этого.

— Ещё не сделали, однако скоро это произойдет. Черт! Эби! — со всей силы кулак прилетел в громадный шкаф, — Они это сделали, чтобы уберечь тебя, чтобы доказать Темному Лорду, что ты не привязана к своей троице, что ты не будешь мешать! Мой отец поспособствовал этому.

Девушке казалось, что она делала все правильно, что от нее наконец будет какая-то польза, а получается так, что спасая одних, она убивает других. Она не могла выбирать между родителями и друзьями, это было невыносимо, это было отвратительно.

— Сова, — Эбигейл с надеждой посмотрела на Драко, легонько кончиками пальцев касаясь его руки, — Ты можешь одолжить свою сову? — парень с невероятной силой сжал глаза, соединяя губы в одну полоску. Он кивнул.

Эбигейл не знала, как благодарить его. Она не была уверена в своей просьбе до конца, но это было единственное, что можно было устроить в данный момент. Нужно было действовать быстро, избегая лишнее внимание.

Драко быстро понял ее задумку, поэтому вручил пергамент с пиром и сел на кровать, ожидая, когда девушка закончит писать письмо.

Она не рассказывала лишнего на листке. Ей нужно было, чтобы родители покинули Англию на время. Нужно было обезопасить их и убедить в том, что с ней все будет в порядке, что ей ничего не угрожает. Когда она писала, то молилась всем богам, чтобы они не решили спасать ее, чтобы не получили Темную метку, чтобы не служили Ему. Она должна была их обезопасить, если понадобиться, то она последует примеру Гермионы. Она оборвет все связи, если это будет так необходимо.

Как только письмо было дописано, Драко всунул его в клюв совы, говоря, кому нужно отправить. Он стал соучастником. Эбигейл прекрасно понимала, что если кто-то захочет изучить его воспоминания, то этот момент не останется без внимания, хотя надежда была на то, что Драко обладает окклюменцией в необходимой мере.

— Ты должна аппарировать. — лицо Драко напоминало ледяную скульптуру.

— Я не могу.

— Ты думаешь, мой отец позволит вам выйти живыми из этого чертового дома?! — проговорил он сквозь зубы, — Ты чертова психопатка, которая решила, что сегодня твои друзья появятся в моем доме!

Эбигейл понимала, что времени не осталось.

— Ты все узнаешь, Драко, просто верь мне, помоги мне. Помоги всем нам. — парень устало усмехнулся.

— А не много ли требований, Джонсон?

За дверью раздался женский голос. Это была Нарцисса.

— Драко, ты должен спуститься. — вновь сказал голос.

Драко в последний раз посмотрел на Эбигейл, после чего покинул комнату, не сказав и слова на прощанье. Эбигейл хотелось расплакаться из-за всего, однако она не могла. Неужели их последний разговор будет именно таким?

Началась настоящая война, а война любит потери, поэтому осталось лишь гадать, кого она заберет.