Джессика

Проснулась днем, а Алекс тихо спит рядом. Я тихонько встала, пошла в ванную, чтобы умыться и почистить зубы щеткой, которую он выделил мне. Выходя из ванной, беру телефон. После того как включила его, пришло несколько сообщений о пропущенных звонках и сообщениях. Звук не успела выключить, чем и разбудила Алекса. Он открывает глаза и смотрит на меня. Я:

– Извини, я не хотела разбудить тебя.

– Ничего, всё нормально.

Я возвращаю внимание к телефону. Читаю сообщения от девочек, в основном они просто хотят знать, почему у меня телефон отключен. И что произошло вчера между мной и Алексом. Еще много пропущенных звонков от Линды.

– Так непривычно, что у меня в комнате девушка, – задумчиво произносит Алекс, смотря на меня.

– В смысле?

– Я не приводил девушек домой. Обычно это я ночевал у них. Ну или у Джейсона. У себя дома я вообще почти не живу. – Сказав это, он встает с постели и идет в ванную комнату. Но задерживается возле меня и приподнимает рукав футболки на мне.

– Сукин сын..., – сказал со вздохом.

Смотрю туда, куда смотрит Алекс. На руке появился синяк. Потом стала осматривать руки и ноги. Везде синяки. Алекс все это видит, и я слышу, как он тяжело дышит.

– Как же мне хочется убить его, – тихо говорит и уходит в ванную.

Нервно сглатываю, пытаясь вспомнить, в какие моменты он причинил мне боль или хватал, чтобы могли появиться синяки. Не помню... Мозг начинает блокировать эти моменты. Когда вышел Алекс, я у него спрашиваю:

– Я тебе правда не мешаю?

– Нет, нисколько.

– Ладно, мне нужно что-то придумать для мамы...

– Скажи, что у Линды остаешься.

– Не все так просто, мне тяжело дается ложь.

Сажусь на краешек кровати и обдумываю, что сказать маме. Потом набираю ее номер телефона.

– Мам, привет, – стараюсь говорить как обычно и не переиграть. – Слушай, я знаю, что испытываю ваше с папой терпение. Но...

– Что-то случилось?

Проклятие... Она всегда слышит по моему голосу, что со мной что-то не так.

– Типа того, но сейчас уже все в порядке. Мне просто пока не хочется домой.

– Хочешь остаться у Линды?

– Угу.

– Хорошо... Но завтра в час дня будь дома.

– Спасибо, мам. Я люблю тебя.

Отключаю звонок и говорю Алексу:

– Разрешила.

Немного помедлив, спрашиваю:

– Можно мне кофе?

– Конечно, пойдем.

– А твой отец, он дома?

– Должен был уже уехать.

Мы спускаемся на кухню. Сейчас его дом выглядит не так, как тогда, на Хэллоуин. Очень большая и светлая кухня. Много белого мрамора и света. Везде идеальная чистота, и не скажешь, что здесь нет женщины.

Сажусь на стул и молча наблюдаю, как Алекс готовит омлет и варит кофе. Когда он сел рядом со мною, поставив завтрак, спрашивает:

– Чем хочешь заняться?

– Залезть под одеяло и притвориться, что меня не существует.

Алекс не понимает, шучу я или нет. Приподнимает брови внимательно смотря, на меня. А я наоборот, несмотря на него, добавляю:

– Прости, если честно, пока не понимаю. Я еще не пережила то, что произошло. Наверное, мне лучше уйти... – Кладу вилку и смотрю в сторону. Щеки болят, даже не надо кусать их, чтобы отвлечься от того, что в носу уже щиплет.

– Перестань. Мы можем вообще ничего не делать. Ешь.

Я снова беру вилку и доедаю завтрак. Думаю, не то, чтобы я хотела ничего не делать. Возможно, я просто хочу побыть одна. У Алекса снова звонит телефон. Он в который раз сбрасывает. Поймав мой взгляд, говорит:

– Это Блэр. Она не сразу понимает, когда стоит остановиться.

Решаю, не стоит на это отвечать.

Пообедав, я начала мыть посуду. Хоть Алекс и сопротивлялся, ссылаясь на посудомоечную машину. Я далеко не фанат мытья посуды, просто хочу занять чем-то руки.

– Тут всего пара тарелок. Отстань, – продолжила я мыть, а он уже молча встал рядом и смотрел, как я мою тарелку. Как только появилась первая чистая тарелка, он взял полотенце и начал вытирать. А я ему говорю:

– Хочу немного прогуляться. Одна.

– Где?

– Спущусь на пляж.

От его дома пляж должен быть близко. По крайней мере, из окна выглядит близко.

– Да, конечно. Я тебе покажу, где спуститься. Тебе удобно будет в этом? – спрашивает, показывая на свою одежду на мне.

– Я вчера шла в носках под дождем. В одежде, которая была в рвоте..., а вместо юбки на мне была кофта. Алекс, сейчас это лучшая одежда, что была на мне когда-либо... И мне глубоко плевать, кто и что думает.

Алекс провожает меня на задний двор дома. Дальше тропа вниз. Трава колется, а после вчерашнего, кожа ног болит. Алекс берет меня на руки, когда замечает, как я медленно иду по траве.

– Я же предлагал тебе обувь.

– Там песок, обувь не нужна.

Поставив меня на ноги в теплый песок, он бросает неуверенный взгляд на меня. Медленно поворачивается и уходит. Но как будто вспомнив что-то, идет обратно ко мне.

– Джесс, а кто у тебя тачку забрал? Я пока съезжу туда.

– Не надо. Я сама разберусь.

– Джесс! Просто дай мне номер. И не спорь.

Не хочу спорить с ним, сдаюсь и диктую номер с телефона, на который звонила вчера. Получив номер, Алекс уходит.

Я же пошла по линии пляжа. Пройдя какое-то расстояние, села на песок, слушая, как волны мягко настигают берег. Так я маялась довольно долго, но как время идет, не замечала.

Зашла в воду почти по колено. Вода убывает, и я стою только на песке. Потом вода возвращается и ударяется о мои ноги, поднимаясь почти до колен. А потом снова убывает и полностью обнажает мои ноги. Все равно что какая-то психотерапия.

Солнце начинает садиться, я же стараюсь убедить себя в том, что девственность не имеет большого значения, и мой настоящий первый раз будет по моему желанию. А этот случай я считать не буду.

В голове крутятся воспоминания о том, что он делал, что говорил. Я помню, что чувствовала. Но больше плакать не тянет. Кажется, я вообще не испытываю какие-либо эмоции.

Усиленно представляю, как все то, что помню, убираю в сундук, замыкаю и выбрасываю ключ в океан. Где-то читала, что это хороший способ забыть неприятные вещи, теперь должно пройти время... Искренне надеюсь, что пройдет время, и я буду помнить лишь дождь на стекле. Пытаюсь цепляться только за этот кусочек воспоминания.

Боюсь представить, что могу снова встретиться с ним. Нужно подумать, какую завести привычку. Носить с собой нож? Думаю, он спокойно сможет выбить у меня из рук его. Газовый баллончик? От паники я могу распылять его не в ту сторону и только хуже себе сделаю. Пистолет? Боже мой, я не смогу выстрелить в человека. Даже в него. И вообще, с какого возраста можно иметь огнестрельное оружие? Надо подумать о том, как мне себя защитить. Думаю, я с ним еще увижусь...

Немного интересно, что Алекс с ним сделал. Будет ли Дин мстить ему? Наверное, насколько бы хорошо знала человека, он всегда может удивить. И, к сожалению, не всегда приятно...

Меня еще мучает один вопрос... Могла ли я забеременеть? Мама говорила, это вполне возможно с первого раза, а я не знаю, использовал ли Дин презерватив. Одна только мысль, что я могу быть беременна от этого урода, вызывает у меня тошноту. Нужно сделать тест на беременность, иначе я даже дышать не смогу спокойно...

За мои плечи кто-то касается, и я вскрикнула от испуга.

– Джесс, это я, извини. Я звал тебя, ты не реагировала.

– Алекс, ты напугал меня...

– Ты тут уже почти четыре часа.

– Серьезно? Я не заметила.

– Пойдем?

Киваю и иду за ним. Мы идем по пляжу, и я смотрю, как садится солнце.

– Вспомнила тот наш закат, – решила сказать ему об этом.

– Да, я тоже иногда вспоминаю..., – сказал, посмотрев на закат.

– Тогда все казалось таким простым.

– Может, для тебя. Но мне с тобой никогда не было просто, – тихо ухмыльнулся, и я посмотрела на него.

Мы идем так близко, что наши руки соприкасаются, но ни я, ни он не решаемся взяться за руки.

– Ну как машина? – нарушаю тишину.

– Уже пригнали. Исправили еще другие вмятины и поставили новенький бампер. Была еще проблема с охлаждением. Тоже всё исправили.

– Сколько стоил ремонт?

– Уймись, пожалуйста.

Я только вздыхаю, сейчас мне меньше всего хочется спорить. Мы идем дальше, и тут я вспоминаю. Вообще не знаю, как это всплыло в памяти. Анна.

– Алекс..., – я останавливаюсь и останавливаю Алекса. – Он сказал, чтобы я напомнила тебе про Анну. Говорил, что это просто месть тебе через меня. И если ты посмеешь выполнить свою последнюю угрозу, он в прямом смысле убьёт меня. Ты можешь объяснить мне, о чем это он?

– Твою мать... – Вогнав пальцы в волосы, просто смотрит в сторону и совсем не торопится отвечать. А у меня с терпением так себе:

– Алекс, в чем дело?

– Это я виноват.

– В том, что он сделал со мной?

– Да... – Наконец-то повернулся и смотрит теперь мне в глаза. Закурив сигарету, рассказывает: – Мы учились в 11 классе. У меня было больше тестостерона в голове, чем мозгов. В общем..., ему нравилась одна девчонка. Анна. Настолько сильно, что... Ладно, сейчас поясню. Он даже боялся с ней заговорить. А когда решался, заикался с такой силой, что было невозможно понять, что он говорит. Я постоянно передразнивал его. Желательно у нее на глазах. Еще у него были тупые подкаты к ней. Подарочки дарил, я это высмеивал. Однажды он хотел подарить ей цветы. Чёрт... Не верю, что рассказываю это тебе... Ну да ладно... Я вырвал у него цветы из рук и засунул к себе в штаны. Потом вернул и сказал что-то типа того, что теперь этот веник хотя бы пахнет мужиком. Короче, подобной херни было очень много.

– Ты же издевался над ним! Неудивительно, что он ненавидит тебя!

– Тогда мне так не казалось. Считал, что просто веселюсь.

– Ты, конечно, в своем репертуаре. Мне даже не стоит удивляться. Ну, давай, расскажи, чем это закончилось. – Сложила руки и смотрю на него.

– Я поспорил с ним, что я первый пересплю с ней. Он отказался спорить, а я все равно переспал с ней. Лишил ее девственности. Она влюбилась в меня, а я и не собирался с ней встречаться. Сказал ей, что это был всего лишь спор. После этого она исчезла из школы. Были слухи, что она резала вены. В итоге она с семьей переехали в другой город.

– Боже мой, Алекс! Она же была несовершеннолетняя!

– Я знаю. Это... дерьмовая история, и я не думал, что может выйти вот так! И тем более не думал, что все кончится таким образом для тебя...

– Вы же с Дином нормально общались еще совсем недавно. Или он притворялся?

– Да как тебе сказать..., – выдыхает дым и смотрит в сторону задумчиво. – После той истории я просил у него прощения. И он сказал, что все нормально. Что это всего лишь очередная телка и ничего больше. Типа херня. Я не то чтобы поверил..., просто отпустил эту ситуацию. Так как для меня это не было чем-то важным. А он все это время помнил... И видимо ждал, говнюк, когда появится та самая. Чтобы отомстить мне. Да, Джесс. Он притворялся.

– Но Дин стал общаться со мной раньше тебя. Хотя..., мой номер он взял в тот вечер, когда ты меня оставил на пляже.

– Вот видишь... Сукин сын еще тогда все понял. Что ты далеко не развлечение для меня. Даже раньше меня это понял... Чуть позже я стал подозревать, что он попытается использовать тебя. И я пытался выяснить у него, так ли это. Но он утверждал, что с Анной это никак не связано. Что типа ты ему нравишься. Я все равно пытался дать понять ему, что ты мне не интересна. Что я уже трахнул тебя и всё такое. Думал, отцепится от тебя. Я сам пытался держаться от тебя подальше. Но накосячил, когда врезал ему из-за тебя. Естественно, он всё понял. Тогда я стал слегка портить ему жизнь, угрожая, что будет только хуже, если не отстанет от тебя. А он вместо того, чтобы отвалить от тебя, приперся с тобой на бал. А в мои отношения с Блэр он вообще не верил.

– Что ты ему сделал?

– Когда именно? Сегодня ночью или раньше?

– Черт тебя дери, Алекс! Рассказывай всё! За что он грозится прикончить меня?! – уже не выдержала и заорала на него.

– Ладно... По моей наводке его выгнали из университета без права вернуться на учёбу. Его нигде не примут учиться. Это было перед зимним баллом. А сегодня ночью я дал наводку на его семью. Чтобы у них появились серьезные проблемы с работой, домом и деньгами.

– Ты в своем уме? А при чем тут его родители?!

– Это он стал вредить мне через тебя! Я не собираюсь смотреть и ничего не делать.

– Твою мать, Алекс! Теперь он точно убьет меня!

– Он тебя не тронет.

– Как ты можешь быть уверен в этом? Ты не будешь ходить за мной как телохранитель. Мы с тобой даже не в отношениях, чтобы ты торчал постоянно рядом со мною. И однажды...

– Джесс! Больше он не тронет тебя! - перебил меня.

– Как ты можешь быть в этом уверен?

– Моя следующая угроза более существенная. И он уже должен понять: я не треплюсь попусту. Если не веришь, можешь просто написать заявление на него. И всё! Его закроют надолго! По меркам закона ты еще ребёнок. Изнасилование несовершеннолетней и похищение выйдут ему не меньше, чем в тридцать лет. Может больше. Я не интересовался этой темой. А если нанять толкового адвоката уверен, его могут посадить на пожизненное. Ну? Чего ждешь? Это решить очень просто!

Я знаю, что это самый лёгкий путь к безопасности. И если бы я была совершеннолетняя, я сразу бы сообщила в полицию. Но, к сожалению, за меня всё еще отвечают мои родители. И они сразу всё узнают...

– Я хочу, чтобы его родители не страдали из-за меня, – сказала уже спокойным тоном.

– Ничего страшного не будет с ними.

– Да ладно?!

– Уже нельзя включить заднюю, Джесс.

– Этим людям сейчас, я так понимаю, негде будет жить. И не на что. Они мне ничего не сделали! Почему, черт побери, ты с Дином не можешь выяснять отношения, не примешивая кого-то еще?!

– Он первый начал!

Я вогнала пальцы в волосы, издав звук рычания. Меня трясет от злости. Так и хочется засунуть его головой в океан. Но вместо этого только глубоко вздохнула. И стараюсь говорить, держа себя в руках:

– Мне насрать, как ты это сделаешь, но в ваших разборках не должен пострадать хоть кто-то еще, мать твою, Алекс. И его родители тоже! Если ты уже натворил дел, так исправляй!

– Ладно, я помогу им уехать в другую страну. Хорошо? Всё у них нормально будет. Может, Говард тоже уедет, и ты его больше не увидишь. Ему в Америке тоже делать уже нечего.

На это я только кивнула. Мысль, что вся семья Дина уедет из страны, более менее расслабляет.

– Надо было все рассказать мне с самого начала. Про Дина, про Анну. И про твои подозрения. – Говорю ему, обняв себя руками.

– Серьезно? Мне нужно было рассказать тебе то, как я поступил с несовершеннолетней девчонкой? Даже сейчас я не верю, что рассказал тебе все это дерьмо...

– Зато, возможно, я не оказалась бы в такой ситуации!

– А теперь скажи честно. В теории, если бы я тебе рассказал, ты бы поверила? Только прежде чем ответить, вспомни хорошо, как мы общались.

– Я... Я не знаю...

– Вот именно. Джесс, я тебе сотню раз говорил держаться подальше от него. Думаешь, из-за простой ревности? Я не доверял ему. И на всё, что я говорил тебе, ты слала меня к черту!

Не вижу смысла больше говорить об этом, поэтому разворачиваюсь и ухожу.

– Джесс, подожди. – Догоняет меня и выбрасывает остатки сигареты в урну.

– Ты виделся с этой девушкой, после? – спрашиваю, несмотря на него.

– Я приезжал к ней. Но она не захотела видеть меня.

– Еще бы...

– Разочаровалась во мне?

– Мягко сказано... Ты такой урод, Алекс.

– Ты теперь уйдешь? – тихо спрашивает. Боковым зрением вижу, что он смотрит на меня.

– Хотела бы... Но мне некуда идти. А домой пока не хочу. Вопросами завалят.

Снова иду в направлении его дома. Алекс идет позади меня, а я думаю, что не могу поверить, что люблю этого идиота. В жизни не могла бы подумать, что он может вот так запросто сломать жизнь девчонке, просто забавы ради. Или вытворять такие вещи с голосованием на балу. И еще сломать жизнь людям из мести, людям, которые вообще не имеют отношение ко мне. Издеваться над парнем, который не уверен в себе. И что там еще у него с Блэр? Чего я еще не знаю?

Когда мы дошли до тропинки к его дому, солнце полностью ушло за горизонт. Перед тропинкой Алекс останавливается и берет меня за руку, чтобы я тоже остановилась, и подхватывает меня под коленки.

– Не устал таскать меня на руках? – спрашиваю я у него.

– Нет, не устал. Было бы от чего.

Выйдя на ровную поверхность заднего двора, Алекс ставит меня на ноги.

– Твой отец дома?

– Нет. Но, возможно, его и не будет. У него новая молоденькая подружка, и он часто не ночует дома. В общем, он почти не живет дома. Поэтому я и не снимаю себе жилье. В основном тусуюсь у Джейсона, иногда у себя дома. – Потом ухмыляется и добавляет: – Наверное, даже если он когда-то женится, что вряд ли, я все равно постоянно буду торчать в их доме и бесить его жену.

Да уж, кроме того, что идиот, так еще и болван... Мне определенно «повезло» влюбиться в этого кретина. Но спрашиваю другое:

– А где твоя мама?

– В Нью-Йорке. Родители развелись, когда мне было шесть лет.

– Извини...

– Ничего, это жизнь. Все нормально. На самом деле мы хорошо общаемся. Я иногда езжу к ней.