Детство разноцветное пятно
^ быстрый скетчик главной героини
Норико снова проснулась одна в пустом и теперь холодном доме. Жизнь стала унылой и тягостной после известия о смерти родителей. Ночи стали холоднее, а завтраки, обеды и ужины — совсем невкусными.
Третья мировая война шиноби только началась, но уже унесла тысячи жизней. Всепоглощающая ненависть и жажда власти, земель, превосходства всегда были причинами для глупых стариков, которых она всей душой презирала. Мир шиноби — канатная дорога, в любой момент имеющая вероятность оборваться или затрястись так, что ни один, даже самый сильный ниндзя не сможет устоять. Эта участь не обошла её семью стороной, впрочем, сейчас не хотелось об этом размышлять, она уже посвятила этому достаточно времени.
Единственное, что могло согреть и скрасить её день, — возможность ещё немного побыть ребёнком в академии, хотя там и было скучно, потому что программу девочка осилила за пару дней просмотра книжек и свитков при помощи пару лет назад пробудившегося шарингана. Крайне полезная штука. Однако то, что действительно нравилось Учихе в академии — это глупости, которые периодически делали и говорили остальные дети, а особенно один человек.
Норико шустро подошла к небольшому шкафу в прихожей, выхватив пальтишко с меховым воротником и вязаный чёрный шарф.
Учиха снова опаздывала, поэтому нужно было спешить. Глупая привычка, которая преследовала её из-за слишком большого клубка мыслей. Норико нравилось думать, подолгу вязать и развязывать узелки из бесконечного потока слов, идей, теорий. Приятно было поговорить с умным человеком. Замкнув входную дверь, девочка быстрыми шагами направилась в сторону академии.
Снег хрустел под ногами и слепил, отражая свет уже не греющего солнца. Приходилось щурить глаза и стараться не упасть. В этом году зима в Конохе была аномальной. Учиха вспоминала, как не могла привыкнуть к погоде в деревне. Почему-то в любой сезон было так тепло, а сугробы были редким явлением; чаще всего, даже если снег выпадал, он таял в тот же момент, и песчаные тропинки превращались в мерзкую, склизкую размазню. Девочка поморщилась.
Норико выдохнула морозный воздух через ткань шарфа и дёрнула дверь, ведущую в академию. Отряхнула одежду и волосы, потёрла мокрые от упавшего на ресницы снега глаза. Большинство детей уже разбрелись по классам, она увидела лишь несколько человек, смотрящих расписание. Учиха мысленно порадовалась, что успела, хотя уже придумала себе глупое оправдание для Чикэко-сенсей.
«Попала в зыбучие снега, но я очень старалась добраться в срок!» Она хмыкнула, зашла в класс и оглядела его.
Её лучший друг сидел у окна, подпирая голову рукой, и, кажется, дремал. Она ткнула брюнета в нос, выуживая из портфеля тетрадь.
— Доброе утро, соня-кун. — Норико наигранно злобно захихикала.
Мальчик сморщил нос и открыл один глаз.
— Зато тебе, я смотрю, не спится, даже пришла вовремя. Сегодня какой-то праздник или я всё-таки сплю? — Он хмыкнул, но тепло улыбнулся.
— Шисуи, мог бы начать с того, как рад, что ты не один на первом уроке. Специально для тебя бежала сюда через метель и вьюгу! — Девочка прижала руку к сердцу и упала головой на парту.
Приземление вышло неудачным, и она заойкала, потирая лоб. Шисуи громко засмеялся. В уголках глаз выступили слёзы, и он задёргался всем телом, стараясь сдержать новый приступ хохота. Чикэко-сенсей зашла в кабинет, хлопнув рукой по столу.
— Тише! Вы будущие шиноби, а в классе никакой дисциплины! — Седая женщина нахмурилась, поправляя на себе жилет чунина. «Бе-бе-бе», — подумала Учиха.
Шисуи немного успокоился, лишь иногда издавая смешки, и зашептал прямо рядом с ухом Норико:
— Всё ещё болит? — Его взгляд, хоть и сверкал озорством, стал более обеспокоенным.
Девочка мотнула головой.
552 слова