Часть 148. О прошлом.
— Да... — неохотно протянула я, словно очнувшись. — Извини, просто он...
— Думает, что я препятствую вашим отношениям. Его можно понять. Я хотел убедиться, что у него нет тёмных намерений. Хоть и я не могу понять твой выбор, я не учуял в нём ничего, из-за чего стоило бы напрягаться.
— Я и не сомневалась. — улыбнулась я, отпив немного из бокала. — О чём ещё вы говорили?
— Он хотел убедиться, что наши с тобой отношения дружеские. Не то, чтобы он тебе не доверяет. Он не доверяет мне. Я сказал ему, чтобы он не переживал. Мы не можем чувствовать то, что чувствуете вы — души или рождённые. Мы создания Бога. Нам не свойственна любовь.
Сначала мне подумалось, что я неправильно услышала его, однако потом всё же убедилась в обратном.
— А как же Люцифер? Он же любил Лилит. И Адам тоже.
— Адам не созданное Богом существо. Он был создан Высшими. А Люцифер... Этим он отличился. Он полюбил и некоторым показалось, что это своего рода "дефект". Его идеи о создании мира были отличны от наших. Это спровоцировало подозрения и когда он открыто заявил о... О любви к Лилит, нам пришлось изгнать его.
— Изгнать за... за любовь? — презрительно произнесла я.
— Последний каплей стало Яблоко. Он шёл против правил, хотел нарушить созданный нами порядок. Хотел, чтобы существовало равновесие Добра и Зла.
— Но ведь он оказался прав! — возмутилась я. — Должен существовать баланс!
— Когда он дал Еве плод познаний, он и выпустил то зло. Да, оно стало противовесом Добру, однако он поплатился за это. Изгнанием в Ад.
— Вы знали, что в конце концов он был прав и не исправили свою ошибку?!
— Амани, баланс был бы всегда, но из-за него чаша со Злом начала перевешивать. Поэтому мы заперли Ру. Зло поглотило её. — я хотела вновь возмутиться, но Азраэль меня перебил. — Если бы Люцифер был жив, он мы бы извинились и перед ним. Но само изгнание было тяжёлым, однако правильным решением. Из-за него порядок действительно пошатнулся. И это правда в своём горьком обличие. Он не знал, к чему это приведёт. Он хотел помочь ей.
Я сидела, наклонив голову на ладони и опустив свой задумчивый взгляд вниз. Ранее я уже гадала, что произошло тогда и теперь Азраэль мне всё рассказал. Было тяжело решить, что чувствовать, ведь эмоций сейчас было много. Я плохо знала Люцифера, но всё-таки любила как отца. И Адама тоже успела.
— Мне правда жаль... Жаль, что всё произошло именно так.
— Это было тысячи лет назад. — подняла я голову. — Думаю, нужно простить и забыть. Люцифер бы так и сделал. Иначе у него не было бы Чарли.
— За Люцифера.
— За Люцифера.
По кабинету раздался приятный звон и мы снова опустошили бокалы.
— Чарли очень сильно напоминает мне брата. Я скучаю по нему, а в ней вижу Люцифера. Он часто присылал нам её детские фотографии. Она была довольно милым ребёнком.
— Очаровательно. — едва улыбнулась я, представив трёхлетнюю Чарли, играющей с резиновыми уточками отца.
— Жаль, что ты никогда этого не ощутишь.
— Я смирилась с этой мыслью... Думаю, мне уже надо идти. Хочу успеть к ужину.
— Но... Время уже почти десять вечера.
Я, не поверив на слово, включила телефон и очень удивилась, когда увидела, что время действительно позднее.
— Ох, чёрт... Извини, Аз. Мне правда пора.
— Был рад встрече. — поклонился он.
— Я тоже. Спасибо за всё.
Я открыла портал и шагнула в свою комнату, которую накрывал тусклый свет, исходящий из прикроватных ламп на столиках. В кровати лежал Аластор, одетый в пижаму, и держал в руках какую-то книгу. На лице засела повседневная улыбка, а глаза наконец поднялись на меня.
— Я уже смирился, что ты отлучилась на ещё один год.
— Извини, время прошло так быстро. Я говорила с Высшими о проекте, который хочу начать с того момента, как надену корону.
Рассказывала я Аластору из гардеробной, параллельно подбирая ночное платье. Накинув одно на предплечье, я вышла в спальню с улыбкой на губах от мысли, что всё ещё может получиться.
— Ты поэтому так и сияешь от счастья?
— Ал, — подошла я к нему, — Я королева, я практически замужем и я всё ещё не теряю надежды.
Я наклонилась к нему и прижалась к его манящим губам. Однако Аластор быстро оторвался, учуяв запах.
— Обсуждали проект, говоришь?
— Я выпила не так уж и много. — выпрямилась я, складывая руки на груди.
— И сколько?
— Я не помню. Но не много!
— И на голодный желудок? Я полагал, ты умеешь пить.
— Слушай, от шампанского я не могла отказаться. А говорить, что я весь день ничего не ела, я не пожелала.
— Амани, ты ведь знаешь последствия?
— Да, знаю. Меня уже тошнит. — неохотно призналась я. — Я ведь не умру. Кстати, я пригласила всех на нашу свадьбу.
— Что-что, прости? — спросил он, качнув головой.
— А что? Они нам не чужие и, к тому же, они мне помогли со многими вещами! Я была обязаны пригласить их!
— Амани, нельзя было обговорить это со мной? Всё-таки это наше общее мероприятие.
— Ал, почему ты так плохо к ним относишься? Они довольно славные ребята. — повела я плечом.
— К огромному сожалению, я не разделяю твою точку зрения. — вновь отдал он всё своё внимание книге.
— Как скажешь, но они уже заявили, что придут.
Оставив его с книгой в руках и положив чужие письма на трюмо, я ушла в ванную комнату. Возможно, мне действительно стоило посоветоваться с Аластором, прежде чем приглашать Высших на нашу свадьбу. Но даже это не могло испортить мне настроение. Больше всего я сейчас хотела чего-нибудь перекусить и лечь спать, ведь завтра мне ещё идти к Вельвет на мерки для свадебного платья, а послезавтра отвести туда Аластора, а на следующий день зайти к Рози, ведь я ей обещала навестить её.
Выйдя из ванной, у меня уже не осталось никаких сил, чтобы использовать их для перемещения на кухню и что-нибудь себе приготовить. Я свалилась в кровать лицом в подушки, а через минуту, когда дышать уже стало сложным, я повернулась к Аластору, что всё ещё держал в руках книгу и заинтересованно пробегался по ней глазами.
— Извини. — кротко произнесла я. — Мне действительно стоило обговорить это с тобой. Всё-таки это должен быть лучший день в нашей жизни.
— Ma petite souris, любой день проведённый с тобой я считаю лучшим. И никакие ангелы мне его не испортят. — произнёс он, не сводя взгляда со страниц.
Эти слова заставили меня улыбнуться.
— Голодна?
— Я слишком устала, чтобы пойти и что-нибудь готовить. К тому же, через несколько минут я всё равно вырублюсь.
— Я не позволю тебе заснуть голодной. — сказал Ал и в эту же секунду растворился чёрной дымкой в кровати.
— Нет, Ал, не надо... — не успела я сказать, снова роняя голову в подушки.