Глава 37
Шум прибоя лениво перекатывался в утреннем воздухе. Лёгкое покачивание пальм, открытые окна, развевающиеся тюли в гостиной — всё говорило о покое. Яркое солнце нещадно жарило всё вокруг, но это было тепло, от которого не хотелось прятаться.
Меган держала в руках две чашки горячего кофе. Она была одета лишь в белоснежный купальник с лёгкой накидкой, почти прозрачной, как утренний туман. Проходя мимо развевающейся тюли, она вышла на террасу, где солёный морской воздух тут же наполнил лёгкие. Её волосы были влажными после душа.
Подойдя к бассейну, она поставила чашки на столик, скользнула на большой лежак и устроилась рядом с Адамом. Его тело, тёплое и сильное, было одето лишь в лёгкие льняные белые штаны. Голый торс мерцал на солнце, а в руках он держал папку с бумагами.
— Доброе утро, — улыбнулась она, прикрыв папку ладонью и недвусмысленно дав понять, что пора отвлечься.
Адам молча притянул её ближе, положив руку на плечи. Его прикосновения были ласковыми, но в то же время уверенными, как и сам мужчина. Он закрыл глаза, наслаждаясь моментом, пока его пальцы лениво поглаживали её плечо.
— Доброе, — хрипло ответил он. — Как ты себя чувствуешь?
— Ты знаешь, что прекрасно, — с улыбкой ответила Меган, обводя рукой виллу и бассейн. — Всё это... три недели рядом с морем — это лучшее, что могло со мной случиться.
— Я всё равно буду спрашивать, — ответил он, открыв глаза и взглянув на неё, словно пытался убедиться, что она говорит правду.
Меган до сих пор не могла поверить, что он действительно отложил всё: дела, семью и особенно работу. Он даже пропустил церемонию ратификации договора в Женеве. Три недели назад он просто увёз её на Канарские острова, в место, где не было ни единой чужой души, кроме тихой охраны по периметру виллы. Только он и она...
Она готовила, рисовала, загорала, плавала. Всё, что они делали, было вместе. Такая жизнь казалась ей сказкой, подарком, который невозможно оценить. И каждое утро, просыпаясь в мягкой белоснежной постели, она тихо шептала вселенной: «Ещё хотя бы один такой день».
— Помнишь, какой сегодня день? — мягко спросила Меган.
— Хотелось бы забыть.
— Брось. Каждый нормальный человек любит свой день рождения.
— Ты свой любишь? — задал он вопрос, словно хотел опровергнуть её слова.
— Нет, но я не нормальная.
Она сказала абсолютно серьезно, но потом начала смеяться, что сделал и Адам. Это их очень рассмешило.
— С днем рождения, любимый, — ласково произнесла она и села на ноги, подарив ему долгий, протяжный поцелуй. Он хотел притянуть её к себе за поясницу, и понятно почему, однако Меган не далась.
— Я приму поздравления в виде утреннего секса, — кокетливо говорил Адам, всё ещё надеясь, что она передумает.
Меган выгнула бровь и засмеялась, взъерошив свои волосы.
— Ты их принимал ночью.
— Сейчас тоже не против.
— Ещё бы, — она широко улыбнулась и вновь поцеловала в губы, а потом так отстранилась, словно забыла, что-то сказать. — И с днём дурака.
— Всё, иди отсюда, — шутливо попытался прогнать он. — Это слишком, Дааран. Твой юмор, он...
— Какой? — гордо приподняв подбородок, спросила она.
Ответить было нечего.
— Я люблю тебя, — выдохнул он.
— Сегодня приедет семья, — она быстро сказала и поднялась на ноги с лежака, чтобы он не достал её после сказанного. Меган видела, как сильно Адам поменялся в лице.
— Это такая шутка на первое апреля?
— Нет.
— Тогда зачем они приезжают?
— Я позвала.
— Меган!
— Что? — улыбнулась она, поворачиваясь к солнцу.
— Нахрена?
— Потому что это твой день рождения. Посидим, поужинаем, выпьем. Тем более у нас два именинника. Ты и твой отец. Будет весело.
— Можно было посоветоваться со мной?
— Нет, — честно ответила она. — Я хотела сделать сюрприз. Твоя мама первая поддержала эту идею.
— Меган...
— Ты не можешь злиться на это.
— Детка, я и не злюсь. Но я помню тебя в кабинете, — его голос был мягким, однако сдержанным. — Тебе было очень плохо, поэтому я и забрал тебя от всех. Ты не представляешь, как я испугался за тебя, хоть в первое время и не показывал этого. Видела бы ты себя со стороны в первую неделю здесь. Милая, тебе было очень плохо, — он сделал паузу, его взгляд стал ещё более сосредоточенным. — Тебе может казаться, что всё прошло, но с приездом других людей ты можешь отреагировать как-то... негативно. Не нарочно.
Меган опустила взгляд, её пальцы чуть подрагивали, когда она провела рукой по лёгкой ткани. Она знала, о чём он говорил. Всё было правдой. Первую неделю на острове она действительно была как сломанная кукла. Её тошнило от эмоций, она много спала, дышала свежим воздухом, пыталась напиться, чтобы утопить стресс, и говорила с ним больше, чем когда-либо прежде. Это был тяжёлый процесс, но именно Адам оказался тем, кто держал её за руку в хаосе.
— Сейчас мне лучше, — наконец произнесла она, поднимая на него глаза. Её голос звучал тихо, но искренне. — Мне очень приятно, что ты беспокоишься о моём здоровье. Спасибо.
Её слова были простыми, но в них чувствовалось всё: благодарность, признание, забота. Он кивнул, лёгкая улыбка тронула его губы, но глаза всё ещё оставались настороженными.
~~~
Весь день Меган посвятила подготовке к семейному ужину. По её просьбе Адам сделал несколько звонков, и вскоре дом заполнился персоналом, который теперь работал исключительно по её указаниям. Она раздавала распоряжения, бегала из комнаты в комнату, поправляла мелочи, словно от этого зависела её жизнь. Впервые за двадцать пять лет она получала удовольствие от домашней рутины, особенно от организации чего-то важного.
Свечи на столе были выбраны ею лично — высокие, кремовые, изящные. Салфетки — идеально сложенные, в тон фарфоровой посуде. Цветы — свежесрезанные белые розы и зелёные эвкалиптовые ветви, аккуратно расставленные в вазах. На каждой тарелке лежала табличка с именем гостя, а порядок посадки гостей она пересматривала дважды, чтобы всё выглядело идеально. Она хотела, чтобы всё говорило о любви и уважении, которые она испытывала к Адаму. Это был её подарок. Не материальный, но эмоциональный, тёплый, способный окутать уютом его день рождения.
Когда всё было готово, она поспешила в свою комнату, чтобы переодеться. Белое платье в пол, открытые плечи и лёгкий макияж подчёркивали её женственность и усиливали её стремление выглядеть идеально. В пять часов ровно она стояла на крыльце, глядя на подъезжающие машины семьи Делькасто. Охрана передала, что гости уже близко.
Меган глубоко вдохнула, стараясь успокоить бешеный ритм сердца, и сложила руки за спиной в замок. Её лицо было абсолютно уверенным, хотя внутри всё кипело от волнения.
Подъехали черные внедорожники, и первая дверь распахнулась, выпуская из машины Ренату, а следом за ней Жерара. Меган с легкой улыбкой спустилась с крыльца на каменную дорожку, чувствуя, как волнение внутри сменяется теплом от их приветливых лиц.
— С приездом, — сказала она, обнимая Ренату, после чего Жерар потянулся к ней с широкой улыбкой. — С днём рождения!
— Спасибо, дорогая, — вежливо отозвался Жерар, прищурившись с хитринкой. — Надеюсь, моему сыну ты уже сделала подарок, — добавил он, явно намекая на что-то личное.
Меган чуть опешила, но тут же взяла себя в руки и улыбнулась шире.
— Жерар, — мягко одернула его Рената, кивая так, словно хотела сказать: «Ну хватит уже».
— Не переживайте, мистер Делькасто, — сдержанно, но с юмором отозвалась Меган. — Три недели этим только и занималась.
Все рассмеялись. Ей нравилось, как в этой семье шутки такого рода воспринимались с легкостью и без обид. Здесь это было нормой. Даже самые прямолинейные подколы не разрушали атмосферу, а наоборот, укрепляли её.
— Уж переживаю, — продолжил Жерар, усмехаясь.
— Так, перестань, — Рената снова вступила в разговор, глядя на него с укором. Затем её взгляд остановился на Меган. — Ты расцвела. Кожа позолотилась, волосы блестят, глаза светятся. Что ты с собой сделала?
— Спасибо, но, не стоит, — замялась Меган, немного покраснев. — Это всего лишь солнце. Загар, не больше.
— Похорошела, похорошела, — подтвердил Жерар, уже шагая в дом.
Меган проводила его взглядом, прежде чем снова повернуться к Ренате. Ей стало ясно, что Адам ничего не рассказал родителям о том, что произошло три недели назад. Он не сказал почему увез её сюда. Уж слишком они были спокойны, как для носителей информации о её срыве.
— Проходите, внутри всё уже готово. Вам всё покажут, — сказала она, жестом указывая в сторону дома. Женщина кивнула и прошла внутрь, следуя за своим мужем.
Она раскинула руки, завидев Реджи, и, не дожидаясь, пока он подойдет, шагнула к нему сама. Объятие было таким крепким, что Меган даже чуть приподняла ноги от земли. Он радостно подхватил её, сжимая за талию, и коротко рассмеялся.
— Ты слишком легкая. Исхудала, — поддразнил он, ставя её обратно.
Они обменялись любезностями, перекинулись парой шуток, а затем Меган повернулась к Мании. Её приветствие было сдержанным, как и всегда. Тактильность между ними отсутствовала, но Меган это не обижало.
Она действительно соскучилась по Реджи. Его добродушное присутствие наполняло всех вокруг энергией, а даже холодная сдержанность Мании казалась теперь важной частью этой странной семейной мозаики. Они были её недостающими пазлами, без которых всё смотрелось неполным. За проведенное здесь время, она осознала, что они очень много значат для неё. Эти двое.
Реджи, проходя мимо, вдруг обернулся. Его взгляд был серьёзным, но не тяжёлым.
— Ты как? В порядке? — негромко спросил он.
Он знал. Конечно, знал. Адам доверил именно ему и Артуру заботу о теле той девочки. Они вдвоём точно всё понимали. Но знала ли Мания — это был отдельный вопрос.
Меган выпрямила плечи и сдержанно улыбнулась, отводя взгляд.
— Рената сказала, что я расцвела, — ответила она с легкой насмешкой.
— Ну тогда всё в порядке, — заулыбался Реджи. Затем он приобнял Манию за спину, и они вдвоём направились в дом.
Следующими подъехали Артур и его жена. Меган, заметив округлённый живот жены, тут же улыбнулась и, подойдя, начала расспрашивать о её самочувствии, перелёте и о том, как она справляется. Приличия ради. Женщина, светясь от радости, отвечала, а Артур незаинтересованно поддерживал разговор, пока они не прошли внутрь.
Последней появилась Эвелин. Она приехала одна, но выглядела так, будто вокруг неё и не требовалось компании. Меган приобняла её в теплом жесте, чувствуя лёгкое облегчение от того, что, несмотря на свою отстранённость, Эвелин всегда была расположена к ней хорошо.
Когда за сестрой Адама закрылась дверь, Меган осталась на крыльце одна, позволяя себе короткую паузу, чтобы сделать глубокий вдох. Теперь, когда вся семья была в сборе, вечер наконец мог начаться.
Внутри их встретил Адам, одетый в привычный костюм. Его уверенная осанка и спокойный взгляд мгновенно создавали ощущение порядка. Меган весь день была занята организацией и впервые за день увидела его только сейчас. Всё семейство проследовало за ним к столу. Меган, стоя у стола, с улыбкой начала объяснять, что будет в меню, перечислила блюда и напитки, а затем пригласила всех рассесться. Сама она заняла место рядом с Адамом.
Как только все расселись, Рената не удержалась от комментария, её голос звучал тепло и искренне:
— Кто занимался сервировкой? Это просто сногсшибательно выглядит. Настоящий праздник, — её лицо озарила довольная улыбка.
— Меган, — гордо ответил Адам, бросив короткий взгляд на свою девушку.
Все взгляды за столом тут же обратились на неё. Меган почувствовала, как кровь приливает к щекам. Она не привыкла к такому вниманию и, чтобы справиться с волнением, под столом сжала руку Адама, ища поддержки.
— Да, — едва выдавила она. Её голос прозвучал тихо, словно она не знала, что ещё добавить.
Адам мгновенно заметил её смущение и взял ситуацию в свои руки:
— Она провела весь день, организуя ваш приезд. Всё продумала до мельчайших деталей, как настоящая хозяйка дома, — его тон был спокойным, но в нём чувствовалась гордость.
— Это невероятно, Меган, — добавила Рената. — Ты просто молодец.
— Хватит, а то перехвалите, — с лёгкой улыбкой вставил Жерар, слегка откидываясь на спинку стула. — Вы лучше расскажите, чего это вы так внезапно сорвались сюда, да ещё почти на месяц?
Вопрос застал Меган врасплох, но не только её — Адам тоже не ожидал такого. Однако, как всегда, он взял всё под контроль:
— Мы решили провести время вместе. Ты сам всегда говорил, что семья должна быть на первом месте. Мы так и сделали.
Меган почувствовала, как её сердце заколотилось. Это было приятно — слышать, как он называет их новой семьёй. Это звучало так искренне и тепло.
— Сынок, семья состоит из мужчины, женщины и ребёнка, — улыбнулся Жерар, сделав акцент на последнем слове. Его взгляд стал почти хитрым. — Может, вы хотите нам что-то сказать?
У Меган округлились глаза. Она даже рот приоткрыла от удивления. Жерар говорил прямо, и это заставило её внутренне сжаться. Внезапно она поняла, что всё это было заранее продумано. Комплименты Ренаты, их вопросы, намёки — всё указывало на то, что они надеялись на определённую новость.
— Отец, — предупредительно помотал головой Адам. Его голос звучал спокойно, но в нём ощущалось предупреждение.
— Ну а что? Заперлись тут вдвоём на месяц, ни с кем не общались. Конечно, мы подумали, что это какой-то незапланированный медовый месяц. А когда Меган позвонила и сказала, что хочет устроить сюрприз к твоему дню рождения, мы решили, что вы собираетесь объявить что-то важное, — с серьёзным лицом продолжал Жерар. — Внуков не будет, что ли?
Его слова прозвучали, как укор. Причём не столько к Адаму, сколько лично к Меган. Её охватил дискомфорт. Почему он смотрит на неё так, словно ждет оправданий? Она перевела взгляд на Эвелин, которая тихо, но твёрдо сказала:
— Папа.
Адам собирался ответить, но Меган первой поднялась из-за стола.
— Детка, не надо, я сам, — попытался остановить её он, взяв за руку.
— Нет, всё в порядке. Я в порядке, — уверила она его тихо, хотя её голос дрожал. Она посмотрела на Жерара и сказала: — Извините, но у меня нет никаких новостей о детях. У нас их сейчас нет. Если вы прилетели только потому, что хотели услышать что-то об этом, то мне жаль. Я организовала ужин в честь дня рождения, и это всё. Разрешите.
Она медленно покинула столовую, стараясь сохранить лицо. Её шаг был размеренным, а осанка ровной, хотя внутри она чувствовала себя бесполезной игрушкой. Как только она оказалась на лестнице, то, с трудом сдерживая слёзы, поднялась в спальню. Там, наконец оставшись одна, она позволила себе сделать глубокий вдох и выдох, чтобы не разразиться плачем. Ей нужно было понять, как реагировать на происходящее. Неужели вся их вежливость и забота свелись к одному единственному ожиданию?
Тем временем:
Адам с силой сжал кулаки, его глаза метали молнии. Он ударил руками по столу так сильно, что посуда звякнула, а все присутствующие невольно вздрогнули. Не теряя ни секунды, он достал из кармана пачку сигарет, вытянул одну и, не спеша, закурил. Его движения были выверенными, но напряжение чувствовалось в каждом из них. Оперевшись одной рукой на край стола, он затянулся дымом и медленно поднял взгляд на отца, в его глазах пылала ярость.
— Ещё раз вы все позволите себе что-то подобное в её сторону...
— Это был просто обычный вопрос, сын, — попытался возразить Жерар.
— Завали ебало, папа, — отчеканил Адам.
В комнате повисла звенящая тишина.
— Ни слова больше. Никто из вас. Вы все, — он обвел взглядом гостей за столом, — просто ебучие эгоистичные ублюдки. Эвелин, тебя не касается. Ты, по крайней мере, попыталась остановить это. Но остальные... — он махнул рукой в сторону матери и отца, — просто ахуевшие.
Рената хотела что-то сказать, но Адам резко поднял ладонь, прерывая её.
— Мамочка, не смей. Ты тоже. Закрой свой рот. Вы прекрасно знаете, как я люблю эту женщину. Вы видели это. Знаете. Но каждый раз позволяете себе влезать в наши дела, в её жизнь, как будто она обязана вам чем-то. Мне надоело объяснять, что с ней нельзя так, нельзя, блядь, понимаете?! Она сейчас очень уязвима. Очень! И всё, что вы делаете, это втаптываете её в землю ещё сильнее.
Он сделал затяжку, дым медленно поднялся в воздух.
— Можно хоть раз просто похвалить её за старания? Просто сказать, что всё красиво, вкусно, замечательно, и закрыть эту ёбаную тему? Можно, блядь, хоть раз поговорить о погоде? Спросить, как ей живётся здесь? Как пальмы, как вода?
Рената, явно растерянная, подалась вперёд.
— Адам, что значит уязвима? Что случилось?
Он выдохнул дым ей в лицо, глядя прямо в глаза.
— Не ваше собачье дело. Наслаждайтесь ужином. Мы вернёмся через десять минут, — сказал он и резко поднялся. — И чтоб никаких вопросов и извинений. Я сам за вас извинюсь.
Он шагнул из-за стола, бросив сигарету на пол и затушив её ботинком. Мгновение спустя он направился вслед за Меган, не оборачиваясь и не сказав больше ни слова.
Найдя Меган в спальне, Адам подошёл ближе и аккуратно усадил её на край постели. Его взгляд смягчился, когда он встретился с её глазами. Он не мог понять, плакала она или просто выглядела подавленной, но одно было очевидно — ей сейчас было нелегко.
— Детка, они очень просят прощения.
— Почему он так сказал мне? — её голос дрогнул, а голова склонилась вниз. Она сдерживала эмоции.
— Потому что он старый дурак, — Адам чуть сжал её плечи. — Он ничего не знает и ничего не понимает. Я сказал о том, что произошло только Реджу и Артуру. Никто из них не имеет права судить тебя. Иди ко мне.
Он притянул её к себе и обнял крепко, пытаясь защитить от всего мира. Его руки нежно поглаживали её плечи, передавая свою всевозможную поддержку. Он понимал, как она могла себя сейчас по-женски чувствовать.
— Мы уже говорили о детях, Меган, не раз. Никто из них не влияет на тебя, — его голос звучал уверенно и спокойно. — Ты знаешь, что я хочу брак, хочу детей, и только от тебя. Но ты также знаешь, что я не давлю. Это только твой выбор. Мы оба решили, что пока мы не готовы. Всё сказанное внизу — не больше чем проявление уличной борзости и отсутствия здравого смысла. А ещё наличие блядских семейных традиций, понимаешь меня?
— Понимаю, да.
— Отлично, — Адам слегка улыбнулся. — Я люблю тебя. Очень сильно. И для меня важно, чтобы ты это знала. Все слова внизу — они не про тебя.
— Я знаю. Знаю, как ты считаешь, — она попыталась улыбнуться чуть шире, чтобы показать, что ей стало легче. — Люблю тебя.
— Конечно знаешь, — он позволил себе чуть шире улыбнуться, чтобы подбодрить её. — Я здесь уже почти месяц торчу ради тебя.
— Какая жертва, — она засмеялась, шмыгнув носом и слегка отстранилась от его объятий.
— Согласен, — он наклонился и вытер остатки слёз, только растёкшихся вместе с тушью под её глазами. Затем, легко и нежно, он поцеловал её в губы. — Послушай, я рядом. Не разговаривай с ними вообще, если не хочешь. Просто поужинай, насладись тем, что ты сделала. И, если кто-то извинится, просто взгляни на меня и кивни, ладно?
— Ладно. Хорошо.
Они оба расправили плечи. Адам снова обнял её, сделал комплимент о её внешнем виде и ещё раз поцеловал.
Когда они вместе спустились вниз, Меган чувствовала возле себя ту самую опору, что держала её все эти три недели. Поток любви, из которого она черпала силы, согревал её даже в трудные семейные моменты. Взявшись за руки, они вернулись к столу, готовые продолжить вечер.
Пока все ужинали, разговоры оставались осторожными. Никто не посмел спросить у Меган о её состоянии. Вопросы висели в воздухе, как дым от сигарет, но никто не решался их озвучить. Адам молча наблюдал за всеми, словно выискивая любой намёк на неуместность. Даже когда разговор уходил в сторону работы или важного события, его взгляд обжигал каждого, кто осмеливался заговорить.
Меган слушала, не вмешиваясь. Её внимание невольно скользило к Жерару и Ренате. Она старалась избегать их взглядов, сосредотачиваясь на еде. Меню действительно оказалось великолепным. Она мысленно хвалила себя за выбор блюд, комментируя в голове каждое, и приходила к выводу, что она молодец. Помимо навыков убийства, в ней раскрылись новые таланты — организационные и даже кулинарные. Жизнь вдвоём с Адамом за эти три недели научила её многому. Она готовила с удовольствием, а он всегда пытался помочь, пусть и неуклюже. Иногда их попытки приготовить что-то превращались в страстный секс прямо на кухне, оставляя их без ужина, но зато с чувством счастья. Такая жизнь казалась идеальной.
— Здесь очень красивые вечера, — вдруг сказала Меган. Она хотела подумать об этом, но слова вырвались вслух.
Эвелин оживилась, заметив её участие в разговоре, и тут же подхватила:
— Да? Чем?
— Когда солнце окончательно садится, луна заливает пляж светом, и всё становится таким тёмно-синим. Даже не знаю, как это описать. Вода манит, даже ночью. Мы почти каждый вечер ходим к воде после ужина, — проговорила Меган, её голос звучал чуть мечтательно.
— Мы должны сегодня обязательно пройтись, — улыбнулся Реджи, тоже приняв участие в разговоре.
— Я бы даже искупалась, — заявила Эвелин, весело приподняв брови.
— Хочешь, чтобы тебя за задницу укусила какая-то морская хуета? — подколол её Артур, ухмыляясь.
— А ты, что, эксперт по укусам за зад? Откуда знаешь, что меня может укусить?
— Смешно, — отмахнулся он, но уголки его губ тронула улыбка.
~~~
После ужина все члены семьи разошлись по гостевым комнатам. Перелёт, смена климата и насыщенный вечер вымотали их, и дом наполнился приглушёнными звуками шагов и захлопывающихся дверей. Меган же осталась в столовой, помогая персоналу убирать со стола. Она не горела желанием заниматься этим, но ей нужно было чем-то отвлечься.
Собирая тарелки и аккуратно складывая их на поднос, она услышала, как её позвал Адам. Голос доносился откуда-то из другой комнаты, но его слова были приглушены звоном тарелок и лёгким гулом голосов прислуги.
— Что? — спросила она, оборачиваясь и пытаясь разобрать, что именно он сказал.
— Принеси из машины плед, пожалуйста, — повторил он громче.
Меган нахмурилась, не понимая, откуда именно звучал его голос.
— Какой ещё плед? — недоверчиво переспросила она, начиная раздражаться.
— Меган, просто принеси его. Он в машине, — спокойно, но настойчиво повторил Адам.
— Господи, — прошептала она и, забыв поставить тарелки на ближайшую поверхность, направилась к выходу. В голове крутилась мысль о том, что за плед ему понадобился именно сейчас и почему он сам не может сходить.
Выйдя на крыльцо, она резко остановилась. Её ноги приросли к месту, а сердце замерло. Глаза расширились от шока, и она почувствовала, как её руки стали слабыми. Тарелки, которые она держала, с глухим стуком выскользнули из её пальцев и разбились о каменные плиты под её ногами. Но она этого даже не заметила.
Перед ней стоял человек с розовым чемоданом в руке и широкой, искренней улыбкой. Счастье, удивление, шок и щемящая грусть одновременно пронеслись через её лицо.
— Не может быть... — прошептала она, ощущая, как горло сдавливает ком, а глаза начинают блестеть от слёз.
Спасибо за прочтение!
Поставьте пожалуйста звёздочку (голос за главу) и напишите комментарий. Мой телеграмм канал: Кейт Ле.
❤️