●Глава 39●
По согласованию с лордом-ректором, на следующий день, ещё до того как я решила спуститься и позавтракать, мне доставили письмо о том, что меня временно снимают с уроков на неопределённое время.
Но это не значит, что я буду предоставлена сама себе.
Меня просто переводят на индивидуальное обучение. Остальное же мне придётся нагонять в послеобеденное время.
Сегодня мне надлежит взять учебники по списку.
Потом, после завтрака, мне нужно отправиться на полигон к мастеру Берну, там будет медитация и первая теория по обороту.
Затем, на защищённом от всех угроз полигоне, меня будет ждать тренер Кропс для тренировки физической выносливости. И то, что после мне крайне рекомендован отдых и полноценное питание, навевало на мысль, что я буду еле волочить ноги.
Феникс внутри меня фыркнул. А потом рассудила, что это раньше мне было тяжело на тренировках, когда я была слабой тенью себя прежней.
Моя стихия согласно заклокотала внутри.
Ну что ж, тогда не буду паниковать раньше времени.
Мой огонь разгорался во мне, придавая сил и уверенности. Я облачилась в спортивную форму: узкие эластичные брюки черного цвета и тунику. Волосы собрала в небрежный, но крепкий пучок.
Когда я спустилась в столовую академии, там уже было довольно многолюдно. Столовая была большой и просторной, с высокими окнами, через которые пробивались первые лучи утреннего солнца.
Длинные столы были заняты студентами, которые оживленно беседовали, но как только я вошла, разговоры начали стихать.
О том, что я представительница древней и редкой крови, было не секретом. Такое не утаить.
На меня обратили внимание все. Я ощущала на себе настороженные и любопытные взгляды.
Никто не видел живых фениксов уже много сотен лет, и моя новая сущность вызывала у всех неподдельный интерес.
Я прошла мимо столов, стараясь не обращать внимания на окружающих, и подошла к раздаче с едой. Выбор был богатым: свежие фрукты, овсянка, тосты, яйца, йогурт.
Взяла тарелку и положила на неё несколько кусочков фруктов, немного овсянки и тост. Завершив свой выбор чашкой чая, я направилась к свободному столу.
На полпути ко мне подошли Лина и Тарек. Лина, со своими яркими, как солнце, волосами и весёлым взглядом, и Тарек, всегда спокойный и уверенный в себе, с лёгкой улыбкой на губах.
— Лалиса, доброе утро! — приветствовала меня Лина, приобнимая за плечи.
Вокруг воцарилась идеальная тишина, все даже стучать вилками престали. Неужели подумали, что я способна спалить друзей, убить или съесть?
Феникс внутри меня разреженно фыркнула.
— Привет, как ты? — добавил Тарек, заглядывая мне в глаза.
— Доброе, — ответила я, искренне улыбаясь. — Давайте сядем.
Мы направились к свободному столу у окна и сели. Я положила тарелку перед собой и, наконец, начала есть. Фрукты были сладкими и сочными, овсянка — тёплой. Я поняла, как сильно нуждалась в этой простой, но необходимой пище.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила Лина, откусывая яблоко. — На тебя и раньше все смотрели, потому что ты заполучила самого представительного холостяка империи, а теперь вообще глаз не сводят.
— Да, это внимание дико нервирует, — призналась я.
— Ну и идиоты они. Не заморачивайся. Пусть ты и выглядишь иначе, — Тарек нахмурился, но его взгляд оставался доброжелательным. — Здоровее, хищнее. Ты всё ещё наша Лалиса.
Я кивнула, чувствуя, как благодарна друзьям.
— И мы поможем тебе освоиться с твоей новой сущностью, если что, — добавил Тарек. — Что бы ни случилось, ты можешь на нас рассчитывать.
Я улыбнулась, чувствуя, как тяжёлый груз спадает с моих плеч. Их слова и поддержка давали мне силы, которых мне так не хватало. Я знала, что с такими друзьями, как они, я смогу преодолеть любые трудности.
Пока мы разговаривали, я заметила, что некоторые студенты продолжают смотреть на меня с интересом и удивлением.
Было немного неловко ощущать себя в центре внимания, но я понимала их любопытство.
Живой феникс — это нечто из легенд и мифов, и я была первым подтверждением этих сказок за много сотен лет.
— Все равно смотрят на меня. Неужели так будет всегда? — тихо спросила я у Лины и Тарека.
Лина хихикнула.
— Конечно, заметили. Ты теперь местная знаменитость, Лалиса. Фениксы — это нечто невиданное.
Тарек кивнул.
Потом я уже старалась не смотреть по сторонам, и мы спокойно позавтракали. Видимо, придётся смириться с повышенным вниманием ко мне.
А потом я рассказала друзьям, что меня пока сняли с занятий. Они сказали, что обязательно будут приносить мне конспекты после пар, и я ничего не пропущу.
После завтрака я направилась к тренировочному полигону, где меня уже ждал мастер Берн. Он встретил меня у входа, и я сразу почувствовала его уверенность и спокойствие.
— Лалиса, доброе утро, — приветствовал он меня с улыбкой. — Сегодня у нас будет медитация и первая теория по обороту. Это важные шаги на пути к пониманию себя и своей силы.
Я кивнула и последовала за ним.
Мы остановились на небольшой поляне, окружённой высокими деревьями, защищающими нас от внешних взглядов и шумов.
Мастер Берн указал мне на место под деревом, и я уселась, скрестив ноги.
— Медитация — это ключ к гармонии с твоей новой сущностью, — начал он. — Закрой глаза и сосредоточься на своём дыхании. Почувствуй, как воздух заполняет твои лёгкие и медленно вытекает обратно. Позволь своему сознанию успокоиться.
Я закрыла глаза и начала дышать, как он сказал. Воздух был прохладным и свежим, наполняя меня спокойствием. Вскоре я почувствовала, как все тревоги и страхи начинают исчезать. Мой разум становился чистым и ясным, а внутри разгорался мягкий огонь.
— Теперь сосредоточься на своём внутреннем огне, — продолжил мастер Берн. — Почувствуй, как он разгорается в тебе, наполняя тебя силой и энергией. Это твой феникс, твоя новая сущность. Прими его и позволь ему стать частью тебя.
Я почувствовала, как огонь внутри меня начал расти, становясь всё ярче и сильнее. Он не обжигал, а наоборот, дарил ощущение тепла и силы. Моя сущность начинала сливаться с огненной стихией, и я ощущала, как мы становимся единым целым.
— Хорошо, Лалиса, — произнёс мастер Берн, когда медитация подошла к концу. — Ты справилась отлично. Теперь перейдём к теории оборота.
Мы встали и направились к небольшому столу, на котором лежали несколько книг и свитков. Мастер Берн открыл одну из книг и начал объяснять:
— Оборот — это процесс, при котором ты полностью принимаешь свою фениксовую форму. Это требует большого контроля и концентрации. Ты должна научиться управлять своим огнём и не позволять ему выйти из-под контроля. Первый шаг — это научиться чувствовать свою сущность и направлять её.
Он объяснял мне основы теории, показывал примеры и приводил аналогии, чтобы я лучше понимала процесс.
Я внимательно слушала, стараясь запомнить каждое слово.
Это было сложно, но я знала, что смогу справиться.
— Отлично, Лалиса. Продолжим уже в другой раз.
Следующим этапом была физическая тренировка с тренером Кропсом. Я отправилась к тренировочному полигону (он был совсем рядом), где меня уже ждал этот строгий и опытный наставник.
Тренер Кропс был известен своей требовательностью и бескомпромиссностью, и я знала, что тренировка будет нелёгкой.
— Привет, Лалиса, — произнёс он, когда я подошла ближе. — Сегодня мы будем работать над твоей физической выносливостью. Это важно не только для твоего тела, но и для контроля над твоей огненной сущностью.
Мы начали с разминки, которая включала бег и растяжку. Затем перешли к более интенсивным упражнениям: прыжки, отжимания, упражнения на пресс и ноги. Тренер Кропс не давал мне передышки, заставляя выкладываться на полную.
Феникс внутри меня реагировал на физическую нагрузку по-своему. Сначала было трудно, но затем я почувствовала, как огонь начинает поднимать меня, давая силы и энергию.
Моя усталость отступала, а вместо неё приходило ощущение силы и выносливости. С каждым упражнением я чувствовала, как моё тело становится сильнее, а огненная сущность помогает мне справляться с нагрузками.
Тренировка продолжалась несколько часов. Мы отрабатывали разные техники, тренировали скорость и выносливость. Тренер Кропс следил за каждым моим движением, корректировал ошибки и давал советы.
— Ты справляешься лучше, чем я ожидал, Лалиса, — произнёс он, когда тренировка подошла к концу. — Твой феникс действительно даёт тебе силы. Но не забывай, что контроль над ним требует постоянной работы и тренировок.
Я кивнула, тяжело дыша. Мои мышцы горели от напряжения, но внутри я чувствовала удовлетворение. Я справилась с тренировкой и доказала себе, что могу быть сильной и выносливой.
После тренировки я направилась к своему жилью, ощущая, как усталость начинает накатывать волнами. Тренер Кропс был прав: мне нужен был отдых и полноценное питание.
Я сбросила с ебя спортивную форму, приняла горячий душ, чтобы расслабить мышцы, и затем переоделась в обычную форму, состоящую из плиссированной юбки до колен, белой рубашки, пиджака, светлых гольф и туфелек. Волосы собрала в высокий хвост.
Кажется, я была самым голодным фениксом на свете. А еще мне очень требовалось мяса. В столовой я не встретила друзей. У них все еще были пары, как и у подавляющего числа адептов.
Кажется, я уже начала быстро привыкать к повышенному вниманию или же просто была дико голодной. В любом случае, перешёптывания за спиной и прожигание моей фигуры взглядами не смогли испортить мой зверский аппетит.
Еда была вкусной и питательной. На удивление усталости я почти не чувствовала. Огонь внутри меня стал мягким и тёплым, оберегая меня и моего дракончика.
Я вышла на улицу и решила прогуляться до своей старой комнаты, если можно так сказать, ведь прожила я там всего сутки. Список с учебниками лежал в кармане. Библиотека всё равно работала до полудня, так что не было смысла торопиться.
Уже несколько дней я не видела Гука. Не то чтобы меня это беспокоило, но всё же тревожило.
Мне хотелось кое-что у него спросить, ведь он мастерски уходил от моих вопросов. Но особой причины для встречи практически не было.
Расписание мне передал посыльный, и это о многом говорило.
Муж дистанцировался от меня.
Я опустила глаза на руку. О том, что у меня не было живого места на ней, теперь ничто не напоминало.
Чонгук знал, что я смогу пройти перерождение. Он верил в меня.
Внутри полыхнул огонь, но тут же стих.
Да уж.
Никогда бы не подумала, что силы мне будет давать обида на мужа и желание доказать ему, что я справлюсь сама. А ещё мой малыш.
Я хотела забрать кое-какие вещи из своей комнаты. Потому прогулочным шагом направилась в сторону общежития.
Поднялась на свой этаж. В холле мимо проходили адепты.
Меня сторонились и опасливо наблюдали со стороны. А некоторые с любопытством. Не могла сказать, что это причиняло большой дискомфорт. Ведь я и так привыкла быть изгоем своего рода. И только Лина и Тарек были рядом. И я была благодарна им.
Потянулась ключом к двери, чтобы распахнуть её, но замерла, потому что из комнаты напротив выходила моя сестрица.
В её руках была коробка, набитая вещами. Уродливая щека напоминала о том, что произошло не так давно.
Она медленно и высокомерно обвела меня взглядом и остановилась на идеально гладкой руке. Элизабет тоже была в курсе того, кто я.
Её внешнее уродство никак не сбило спесь с нее, и потому она скривилась при виде меня.
— Чудовище, — злобно выплюнула она.
Я не ответила, лишь вздёрнула бровь. Сестрица подошла ближе, всего пара шагов разделяла нас.
Даже с уродливым шрамом на щеке она выглядела дорого. Была в бордовом платье до колен, что подчёркивало её тонкую фигуру, жакет был сдержанным и элегантным, а на голове была чёрная вуаль, красиво спускающаяся на травмированную щёку. Она несла свои шрамы с достоинством.
— А тебя так и не закрыли за нападение? — хмыкнула я. Вроде бы было сказано, что её привлекут к ответственности. Надеюсь, она будет значительной.
— По твоей милости я тут больше не учусь.
— Не могу сказать, что не рада этому.
— Думаешь, выиграла счастливый билет? Он тебе напел в уши, что между нами всё было несерьёзно, — довольно оскалилась сестрица. Я напряглась, сразу же понимая, о чём она. — Это так типично для мужчин. Сначала гульнуть, а потом, когда надоест, прискакать к супруге под бок.
— Эли, мне не интересно слушать тебя, — я хотела отвернуться, но потом вспомнила, что к такой как она лучше не поворачиваться спиной.
— Вот уж нет! Дам тебе совет напоследок. Не верь ему, что между нами ничего не было, — она довольно сверкнула глазами. — Мы спали с ним с момента свадьбы.
«Ну это я знаю, что-то такое и он мне говорил». Только вслух ничего не сказала. Лишь покачала головой.
— Не веришь. И что он вообще нашёл в тебе. Ни кожи, ни рожи. Бревно. Истинность? Смех. У тебя даже сейчас нет никакой метки, — она кинула взгляд на моё чистое запястье.
— Элизабет. Давай уже разойдемся. Не хочу ничего слушать.
— Ха! Ты такая дурочка, что веришь ему. Но правда в том, что он наслаждался моим телом, а я его. Я знаю каждый шрам на его теле и каждую родинку, каждый литой мускул… — изливала желчь сестра. А я напряглась.
— Да-да. И каждое родимое пятно… — дополнила я, а сестрица торжественно улыбнулась.
— Именно. От меня не укрылся ни один участок его кожи. Он истинный воин и шрамы его только украшают.
Я не знала, смеяться мне или нет.
Ведь я точно знала, что, несмотря на войну и сражения, на теле Чонгука не было ни шрамов, ни родинок, ни уж точно родимого пятна.
Единственный шрам был на виске. Но сестрица явно говорила не о нём.
— Ты о шраме на виске? — уточнила я.
— Дура, — надменно скривилась она. — Я обо всех говорю шрамах и доблестных отметинах на его шикарном теле. Впрочем, ты мало смыслишь в мужской красоте. Так что всё у нас было. И пусть тебя грызёт эта мысль. Не даёт покоя.
— Ты забыла сказать, что и бельё он тебе покупал, которое ты так удачно забыла у нас в спальне. Напомни мне, чтобы и об этом я думала бессонными ночами.
— Именно. Все мои комплекты были лично куплены твоим мужем. Жалею только о том красном, ведь оно было слишком дорогим. Но пусть остаётся у него на память.
— Оно красное.
— Да. Последняя коллекция мадам Беатрис. На мне Чонгук никогда не экономил.
Элизабет, наверное, хотела вывести меня из себя. Да только не смогла.
Я рассмеялась. Нервно. Надрывно. Покачала головой. Посмотрела по-новому на сестрицу. Неужели в нас течет одна кровь?
— Точно Чонгук купил? Тот красный комплект? — снова уточнила.
— Абсолютно. Не сомневайся.
— Конечно, нет. Твой моральный образ не даёт усомниться в твоих словах.
А потом я всё же толкнула дверь в комнату и захлопнула её перед самым носом сестрицы.
Чонгук не выносит красное.
Это цвет крови.
Её было слишком много в его жизни.
Это его слова.
Я их хорошо помню.
Дура-сестрица сделала ровно наоборот, учитывая, что Чон вообще ничего не говорил об их отношениях и не просил прощения у меня, или пытался что-либо объяснить.
А тут такие не совпадения. У Гука нет изъянов на коже, и красное он точно не выносит.
И вот теперь у меня возникает только один вопрос.
Какого черта вообще происходит?
Так была измена или нет?
Судя по тому, как Элизабет хотела убедить меня в этом, её не было.
Но зачем Гуку заниматься таким?
Что за бред, бездна побери!
Выходит, он не изменял мне!
Я еще некоторое время стояла и тупо пялилась в окно.
Вывод был один.
«Малыш, твоя папа идиот. Или безумец».
Только потом я решила все-таки сделать то, зачем пришла сюда. Собрать свои вещи.
Но заметила, что в комнате стояло кресло. Его тут не было.
А ещё кровать была измята и вся в крови.
Что тут произошло? Чонгук был ранен?
А его дистанцирование… Почему он оттолкнул меня, почему вёл себя как урод?
В чём причина?
Она точно должна быть.
Ну разве что кроме той, что я озвучила нашему сыну.
«…твой папа идиот. Или безумец».