1.
Я всегда знала, что спокойствие - это иллюзия. Красивый мираж, за которым прячется нечто большее. В моей жизни оно длилось слишком долго - почти два года. Достаточно, чтобы привыкнуть к тишине книжной лавки, к шелесту страниц, к людям, которые заходят за романами, а не за смертью.
Моя лавка на углу Ковингтон-стрит - маленькое, уютное место, в котором прячутся истории. Я любила их. Они были честнее людей. Люди врут. Книги - никогда.
С утра я открыла ставни, протерла стекло, включила мягкий свет. Лавка наполнилась ароматами старой бумаги. Я поставила табличку «Открыто» и села за стойку, открыв «1984» Оруэлла. Читала его уже раз пятый - и всё равно дрожь пробирала по позвоночнику. Там всё слишком реально.
На часах было 10:46, когда раздался глухой дзынь - входная дверь сработала на движение. Я не оторвалась от книги, произнесла автоматичное:
- Добро пожаловать. Если что-то нужно - я рядом.
Ответа не последовало. Ни шагов, ни звуков. Только тишина, как перед бурей. Я подняла взгляд - и тогда сердце пропустило удар.
Он стоял у двери, опершись плечом о дверной косяк, как будто был здесь уже сто раз. Высокий. Чёрная футболка, тату на руке, цепь на шее, чёрные глаза, как ночь, и губы, которые не должны были улыбаться - но всё равно это делали. Том. Том, чёрт возьми, Каулитц.
- Здравствуй, Изабель,- проговорил он, как будто мы вчера расстались.
Я не двигалась. Не дышала. Сердце колотилось так, что я была уверена - он слышит.
- Убирайся,- прошептала я.
- Это всё? Даже без кофе? Обидно,- он медленно подошёл ближе, и воздух будто стал тяжелее.
Я встала. Книга захлопнулась в моих руках.
- Ты не имеешь права сюда приходить.
- Удивительное заявление от девушки, которую искали почти два года. Неужели ты думала, что тебя не найдут?
Он подошёл вплотную. Его запах - смесь табака, дерева и какого-то дорогого одеколона ударил в нос. Я чувствовала, как дрожат мои пальцы, но не показывала этого. Никогда.
- Чего ты хочешь?- выдавила я.
- Вернуть долг.
- Я никому ничего не должна.
Он усмехнулся. Медленно провёл пальцем по корешку книги на полке рядом.
- Твой отец умер, оставив после себя кучу проблем. Ты - одна из них. А ты думаешь, у книжной лавки есть стены, которые могут остановить меня?
Я резко шагнула назад.
- Я не часть этого мира больше.
- Хочешь верь, хочешь нет - он сам тебя не отпускает.
Молчание. Я не могла дышать. Он был рядом. Слишком рядом. А вместе с ним - всё, от чего я бежала. Кровь. Оружие. Смерти. Контроль. Его брат - Билл. Их отец. Вся та семья, которую я хотела забыть.
- Что ты хочешь от меня, Том?
Он посмотрел прямо в глаза. В них не было жалости. Только чёрная пустота.
- Нам нужна ты. И ты поедешь со мной.
Я засмеялась. Горько, надрывно.
- Я никуда с тобой не поеду. Уйди, пока я не вызвала полицию.
Он молча достал телефон из кармана, нажал на что-то, и через десять секунд в книжную лавку вошли двое. Один - в очках и чёрной рубашке, другой - с тату от запястья до плеча.
- Познакомься,- сказал Том, не убирая взгляда с меня.- Это Марко и Себастьян. Если ты подумаешь звать копов, поверь мне, они придут первыми.
- Уходите, сейчас же.
Он подошёл ко мне вплотную. Его губы оказались в паре сантиметров от моего уха.
- У тебя два дня, Изабель. Два. Потом я сам приеду за тобой.
И он вышел.
Я не двигалась. Не моргала. Просто смотрела в сторону двери, как будто это могло стереть произошедшее. Моя грудь тяжело вздымалась. Руки дрожали.
Книги на полке стояли на своих местах. Но внутри меня всё рухнуло.
***
В тот вечер я закрыла лавку раньше обычного. Заперла всё на замки, опустила шторы. Чашка кофе остывала на столе. Я смотрела в пустоту и пыталась понять - почему сейчас? Почему именно он?
Я достала с полки старую коробку. Запыленную, с царапинами. Открыла её. Внутри - пистолет. Заряженный. Он хранился тут всё это время. На случай, если прошлое вдруг вспомнит обо мне.
Оно вспомнило.
Дальше будет только хуже,- шептала внутрення тень.
Я знала, что Том не блефует. Если он сказал - он вернётся.
***
На следующее утро я не хотела идти на работу, открывать лавку.
Я проснулась в пять утра в холодном поту. Мне снились выстрелы. Отцовский кабинет, запах крови и звук, с которым тело падает на деревянный пол. Мне снился Том. Его голос шептал: «Ты принадлежишь нам» - и я просыпалась с криком.
Но я всё равно пришла. Заперла дверь изнутри. Сделала себе крепкий кофе - настолько чёрный, что горечь обожгла горло.
На улице моросил дождь, и город казался уставшим. Как и я.
Я держалась. Уговаривала себя, что он не вернётся. Что это было предупреждение. И что, может быть, если я просто... исчезну снова - всё обойдётся.
Но в 11:02 кто-то постучал в дверь.
Один. Два. Три удара. Спокойные. Уверенные.
Я подошла к окну и приподняла угол шторы. На тротуаре стоял он.
Не Том. Его брат. Билл.
Волосы собраны в пучок, чёрная кожанка, тёмные глаза и спокойная, почти мягкая улыбка. Он выглядел иначе, чем я его помнила. Спокойный. Тихий. Ловко контролирующий себя. А в его взгляде - понимание. Или... иллюзия понимания?
Я медленно открыла дверь. Сомневаюсь.
- Ты не должен быть здесь,- сказала я.
- Я знаю,- ответил он спокойно.- Но всё же здесь.
- Том отправил тебя?
- Нет. Я пришёл сам.
Я отступила на шаг. Он не вошёл - ждал. Только когда я кивнула, Билл переступил порог.
Он осмотрелся. Медленно. Как будто впитывал воздух, стены, книги. Его пальцы провели по полке. Он вытащил «Преступление и наказание».
- Символично,- пробормотал.- ты теперь - Раскольников? Скрываешься от вины?
- Я просто хочу жить. Это преступление?
Он посмотрел на меня. В его взгляде было что-то... человеческое. Тепло, которого не было у Тома. Но я знала: Билл - из той же крови.
- Том... он был зол. Мы искали тебя долго. Он не прощает исчезновения. Ты знаешь это.
- Яне принадлежу вам. Я не часть вашей грязи.
Билл вздохнул и сел в кресло у окна. Так спокойно, будто пришел в гости к старой подруге.
- Мы выросли в этом, Изабель. В грязи. Разница в том, что ты сбежала, а мы - остались и сделали её своей.
Я прислонилась к стойке. Мои пальцы сжали чашку кофе. Руки дрожали.
- Что тебе нужно, Билл?
- Предупредить. Том не блефует. Он даст тебе ещё один день. Может, два. А потом просто вытащит тебя отсюда, связав, если понадобиться. Ему плевать, кто ты сейчас. Для него ты - последняя вещь, которую он не контролирует.
- А ты?
Он посмотрел на меня словно пытался решить, говорить ли правду.
- Я... иногда думаю, что тоже хочу исчезнуть. Но в отличие от тебя, я знаю: нас не отпускают. Никогда.
Молчание. Тяжёлое, липкое. Я чувствовала, как стены давят на грудь. Я знала, что он прав. В этом мире невозможно просто уйти. Не из нашей фамилии. Не из того ада, в котором мы росли.
- Тогда зачем ты пришёл?
- Потому что... - он отвёл взгляд,- я не хочу, чтобы Том сломал тебя.
Я горько усмехнулась.
- Он уже ломал. И не один раз.
- Но не добил. Это многое значит.
Он встал и подошёл ко мне.
- У тебя осталось двое суток. Потом он приедет лично. И когда это случится - всё вокруг может загореться. Том не приходит один. Он приходит с огнём.
Я молчала. Он смотрел мне в глаза. В его взгляде не было угрозы. Только сожаление. Или маска? Я не знала. Уже не могла верить никому, даже себе.
- А если я исчезну снова?- спросила я.
- Он найдёт тебя. Быстрее, чем в прошлый раз.
Я посмотрела на дверь. На улицу. На серое небо.
- Почему ты предупреждаешь меня? Почему вообще помогаешь?
Он чуть улыбнулся. Едва заметно.
- Потому что однажды ты спасла меня от пули. Помнишь? В доме в Аризоне. Мне тогда было пятнадцать. И ты накрыла меня собой.
Я сжала зубы. Помнила. Слишком хорошо.
- Я не спасала тебя. Я просто была не настолько хладнокровной, как вы.
- Тогда и сейчас - это разница между тобой и нами.
Он вышел не дожидаясь прощания.
После его ухода я стояла, прислонившись к двери. Казалось, всё вокруг гудит. Мои нервы - как струны. Всё тело дрожит, как в лихорадке. Я понимала: отсчёт пошел. Два дня. Две ночи. Потом - тьма.
Я открыла заднюю комнату лавки. Там, за фальшивой полкой, был тайник. Старый, сделанный ещё моим отцом. Я нашла ключ. Дрожащими пальцами открыла металический ящик. Внутри - флешка, пачка денег, фальшивые документы и карта. Выход. План Б.
Я могла бы бежать.
Но знала: Том всё равно найдёт.
И хуже - он приведёт с собой всех, кто готов проливать кровь ради власти.
***
На следующее утро я проснулась с решением.
Я не уйду.
Я дождусь его.
Я покажу, что не та девочка, что спасалась бегством.
Если он хочет войну - он её получит.
***