62 глава
Пока Гас мылся в душе, я готовила завтрак. В холодильнике было довольно много продуктов после закупки, именно поэтому я смогла сотворить нам яичницу и бутерброды с ветчиной, сыром, помидорами и зелёным салатом.
Но во время готовки я всё думала о том, как быть дальше. Мы договорились, что я помогу Гасу побороть его зависимость, но точно ли он согласился на это не из-за того, что был уже немного пьяный и окутанный эмоциями радости от моего появления? По крайней мере, меня успокаивало, что мама отреагировала относительно спокойно на то, что у Густава есть проблемы с ксанаксом. Его наркомания не делала его плохим человеком, хотя я уверенна, что она будет настаивать на том же, на чём и я.
— Ох, волчонок, ты так постаралась! — послышался восхищённый возглас позади, когда я наливала кипяток прямиком в кружки с растворимым кофе.
Оглянувшись, я застала Гаса, который изумлённо пялился на еду, стоящую на столе. Его мокрые волосы были небрежно растрёпаны, и с них переодически падали капли воды прямиком на футболку.
— Конечно... — самодовольно хмыкнула я, заливая кофе молоком. — Садись. — я кивнула головой в сторону.
Гас послушно прошёл внутрь и уселся за стол, а я в свою очередь поставила одну кружку напротив него, а другую напротив себя. Затем я юркнула обратно к столешнице, дабы достать столовые приборы.
— Кстати, Гас... — как бы невзначай начала я. — Помнишь, что было вчера? — я схватила две вилки и вытащила их из подставки.
— Много чего было... — двусмысленно усмехнулся парень, покачав головой. — Ты про что-то конкретное?
— Мы договорились, что ты начнёшь бороться с зависимостью от наркотиков. — я снова подлетела к столу, а затем вручила одну вилку Гасу и уселась напротив. — Точнее, с зависимостью от ксанакса. С кокаином ты уже, вроде, не ладишь. — я усмехнулась, стараясь не делать такой серьёзный разговор излишне напряжённым.
— Да, я помню... — промямлил Густав, втыкая вилку в яичницу.
— Так что? Всё в силе? — я взяла один бутерброд с тарелки, а затем откусила, в ожидании уставившись на него.
— Рокси, я не знаю, смогу ли слезть с ксанакса... — Гас неловко поджал губу, заметно потеряв былое хорошее настроение. — Я в неоднозначных ситуациях буквально становлюсь ёбнутым без него, да и по-мелочи могу срываться.
— Но ты же понимаешь, что ксанакс абсолютно точно подчиняет твоё сознание? Это как розовые очки... — я отхлебнула кофе, тем самым запив пережёванную пищу. — Он рано или поздно может так же убить тебя. Как на Новый год, например... — я поджала колено к груди, всё ещё не выдавая внутреннего волнения.
— Рокси... — начал тот, но я его перебила.
— Мы с тобой о чём договорились? О том, что я помогу тебе со всем справиться. Так? — я с громким стуком поставила кружку на стол. — И если ты не собираешься приводить свою жизнь в порядок, то в моём присутствии рядом смысла не будет.
Обеспокоенный взгляд Гаса мигом поднялся на меня. Его рот немного приоткрылся, брови невольно сделались грустными, как у Пьеро, а веки наивно, быстро заморгали.
— Ты и под ксанаксом можешь быть спокойным и счастливым, зачем в таком случае тебе я? — я как ни в чём не бывало вновь откусила бутерброд.
Мне пришлось прибегнуть к манипуляции. Общение с Мишель не прошло незаметно, я кое-чему научилась. И нет, мне совершенно не стыдно. Когда дело касается жизни и здоровья дорогих мне людей, я готова пойти на что угодно.
— Тебе нужно научиться контролировать свои эмоции, и пока ты сам будешь этого хотеть, я буду рядом. — эти слова стали моим окончательным вердиктом.
Я ясно дала понять, что к чему. Не знаю, можно ли считать это за выдвижение условия, но мне однозначно надо было образумить его.
Густав где-то минуту обдумывал всё, что я ему сказала, даже не притрагиваясь к остывающей еде, пока же я активно её уплетала, дабы он не думал, что на меня давит всё это.
— Хорошо, Рокси... — с тяжёлым вздохом ответил парень, облокотившись руками на стол.
Я устремила немного удивлённый взгляд на Гаса. За эту минуту у меня уже появились мысли о том, что он сейчас просто откажется от всего.
— Я готов, и мне безусловно очень нужна твоя поддержка.
Гас улыбнулся грустно, но в то же время облегчённо. Его ладонь начала шарить по столу в поисках моей, и я мигом накрыла ею татуированную руку, после чего парень судорожно сцепил наши пальцы в замок. Я радостно улыбнулась в ответ, а затем, отложив полусъёденный бутерброд на тарелку, приподнялась на месте и подалась вперёд.
Наши губы единожды соприкоснулись в лёгком чмоке, но далее всё равно и ещё несколько раз. Мне стало так легко на душе, что я хотела целовать Гаса до посинения, не отрываясь даже на секунду.
— Всё, детка, ешь свои вкусняшки... — в пол голоса прохрипел Густав прямо в губы, держа меня за голову обеими руками.
Я ещё раз поцеловала его и с улыбкой вернулась в прежнее положение. Теперь мы оба стали увлечены едой и обсуждением каких-то малозначительных тем. Но даже сквозь них я подметила то, что Гас взял себе бутерброды поменьше размером и плюсом отдал один свой. Насколько я помню, он всегда так делал. Всегда как бы невзначай выделял мне самое лучшее, а потом молча и со счастливой улыбкой наблюдал за моими действиями и реакцией.
— А разве ты наелся? Сьешь свой, я ещё сделаю. — я кинула взгляд на парня, параллельно доедая один из своих бутеров.
— Не надо, ешь. — его милая улыбка озаряла лицо, а руки придерживали голову.
— Точно? — я недоверчиво выгнула бровь.
— Да. — уверенно ответил тот, разглядывая меня.
Я ещё раз покосилась на него, а затем неуверенно протянула руку к тарелке, как бы спрашивая разрешение. Густав в ожидании замер, а затем с игривой ухмылкой подтверждающе кивнул в сторону бутерброда. Я всё таки взяла его и всё с той же недоуменной мордой продолжила трапезу, а Гас как ни в чём не бывало начал попивать уже остывший кофе.
Неожиданно для нас обоих из прихожей послышалось копошение ключа в дверном замке. Мы оба замерли, прислушиваясь ко всем звукам, и я расслышала голос мамы за дверью, говорящий с кем-то по телефону. Густав, немного скривя лицо от нахлынувших неловкости и смущения, вопросительно посмотрел на меня, продолжая держать кружку в руке. Я же, поняв, что мама пришла с суток раньше, чем было заявлено, встала с места и уверенно направилась в прихожую. Теперь я не боялась, как когда-то на Рождество. Мы поменялись местами.