Она мое безумие

Изабелла.

Кто ты сегодня? Сильная или слабая? Выбор делаешь ты сама.

В этом новом мире я стала чересчур эмоциональной, что стало для меня неожиданным испытанием. Надеть маску, которой я всегда умела прикрываться, оказалось сложнее, чем я думала. Видимо, что-то во мне всё-таки изменилось, и я не хотела признавать этот факт. Но если я приму его, то, возможно, всё станет легче.

Спускаясь по лестнице с папой, который до сих пор держит меня за руку, поддерживая, чтобы я не оступилась, я пыталась сохранить спокойствие.

Улыбка сама собой проскользнула на моём лице, когда я вспомнила, как каждое утро бегала вниз по лестнице на десятисантиметровых каблуках, стараясь не встретиться с Яном. Наши встречи перед школой почти всегда заканчивались ссорами. Ему никогда не нравился мой внешний вид, и это приводило меня в бешенство.

— Иззи, это ты? — ошарашенный голос брата внезапно вернул меня в реальность, заставив остановить поток мыслей.

Я почувствовала, как страх нарастает внутри меня, но решительно оттолкнула его. Хватит бояться. Никто ничего не узнает.

— Так, Ян, твоя сестра сегодня неотразима, — сказал папа, заметив мою заминку и, видимо, решив меня защитить.

Его голос был настолько искренним, что я на мгновение даже поверила в его заботу.

— Спасибо, — промолвила я, чувствуя, как внутри воцаряется странное спокойствие.

Мне даже начала нравиться эта версия моего отца. В моём мире он другой — более холодный и отстранённый. Здесь же он казался искренне любящим, и это было одновременно приятно и пугающе.

Оглядывая собравшихся вокруг людей, я старалась запомнить каждую деталь, пытаясь понять, кто есть кто в этой новой реальности.

Моя мачеха, как и в другой вселенной, выглядела шикарно, облачённая в идеально скроенное платье глубокого винного оттенка, которое подчёркивало её стройную фигуру и придавало ей то же элегантное изящество, которым она всегда умела завораживать окружающих мужчин.

— Иззи, мне нравится твой новый стиль. Ты молодец, — сказала Мира, мягко обнимая меня, как будто между нами никогда не было никакой напряженности.

Ого.

Я помнила её такой только на моей свадьбе.

Стоп...

Cвадьба...

С Ильей...

Но я не помню её.

Что за...?

Пока я пыталась уловить ускользающие воспоминания, папа стремительно подошел к Мире, притянул её к себе с такой силой и страстью, что в его взгляде вспыхнуло желание, от которого мне показалось, что он готов её поглотить без остатка

Эти эмоции, этот новый мир... всё это сбивало меня с толку. Но я знала одно: мне нужно адаптироваться и понять, что здесь происходит, иначе я могу потерять себя.

— Ты просто огонь, Иза, — восхищённо сказала Лина, подходя ко мне лёгкой модельной походкой. Она начала медленно кружить меня, чтобы рассмотреть мой образ со всех сторон. — Мне нравится!

Я улыбнулась ей, ощущая, что что-то в Лине изменилось.

Первое, что бросилось в глаза, — это её стрижка. Никогда раньше я не видела её с каре. Её светлые волосы, обычно ниспадающие мягкими волнами, теперь обрамляли лицо резкими, дерзкими линиями.

Второе — её стиль одежды. Где те привычные лёгкие платья в мелкий цветочек? Сейчас на ней кожаные штаны, облегающие как вторая кожа, а сверху простая белая майка, открывающая пупок с пирсингом! На ногах тяжёлые грубые ботинки, которые делали её ещё более неотразимой.

И тут меня осенило.

— Лина, если мои родители разрешат, ты могла бы прокатить меня на своём мотоцикле? — с надеждой спросила я, предвкушая её реакцию.

— Конечно! — восторженно воскликнула она, её глаза загорелись. — Тебе точно понравится!

Я улыбнулась в ответ, но тут разговор прервал ехидный голос моего единокровного брата.

— А ты не занята своими научными проектами? — саркастично спросил он, явно намереваясь поддеть меня.

По крайней мере, кое-что остаётся неизменным — он всё тот же придурок. Но и он выглядел иначе. Обычно он носил всё чёрное, будь то радостное событие или печальный день. Сейчас же на нём были потертые джинсы и футболка, а его светлые волосы были небрежно взъерошены, придавая ему вид дерзкого бунтаря и модели.

Я внезапно поймала себя на мысли: может, он и правда модель?

— Как твой новый контракт с модельным агентством? — с усмешкой поинтересовалась я, пристально глядя ему в голубые глаза.

Он заливисто рассмеялся и, не убирая улыбки, поднял большой палец вверх.

Лина шагнула ближе к моему брату и, не раздумывая, ударила его по затылку.

— Прекрати обижать свою сестру, — прорычала она сквозь зубы, и в её голосе чувствовалась настоящая угроза.

— Мне так нравится, когда ты злюка, — восхищённо пробормотал Ян, глядя на неё с какой-то неведомой нежностью.

Лина хмыкнула, но он, смеясь, притянул её к себе и обнял, а я стояла, чувствуя, как моё сердце начинает биться быстрее.

Двери распахнулись, и в комнату вошел Илья, мимолетным кивком приветствуя всех, кроме меня. Он будто не замечал моего существования, демонстративно игнорируя.

Меня это даже забавляет.

Нужно признать, что в этом мире он по-настоящему неотразим. От него веет самоуверенностью, силой и опасной притягательностью.

Белая рубашка облегает его мускулистое тело, подчеркивая каждую линию, а брюки безупречно сидят на его сильных бедрах.

Теперь понятно, почему я без ума от него.

Митлеев приблизился, став прямо за моей спиной, и его запах окутал меня, будто пленяющий аромат, от которого невозможно было избавиться.

Вдруг я почувствовала его теплое дыхание у самого уха, и тело мгновенно покрылось мурашками.

— Для кого так стараешься, мышь? — в его голосе звучала явная усмешка. — Пытаешься привлечь внимание жениха своей сестры?

Мое сердце билось, как сумасшедшее.

Никогда прежде Илья не позволял себе так со мной разговаривать.

Но, заставив себя улыбнуться, я ответила едва слышно, так, чтобы услышал только он:

— Возможно.

Рука Ильи невзначай скользнула по моей спине, медленно опускаясь ниже. Его прикосновения были одновременно нежными и угрожающими, словно обещание наказания.

Мужчина замер на мгновение, его рука остановилась на грани дозволенного — дальше начиналась территория, где каждый шаг грозил обернуться катастрофой.

Меня переполняли противоречивые чувства.

В моей реальности жених никогда не позволял себе так вести, и даже когда единожды пересек границу, на то были причины — алкоголь и гнев.

— Если ты думаешь, что, натянув вещи своей сестры, сможешь превратиться в нее, то ты глубоко ошибаешься, — его голос прозвучал угрожающе, каждое слово было пропитано холодной ненавистью.

Я скосила взгляд на свою сестру, которая только что присоединилась к остальным. Мелисса была облачена в белое платье с глубоким декольте, демонстрируя всем свою великолепную грудь.

Родственники тут же окружили ее, словно пчелы, притянутые сладким медом. Я осталась стоять на месте, чувствуя на себе взгляд Ильи, который, казалось, старался уничтожить меня одним лишь присутствием.

Моя сводная сестра, как бы случайно, посмотрела в нашу сторону и ухмыльнулась, прежде чем снова переключить внимание на шутку Яна, рассмеявшись. Я почувствовала, как Илья напрягся.

Пазл начал складываться. Очевидно, что между ними что-то было, но пошло не так, как планировалось. Теперь она связана с другим.

— Ты не стоишь её и гроша, мышь, — зашипел Илья, его голос был полон презрения.

— Согласна, — ответила я холодно, натягивая на себя маску Ледяной Королевы. — Я стою миллиардов.

Мужчина замолк, и его давление уже не ощущалось столь удушающим. Я не позволю никому меня унижать. Вдохнув полной грудью, я почувствовала, как уверенность наполняет каждую клеточку моего охеренного тела.

Я развернулась и, с высоко поднятой головой, направилась к своей семье. Мелисса, заметив мой подход, отошла в сторону, пропуская меня, но я чувствовала её внимание. Она всегда играла на публику, и её ухмылка не могла скрыть внутреннюю борьбу.

— Твой макияж просто потрясающий, Иза. Никогда бы не подумала, что ты так умеешь, — произнесла сводная сестра с улыбкой.

Все стали хвалить меня и поддержали слова Лисы.

Её слова звучали искренне, но в них было что-то неуловимо двойственное.

Она что, ревновала Илью ко мне?

Или это была её обычная игра, в которой она всегда пыталась уколоть меня, оставаясь внешне безупречной? Её взгляд на мгновение задержался на мне, и в нём промелькнула тень какого-то чувства, которое я не могла точно определить. Было ли это скрытое презрение или, может быть, зависть? Я решила не поддаваться на её провокацию и удержала спокойствие.

Вдруг раздался голос нашего дворецкого, разрезая напряжённую тишину, словно нож по натянутой струне:

— Леди и джентльмены, Владислав Дмитриевич прибыл.

Двери огромного зала распахнулись, и в помещение вошел мужчина высокого роста с холодным взглядом. Его шаги мягко отдались по мраморному полу, отражая роскошь и величие нашего дома.

Дворецкий, одетый в строгий костюм, проводил Владислава Дмитриевича в просторную гостиную, где уже собрались все мы. Мужчина скользнул взглядом по собравшимся, его лицо оставалось невозмутимым, но в его глазах читалась тень высокомерия, присущая человеку, привыкшему к власти и контролю.

Когда Мелисса заметила Влада, её глаза загорелись, и она бросилась к нему, словно забыв о своих шпильках, полностью отдавшись страсти, которая вспыхнула в её душе. Её поцелуй был не просто страстным, а пылающим, как огонь, обжигающим всё на своём пути.

Я смотрела на это с отвращением, словно стала свидетелем какой-то извращённой игры.

Имя, которое снова и снова звучало в моей голове, казалось, било в колокола, пробуждая воспоминания, затерянные в тумане.

Владислав.

Владислав Дмитриевич.

Что-то скользкое и неуловимое мелькало на границе моего сознания, как ускользающая нитка в лабиринте забытых грёз. Важная деталь, возможно, ключ к моему настоящему, к прошлому, которое я больше не могла вспомнить. Почему я ничего не помню?

Что произошло вчера?

И вдруг Влад открыл глаза. Его взгляд впился в меня, словно острый клинок, пронзая до самого сердца. В его глазах читалась сила, которая могла как разрушить меня, так и спасти.

Я не могла понять, что со мной происходит. Время словно замедлилось, и каждый вдох давался с трудом, словно воздух вокруг стал плотнее. Я смотрела на Влада и чувствовала необъяснимую дрожь, пробирающуюся до самых костей. Его лицо казалось знакомым, но не так, как знакомы лица друзей или родных. Это было иное — тёмное, тревожное ощущение, как будто нас связывало что-то давнее и зловещее.

Мурашки покрыли мою кожу, пробегая ледяными шипами по позвоночнику. Мне захотелось отвести взгляд, но что-то удерживало меня на месте. Влад медленно подошёл ко мне, и в этот момент я заметила Мелиссу, стоявшую рядом с ним. Она ехидно улыбалась, её глаза блестели злобой, словно она знала что-то, чего я не понимала.

Я резко обернулась, ощущая, как тьма сгущается вокруг. Моя семья стояла в кругу, их лица были искажены безумными улыбками, полными нездорового веселья. Ужас сковал меня, когда я увидела Яна. Мой брат держался за бок, из-под его пальцев сочилась кровь, но он смеялся, громко и пронзительно, словно весь мир стал ему безразличен.

Лина стояла неподалёку, её лицо было смертельно бледным. В её руке торчал огромный осколок, а кровь стекала на белый мраморный пол, образуя зловещие узоры. Глаза девушки были пустыми, она смотрела прямо перед собой, не замечая ничего вокруг.

Я отвернулась, надеясь, что этот кошмар прекратится, но вместо этого увидела своего отца. Он был полностью покрыт чьей-то кровью, а его лицо искажалось гримасой безумия. Моя мачеха стояла рядом, её волосы разметались, глаза горели безумием, и она тихо бормотала что-то себе под нос.

Илья стоял на коленях, его лицо было мокрым от слёз. Он плакал над телом своего отца, которое лежало перед ним, словно появившееся из ниоткуда. Его рыдания были тихими, но настолько отчаянными, что сердце сжалось от боли.

Я хотела закричать, бежать прочь, но ноги не слушались меня, а холодный ужас цепко держал меня на месте.

Влад шагнул ко мне, и прежде чем я успела что-то понять, его руки сомкнулись вокруг моей шеи, поднимая меня в воздух. Я чувствовала, как мои ноги беспомощно болтаются над полом, а дыхание с каждым мгновением становилось всё более затруднённым.

Его глаза были черны, как ночное небо без звёзд, лишённые всякого намёка на жизнь или сострадание. Это был взгляд существа, лишённого души, машины, выполняющей заложенную программу.

С каждой секундой его хватка становилась всё крепче, и я уже не могла сдержать отчаянные попытки вдохнуть хоть немного воздуха. Лёгкие кричали от боли, но воздух не поступал. Я цеплялась за его руки, стараясь освободиться, но мои усилия были напрасны.

— Почему ты это делаешь? — хрипло спросила я, из последних сил пытаясь удержаться в сознании. Мой голос звучал чуждо, сдавленно, как будто он исходил из глубин какого-то далёкого кошмара.

Влад на миг замер, его лицо оставалось бесстрастным, без намёка на эмоции. Когда он наконец заговорил, его голос был низким, лишённым тепла, как будто это были не его слова, а слова кого-то другого, произнесённые через него.

— Дети платят за грехи своих родителей, Принцесса, — произнёс он, особенно выделяя последнее слово.

Словно по команде, мир вокруг меня начал меркнуть. Мои руки ослабли, и всё, что я могла почувствовать, это холод, медленно охватывающий всё моё тело. Сознание ускользало, погружая меня в темноту.

В последний момент, перед тем как провалиться в бесконечную пустоту, я поняла одно:

Это конец.

Конец моей жизни.

Не думала, что моя жизнь оборвётся так скоро, так внезапно.

Я всегда верила, что моё будущее ещё впереди, но оказалось, что оно завершилось, так и не начавшись.