Жажда в любви [РЕД.]

6 месяцев спустя...

За полгода мало что изменилось. Каждый четверг, как мы и договорились с Роном, я ходила на «приёмы к стоматологу». Благодаря этому я убила двух зайцев одним выстрелом: и зубы все вылечила, и сексуальную потребность закрыла. Удивительно, что за последние 7 лет это стало исключительным случаем, когда я провожу время только с одним мужчиной.

Секс с ним мне нравился, но я никогда не претендовала на нечто большее. Мы изначально договорились, что не будем обременять друг друга отношениями. Мы старались не интересоваться личной жизнью друг друга и не задавать лишних вопросов.

Несмотря на всё это мне комфортно рядом с ним. Нравится смотреть в его хрустальные глаза и на длинные густые ресницы. Симпатичен ли он мне? Определённо. Его накаченное загорелое тело безумно возбуждает меня. Но это вряд ли сходит на нечто большее.

***

— Я не ожидал, что этот день так быстро настанет. Ох, что-то я даже разволновался, — отец взволнованно рассекал по кабинету, теребя золотые запонки на манжетах рубашки.

— Ты будто сам на себя не похож, — я неловко рассмеялась. — Не беспокойся понапрасну. Ты же знаешь, что к торжеству уже всё подготовлено. Альто ещё вчера обзвонил всех гостей и напомнил, что ужин начнётся в 5 вечера и ни минутой позже. Нам осталось лишь хорошенько отдохнуть и красиво одеться.

— Да-а, дочь. Ты как всегда права, — отец устало выдохнул и рухнул на кожаный диван.

***

К вечеру, связанному с передачей полномочий, я подобрала чёрное бархатное платье с небольшим шлейфом. На правой ноге располагался разрез, начинающийся с середины бедра, «V»-образный вырез на груди элегантно обрамлял декольте. Я сделала нежный макияж, а волосы убрала в высокий пучок, оставив у лица несколько завивающихся прядей. Уши украшали золотые серьги-кольца, на шею надела ожерелье с крупными рубинами, а на средний палец фамильное кольцо.

В самый разгар торжества, как ключевая фигура, я неторопливо спускалась по лестнице, озаряя каждого гостя своей белоснежной улыбкой. Оказавшись на уровне с остальными гостями, отец подал мне свою руку и проводил к центральному столику. Из-за множества огней мне не удавалось распознать истинные лица гостей. От громкой музыки и шума разговоров гудело в голове.

— Уважаемые гости, мы счастливы поприветствовать всех вас на торжестве, посвящённом моей единственной дочери. Как бы я не скрывал и не берёг свою малышку, рано или поздно ей бы пришлось вылететь из-под отцовского крыла, — он выждал небольшую паузу, посмотрев в мои глаза. — Я всю свою жизнь посвятил нашему семейному делу. И уже достаточно поработал. Поэтому все полномочия на управление семейным бизнесом и должность главы клана Мантини я передаю своей дочери — Амелии Мантини, — весь зал разразился бурными аплодисментами.

— Я благодарю своего отца за проявленное доверие ко мне, — как только ропот аплодисментов стих, начала я. — И также хочу поблагодарить всех тех, кто пришёл разделить столь важное событие вместе с нами, — я тепло улыбнулась аплодисментам и положила руку с фамильным кольцом на сердце. — Как новая глава клана Мантини я приветствую вас, — я подняла свой бокал. — И начинаю этот вечер. За вас, дорогие гости, — вслед за моим будто волной поднялись бокалы наших гостей.

Стоило мне только опустить бокал, как меня облепили множество людей разного возраста, чтобы поздравить со вступлением в должность и познакомиться с новой главой.

***

Стоило мне только оторваться от преследующей меня толпы, как отец перехватил меня.

— Милая, хочу тебя познакомить с некоторыми семьями, с которыми предстоит работать теснее всего, — прошептал отец мне на ухо и подал локоть, чтобы я ухватилась за него. — Ты сегодня особенно прекрасна, — он одарил меня тёплой улыбкой и повёл в сторону, где стояли члены клана Гандини.

Суровая на первый взгляд возрастная женщина с неприязнью рассматривала меня. Сеньора Гандини, как говорят слухи, достаточно строгая женщина, но с исключительным чувством справедливости. Она под руку держала мужчину с не менее суровым взглядом и ядовитой улыбкой. Отец мне рассказывал, что сеньор Гандини очень жестокий человек. Уверена, что на его руках настолько много крови, что ей бы хватило умываться несколько десятков лет вперёд. Глядя на эту безумную парочку, я прихожу к выводу, что они идеально друг другу подходят. Около них стояли их 2 старшие дочери и сын.

— Новая глава, — задумчиво протянул сеньор Гандини. — Надеюсь, мы сработаемся, — он исподлобья посмотрел в мои глаза и протянул руку.

— Не сомневайтесь, сеньор Гандини, — я мягко улыбнулась и пожала его руку.

— Это моя супруга Данна, — мужчина указал на возрастную женщину со свежеокрашенной причёской, огромными бриллиантами на ушах и в длинном тёмно-синем платье с люрексом. — Мои старшие дочери Эльза и Елена, — это были две молодые девушки, как две капли воды похожие друг на друга. Их отличали характерные черты: у первой — проявлялись крайне стервозные, у второй — достаточно миловидные. — А это сын — Роберто.

— Мне очень приятно познакомиться, — пожав руку каждому члену семьи Гандини, одарила их широкой улыбкой.

— Не будем отнимать ваше драгоценное время, сеньорита Мантини, сеньор Мантини. Вам предстоит ещё с многими познакомиться этим вечером, — уверенно сказал младший Гандини, и они отправились к своему столику.

Отец также повёл меня к нашему столику. По его словам, есть ещё один ключевой клан, о котором я должна знать. И это был клан Феветти. Глава семьи очень в близких отношениях с моим отцом. К тому же они наши самые близкие соратники и клиенты, поскольку владеют крупной сетью казино и борделей.

Семейная пара, что стояла около нашего стола, особенно притягивала мой взгляд. Брутальный седовласый мужчина и его невероятно притягательная жена мило беседовали, не обращая внимание на окружающую обстановку. По правую сторону от них стояли два молодых человека, также рьяно что-то обсуждающие. Стоило нам подойти ближе, как члены семьи Феветти отвлеклись от разговоров и обратили своё внимание в нашу сторону. Лишь с более близкого расстояния я заметила отличительную красоту у всего семейства. Неудивительно, почему их внешность как магнит для любопытных глаз.

— Дорогой Антонио, мерзавец! Как ты мог скрывать от нас столь очаровательную дочь? — Сеньор Феветти похлопал своего старого товарища по плечу и галантно поцеловал тыльную сторону моей ладони.

— Давно не виделись, Дональдо. Пора бы нам уже прекратить трепаться по телефону по каждому поводу. Лучше уж собираться за ужином в кругу семьи.

— Ха-ха! Не слушай своего старика, малышка Амелия. Давай я лучше представлю членов своей семьи, — сеньор Феветти игриво мне подмигнул и продолжил. — Знакомьтесь, это моя единственная и неповторимая женщина и по совместительству любимая супруга Маргарита. Рядом со мной стоит старший сын и будущий глава семьи Виттор. Чуть дальше младший сын Рональдо — хоть он и не претендует на место главы, но принимает непосредственное участие в делах семьи, — и тут меня осенило. Казалось, будто почва утекает из-под ног. На меня с усмешкой смотрели те самые глаза, пропитанные лунным сиянием. Холодные, грубые, но за короткий срок ставшие такими родными.

— Очень приятно познакомиться, сеньорита Амелия, — Рональдо с особой нежностью поцеловал мою кисть и незаметно для остальных слегка прикусил за кончик пальца. Я неосознанно отдёрнула руку. Его забавляло моё поведение. Эта самодовольная улыбка говорила сама за себя. Он изначально знал, кто я такая! Вот только чего он ждал, скрывая от меня своё лицо до сегодняшнего дня? Что бы это ни было, он этого не получит. Я скинула упавшие пряди с лица и изящно улыбнулась.

— Приятно познакомиться, — как можно собраннее и непринуждённей промолвила я. — Давайте присядем и выпьем вина, — я посмотрела в сторону белокурой официантки и махнула рукой. Девушка поспешила к столику с бутылкой красного вина и ловко разлила по его бокалам.

— Давайте выпьем за то, чтобы наш бизнес процветал, а семьи, как и прежде, поддерживали друг друга, — в это время отец подмигнул своему другу, и тот с улыбкой посмотрел на меня. Я не придала этому действию особого значения, поскольку меня беспокоила другая проблема в лице Рональдо Феветти.

Оставшуюся часть вечера мы провели в непринуждённой беседе друг с другом. Глава Феветти с моим отцом болтали о работе, Виттор беспрерывно отлучался из-за стола и потерянно оглядывался. Рональдо в это время прожигал меня глазами. Весь вечер я избегала его взгляда и периодически отвлекалась, вклиниваясь в разговор наших отцов. В остальное же время я пила. Слишком много пила. Сама того не осознавая, я очень быстро опьянела. Мало кто сможет распознать моё состояние, поскольку я искусная актриса. Даже после того, как грёбаный Рональдо накачал меня наркотиком, моё состояние мало кто мог бы назвать одурманенным.

— С вашего позволения я отойду, — я улыбнулась сидящим за столом и удалилась в сторону туалета. Мне срочно нужно привести себя в порядок. Этот кретин задолбал сверлить меня взглядом весь вечер. И почему его глаза так сводят меня с ума?!

Я торопливо покинула зал, оставшись незамеченной, и уже шла вдоль длинного коридора в сторону туалетной комнаты. Конец коридора, казалось, издевательски удалялся от меня. Да где же этот чёртов туалет? Вдруг я внезапно спотыкаюсь о шов ковролина и уже падаю вниз, как меня кто-то с лёгкостью подхватывает и ставит на ноги, едва придерживая за талию. Эти сильные руки я узнаю из тысячи.

— Ты цела? — Какой заботливый гавнюк. Рональдо развернул меня к себе и внимательно осмотрел с головы до пят.

— Цела, — вспыхнула я и оттолкнула парня. Он лишь отшатнулся и захохотал. — Не устал так пялиться на меня? Как твои глаза ещё не стёрлись за весь вечер? — Я с психом откинула подол платья и вынесла ногу, чтобы сделать шаг, как острая боль пронзила лодыжку. Нога предательски подкосилась, и я снова полетела вниз.

— Тебя ходить вообще учили? А то ты только и умеешь, что револьвером угрожать, — Рональдо очередной раз подхватил меня и усмехнулся.

— Отвали, доктор Рональдо, — отпихнув парня, строго бросила я.

— Какая агрессивная, — Рон схватил за горло и прижал к стенке, придерживая второй рукой за талию. — Ещё вчера ты стонала, выкрикивая моё имя, а сегодня дерзишь? — Парень убрал руку от горла и бережно заправил за ухо выбивающуюся прядь. — Поговорим? — Он, не дождавшись ответа, закинул меня на плечо и быстрым шагом направился к туалету.

— Bastardo[1], отпусти меня, немедленно, — кричала я на Рона, без остановки колотя кулаками по спине. Через мгновение мои ноги таки коснулись пола.

— Могу отпустить, но только на мой член, — он криво улыбнулся и тут же получил от меня тычок в бок.

Я непринуждённо подошла к раковине и посмотрела на своё отражение в зеркале. Мой макияж и причёска так старательно сделанные днём уже изрядно потрепались. Я слегка намочила руки и деликатно уложила выбивающиеся волоски. Губы подкрасила алой помадой и пушистой кистью с пудрой прошлась по лицу. Рон продолжал молча наблюдать за моими действиями. В какой-то момент он подошёл сзади и по-хозяйски положил руки на мои бёдра. Я повернулась к нему лицом.

Не думала, что именно сегодня мне удастся раскрыть истинную личность своего любовника. Стоит заметить, что он весьма хорош. На нём был чёрный смокинг с белоснежной рубашкой и чёрной атласной бабочкой. Мой взгляд тут же упал на его выразительные губы, поэтому он, тотчас заметив это, широко улыбнулся. Я никогда не видела нижнюю часть его лица. Оказалось, что у него преобладают угловатые черты, которые укрепляют его непоколебимый и мужественный образ. Но, оказалось, что под медицинской маской скрывалось нечто очаровательное — и это ямочки на щечках. Удивительно, насколько лаконично его грубый облик сочетается со столь милой деталью.

— Сегодня я впервые познакомилась с тобой, как с Рональдо Феветти. Мне любопытно, зачем чужому человеку следовать за девушкой в туалетную комнату? — Я пристально посмотрела в его сияющие от света лампы глаза и облокотилась на раковину.

— Не знаю, что хотел Рональдо Феветти, но доктору Рону хотелось вновь посмотреть в медовые глаза своей любовницы, которые она весь вечер скрывала от него, — он приподнял мой подбородок и ласково погладил по щеке. Я замерла от несвойственного ему жеста. Ещё чуть-чуть и я вновь окажусь в плену его обаяния и перестану целиком владеть ситуацией.

— Посмотрел и хватит, — я одёрнула его руку и отвернула голову. Он же не двинулся с места, продолжая приближаться к моему лицу. Его горячее дыхание обжигало кожу шеи. Я заёрзала и прикрыла глаза.

— Хочешь сбежать? Вряд ли получится, — он ухмыльнулся. Он снова и снова будто испытывает моё и без того хрупкое терпение. — Или ты снова припрятала револьвер для меня? — Он обхватил талию и плавно спустился вниз к бёдрам. Ловко проникнув через разрез платья, он провёл ладонью от колена по внутренней части бедра уперевшись в итоге в кружевное бельё.

— Не там ищешь, imbecillo, — я вытащила из волос заколку с заточенным лезвием и приставила его к горлу парня.

— Продуманно, — Рон ловко выхватил лезвие и скрутил мои руки за спину. — С каждым разом ты всё больше и больше удивляешь меня, Амелия Мантини, — он откинул заколку подальше, чтобы я не смогла до неё дотянуться. — Знаешь, всё то время, что мы провели вместе, я так и не попробовал твои губы на вкус. Уверен, от моих поцелуев ты кончала бы ещё быстрее, — он кончиком носа провёл от уха к ключице и влажно поцеловал в шею. Чёрт, как же это возбуждает. Почему моё сердце так сильно колотится, будто хочет выпрыгнуть из груди?

Я прекрасно понимаю, к чему ведёт эта кривая дорожка. Мне не устоять перед его нежными ласками, страстными поцелуями и его горячим телом, в конце то концов. Он словно дикий зверь впился в мои губы, отбирая последний кислород из лёгких.

— Твои губы, как самый опасный в мире наркотик: опьяняют, вызывают зависимость и сводят с ума, — прошептал он в мои губы.

— Что тебе от меня нужно? — Со сбитым дыханием спросила я, отчаянно выискивая ответ в его глазах. Не сказав ни слова, он провёл языком по моим губам и проскользнул между ними. Его язык нетерпеливо обвивал мой, а руки агрессивно прижимали моё тело к нему. — Нам следует остановиться, — прохрипела я, едва оторвавшись от поцелуя.

Я цеплялась за последние нити своего разума. Пыталась взять себя в руки, чтобы не поддаваться соблазну. И это было чертовски сложно. Как бы я хотела разорвать его рубашку, раздвинуть ноги и прочувствовать, как он жадно ласкает меня... Соберись, Амелия. Сегодня очень важный вечер для моей семьи. Я не позволю выбить себя из колеи.

Отвернувшись к зеркалу, я вернула на место съеденную Роном помаду и пошла к выходу.

— Ты забыла заколку, — Рональдо больше не препятствовал мне. Это первый раз, когда он отступил по моему желанию. Удивительно, ведь он всегда делал со мной только то, что сам хочет и считает нужным.

— Оставь себе, — безразлично бросила я, даже не повернувшись, и удалилась.

__________

[1] Bastardo (с итал.) — ублюдок.