Эхо порока. Том 1.

Услышав про двух мужчин от Августа, Питер мгновенно поднялся со стола, тяжелыми шагами направляясь к двери.

— Питер! — Сьюзен вскочила следом, за ней - Эдмунд и Август.

Эдмунд остановил брата, схватив за предплечье.
— Питер, если мы всей гурьбой пойдем за ними двумя - нас быстро засекут. Может сначала придумаем план?

Питер рывком вырвал руку у Эдмунда, остановившись у двери. Глаза опасно сузились, а губы сжались в ниточку. Все трое замолчали.

— Именно. — Голос стал тверже и повысился на тон, Питер сразу осекся. — Мы не пойдем гурьбой.

Взгляд Певенси метнулся с Эдмунда на рядом стоящего Августа и обратно.

— Вы остаетесь. — Коротко скомандовал он.

Перед тем, как выйти, он снова обвел двух взглядом, и на секунду он смягчился. Но он мгновенно развернулся, быстрым шагом выходя за дверь. За ним молча метнулась Сьюзен. Дверь хлопнула.

...

— Питер корит себя. — Эдмунд наконец нарушил тишину.

Они сидели наверху, в своем номере. Эдмунд сидел на краю кровати, локти упер о колени, а в руках задумчиво вертел красный кусок ткани.

Август лежал на другой койке, переводя взгляд с потолка на сгорбленного Эдмунда.

— Я знаю. — Спокойно ответил Август.

Певенси поднял взгляд на Грей, молча разглядывая мальчишку. На языке что-то вертелось, но мужская сдержанность заставляла его лишь комкать ткань в руке.

— Ты сам... как? — Наконец осторожно спросил Эдмунд, будто спрашивая что-то откровенное. — У тебя две сестры пропало. — Он прочистил горло, и выпрямился все в том же положении.

Август пару минут молчал. Он не привык, что спрашивают о его состоянии. Сейчас главным было найти девушек, а не обсуждать чувства.

— Все в порядке.

Все не было в порядке. Тревога скручивалась в груди, заставляя челюсть сжиматься, но показать он это не мог. Не привык. Привык скрывать.

Эдмунд смотрел на Августа, считывая бегающие глаза, пальцы, которые нервно перебирали край рубахи. Певенси вздохнул, и лег на кровать, не выпуская из рук ткань.

— Понимаю. — Сказал он, глядя на красную ткань в руке. — Вы попали в неизвестный мир, не можете попасть домой, вас тут только и пытаются убить. — Он издал сухой смешок. — И вам приходится возиться с нашей семейкой. Так себе подарок.

Август слабо улыбнулся, глядя на Эдмунда.

— Вообще, это наша семейка так себе для длительного проживания вместе. — Возразил Август с улыбкой.

Пауза. Улыбка на лице Августа медленно спала.

— Мы практически всегда были порознь. Быть в дали друг от друга - не такая уж и проблема. — Он устало потер ладонью лицо. — Так было раньше. Сейчас... после всего. После всего произошедшего странно ощущать, что их нет рядом. — Его тон упал до шепота. — И страшно. Страшно понимать, что они неизвестно где. Неизвестно с кем. Вдруг я больше их никогда не увижу? Вдруг мы уйдем из этого места без них? Вдруг...

— Нет. — Эдмунд встал, сжимая ткань в руке.

Он оборвал Августа, тревога которого начала резко выплескиваться. «Копил» — Понял Эдмунд про себя, подходя ближе к Августу.

Грей машинально присел. Пальцы до боли сжались в коленки, а взгляд не поднимал с пола, будто он в чем-то провинился.

— Мы найдем их. — Эдмунд положил руку до плечо Августа, крепко сжав. — Я тоже боюсь.

Август поднял голубые глаза.

— Я не люблю страх. Ненавижу его. И чувство, что я не могу сейчас ничего сделать. — Эдмунд тяжело говорил это, сжимая мозолистыми пальцами плечо Августа. — Но когда моя младшая сестра, которую я оберегал пропала - я не могу найти себе места. И...

Он резко замолчал. Затем шумно выдохнув, села рядом с Августом, касаясь плечом его плеча.

— Питер тоже такой. Он не успокоится. — Эдмунд снова начал перебирать края ткани, пытаясь занять руки. — Он переживает больше нас всех вместе взятых. Привык, что вся ответственность на его плечах. И то, что пропали три девушки и ребенок - бьет его сильнее всего. Я его вижу.

Август коротко кивал, слушая Эдмунда. Он и сам знал это. Он наблюдает за ним. Не специально, невольно наблюдает за всеми. Август научился понимать Певенси еще до того, как Эдмунд открылся.

Они молчали пару минут. Грей первым его нарушил.

— А это... — Он указал пальцем на кусок ткани в руке Эдмунда. — Ты правда думаешь, что это от платья Летти?

Руки Эдмунда замерли. До этого от бессознательно крутил и дергал ткань в руке, как игрушку, пока его мысли были далеко от нее. Когда он услышал вопрос, движения стали аккуратнее, бережнее. Будто он только понял, что держит в руках не обычный кусок ткани, а часть от Летти.

— Я не знаю. — Устало сказал он. — Но я верю. Это единственное, что может связывать меня... — Он осекся и поправил. — ...нас с ней. И я хочу верить в это.

...

Люси уложила Эмиля спать, мальчик не мог быть спокойным в новом месте, особенно когда Летти не было рядом. Наконец, он, свернувшись клубком лицом к стене уснул на том же матрасе, или так думала Люси.

Она же сидела рядом, поглаживая плечо Эмиля. Краем уха она слушала, как остальные обсуждают старосту, что происходит в городе. По крайней мере, никого из них не нашли, и это успокаивало.

— Ты не похожа на сиротку.

Люси резко обернулась в сторону голоса, как ошпаренная. У входа в комнату стояла Карла, медленно подходящая ближе. Взгляд не презрительный, скорее любопытный, с осторожностью.

— Почему? — Спросила Люси, замерев. Мысли: «Она поняла?»

Карла встала напротив, скрестив руки на груди. Она внимательно смотрела на Люси.

— У тебя руки ухоженные. — Кивнула она на руки Люси, сжимающие край матраса. — Не такие, как у сирот. Не грязные, не потрескавшиеся, без царапин. Не такие, как у нас.

Люси молчала, опустив глаза в пол. Она ненавидела врать. Ненавидела ложь. Но сейчас правда могла стоить жизни ей, Эмиля, и остальных.

— У нас была семья. И дом. — Тихо ответила она. — Просто мы сбежали. И мы не вернемся обратно.

Люси стиснула зубы. Когда она врала, казалось, что внутри расползается желчь, и она терпеть это не могла, но и рисковать не хотела.

Карла понимающе кивнула. Она подошла к окну, который был забит досками, вглядываясь в щель.

— У меня тоже когда-то был дом. И ухоженные руки. Пока родители не пропали. И... — Ее лицо, до этого серьезное и непробиваемое, пустило секунду слабости. — И я стала такой. Сначала улица, затем заброшенные дома, затем это место.

Она снова кинула короткий взгляд на Люси и Эмиля.

— Нет времени на ухоженность.

Девочка снова выпрямилась, и пошла обратно к выходу.

— Я в гостиной. — Бросила она через плечо. — Если что-то понадобиться - я там.

Прежде чем Певенси успела что-то ответить, Карла скрылась в коридоре. Люси облегченно выдохнула. «Поверила, Пронесло.» — Расслабилась она.

...

Тем временем Майя не теряла времени. Выходить было опасно, да и к тому же, куда она пойдет? Она хотела переждать время, чтобы охота на них чуть стихла. Время она решила убивать за чтением книг.

Она листала книги, чтобы найти ту легенду, которую она находила ранее, но ничего не нашла. Зато, она нашла книги с историей Нарнии.

Она сидела у пыльного стеллажа, и с каждой строчкой ее глаза становились шире. В этой книге рассказывалось о говорящем льве Аслане — она отнеслась к этому как к легенде, пока не увидела знакомую фамилию...

— «Певенси» — Прошептала девушка вслух, будто не веря глазам.

Она вновь уткнулась в книгу с удвоенной любопытством.

Рассказывалось этой книге о правлении четырех Королей и Королев. Какие были битвы, о Миразе и тельмаринцев.

Майя так увлеклась чтением, что когда она дочитала историческую книгу в совокупности о биографии Певенси, уже стемнело. Она аккуратно отложила книгу, задумчиво смотря в обложку.

— Люси Отважная, Эдмунд Справедливый, Сьюзен Великодушная... — Перечисляла Майя, с легкой улыбкой. — ...И Питер Великолепный. Интересно.