Проданная Душа. Отель Хазбин.

Взяв бинт, он начал осторожно обматывать им мою руку. Боль утихала, но рана все ещё щиплет. Сквозь неприятные ощущения я чувствлвала всю нежность его рук и заботу взгляда, хоть тот и выражал напряжённость. Проведя бинт между указательным и большим пальцем, он обмотал мою руку ещё пару раз и закончил с ней.

— Чем ты думала, когда эта авантюра пришла тебе в голову?! — ворчал он.

— Других вариантов не было.

Не поднимая глаз, я подставила второе запястье и с ней он проделал то же. И на этот раз я уже была готова к этой боли, но все же поморщилась от болезненных ощущений.

— Спасибо. — прошептала я, когда Аластор завязал бинты.

Тот не выпустил мою руку, задерживая взгляд на ней, большим пальцем поглаживая тыльную сторону ладони. Осторожно приподняв ее, он трепетно и бережно коснулся губами моей руки.

Я подняла взгляд и снова посмотрела на него. А он сам всё улыбался, не показывая клыков, но брови были его сдвинуты.

Мои глаза самовольно спустились на его губы и я вспомнила, какими тёплыми они были полгода назад. Вспомнила каждый его поцелуй на своем теле. Вспомнила те самые ощущения и во мне родилось острое желание повторить хотя бы ту небольшую долю желанного сладострастия.

И снова время перестало существовать. Все в мире словно исчезло, оставляя только меня и его.

Я неосознанным плавным движением приближалась к нему, и мне казалось, что тот делал то же. Неужели он всё-таки тоже хотел этого? Я потянулась к его губам, прикрывая глаза в ожидании великого чуда.

И оно случилось.

Мгновением позже я ощутила на губах теплый поцелуй. Нежный, осторожный и поверхностный. Он слегка прикусил мою нижнюю губу своими мягкими устами.

В животе словно что-то взорвалось, будто сотни бабочек ожили в один чудный миг, распространяя тепло где-то в опустевшей груди.

Не было ни сплетающихся языков, ни скользящих движений губ, ни тех любящих укусов. Был простой поцелуй, что длился от силы пару секунд. Пара драгоценных мгновений. Я не успела зайти дальше, чувствуя, как тепло медленно покидает меня.

— Это было лишним.

Внутри растеклось отчаяние, обида и брезгливая жалость к самой себе. Открыв глаза, я увидела, как демон поднялся и уже хотел стремительно покинуть мою комнату, словно от чего-то убегал, но я его остановила, схватив за руку.

— Но... Ал... — почти прошептала я, не зная, какие именно слова из тысяч нужно озвучить.

— Думаю, тебе нужно отдохнуть. — натянул он будничную улыбку и слегка приподнял брови, — Добрых снов, ma petite souris. — произнес он через плечо и исчез, захлопнув за собой дверь.

Я не знала, что он сказал, но эти французские слова я слышала только в тот период жизни, когда он хотел, чтобы я знала, что он любит меня. И не только страным поведением и действиями.

Вновь чувство одиночества заполнило эту комнату и по щекам новой партией покатились слезы.

Только я снова глотнула свободного воздуха, как вновь оказалась скованной. Только я снова ощутила на себе касания любимого, как вновь оказалась отвергнутой. Без причины.

Положив голову на влажную от слез подушку, я погрузилась в спасительную темноту...

Открыла глаза я только под вечер. Сперва мне подумалось, что поцелуй с Аластором был лишь частью черного сна, но позже мне в голову пришло, что это тепло на устах и в душе просто так не привидится.

Мы поцеловались... Спустя полгода я снова почувствовала его рядом.

Я спустилась вниз на радостные голоса и стук стеклянных стаканов.

Все сидели у бара и выпивали, отмечая недавнюю победу. Когда я вышла перед ними с лёгкой улыбкой на губах, те резко замолчали, а контуры ртов их спали до напряжённых поджатий губ.

Энджел стремительным шагом подошёл ко мне и прижал к себе всеми руками.

Вот бы Молли это видела...

— Спасибо, Амани. — произнес он тихо. — А теперь... Какого хрена это было?! — отпрянул он на шаг назад, схватив за плечи и светлая меня осуждающим взглядом.

— Да! Нельзя было как-то без... этого?! — проворчал бармен, указывая на мои глаза.

— Не-а.

— Амани, ты как? — спросила Чарли, подходя ко мне со стаканом в одной руке и проведя по моей щеке другой, тревожно вглядываясь в мои глаза.

— Все хорошо. Я правда в порядке. — утешила я.

— Поздравлю с-с-с победой, принцесса. — прошипел Пентиус.

— Спасибо, Пен.

— Я так и не поняла. Что произошло? — спросила Вэгги.

— Я месяцами придумывала, как освободить Энджела и...

— И не нашла ничего лучше, чем это?! А если бы я, блядь, проиграл? — не успокаивался бармен за стойкой.

— Мы хотя бы пытались, Хаск! Я придумала все это довольно давно. Когда я сказала Валу, что, если мы выиграем, он отпустит Энджела и возьмёт любую душу, которой я владею, он повелся. Он был неосторожен в игре, понимая, что в любом случае получит мою душу. По нашему с Аластором договору, моя душа переходит ему в руки сразу после окончания игры, чтобы Вал не смог овладеть ею первым.

— Так... Теперь он может тебя отпустить, разве нет? — слегка качнула стакан в руке Вэгги.

— Нет, не может. Я не учла одну деталь: теперь Вал тоже является хозяином моей души. Если Аластор меня отпустит...

— Ты станешь собственностью Валентино. — Закончил Энджел напряжённо. — Амани, чем ты, блядь думала? — приложил он руку ко лбу, а после снова отвёл.

— Хватит задавать мне тот вопрос! Оно того стоило, Энджи. — успокоила я его.

— Ебанутая. — произнес Эндж и запил это слово.

— А что у тебя с руками? — внезапно подбежала Ниффти, всматриваясь в бинты.

— Пройдет, Ниф, не переживай.

— А ты разве не можешь их вылечить?

— Эти - нет.

— Почему? — снова заинтересованно вгляделась она в мои запястья.

— Это ангельские веревки. Они довольно долго заживают.

— Ниф, думаю, Амани нужно немного выпить. — отвлекла ее Вэгги.

— Читаешь мысли. — слегка улыбнулась я.

Хаск подкинул мне полный бутыль ещё закрытого виски и я поймала ее, забыв о недавних ранениях и прошипев сквозь зубы.

— Немного? — усмехнулся Энджел.

Я без труда открыла её, воспользовавшись магией. Остальные слегка посмеялись.

Весь вечер и полночи мы сидели и праздновали победу над Валентино. Иногда в разговорах снова всплывали комментарии о моей безумной идее, хоть все и были мне благодарны, учитывая, какую цену мне пришлось заплатить.

Разговоры и смех великолепной мелодией раздавались по гостиной, опьяняя сильнее, чем виски.

Ближе к полуночи Чарли ушла спать и заодно забрала Ниффти и Вэгги. Немного позже ушел и Пентиус. Когда мы остались втроём, я быстро допила до дна свой алкоголь и произнесла :

— Я спать. День был трудный, а мне его ещё переваривать перед сном.

Энджел слегка покраснел и легко улыбнулся, желая мне спокойной ночи. То же прохрипел пьяный Хаск.

И я ушла, оставляя их наедине обсудить сегодняшний день и остальные события.

Засыпала я с диким желанием увидеть Молли и рассказать ей, что я все ещё держу обещание.