Проклятье Клинка Дааран

Через несколько дней, к вечеру дом наполнился новыми лицами: юрист, его помощница и пиарщик прибыли, чтобы обсудить с Меган важные детали её участия в публичных делах семьи. Все расположились в гостиной около камина, и в воздухе повисла деловая атмосфера, в которой ощущалась серьёзность намерений каждого.

— Добрый вечер, — спокойно поприветствовала она собравшихся, занимая кресло и глубоко вздыхая, будто готовясь к казне. Её напрягали серьёзные лица чужих людей в доме. Раньше Меган и представить не могла, что она будет разделять «комфорт» и «дискомфорт» дома. Она привыкла к обстановке, которую построил Адам вокруг себя. Это был её комфорт.

— Добрый вечер, мисс Дааран. Ко мне можете обращаться мистер Воган, — ответил юрист, не отрывая взгляда от документов. — Позвольте представить. Моя помощница, мисс Уилсон, — сказал он, указывая на девушку.

Меган кивнула, протягивая ей руку, и мельком заметила отсутствие кольца — к тому же её называли «мисс», а не «миссис». Она была ошеломительно красива, ухожена и излучающая уверенность, но Меган удержала вежливую улыбку, сдерживая свою неприязнь.

— Очень приятно, — солгала она. — Ещё не поздно, Меган. Может не стоит? — пронеслось у неё в голове.

Следом за этим представился мужчина с сосредоточенным выражением лица:

— Зак Касиди, ударение на «а» в фамилии, — проговорил он с лёгкой ноткой профессиональной строгости. — Я отвечаю за пиар семьи.

Не успев ответить на его приветствие, Меган почувствовала, как Адам хлопнул в ладони, подгоняя всех к делу и указывая жестом, что пора начинать. Она вздохнула, осознавая, что предстоящий разговор, вероятно, станет одним из нежеланных в её жизни. Она принуждала себя сидеть стройно и придерживаться формальности.

— Начнём, — произнёс мистер Воган, глядя на Меган поверх очков. — Мисс Дааран, допустим, вас спросят о вашем прошлом опыте работы. Как бы вы ответили?

— Я бы сказала, что занималась частными проектами в Америке.

— Это хороший старт, но для более серьёзного интервью это может показаться немного уклончивым. Лучше подчеркнуть определённую структуру. Скажем, «Я работала над управленческими и аналитическими проектами, часто в условиях конфиденциальности и строгих сроков». Вы предадите словам больше веса и это не вызовет лишних вопросов. Тем более, вы скажете, что это конфиденциально и не будете обязаны отвечать на вопросы.

— Теперь следующий вопрос, — продолжил Воган. — Если у кого-то возникнет интерес к вашему образованию или профессиональным навыкам, то скажите, что у вас нет формального высшего образования, но значительный опыт в профессиональных проектах научил вас всему необходимому для работы в высоком темпе и ответственности. Не акцентируйте внимание на отсутствии диплома, делайте упор на опыт.

— Поняла, — согласилась Меган, чувствуя себя всё так же не в своей тарелке. Она не понимала зачем сидит здесь, ведь чётко осознавала, что никакие комментарии, а особенно на телевидении давать не будет. Она жалела, что согласилась на всё это, а не оборвала с самого начала их попытки втянуть её. Она жалела, что предложила себя помощницей.

— Ещё один момент, — Воган поправил очки. — Вам могут задать вопросы о вашем нынешнем статусе в компании Делькасто.

— Я помощница, организую встречи, общаюсь с персоналом, — словно робот ответила она.

— Звучит неплохо, но лучше так: «Я исполняю административные обязанности и оказываю поддержку в организации проектов и мероприятий». Это звучит более профессионально и уклончиво. Вы этим ответом покажете пираньям банан, а не кусок сочного кровавого мяса. Понимаете?

Меган кивнула, признавая его правоту, и Воган продолжил:

— И последнее, мисс Дааран: если спросят о ваших личных отношениях с Адамом, как бы вы охарактеризовали их?

— Я бы сказала, что мы партнёры и поддерживаем друг друга во всём.

— Может быть и такое, что вас спросят напрямую, вместе ли вы с мистером Делькасто ради статуса? Могут спросить и про брак, — прояснил мистер Воган. — Дайте мне ответ Меган, совершенно избавлен от эмоциональности. Он должен быть сдержан и уверен, чтобы пресечь какие-либо домыслы.

— Тогда..., — задумалась она. — Наши отношения строятся на взаимной поддержке и доверии, мы вместе не из-за статуса, а ради создания крепкой семьи.

Юрист широко улыбнулся, повернув голову на свою помощницу. Она улыбнулась в ответ держа у себя на ногах ноутбук, в котором записывала всё, что было сказано.

— Мистер Делькасто, вы согласны на такой ответ со стороны мисс Дааран? — обратилась к нему мисс Уилсон.

— Абсолютно, — спокойно ответил Адам, а потом на его лице появилась улыбка.

— Схватывает на лету, — гордо подчеркнул юрист.

Затем Зак Касиди, пиарщик, поднял руку.

— Если вдруг спросят о ваших навыках борьбы, которые проявились по отношению к члену парламента в баре. Что если бы они спросили напрямую, проходили ли вы подготовку в Армии Соединённых Штатов Америки? Неважно как они скажут это, намек на то, что вы можете убить человека, будет понятен.

— Я просто скажу, что не понимаю, о чём они говорят, и всё.

— Ситуация с мистером Роджером — инстинкт самосохранения, не больше. Обращайте всё к фактам — ваша работа и личная жизнь сейчас абсолютно прозрачны. Всякая дезинформация о вас — лишь слухи.

— Лишь слухи, — проговорила Меган, нащупывая подходящие слова в своей голове и чувствуя.

После того, как все вопросы были обсуждены, Меган приступила к подписанию документов, официально закрепляющих её место в семье Делькасто. Каждый документ, подготовленный юристом, нёс в себе юридические тонкости, защищающие и её, и саму семью.

— Мне конец, — пронеслось в голове Меган, после чего она поднесла ручку и оставила подписи на каждом экземпляре. Она это сделала исключительно ради Адама и его семьи. Это минимум, который она могла сделать, отплатив за крышу, хорошее отношение и принятие даже после гибели его членов семьи.

~~~

Они устроились на уютных диванах на террасе, укутанные в тёплые пледы, словно в защитный кокон от вечернего холода. В воздухе витал аромат свежего чая и тёплого печенья, их простого угощения после насыщенного и беспокойного дня. Вокруг царила редкая тишина — дом наконец покинули все чужие люди, оставив пространство только для них. Весь этот покой казался таким хрупким, словно любой звук мог его разрушить.

Меган бережно поглаживала маленькую Жизель по голове, чувствуя, как её мягкие волосы скользят под пальцами. Девочка, уютно устроившись у неё на ногах, сладко сопела, отдавшись безмятежному сну. Меган чувствовала тепло её маленького тела и умиротворённо смотрела на её спокойное лицо, впитывая это редкое мгновение покоя.

Адам уехал с документами в офис, обещая, что вернётся поздно — после всего ему предстояла встреча с отцом и ещё несколько срочных дел, которые нужно было завершить.

— Как успехи с юристом? — спокойно спросил Реджи, отпивая свой чай.

— Нормально. У меня взрывается голова.

— Ты привыкнешь, — подбодрил он.

— Теперь ты член семьи, девочка. Это по серьезнее какого-то брака, — мягко сказала Мания. — Несёшь ответственность, поэтому не подведи нас.

— Постараюсь, — улыбнувшись, ответила она.

— То, что ты сегодня подписала — формальность. Ты продолжаешь жить так, как и жила, — сказал Реджи.

— Но только теперь вы можете засудить меня, если я сделаю, что-то не так.

— Так будет лучше. Для всех, — уверила Мания.

Дааран опустила голову вниз, нежно поглаживая Жизель. Такая маленькая девочка, совершенно ничего плохого не повидавшая за свою жизнь. Да, она сейчас без родителей, но, она в безопасности и с хорошими людьми. Меган по белому завидовала ей.

— Завтра встреча с ещё одной парой. Адаму сегодня позвонили.

— Серьезно? — удивилась Меган. — Он мне ничего не говорил.

— Забыл, думаю.

— И что за пара?

— Ванесса Принс и Том Принс, как малышка сказала. В браке уже седьмой год, относительно такого возраста как мы. Хорошая семья, но не понимаю, как могла потерять ребенка.

— Я тоже, — вздохнула Мания и Меган увидела, как та взяла парня за руку под пледом.

— Мы не станем осуждать этих людей. Уже как есть, — сдержано ответила Меган. — Наша задача передать Жизель в руки родителей. Остальное уже нас не касается.

Меган почувствовала, как её настроение резко изменилось, словно в её душе что-то тихо погасло. Мысли о том, что уже завтра Жизель окажется со своими родителями, а они, возможно, больше никогда не встретятся, навевали на неё лёгкую грусть. Это чувство прощания затянуло её в печаль, и, сидя среди ребят, она поняла, что не хочет пускать слёзы у всех на виду. Точнее вообще не хочет пускать слезы.

— Извините, — тихо сказала она, медленно вставая, чтобы не разбудить девочку, спящую рядом. — Я скоро вернусь. Нужно немного проветрить голову.

— Ты далеко? — с волнением спросил Реджи.

— Мне просто нужно побыть одной, я взрослый человек, справлюсь, — словесно отрубила Меган, стараясь не выдать своих эмоций.

Она аккуратно оставила плед, укрыв Жизель, повернулась и вошла в дом. Внутри что-то словно подталкивало её собрать себя в кулак, сбросить это состояние и хотя бы на время убежать от навалившейся тоски. Едва ли она успела осознать это желание, как уже собиралась, натягивая тёмные лосины, кожаные сапоги и кофту с открытым вырезом. Захватив ключи от своей машины, она вышла на парковку, села за руль и выехала из крытого гаража, отправляясь в центр Лондона.

Ей хотелось яркого, неистового веселья, которое отвлечёт от всех этих мыслей, серьёзности и постоянного контроля. Слишком много документов, обязанностей и правил — всё это стало просто невыносимым грузом на душе. Ей отчаянно захотелось сбросить эту роль попугая в клетке, обрести свободу и хотя бы на одну ночь почувствовать, что её никто не сдерживает.

Меган одной рукой набрала в поиске «клубы Лондона» и выбрала первый, который высветился. Ей не нужно было что-то роскошное — просто обычное место, куда приходят люди, чтобы оторваться и забыть о проблемах. Через полчаса она была на месте. Очередь у входа обратила внимание на её машину — толпа моментально заволновалась, люди стали доставать телефоны, чтобы сфотографировать шикарный спорткар.

Меган подошла к охраннику, и он, подняв бровь, спросил, кто она такая. Она спокойно ответила, что может заплатить, лишь бы не стоять в очереди. Люди возмущённо зашумели, но ей было плевать. Она хотела лишь одного — войти, выпить и танцевать.

За пять с половиной тысяч фунтов её пропустили без вопросов. Меган оплатила картой Адама с телефона, не задумываясь, что он мог бы позвонить или приехать сюда. Всё, что имело значение в этот момент — это быть собой, просто Меган, просто Дааран, без имени и титула.

Войдя в клуб, она начала пританцовывать под громкий бит, пробирающий до мурашек. Люди танцевали, прыгали в такт, смеялись и наслаждались моментом. Проходя мимо них, Меган подумала, какие же они свободные, как ей не хватает этой простоты.

Она подошла к бару, заказала сразу несколько рюмок текилы, расплатилась и, опрокинув их одну за другой, отправилась вглубь танцпола. Спрятав телефон в передний карман, она закрыла глаза и погрузилась в музыку, растворяясь в каждом ритме. Алкоголь начал действовать, тело стало пластичнее, и через пару минут Меган уже так танцевала, что, будь здесь знакомые, она бы испытала такое чувство, как стыд.

Рядом появился парень, который, похоже, заинтересовался её весёлым танцем. Поначалу она не обращала внимания, но вскоре положила руки ему на плечи, обхватив его шею, позволяя себе поддаться моменту. Она не думала о последствиях, не искала приключений, это были просто танцы — её маленький, личный девичник.

— Кто ты, Боже? — спросил парень с улыбкой, перекрикивая музыку.

— Мы не будем знакомиться, — крикнула ему Меган в ответ, улыбаясь полностью отдаваясь музыке.

— Ты очень красивая!

— Я знаю, — подмигнула она, отстранившись и продолжив танцевать, играя со своими волосами.

Музыка проникала в каждый нерв, сметая любые мысли, заставляя тело подчиняться её ритму, будто это было единственным способом дышать. Свобода. Она чувствовала, как каждая нота вытягивала из неё тревогу, заполняя пустоту бешеным, необузданным драйвом. Каждое слово из песни «Feel so close» звучало как мантра, раскладывая на молекулы всю её тревогу, всю печаль, превращая их в нечто, что уже не было важно.

Когда диджей попросил зал хлопать — по команде всё вокруг ожило. Её собственные руки поднялись вверх, и энергия, словно электрический ток, побежала по венам. Меган прыгала, кричала от радости, срывая голос. Она двигалась так, будто с каждым шагом, каждым поворотом могла сломать все барьеры, все ограничения, которые когда-то сковывали её. Этот момент был её триумфом, её свободой, и ей казалось, что ничто и никто не сможет её остановить. Свет, звуки, крики вокруг — всё сливалось в единый вихрь, и Меган не пыталась ему противостоять. Любая музыка лечит, но на долго ли?

— Можно я угощу тебя? — услышала она голос того самого парня, с широкой улыбкой. Его зубы были такими белыми, что она боялась ослепнуть.

— Чем? — не переставая танцевать громко спросила она.

— Да чем захочешь!

— Нельзя! — засмеялась она, а потом запрыгала ещё больше, потому что услышала знакомую песню.

— Ну пожалуйста. Чего ты? Ты одна?

— Одна, но у меня есть парень, — довольно ответила она, достав телефон из кармана. — Который как раз мне и звонит.

— Почему ты без него?

Меган задумалась, глубоко дыша.

— Мне захотелось потанцевать. Просто... знаешь, потанцевать и всё. Он...

— Не поймёт? — неожиданно тот задал вопрос.

Меган смотрела на него, и её улыбка угасла. Она вновь взглянула на телефон и словно решала, жить ей или не жить. В её груди закралось чувство вины за то, как она поступает, но, с другой стороны, она ничего плохого и не делает.

— Да, не поймёт. Он очень серьезный, знаешь? Бизнесмен, старше меня и, короче, забудь и танцуй. Если хочешь, я могу помочь тебе подцепить девчонку, — засмеялась она, показывая рукой на зал.

— Делай так, как тебе хочется. Ты не должна менять себя ради кого-то. Понимаешь, о чем я?

Меган немного улыбнулась, пряча телефон обратно в карман. Она кивнула парню, прислушиваясь к словам. Странно, что незнакомец мог вот так просто дать совет. Ещё и дельный!

— Давай танцевать! — сказала Меган. — Ничего больше. Понял? Не опускай руки ниже локтей.

— Как скажешь, — засмеялся тот и подошел к ней ближе, приобняв за плечи.

Она подпрыгивала, и незнакомец, уловив её настроение, подхватил темп. Рядом с ним, в этом оглушающем музыкальном потоке, она чувствовала абсолютную свободу. Танец был её освобождением — она смеялась, прикасалась к рукам, плечам и лицам людей вокруг. Это был живой, непрерывный контакт, чужие руки, их движения переплетались с её собственной энергией, создавая единый ритм.

Пот катился по её спине, напоминая, что она живая, что здесь и сейчас она не должна ни о чём думать. Она растворялась в музыке, и её сознание полностью погружалось в это бешеное кардио из танцев и голосов.

— Ты точно не хочешь познакомиться? — незнакомец пробился к её уху сквозь грохот музыки.

Она резко отстранилась, проскользнув к другому парню, и обвила его шею руками, качаясь в такт ритму, чувствуя, как его движения становятся частью её собственных. Парень, что хотел познакомиться, оказался позади, не оставляя попыток быть рядом, но теперь это уже не имело значения. Порыв страсти захватывал их всех одновременно. Жажда вкусить свободы страшно соблазняла, но Дааран не теряла голову.

Меган, тяжело дыша, развернулась к нему, её глаза сверкали вызовом.

— Точно! Если бы он услышал твои слова, то прострелил бы тебе голову.

— Буду очень бояться, — смеясь, ответил тот, делая ещё шаг ближе, чуть тянув её к себе.

— Не хочу знать твоё имя, — громко выкрикнула она, потянув его за руку к бару, требуя от ночи ещё одного укола адреналина.

— А я могу узнать твоё? — с усмешкой спросил он, послушно следуя за ней.

— Не-а, — улыбнулась она, закладывая волосы за уши. Пряди были спутаны, будто она не расчесывалась уже месяц, что вызвало у него ещё более широкую улыбку.

— Да ну, просто имя, — настаивал он, не отводя от неё глаз.

— Не-ет, — протянула она, уже заказывая две рюмки текилы. Она даже не думала позволить ему платить за неё — для неё это была граница, которую нельзя пересекать. Поэтому, достав телефон, она заплатила за себя и сразу за него. Так было проще и быстрее.

— Почему ты один? — спросила она, взяв свою рюмку и дожидаясь, пока он последует её примеру.

— Та познакомиться с кем-то хотел, — он засмеялся, почесав затылок.

— Я не лучший вариант, но давай так. На счёт три! — крикнула она.

— Два! — сказал он, играя по её правилам.

— Один! — они выпили одновременно, и, скривившись на мгновение, Меган закусила лимоном. — Ахуенно!

Она тут же вернулась к танцу, втягивая его обратно в пульсирующую толпу. Алкоголь словно промывал её кровь, освобождая её от навязчивых и угнетающих мыслей. Всё становилось легче, веселье и свобода разливались по телу. Время летело быстро, и она едва успевала понять, как один танец сменяется другим, один ритм перетекает в следующий. Каждая минута была наполнена чистой энергией, как будто десятки часов концентрировались в одно мгновение.

Парень, увлечённый и взбудораженный, пытался поцеловать её, но она каждый раз уходила, кокетливо отклоняясь и не оставляя ему шанса. Ей было плевать, что он хотел большего — это было нормально, естественно, поэтому её это не волновало. Она хотела только движения, танца, того неописуемого чувства лёгкости и удовольствия.

В танце, повернув голову, Меган на мгновение заметила фигуры, пугающе напоминающие Палачей из Колонии. Её дыхание сбилось, а тело напряглось, словно она вдруг оказалась под прицелом.

— Сконцентрируйся, — прошептала она.

Они стояли, скрытые тенями, но так явственно выделялись из толпы, что Меган замерла. Её сердце замедлилось, словно потеряв свой ритм. Мужчины в масках смотрели прямо на неё, их энергия была слишком настойчивой, словно проникающей в самую глубину её души. Она ахнула, её сознание отказалось принимать реальность, и с закрытыми глазами она попыталась стряхнуть это наваждение.

Открыв глаза, Меган обнаружила, что вокруг всё по-прежнему — люди танцевали, смеялись, перекрикивали друг друга, и не было ни одного лица, закрытого чёрной маской. Мужчины исчезли, оставив после себя лишь ощущение, будто её только что предупредили.

Ей показалось. Сделав выдох, Меган пыталась успокоить своё сердце, а затем и разум. Это всё в её голове. Алкоголь и страх сами щекочут нервы...

Меган почувствовала, как её резко потянули за локоть, и уже была готова выкрутить руку неожиданному обидчику, как вдруг встретила взгляд злого Реджи. Очень злого. Она замерла, его хватка была крепкой, словно железной. Рядом стоял Артур, а вот третьего человека, и того парня, с которым она только что танцевала, нигде не было.

— Реджи, какого хуя? — выкрикнула она, пытаясь высвободить руку, но он держал её крепко, не давая ни малейшего шанса вырваться. — Отпусти!

— Это я у тебя должен спросить, какого хуя, — ответил он, глядя на неё холодным, почти отстранённым взглядом. — Я отвезу тебя домой.

— Нет! — крикнула она в ответ, вырываясь с удвоенной силой, но Артур, стоявший позади, крепко взял её за плечи, удерживая. — Блядь, парни!

— Она сильная, как лошадь. Даже будучи пьяной, — серьезно сказал Артур, показывая ему какой-то жест.

— Пойдём, всё хорошо, — сказал Реджи, но в его голосе не было ни намёка на успокоение.

— Где Адам? И что с тем парнем? — спросила она.

— Забудь, Меган. Пора домой, — ответил Артур, словно ставя точку.

Меган мелькнула паническая мысль: что, если, из-за неё, этот парень попадёт в беду? Боясь, что он станет жертвой чужого гнева, она с отчаянием попыталась донести это до Реджи.

— Ничего не было, пожалуйста, он убьёт невинного, — выдохнула она, стараясь говорить как можно громче, но в её голосе был явный страх. Было понятно, что где-то здесь и Адам тоже. Он бы не отправил брата с другом по такому поводу. — Клянусь.

— Ты пиздишь, посмотри на себя, — резко отозвался Реджи, дернув её вырез на груди, чтобы продемонстрировать, насколько её вид отличался от того, что они привыкли видеть. Ему самому не нравилось, что он делает, но найти Меган здесь и одной — было для него чем-то из ряда вон.

— Ничего не было, прошу, — снова сказала она, чувствуя, как сковывает ужас и стыд.

Меган поняла, что паника захватывает её, что из-за её ночной вылазки этот парень может оказаться жертвой, возможно даже бессмысленно убитым. Собрав всю свою силу, она выхватила руку и рванула вперёд, убегая, несмотря на попытки Артура и Реджи остановить её. Она бежала по коридору из людей, её глаза метались по сторонам, выискивая знакомый силуэт. Внезапно она увидела у двери в уборные двух парней в форме охраны Делькасто, стоящих по обе стороны.

— Они там, — промелькнуло у неё в голове, и в ту же секунду ей стало ясно, что она должна действовать, если хочет предотвратить ещё одну катастрофу.

Меган рванула к охранникам, которые стояли перед дверью, блокируя её путь. Они заметили её, и в их взгляде мелькнула строгая холодность — явно они знали о её ночных похождениях, и уж точно не собирались позволить ей пройти. Но Меган была полна решимости. Уж лучше пойти на хитрость и рискнуть, чем остаться в стороне и позволить чужую расправу на своей совести.

— Ребята, у нас небольшая проблема, — она остановилась перед ними, пытаясь казаться как можно спокойнее и уверенной в себе. Её глаза быстро пробежались по их лицам, и она натянула полу рассеянную, будто бы извиняющуюся улыбку. — Я... ну, мне нужно внутрь.

Парни лишь слегка приподняли брови, переглянулись, но оставались на своих местах.

— Мисс Дааран, вам нельзя туда заходить, — твёрдо сказал один из них, его взгляд был жестким, как стена.

Она почувствовала холодок от их отстраненности, но знала, что должна играть до конца.

— Слушайте, — она шагнула ближе, понизив голос. — Если вы меня не пустите, это может выйти за рамки, о которых мы все пожалеем.

Один из них снова переглянулся с напарником, видимо, сомневаясь, но второй лишь отмахнулся.

— Не усложняйте. Мистер Мойблэк и мистер Делькасто отвезут вас домой, — спокойно, но категорично произнёс он, словно закрывая тему.

Меган поняла, что просто словами здесь не обойтись. Сделав глубокий вдох, она сконцентрировалась, вглядываясь в двух охранников, которые начали сужать круг, готовые её схватить. Внезапно, она резко наклонилась, перехватив руку одного из них и, с силой вывернув её, заставила охранника согнуться вперёд. В этот момент она собрала всю свою силу и отступила на шаг назад, глядя на второго охранника, который уже потянулся к ней.

Словно хищник, готовящийся к прыжку, она мощно оттолкнулась от пола, и её нога устремилась вперёд в «летящем фронт-кике», попадая прямо в грудь второго охранника. Сила удара отшвырнула его назад, и он налетел на своего товарища, который всё ещё держался за вывихнутую руку, сбивая его с ног.

Немедля ни секунды, Меган воспользовалась этим моментом. Она в мгновение оказалась у двери, толкнув её ногой, и, не оборачиваясь, исчезла за ней, оставляя за собой удивлённых и растерянных охранников, которые остались лежать на полу. Она ещё и ухмыльнуться успела тому, что даже в алкогольном опьянении положила на пол двух парней Делькасто. Это не могло не тешить её самолюбие. Одумавшись, она нашла нужную дверь...

Внутри уборной царила зловещая, удушливая тишина, пропитанная запахом крови и приторным, затхлым ароматом дешёвого освежителя воздуха. Там, в центре, у зеркал, стояли двое мужчин Делькасто, их лица были холодны, спокойны, словно они не видели ничего, кроме грязной работы, которую нужно завершить. Рядом с ними Адам сжимал в окровавленных руках воротник кофты изрядно избитого парня. Его лицо было неузнаваемым, покрытым кровавыми пятнами и синяками, а сам он с трудом стоял на коленях.

Меган замерла, ошеломлённая этой картиной, но в её взгляде быстро зажглась самая настоящая вина. Она знала, что видит перед собой сцену, которой могло и не быть, не будь её ночного порыва. Однако вместо того, чтобы отступить, она сделала несколько твёрдых шагов вперёд, чувствуя, как её сердце сжимается от желания предотвратить то, что может произойти.

— Адам, — её голос прозвучал твёрдо, хотя и с ноткой отчаяния. — Оставь его.

Он повернулся к ней, и их взгляды пересеклись. На его лице застыло выражение, полное ярости и хладнокровной решимости. Глубокий, уверенный, он не сразу отвёл взгляд, будто хотел проверить, не испугается ли она его, не откажется ли от своей просьбы.

— Меган, это не твоё дело, — прохрипел он, его голос звучал так же холодно, как и его руки, покрытые кровью.

Она смотрела прямо на него, игнорируя запах крови и кошмарное зловоние, царящее вокруг. Она сделала шаг вперёд, не собираясь отступать.

— Моё. Я говорила ему, что не знакомлюсь. Он пришёл сюда не умирать за это, — её голос стал резче, обострившись от того же отчаяния, которое горело в её взгляде. Слова немного путались, но она старалась контролировать себя. — Он не знал, и это мой поступок, а не его ошибка.

Адам, не отрывая взгляда от Меган, медленно разжал хватку, позволяя избитому парню пошатнуться и упасть на пол. Мужчины Делькасто лишь переглянулись, но сдержались от комментариев.

Меган была выдохнула, потому что Адам какое-то время просто смотрел на неё, но в моменте, когда он заметил легкую улыбку на лице Меган — занавес снова опустился. Он резко продолжил наносить удары с ледяной яростью, кулаки снова и снова обрушивались на лицо парня, пока тот не перестал сопротивляться, замерев в слабом, едва заметном движении на полу.

Дыхание Адама было резким, прерывистым. Смахнув с рук кровь и грязь, он повернулся к Меган, его глаза были темнее обычного, полные беспощадности.

Она стояла, неподвижная, почти оцепеневшая, но её грудь тяжело вздымалась от шока и тревоги, смешанных с тем пониманием, что, возможно, сейчас он совершил то, о чём потом будет сожалеть.

— Ты, блядь, забыла, кто я такой, да? — он подошёл ближе, его шаги были медленными, угрожающими, а голос — напряжённым, полным силы и ярости. — Да? — он повторил вопрос, так громко, что она непроизвольно зажмурила глаза, потому что каждый звук врезался в неё до самого сердца. — Забыла, вижу.

Его жёсткие, вырезанные гневом слова ударили её словно плеть. Он указал пальцем на тело на полу, всё ещё тяжело дыша, словно сам не мог поверить в своё бешенство.

— Вот он я. Запомни, — он наклонился чуть ближе, не отводя взгляд. — Ещё раз ты позволишь кому-то прикасаться к тебе — я повторю это. И семьи их ёбаные по нахожу, всех. Запомни, любимая, как это выглядит.

Её взгляд метался между его глазами и неподвижным телом на полу. Она видела всё то, что пряталось в нём, то, что он скрывал за улыбками и нежностью. Такого Адама она видела впервые. Это было страшно, однако, она не осуждала его. Она не имела право осуждать его за ту жестокость, которая вырвалась. Меган проживала такое состояние день за днём, когда работала на Колонию. Она была в подобном состоянии и знает какого там. Страшно, но в то же время сладко.

— Адам, — прошептала она, медленно поднимая дрожащую руку. Она прощупывала, может ли она прикоснуться к нему в таком состоянии.

— Не трогай меня, — тяжело дыша предупредил он.

— Послушай, — прошептала она, всё же нежно прикоснувшись кончиками пальцев к его щеке. — Ничего не было. Я люблю тебя...

— Какого хуя ты пошла сюда? — сквозь зубы спросил он, зажмуриваясь постепенно, будто сейчас у него начнется истерика. Он уперся лбом ей в плечо, придерживаясь за её талию. Махнув рукой, что Реджи что Артуру, что парням, она показала о надобности выйти.

Она осталась стоять с Адамом, вокруг них царила тяжелая тишина, наполненная металлическим запахом крови и звуками приглушённой музыки за стенами туалета. Взгляд её задержался на его лице, на морщинах вокруг глаз, на стиснутых губах. Они стояли перед правдой друг о друге, той правдой, которую до этого момента они избегали.

— Зачем ты это сделал, милый? — её голос был тихим, почти шепотом, когда она протянула руку и провела пальцами по его затылку. Этот жест был полон противоречий: ласка и укор, поддержка и отчуждение.

— Он посягнул на то, что принадлежит мне, — ответил Адам, его дыхание оставалось прерывистым, а мысли в голове искрились смесью шока и неистовства. Он сам не верил в то, что сделал, но пытался держаться, чтобы не дать всем эмоциям выйти из-под контроля.

Меган оставляла на его голове прикосновения, полные понимания и боли. Она видела, как внутри него борются гнев и страх, как он сжимает челюсти, чтобы не показать свою уязвимость.

— Я не пришла сюда, чтобы изменить тебе, — голос её окреп, она произнесла это с уверенностью, чтобы её слова не оставили сомнений.

— Что ты тут искала? — спросил он, и в его голосе сквозила настоящая боль, словно этот вопрос был важнее всего в мире.

— Я хотела потанцевать, выпить и отдохнуть от того, что происходило последнее время. Я не пришла изменять тебе, Адам! — её голос дрогнул, когда взгляд упал на тело парня, распростёртого на полу. — Он даже имени моего не знал, как и я его.

Адам стиснул кулаки, его взгляд стал жёстче, но боль в нём не исчезла. Он знал, что это была его собственная паранойя, его страх потерять контроль и снова быть преданным.

— Ты же знаешь, Меган... — начал он, но не смог договорить.

— Я не они! — она произнесла это резко, её голос поднялся, глаза заблестели от слёз. — Это тебя испугало, я понимаю. Но я не потерплю низкосортного недоверия. Я люблю тебя, и не предам, как они.

Слова повисли в воздухе, пропитанные болью и правдой. Он отстранился кивнув, глядя прямо в её глаза, словно пытался найти в них ответ на все свои вопросы.

— Поехали домой, — наконец сказал он, и голос его стал мягче.

Меган кивнула, чувствуя, как её сердце медленно успокаивается. Тяжело было совладать с собой, чтобы не ударить его по лицу и не обвинить в том, что он убил невинного парня из ревности. Он сильно сорвался.

— Кое-что случилось, — признался он, надевая свое пальто на её плечи, чтобы скрыть вырез от посторонних глаз.

— Всё дома, — отрезала она и вышла первая, укутываясь.

~~~

Они сели в машину Адама, за рулем был Реджи, а рядом с ним — Артур. Бугатти Меган повезли парни из семьи Делькасто, а другие двое машины Реджа и Артура.

В салоне автомобиля царила тишина, гнетущая и тяжелая. Никто не осмеливался начать разговор, словно любое сказанное слово могло разорвать хрупкий баланс между молчаливым пониманием. Меган было не по себе. Её вылазка закончилась так, как она и представить не могла. С одной стороны, её возмущало то, как с ней обошлись — заставили уйти, осудили за попытку отдохнуть и выпустить пар. Но, с другой стороны, она понимала Адама, его гнев и страхи, спрятанные за толстой маской.

Она сидела, глядя на его профиль, пока тот смотрел перед собой, обхватив руками колени. Её сердце сжалось. Меган знала, что произошедшее оставило след не только на ней. Она осторожно положила свою ладонь на его руку и переплела их пальцы. Она поддержит его, потому что он поддерживал её точно так же. Ей было очень обидно за парня с клуба, но она не могла ничего изменить.

Адам повернул голову, и его уставший взгляд встретился с её глазами, полными сочувствия и понимания. В этом взгляде отражалась целая буря противоречий, но, когда он почувствовал её ладонь, крепко сжимающую его руку, его лицо слегка смягчилось. Он ответил лёгким сжатием, без слов показывая, что не хочет продолжать эту тяжёлую для них обоих тему, не хочет превращать случившееся в ссору.

Её прикосновение говорило ему, что она рядом, что она не намерена развивать конфликт, как бы ни было тяжело. Меган ясно понимала: после того, что произошло, их задача теперь состояла в том, чтобы пройти через это вместе. Она надеялась, что это убийство так и останется в тайне, не выйдет в медийное поле, не привлечёт ненужного внимания.

В её душе зарождалась готовность — та, что появляется у жены, поддерживающей своего мужа, несмотря на его ошибки, готовой защищать его и всё, что ей дорого. Она чувствовала, что, будь то нужно, она бы переступила через свои новообретённые принципы, только бы уберечь его и их отношения. Всё, что происходило между ними, внезапно обострило её понимание того, насколько дорога ей эта связь, и ради неё она готова была стать стеной, даже если её собственная совесть оставалась не до конца спокойной.

~~~

Когда они добрались до дома, Адам молча открыл дверь и первым вошел в спальню. Меган последовала за ним, закрыла дверь и скрестила руки под грудью, наблюдая, как он снимает пиджак и расстёгивает пуговицы на рубашке.

— Что это было? — её голос был тихим, но в нём сквозила сталь.

— Что именно?

— Адам, — нахмурилась она. — Нужно говорить друг с другом.

— Твой парень узнал, что ты ушла в клуб на ночь глядя, не сказав ни слова, — нехотя ответил он с холодной прямотой, продолжая расстёгивать ремень на штанах. — После всего, что мы сегодня обсудили с юристами. Ты понимаешь, какое чувство у меня возникло? Ты просто послала меня этим поступком.

— Ты убил парня просто из-за своего возникшего чувства? — её голос дрогнул, и она развела руки в стороны. — Он был невиновен, Адам. Он просто танцевал.

— Нет, — он резко поднял взгляд на неё, его глаза пылали гневом и болью. — Он распускал руки.

— И ты думаешь, что это оправдывает убийство? Что это нормально? — Меган подошла ближе, её глаза наполнились слезами, но она не позволила им скатиться по щекам. — Нельзя убивать людей только потому, что они дотронулись до меня.

— Ты слышишь себя? — Адам сел на кровать, его лицо перекосилось от раздражения и усталости. — Ты сама не понимаешь, какая ты ценность. Любое прикосновение к тебе — это угроза. Это не только ревность, Меган. Это моя обязанность защищать тебя, даже от тех, кто не знает, с кем имеет дело.

Она замерла на месте, вслушиваясь в его слова, пытаясь понять, где граница между защитой и безумием. Её сердце билось, как сумасшедшее. Она понимала, что Адам всегда был на краю, всегда балансировал между любовью и жестокостью, но эта грань начала пугать её.

— Молчи, хорошо, — кивнул он, начиная тяжело дышать. — Можешь злиться на меня, осуждать, но я не жалею о своем поступке. Понимаю, что не должен был так о тебе думать, но я не жалею о том, что избил парня.

— Убил, — поправила она его.

— Убил, да, — махнул рукой так типо «хорошо». — Он посягнул на мою собственность. Ты моя собственность. Я твой мужчина, а ты моя женщина. Поэтому...

— Я не осуждаю тебя! — громче сказала Меган, перебив его. А потом осознала, что накричала и обняла себя руками. — Я знаю, что такое гнев. Я ни в коем случае тебя, блядь, не осуждаю, — она выдержала паузу отвернув голову в сторону. — Я понимаю, что страх может охватить разум и заставить делать немыслимое. Но я хочу, чтобы ты знал, что я не предам тебя. Ты должен понимать, что я буду ходить туда, куда мне хочется, когда хочется и с кем хочется, но это не имеет никакого отношения к изменам или подобным предательствам. Я верна тебе.

Ей было тоже не легко говорить эти слова. Будто она вынуждала себя.

— Я прослужила Колонии двадцать четыре года. И единственный раз, когда я отклонилась от дела, был в Индии.

Он понимал к чему Меган говорила это. Она была верна им, пока не появился он. Она умеет быть преданной. Это не могло не радовать уши, но Адам понимал то, что такая преданность просто так не уходит. То, с какой гордостью Меган заявила о том, что она прослужила им кучу времени — насторожила его.

— С этого момента ты забываешь о том, что я могу пойти налево, — твердо заявила она, словно ей было противно от этих слов самой.

Он подошел к ней и просто обнял. Меган сначала просто стояла, а затем выдохнула и обняла его в ответ. Она положила руки ему на спину, поглаживая, как и он. Момент был уже более приятным, чем всё сказанное за последние несколько минут.

— Я так люблю тебя, — хрипло произнес он.

— Я тебя тоже.

— Прости меня, Меган.

— Мы справимся, — тихо ответила она.

~~~

Вымыв руки, Адам усадил Меган на край ванной, пристально глядя ей в глаза. Его массивные ладони аккуратно обхватили её лицо, он подошёл ближе, заняв пространство между её ног.

— Я хотел тебе сказать, что нам придётся подписать документы заново, — произнёс он ровным голосом.

— Что? — Меган удивлённо вскинула брови. — Зачем?

— Я отвёз их в свой офис, — начал объяснять Адам, не отрывая взгляда от её глаз. — Пошёл по делам, вернулся и нашёл их в раковине, полностью сожжёнными. Я сразу позвонил мистеру Вогану и попросил проверить его экземпляры. Оказалось, что они тоже были сожжены — точно таким же образом. Кто-то отчаянно не хочет, чтобы ты работала на меня. Этот кто-то, похоже, не боится ни проникнуть в мой кабинет, ни в дом к моему юристу. Я мог бы подумать на Хейса и его псов, но они все мертвы. Все до единого погибли в том офисе в Чикаго. Я попросил отца потянуть за ниточки, и подтвердилось: никто из них не выжил.

Меган почувствовала, как её сердце забилось сильнее. Документы были уничтожены почти так же, как она недавно сожгла письмо от Колонии. Это было слишком похоже, чтобы быть совпадением, и её захлестнуло беспокойство.

— Что теперь делать? — произнесла она, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— С завтрашнего дня охрана будет усилена по всему периметру, — серьёзно сказал Адам, не сводя с неё пристального взгляда. — Давай договоримся: ты сможешь ездить в город, но только в сопровождении вооружённого кортежа. Это ради твоей безопасности.

Меган кивнула, быстро ответив тихим голосом:

— Я не против, — она опустила взгляд, пытаясь скрыть волнение. Её ответ прозвучал слишком поспешно, и она это понимала.

Адам нахмурился и, подняв её лицо за подбородок, заставил посмотреть ему в глаза.

— Меган, если тебе что-то известно, ты должна сказать мне. Ты что-то скрываешь?

Она выдержала паузу, собираясь с мыслями, затем произнесла, с трудом справившись с чувством вины:

— Нет, — вновь солгала она.

— Ты уверена? — Адам внимательно следил за её реакцией.

— Да. Я не знаю, кто это сделал. Может быть, это Колония. Я ведь говорила, что они никогда меня не отпустят, — её голос стал тихим, в нём звучала тревога, которую она пыталась подавить.

— Детка... — он мягко обнял её за голову, притянув к себе. Он знал о том, что ей пришлось пережить, знал, что эта Колония — её мрачная тень, от которой трудно убежать. Адам чувствовал боль за неё и готов был защищать, но не знал, насколько далеко простирается эта угроза.

— Я могу попросить тебя вернуть именной клинок? — вдруг спросила она.

— Который «М.Д»?

— Да, — кивнула она продолжая обнимать его. — Я хочу, чтобы он был при мне.

— Он лежит в гардеробе. Я его не прятал никуда. Ты можешь зайти, открыть шкаф, который правее, и достать. Увидишь, там находится всё моё личное оружие. Клинок лежит рядом с другими ножами.

— Я верну часть себя, — вспыхнуло в её сознании.

Спасибо большое за прочтение!!! Не забудьте поставить звёздочку (голос за главу) в нижнем, левом углу. Новости по выходу глав в телеграмм канале: Кейт Ле ❤️